# Заметки забастовщика

Александр Григорьевич Каменяр

Привет! Я давно живу в Америке, тружусь в нью-йоркском метро и сотрудничаю с русскоязычными издательствами. Предлагаю свои впечатления о недавней забастовке.

Заметки забастовщика


Вот не думал во время иммиграции на пути в Америку, что доведется мне здесь выходить на демонстрации, пристраиваться к пикету у заводских ворот, размахивать плакатом и выкрикивать на неродном языке эквивалент знакомого "оттуда" изречения: В ЕДИНСТВЕ - СИЛА! В прошлый вторник впервые за много лет проснулся с чувством неприкаянности: время вставать, а спешить некуда - мой профсоюз транспортных работников объявил забастовку.

Супруга раньше обычного собирается на работу и жалуется на предстоящие неудобства поездки в Манхэттен с незнакомыми людьми в переполненной машине (меньше 4 пассажиров не пропустят через мост). Убирая постель, ворчит: "Вот, приходится спать с врагом". Это она к месту припомнила название популярного фильма с Джулией Робертс - Sleeping with Enemy. Конечно же, большие неудобства предстоят сегодня ей и еще семи миллионам нью-йоркцам в пути по своим делам. Но она переживает за меня и тоже заинтересована в сохранении бенефитов от моей работы, - временами пользуется моей медстраховкой, потому что ее похуже.

В разгар дня я подкатил к знакомым воротам с огромными синими буквами МТА. За воротами - крупный сборочный цех, в котором приготавливают шпалы, рельсы, "стрелки" и другой материал для отправки по всем 400 станциям нью-йоркского метрополитена. Но сегодня никто не проходит сквозь ворота, а вместо знакомого охранника в будочке маячит фигура супервайзера. Слева от входа собралась толпа рабочих с плакатами и алыми косынками, а справа топчутся на месте четверо полисменов. Мои коллеги ходят по кругу и на громкий клич профсоюзного активиста хором скандируют: ЧТО МЫ ХОТИМ?- ЧЕСТНЫЙ КОНТРАКТ! - КОГДА? - НЕМЕДЛЕННО!

Со смешанным чувством присоединяюсь к марширующим. Ну, какой из меня демонстрант? Вон черные ребята будто созданы для этого шумного мероприятия - кричат громовыми голосами, размахивают крепкими кулаками, подпрыгивая и заводятся так, что выскакивают на проезжую часть навстречу потоку машин. Тогда полицейские вежливо подталкивают их на тротуар. Да и чувство обиды на сильных города сего у афро-американцев острее. Я как новый иммигрант, согласен на любое повышение зарплаты. Им же больно слышать и видеть, как белый миллиардер Блумберг в окружении мрачных копов с экрана телевизора с угрозой в голосе советует всем забастовщикам вернуться к работе, да еще и называет их бандитами ("thugs").

Холод заставляет двигаться, и понемногу волна энтузиазма захватывает и меня. Черт побери, почему им вздумалось покуситься на мою пенсию и медицину, да еще при радужном финансовом положении МТА? Мы что, люди второго сорта? Руки прочь от наших бенефитов! А вот попробуйте без нас обойтись денек-другой, небось сразу заметите наше отсутствие...

Я стою на кромке тротуара и размахиваю пластиковой трещеткой, а на протяжные гудки автомобилистов благодарно помахиваю свободной рукой. Здесь, в Браунсвилле многие поддерживают нас. Одна леди остановила свой Шевролет и протянула мне большой пакет из ресторана Данкин-Донатс. В нем оказались дюжина пончиков и картонная канистра с горячим кофе. Мы тянули обжигающий напиток и поминали недобрыми словами руководство МТА, мэра, губернатора, а заодно и далекого от наших городских проблем президента.

-Республиканцы сговорились развалить наш профсоюз, для этого создалась подходящая ситуация: ни мэр, ни губернатор не будут снова баллотироваться на свои посты, так что поддержка городских профсоюзов им больше не потребуется. Вот они и озверели...

-Ребята, можете со мной не согласиться, но здесь еще и рассовая дискриминация налицо: больше половины наших рабочих - черные, латино и новые иммигранты. Они и с нашим президентом профсоюза Тусантом явно неуважительно обращаются, ведь он черный иммигрант, разговаривает с сильным акцентом, держится независимо...

-Если нас всех уволят, я уеду к чертям из этой страны, - взволнованно говорит мой сотрудник по бригаде Пит, который еще в детстве прибыл в Нью-Йорк из Канады, - Я уже предупредил свою подругу, что брошу все и подамся в Канаду. Там все-таки так не унижают рабочий класс.

Я долго раздумываю об этом заявлении, монотонно вышагивая в толпе и поддакивая громкоголосому заводиле. Общая тревога объединяет. Остро чувствую солидарность и сочувствие ко всем знакомым и незнакомым мужикам вокруг меня. Такие мы все разные, а беда общая: если и не уволят, то за каждый невыход МТА вычтет из расчета двойной зарплаты, да еще судья может штраф в 25 тысяч за день всучить. А большинство американцев до зарплаты еле дотягивают, всегда в долгах. У черных ребят к тому же еще и семьи большие. Ну, а для нашего брата-иммигранта нет хуже наказания, чем начинать сначала обустраивать свою жизнь с нуля.

И все же я твердо знаю: что бы ни случилось, я никуда вслед за Питом не уеду, а останусь в своем городе, среди своих соотечественников и с мечтой о лучшей жизни в своей стране! И на этой возвышенной ноте я закончил свой первый забастовочный день и крепко заснул, вконец измотанный бесконечным хождением, морозным ветром и приливом горячего патриотизма.

Еще до рассвета меня подняли тревога и зубная боль. Воспалилась десна вокруг новой коронки. Первая же мысль - а действительна ли моя страховка сейчас? Ограничился приемом аспирина и отправился к пикетам. На улице еще холодней и мрачнее. Возле железной бочки с огнем переминаются забастовщики с закопченными лицами. У полицейских - своя бочка, и наши ребята подбрасывают им дровишки, приговаривая: "Если власти расправятся с нами - возьмутся за вас!". Те настроены добродушно по отношению к забастовщикам, ведь за столь безопасное для них дежурство они хорошо заработают за счет сверхурочных.

Приехал профсоюзный активист, привез плохие новости: власти к переговорам не возвращаются, пригородные электрички ходят по расписанию, другие профсоюзы оказывают поддержку лишь на словах, появились перебежчики: "Мы запомним их имена и позднее устроим им ад на рабочем месте!"

Я встретил земляка из подразделения автомехаников, он рассказал об ужасном положении недавнего иммигранта из Украины, который только что устроился ремонтировать автобусы:

-Из управления ему звонят домой и предупреждают, что он как новенький автоматически подлежит увольнению за невыход на работу. Вчера он как-то ухитрился пробить учетную карточку поутру и потом присоединился к забастовщикам. Не знаю, что с ним сегодня...

Мы сфотографировались с плакатами на память и я вернулся к шумным демонстрантам и к своим мрачным мыслям: что станет со мной и моими коллегами? Некоторые демонстрируют ночью, потому что днем подрабатывают, чтобы концы с концами свести. Уверен, что кое-кто из моих коллег после потери постоянной работы окажется в приюте для бездомных или в тюрьме. Неужели город этого хочет?

Вместо кофе и пончиков в тот день одна молодица "одарила" нас оттопыренным пальцем из окна машины, что здесь означает оскорбление похуже нашей фиги. Встречались и другие обозленные дорожными неудобствами нью-йоркцы. По дороге домой в машине я расстроенно слушал разговоры на тему забастовки на разных радиостанциях. Заметил одну любопытную закономерность: американцы в основном сочувствуют нам, а недавние иммигранты все настроенны агрессивно. Особенно обидно было слушать нападки русскоязычных нью-йоркцев. Больше всего запомнился звонок одного водителя лимузина, бывшего советского инженера: " Эти бездельники с жиру бесятся! Вот я сижу за рулем по 12 часов 6 или 7 дней в неделю без каких-либо бенефитов вообще!"

Я порывался и не смог дозвониться в эфир, пришлось отводить душу в бесплодном риторическом "собеседовании": "Я сам просиживал за рулем по 12-15 часов и боялся заболеть или покалечиться. Помню, как ночью со страхом прислушивался к кашлю своего сынишки - страховки не было. Неужели такая жизнь и является нашей общей с тобою американской мечтой, земляк?"

Просмотр вечерних новостей облегчения не принес - реальных переговоров не было, мэр и губернатор грозили расправой, при этот явно играя на чувствах законопослушных нью-йоркцев: "Это нелегальная акция работников транспорта... Их противозаконные действия... Они нарушили закон". Это крепко действовало на нервы, ведь я и сам ненавижу преступников. Но кстати вспомнилась рукописная надпись на плакате, который принес на демонстрацию один из моих коллег - ROSA PARKS ALSO BROKE LAW! Действительно, умершая недавно героиня афро-американцев Роза Паркс нарушила закон, когда в 50-х годах отказалась уступить белым место в автобусе. Эта противозаконная акция положила начало отмены американской системы сегрегации. Выходит, для изменения положения дел порой необходимо переступить закон?

Утренние новости принесли ощущение, что началась какая-то закулисная деятельность. Судья наложил штраф 1 миллион долларов на наш профсоюз, но отказался заключить в тюрьму его лидеров. В переговоры вступил опытный посредник. У нас с супругой начался давно запланированный отпуск, но из-за неопределенности положения мы маялись дома перед экраном телевизора.

Тут мы оба вспомнили, как много лет назад супруга оказалась в подобной ситуации: ее компания теряла бизнес, и она ожидала уволенение в любой день. Она извела себя переживаниями, когда однажды мы решили махнуть на все и отправились на юг всем семейством. Мы здорово отвлеклись, а по приезду она принялась искать новую для себя работу, что в конце концов ей удалось. Хорошие воспоминания о той поездке подтолкнули нас и сейчас предпринять что-нибудь в том же духе.

Дети наши уже взрослые, самостоятельные люди, так что в этот раз мы быстро собрались и поехали в Атлантик-сити в попытке вернуть себе счастливое чувство беззаботности в праздничной атмосфере ярко декорированных к Рождеству дворцов казино. Едва выехали из города, как по радио передали - забастовка прервана, переговоры возоблены. Переключая радиостанции, я проскочил нужный съезд и мы едва не оказались в Филадельфии.

Как часто и бывает в политических схватках, в этой борьбе победителей не оказалось. МТА снял идею повышения пенсионного возраста, а профсоюз согласился на ухудшение медицинского обеспечения своих членов. Городские власти потеряли не менее 50 миллионов долларов на оплату сверхурочных и другие экстренные мероприятия. Местные бизнесы недосчитали около 1 миллиарда выручки за время транспортного хаоса. А для меня лично столь непредвиденное объявление забастовки и столь же неожиданное ее завершение оставило во мне чувство незавершенности. Поэтому будет уместным закончить эти заметки на полуслове, без каких-либо выводов.

А.Каменяр

Фото - почтой.

PS: Уважаемые читатели! Многие из вас на прошлой неделе испытали неудобства на транспорте и досаду к бастующим. Мы с вами оказались по разные стороны баррикад. Тем важнее знать мнение всех сторон - пришлите ваши замечания и вопросы. Обязуюсь ответить. С Новым годом! - Автор