# Возвращение подружек с моря. Отрывок 5 из романа

Ирина Леонидовна Касаткина

Чем дальше уносил поезд Олю и Юлю от синего моря, тем сильнее хмурилось небо. Сначала на нем еще виднелись голубые островки, потом и они исчезли, затянутые серой хмарью. За Москвой небо откровенно разрыдалось. Его слезы крупными каплями падали на вагонное стекло, стекая по нему неровными косыми струйками.

Небо плачет по лету, - думала Оля, - оно не хочет с ним расставаться. Ведь впереди долгий холод и мрак. Как у меня на душе.

Всю дорогу она простояла в коридоре, прижимаясь лбом к холодному стеклу. Какой-то парень попытался заговорить с ней, но взглянув на ее отрешенное лицо, ретировался.

Юлька лежала на полке и злилась на подругу. Как было весело, когда они ехали на море! Они хохотали до упаду, резались в карты, флиртовали с москвичами из соседнего купе. Как те уговаривали их ехать с ними в Сухуми. Лучше бы они согласились. Но ей так хотелось показать Ольке Пицунду. Кто ж знал, что эта ненормальная встретит там своего грузина. Это ж надо так втрескаться.

Хорошо хоть не проревела всю дорогу. Молчит. Уперлась лбом в стекло и молчит. Какие мысли бродят в ее голове? Еще выкинет чего-нибудь, а ей, Юльке, расхлебывать.

- Оль! - позвала она подругу. - Зайди в купе, посиди со мной. Ну сколько можно стоять в коридоре?

Та не шелохнулась.

- Оля! - Юлька спрыгнула с полки. - Ты слышишь меня? Ну не молчи.

- Юля, не трогай меня.

- Нет, ты скажи: ты можешь сейчас что-нибудь изменить? Скажи, можешь? Правильно - не можешь. Тогда повтори десять раз: "Я не могу ничего изменить. Я не могу ничего изменить. Я не могу ничего изменить." Вот увидишь - тебе станет легче.

- Я не могу ничего изменить, - безжизненным голосом послушно повторила Оля. - Я не могу ничего изменить.

- Так и повторяй, пока не полегчает. Раз ты ничего не можешь изменить, что толку себя казнить? Ведь не страдаешь же ты оттого, что не летаешь. Ну нет у тебя крыльев, так что теперь, умирать?

Крылья! Остановка, открытая дверь. Взмахнуть и полететь...

- Ты что, не можешь взять себя в руки? - упорно гнула свое Юлька. - Прекрасно можешь. Я тебя знаю - ты сильная. Заболеть хочешь? В таком состоянии к тебе любая болячка прицепится. И пойдет твоя диссертация коту под хвост.

Заболеть? А ведь Юлька права. Ей нельзя болеть. Ни в коем случае! Надо сейчас же перестать кукситься.

- Юлечка, я больше не буду. Честное слово. Видишь, я уже улыбаюсь. Не сердись. Хочешь в дурака поиграем?

Что-то слишком быстро она переменилась? Заболеть испугалась? С чего бы? Какая-то в ней тайна, будто... будто еще не все кончено. Словно она чего-то ждет. Словно прислушивается к чему-то.

А вдруг?! Десять дней и ночей под одной с ним крышей. В одной постели!

Ну, тогда она полная идиотка. Хотя с нее станется. Вообразит, что этим его удержит. Кого из них этим удержишь!

Юлька не была пай-девочкой и от запретного плода вкусила давно. Но ведь надо и голову на плечах иметь. Нет, она, Юлька, сначала устроится на хорошую работу, найдет достойного мужика, выйдет замуж, заимеет все, что необходимо для нормальной жизни, вот тогда можно и о ребенке подумать. Но не сейчас же, да еще когда у Ольки столько проблем впереди. О господи, хоть бы она ошиблась в своих подозрениях.

Но вот, наконец, и вокзал. Серое небо, серые лица. Пальто, плащи, зонты. И пузыри на лужах. Приехали. Опять пахать до следующего лета. Какая тоска!


Дорогой мой читатель, если тебе стало интересно, нажми на Метки под этим отрывком и прочти предыдущие отрывки, так будет понятнее