# Французский

Виталий Афанасьевич Калужский

Об освоении французского языка во время командировки в Алжир

Алжир. Воспоминания.

Когда я прочитал воспоминания об Алжире Габлиной Татьяны (http://world.lib.ru/country/index_country_17-1.shtml) и приключенческий рассказ Федишина В.Е. "Тихий украинец" (http://zhurnal.lib.ru/f/fedishin_wladimir_emelxjanowich/tihijukrainec.shtml) на страничках Самиздата, мне также захотелось поделиться своими воспоминаниями об Алжире.

В Алжире я работал два года на Эль-Хаджарском металлургическом заводе (1971-1973гг). Наблюдения Габлиной Т. и Федишина В. Е. во многом согласуются с тем, что я видел в Алжире. Поэтому в своих воспоминаниях я старался не повторяться. Надеюсь, что мои воспоминания будут в чём-то дополнять вышеуказанных авторов.


Когда, впервые увидел алжирские газетные киоски, увешанные газетами, журналами, цветными открытками и всякой чепухой - они на меня произвели ошеломляющее впечатление изобилием печатных изданий и их красочностью. Мне представлялось, что киоски вывернули из себя всё своё содержимое наружу, внутри ничего не осталось. Продавец находился рядом с киоском, который раскинул свои стенки, как птица крылья. Увидев эту массу периодических изданий, я сказал себе: "Я должен всё это прочитать". Содержимое киосков дразнило и подталкивало меня в изучении французского языка, в продолжение всего времени моего пребывания в Алжире.

Наше руководство организовало курсы по изучению французского языка. Обязали наших переводчиков проводить с нами занятия. Купил учебник французского языка. С помощью учебника и преподавателей-переводчиков с большим трудом прошли 4 урока. Нас никто не контролировал и не заставлял больше осваивать язык. Все прекратили его изучение. Продолжали учить я и ещё один работник нашей группы.

Каждый день, после работы садился за учебник "Cours de Lange et de Civilisasion Francaises", повторял прошедший урок, осваивал новый и выписывал на плотном листочке 10 незнакомых слов. На следующий день, я учил эти слова, извлекая листочек из кармана и сверяясь с ним. Приезжая с работы, я уже надёжно запоминал их. Съев десяток маслин с хлебом, выпив чашку крепкого кофе (это был мой обед), садился за стол и продолжал осваивать язык.

Учебник "Cours de Lange et de Civilisasion Francaises", составлен главами, в которых по нескольку уроков. Когда начинал осваивать в главе первый урок, т.е. новую тему, было очень трудно. По мере продвижения по урокам главы, было легче. И, когда заканчивал последний урок главы, испытывал облегчение и удовлетворение. Новая глава, новые трудности и проблемы освоения языка. Свою учёбу я представлял как человек, который начинает сдвигать громадный и тяжёлый камень. В начале напрягаешься, чтобы сдвинуть его. Когда камень начинает перемещаться, становится легче. А, когда он начинает катиться, то становится совсем легко.

Через 10 месяцев я уже мог читать детективы. Книжку карманного формата, объёмом в 250 листов, я осиливал за неделю. В Аннабе я нашёл лавку с букинистическими книгами. В лавке можно было взять почитать книгу, прочитав вернуть её. Такое чтение стоило 1 динар. Хозяин лавчонки, не контролировал, какая книга была отобрана для чтения и какая вернулась в лавку. Поняв это, я сдавал книгу политического содержания, которыми нас снабжали в изобилии для распространения среди местного населения, выбирал поинтереснее и уносил домой. Таким образом, я смог собрать около сотни книг, которые привёз в СССР после окончания контракта. В настоящее время, у меня ещё сохранилось 2-3 десятка французских книг и учебники, по которым учился.

Мне удалось достаточно сносно научиться читать. С разговорной речью было сложнее. Вокруг нас, все разговаривали на русском языке, в том числе и арабы, с которыми работал. Я всё хорошо понимал, но разговаривал плохо, хотя прогресс был существенным.

Когда, я вышел с семьёй из самолёта, приземлившегося в Алжире, мне нужно было заполнить таможенные документы на французском языке. Я был беспомощным и чувствовал свою ущербность без знания языка. Помог заполнить арабский пограничник. Когда, через два года, покидал Алжир, заполнить декларацию я мог свободно, без чьей-либо помощи. Я свободно мог объясняться на рынке, в лавке, на производственные темы, но испытывал потребность в более углублённом изучении языка.

В период изучения языка, столкнулся с неприятной стороной во взаимоотношениях советских специалистов. Мы работали на контрактной основе. Контракты заключал "Металлургзарубежстрой", а мы были исполнителями, которых наняла в СССР эта организация. Но продление контракта, зависело полностью от алжирской стороны. Продлевали контракт тому, кто лучше выглядел в их глазах. Я изучал язык, разговаривал с рабочими и алжирскими специалистами на французском языке, следовательно, был лучшим. Все советские специалисты, которые работали на заводе, прекратили изучать язык и, в связи с этим, я испытывал с их стороны неприязнь и насмешки. Так как, я работал без переводчика, то уехал из Алжира, намного позже большинства специалистов.

Работать в группе советских специалистов, было не просто. В нашем коллективе были и парторг, и профсоюзный работник. Были и приближенные к руководству, и негласные осведомители. Без разрешения руководства, или старшего по группе проживавшей в Эль-Хаджаре, нельзя было покидать посёлок. Нельзя было заводить знакомства с иностранцами или приглашать их в гости. Запреты осложняли жизнь, так как нужно было посещать книжные магазины, смотреть кинофильмы, ходить к друзьям, проживавшим в Аннабе. Нужно было слышать и слушать живую речь, речь людей. Это было самым сложным, так как нам было запрещено общаться с иностранцами. Арабы были для нас тоже иностранцы. Все производственные разговоры можно было вести на русском языке, так как алжирцы, работающие на заводе, обладали знанием разговорного русского языка. Нам можно было не учить язык и обойтись без его знания. Достаточно было знать пол сотни простейших фраз и объясниться в торговой лавке. Почти все советские специалисты обходились такими примитивными знаниями французского языка.

Я, наоборот, учил, осваивал язык. Было сложно и отсутствие общения усложняло моё продвижение в учёбе. Я прислушивался к разговорам, пытался осмыслить то, что говорят на французском языке. Когда, мне удавалось осмыслить содержание беседы, я был счастлив.

Вспоминаю, я с семьёй был на пляже. Поблизости от меня отдыхала французская семья с двумя мальчиками. Они начали сориться. Не могли поделить ласты и маску. Отстаивая свои интересы, один из них заявил: "J"aves tous sa!" (буквально -"Я имел всё это"). Их отец, размахнулся, чтобы кого-то ударить, но, увидев, что я наблюдаю за ними, сдержался. Фраза, произнесенная в эмоциональной ситуации, запоминается на всю жизнь.

Когда вернулся с алжирской командировки в Советский Союз, хотел продолжать изучение языка, и надеялся снова попасть в зарубежную командировку. К сожалению, возник развод с женой, который расстроил все планы. Я продолжал читать французские книги, которые привёз из Алжира, слушал радио и с удовольствием смотрел французские фильмы, слушал музыку и песни артистов Франции. Можно сказать, что я заочно полюбил Францию. Очень хотелось посмотреть эту страну и её людей.

Когда женился второй раз, проживая с семьёй во флигеле, я начал переводить детектив "Le mont-charge". Две с лишним сотни страниц переводил с удовольствием. Жена стояла за спиной и выхватывала для чтения, переводимые странички и подгоняла меня. Перевод получился интересным и он вызвал большой интерес среди моих товарищей. Позже, начинал переводить и других авторов, но не закончил.

Наиболее чаще я пользовался сборником французских анекдотов "Histoires croustillantes". Коротенькие и забавные истории, читались с интересом и способствовали общению с людьми.

К сожалению, человек предполагает, а жизнь распоряжается по-своему. С течением времени стало ясным, что во Францию не попаду. Изменения в стране, лишили всяких надежд на мечту о Франции. Читать французские книги перестал. Всё, что было, перечитал. Новых книг не покупал. Изредка брал в руки привезенную из Алжира книгу, начинал читать и, очень быстро откладывал её в сторону. Моё знание языка ушло куда-то в пассивную память. Если я хотел построить какую-либо фразу, то долго вспоминал значения слов во французском языке. Если же читал книгу, то слова текста, которые когда-то заучивал, мгновенно всплывали в памяти. Не было практики. Сейчас, уже несколько лет ничего не читал. Учебники французского языка и книжки переставил на другие полки. Их место заняли другие книги. Иногда, когда нужно объяснить внуку значение какого-либо слова, достаю энциклопедический словарь "LAROUSSE" и с удовольствием перевожу нужную статью.

Сейчас вижу, что моё знание языка, реализовать не удалось. Но, совсем не жалею, что изучал его и затратил массу своего времени.