# Тигра.

Всеволод Карлович Каринберг

Тигра.


Он поднялся с земли, закинул рюкзак за спину, и ушел, не оглядываясь на дымок над потухшим костром. Светлое небо среди ветвей серых еще, сумеречных деревьев. Оленья тропа вела по склону на вершину гребня, где редкая трава и мелкие камушки обозначали ее среди низкорослых кедров и елочек, огибая кривые березы с серой мохнатой пергаментной корой. И стало видно море, безмолвное с высоты, как занавес с алой каймой рассвета по горизонту.

Тропа исчезла, он привык к этому, впереди значит скалы, путь теперь предполагала ему лощина, заросшая густо травой и вдали переходящая в другой гребень сопки. Море исчезло, но когда он поднялся на следующий гребень, оно появилось вновь. Вершины сопок осветились, он вышел к выступу, обрывавшемуся к морю. На краю его лежал тигр. Сверкающее солнце освещало камни и траву, где протянулось рыжее тело зверя с крупной головой. Он осторожно опустился за камень, наблюдая за великолепным сфинксом. Над головой пролетели, чирикая, маленькие птички и исчезли над глубиной распадка. Новый день начинался. Он дошел до моря. Одна из целей закончена, что будет ждать его впереди?


Вспомнились его дни на пасеке, собака Шарик, избушка темная, туман над лужком с рядами уликов. Вспомнился захлебывающийся весенний свист чирков над водой реки. Как его кэгэбэшники убрали в один день из погранзоны Хехцира. И его неудачное бегство в гармонию чистой жизни, без мрачных, злых, невежественных и завистливых людей.

Потом сутолока однообразных провинциальных городков и поселков, с их озабоченными людьми, плохим асфальтом на улицах, заборами, плакатами, призывающими в светлое будущее всего человечества, вывесками, грязными задними дворами магазинчиков, с их пьяными грузчиками, шоферами и хищными тетками-заведующими, с гуляющими парочками по улицам, что со временем дадут новое поколение провинциальных, робких и благонамеренных мещан и мещаночек. Вот так тогда для него начинался новый день. К чему стремиться, во что верить и ждать? Оставалось только отбросить все свое прошлое, оборвать все связи с ним, сказать ему табу - "ты было, но ты было не нужно". Чем все это закончится? Исчезновением? Кэгэбэшник, капитан, предсказал ему это по-своему, но отпустил, видя его спокойствие. Сказал на прощание:

- Куда ты денешься, дружок.

Все не важно в этой жизни, вон и тигра спокойно встречает новый день, а их осталось гораздо меньше, чем честных перед собой людей. Благородный и независимый зверь, взрослого тигра невозможно поймать живым, несвободы он не переносит, умирает от разрыва сердца.

Тигра поднялась и исчезла среди камней по ту сторону склона, словно её и не было. Но это только, кажется, - живое видение было и не пропало, - тигра просто ушла. Вот и люди, насколько могут приблизиться к истине, не потеряв ее по пути?