# Опасности подстерегающие человека в тайге

Владимир Дмитриевич Кабаков

В тайге, человека подстерегают многие опасности и потому, всегда надо быть к этому готовым!

...В тайге, в одиночных походах не бывает мелочей.

Силы надо беречь и стараться высыпаться, иначе днём будешь себя чувствовать, как сонная муха.

Дров надо с вечера, как я уже говорил, готовить на ночь с запасом.


Однажды, я взял на глухариный ток свою жену. Я не спал предыдущую ночь и потому, уснул во вторую ночь, после жаркого душного дня, как убитый...

Проснулся среди ночи оттого, что вокруг шумит и свистит ветер и меня тормошит испуганная жена!

Костёр задуло, брезент полога сорвало с колышка, и буря с хлопаньем пыталась его унести во тьму.

Вдобавок, начался снег! Дрова кончились и я, чертыхаясь и зевая во весь рот, в темноте, стал рубить лиственничный пенёк, который никак не поддавался.

Кое-как я развёл большой костёр, поправил тент, вскипятил чай и только тогда жена немного успокоилась, но после этого случая, ходить со мною в лес наотрез отказывалась!


Был и другой, более опасный случай...

Как-то осенью, мы с старшим братом решили сходить в лес на два дня. С утра стояла мрачная погода, а когда мы вышли за город, начался дождь. Часа через два, дождь перешёл в первый в тот год снег и поднялся сильный ветер!

Влажный снег облеплял ветки и под его тяжестью они начали с треском ломаться. Мы быстро промокли и Гена уже несколько раз выжимал свои кожаные перчатки...

Неожиданно быстро спустились сумерки. Снег валил не переставая и мы скользили на грязной дороге, как на коньках.

Идти до избушки, в которой мы собирались ночевать было далеко; мы начали уставать, но останавливаться где попало, тоже не хотелось. Однако, продолжать путь было опасно, потому что тяжёлые ветки ломаясь, падали на дорогу то впереди, то позади, то сбоку и могли случайно задеть нас...

Наконец решили остановиться...


Под густым снегом, сойдя на обочину, нашли несколько обгорелых лиственничных пеньков, расколотили их топорами и устроившись под толстым деревом, прикрывающим нас от ветра, развели костёр и вскипятили чай.

Над головами закрепили вплотную к стволу, небольшой кусок полиэтилена, под наклоном, чтобы вода от растаявшего снега сбегала на землю...

Поели, отдохнули, но снег продолжался и мы решили ночевать.

В два топора нарубили смолистых лиственничных дров, сделав небольшую поленницу под нашим деревом. Потом, поправили над головой кусок полиэтилена и прижавшись спинами к стволу стали ждать...

Ночь тянулась бесконечно...

К утру навалило снегу по колено. Многие деревья сломались под его тяжестью, а берёзы согнуло дугой.

Наступивший рассвет открыл нам картину лесного разгрома!

Около полуметра снега, покрывало все на земле придавив под своей тяжестью и поваленные деревья, и обломанные ветки!

Это только кажется, что снег лёгкий и пушистый. Влажный снег обладает необычайной разрушительной силой, сравнимой с неудержимой стихией воды...

Мы хвалили себя за предусмотрительность, что вовремя и в хорошем месте остановились на ночлег. Мы конечно всю ночь не спали, а дремали несколько времени, а в остальные длинные ночные часы сидели, пили крепкий чай и разговаривали.

И все-таки, вдвоём намного легче, чем одному и потому, утром, как ни в чём не бывало, утопая в снегу по колено, мы двинулись дальше, на Курму.

Там на речке Хея, я подстрелил двух уток и мы сварили себе вкусный суп, сделали балаган и разведя большой костёр, ночевали с большим комфортом...


... Несколько раз костёр спасал меня от смертельного замерзания. Последний раз это случилось в безобидной ситуации, осенью, в лесах под Тосно, в Ленинградской области.

Я пошёл в лес, после большего перерыва, утратив тренированность и автоматизм навыков и лесных привычек!

Стоял тёплый солнечный денёк. Доехав до Тосно на электричке, я пересел на автобус, доехал до садоводства и двинул по прямой в сторону Федосово - деревни, в которой я мог остановиться в доме знакомых - до неё было километров тридцать.

По пути, я заглянул в лесок, граничащий с просторными заброшенными полями, и нашёл барсучьи норы, со следами живущих там барсуков. Пока я осматривал следы, примеривался, где я могу сесть караулить барсуков, время придвинулось к вечеру и солнце, описав дугу, опустилось в серые облака.

Пройдя ещё несколько километров, я остановился на краю полусухих болот, увидев на ходу сосёнку с ободранной, лосиными рогами, корой...

Сбросив рюкзак под берёзу, я пошёл посмотреть окрестности "на предмет" лосей у которых гон ещё не закончился.

Пройдя по однообразному болоту несколько километров, вышел вдруг на незнакомую сосновую гриву...

К тому времени из тёмных туч, посыпался мелкий снежок с дождичком. Отряхиваясь на ходу, я заспешил назад, заторопился, отыскивая знакомые места, где оставил рюкзак.

Но неожиданно, под ноги попала незнакомая прямая дорога, по которой я никогда прежде не ходил.

А дождь становился всё сильнее. Заметно потемнело и крутя головой влево и вправо отыскивая дорогу к рюкзаку, япочти побежал, тщетно пытаясь разобраться, где нахожусь. Одежда намокла, руки закоченели и на ходу, я стал хлопать в ладоши пытаясь восстановить кровоток в деревенеющих пальцах.

Когда почти стемнело, при последнем свете мрачного дня, наконец выбежал на знакомую дорогу и оказалось, что я, незаметно ушёл от места, где под берёзой лежал мой рюкзак, километров на пять...

В темноте идти было опасно, и я, то падал поскользнувшись на свежем снеге, то натыкался лицом на ветки торчащие над тропой - старая дорога была непроезжей и сильно заросла.

Я включил фонарик и по временам подсвечивая перед собой, тяжело дыша от усталости, почти побежал в нужную сторону.

Но когда я пробирался через мокрую, кочковатую болотину, фонарик погас исчерпав энергию батареек!

Меня, от влажной холодящей тело одежды, трясла крупная дрожь озноба; несколько раз, провалившись в болотные лужи, я набрал полные сапоги воды, но это уже было неважно, да и казалось, что времени нет даже для того, чтобы переобуться и вылить воду. Всхлипывая и матерясь, я через два шага на третий падал в мокрую болотину, и старался только защитить лицо от торчащих навстречу глазам сучков.


... Дождливая тьма окружала меня со всех сторон, но я не мог и не хотел остановиться. Кругом было болото, к тому же насквозь промокшее от холодного дождя и я знал, что до рюкзака осталось каких-нибудь полкилометра.

Может быть остановись я тогда под деревом, конечно не замёрз бы до смерти, но мне в тот момент казалось, что это будет моя последняя в жизни остановка, в последнем походе!

Наконец, промокший и замёрзший я добрался до нужного места, с трудом, на ощупь нашёл рюкзак, достал из кармана спички в полиэтилене и стал разводить костёр...

Дождь лил как из ведра, пальцы закоченели и не могли удержать спичку. Достав из кармана рюкзака свёрток бересты, я торопясь наломал веточек с соседней ели снизу ствола, собрал их негнущимися пальцами в пучок, положил сверху на бересту и прикрывая растопку от дождя своей спиной, стал чиркать спички.

Одна за одной они гасли так и не успев разгореться!

На пятнадцатый или двадцатый раз мне наконец, удалось поджечь бересту. Вспыхнул жёлто - красный огонёк пламени, поднялась в воздух струйка тёплого удушливого дыма.

Дрожа всем телом от холода и возбуждения, я по одной веточке подкладывал в костерок, сверху, пока огонь укрепился. После, метнулся к спасительному сосновому пеньку, выломал из него несколько смолистых коряжин и положил на огонь. Чёрный смолистый дым поднялся вверх, ударил мне в лицо едкой теплотой и заставил закашляться и выдавил из глаз слёзы.

Потом появилось высокое сильное пламя!


...Через час, сидя у большого костра я жарил и ел вкуснющие шашлыки из свиного мяса, которое купил перед походом на рынке, и про себя, с улыбкой, рассуждал о превратностях таёжной жизни...


Судьба периодически устраивает нам проверки - ловушки на выживание и потому в лесу надо быть ко всему готовым...

Тут уместно упомянуть о приметах...

Конечно главная примета для охотника - это костёр и дым от костра. Если он крутит или мечется из стороны в сторону по низу, значит дело идёт к перемене погоды, к дождю или снегу. Если дыма немного и пламя, стоит над костром столбиком - ночь будет чистая и холодная...

Если к вечеру потеплеет, вместо того, чтобы похолодать, как в хорошую погоду - быть перемене - с ясной на дождливую или снежную. Ещё одна интересная примета - улучшение слышимости - если вечером вы вдруг замечаете, что слышите переливы речных струй в дальней низинке - значит быть непогоде...

Весной, часто днём бывает ясно и жарко, почти как летом - в народе говорят- печёт. Но почти всегда, к вечеру или ночью поднимется сильнейший ветер. Я его называю "бурелом".


...Однажды, в долине реки Каи, километрах в двадцати пяти от города, меня застал такой "бурелом", в лесу.

Поднялся внезапный ветер, тучи жёлтой пыли, принесло со стороны города. Потом ветер за несколько минут, сделался прохладным и ударил, по вершинам деревьев, упругой волной. Лес затрещал, зашатались и с гулом стали падать на землю отдельно стоящие вековые деревья, страшно выворачивая из земли наружу узловатые корни!

Гул и свист ветра, прерывался шумом падающих и стуком ударяющихся со всего маху о землю, толстых стволов...

Я побежал по лесной дороге в сторону недалёких покосов "прядая ушами" и озираясь, как испуганный заяц. На моих глазах, ветер отломил многометровую вершину громадной лиственницы и по дуге швырнул её вниз. Она с гулом ударилась о землю в пятидесяти шагах от меня.

Я невольно вздрогнул, ненадолго остановился озираясь и побежал вперёд ещё быстрее.

Теперь, на землю полетели толстые ветки и сучья, любой из которых, попади они в меня, мог разбить мне голову!

Наконец я выскочил на луговину, присел на середине и перевёл дыхание...


Когда через час ветер стих, я осторожно двинулся дальше и в одном месте, тропу перегородил упавший ствол лиственницы, длинной метров в сорок и толщиной в два обхвата!

До этого, я часто читал о лесовиках погибших во время такого внезапного урагана, а тот раз, я сам убедился как это опасно!


Зимой, после снега, всегда наступает мороз.

Однажды, я выходил из тайги вечером, после снегопада, и продираясь через мелкий сосняк обсыпал себя с ног до головы свежевыпавшим снежком покрывающем ветки.

Одет я был в брезентовые брюки, и поверх свитера и рубашки в энцефалитку.

От внутреннего тепла, этот снег вскоре растаял на мне, брезент промок и смёрзся в хрустящие и стучащие на ходу ледяные доспехи!

Я едва дошёл до деревни, в которой стоял летняя дача брата.

Уже дрожа от холода, торопясь, растопив промороженную печку, я поставил варить суп и чай и только после ужина немного согрелся.

Уже после полуночи, я кое - как заснул, угревшись под тёплым боком печки.

Из той ночи, помню блестящую, серебряную луну, на тёмном небе, морозный, трескучий вечер и мою собаку - Жучка, который на время отлучившись, привёл к дому своего нового дружка - крупную молодую собаку убежавшую из соседней деревни...


2017-2023 год. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal