# "са и гу" - 4, 2, 9 ( Окончание)

Г Н Ким

"Са и гу" - 4, 2, 9


Окончание


Из Америки как из всех своих зарубежных поездок я привез книжные новинки, в том числе и по теме нашего нынешнего разговора, а именно, почему корейцы оказались вовлеченными в расовые волнения в Лос-Анджелесе и, что следует вынести из этого трагического урока.

Об одной из приобретенных книг хотелось бы рассказать подробнее. Называется она "East to America. Korean American life story"? то есть "На восток в Америку. Рассказы о жизни американских корейцев". Парадокс, но это факт, что Америка для Кореи не запад, а восток, так что и мы из Казахстана можем лететь в сторону восхода Солнца и скорее достичь берегов Америки, во всяком случае, Аляски и, кажется Калифорнии, чем через Западную Европу. В сборник, который составили два известных профессора Элейн Ким и Ю Ый Юнг вошли воспоминания и эссе 38 американских корейцев разных поколений, возрастов, профессий, живущих по всей стране.

Лишь некоторые из них оказались жертвами "са и гу", но исключительно все с замиранием сердца следили за ставшими таблоидными погромами и пожарами в Кориатауне, видели по телевизору, слышали по радио и читали в газетах репортажи, комментарии, интервью. У кого-то там, в Лос-Анджелесе, жили родные, близкие люди, партнеры по бизнесу и просто знакомые. Так вот, что они вспоминают и о чем думают по поводу "са и гу"?

Мнения относительно того "кто виноват" разделились от совершенно нигилистического "сами допрыгались, не надо было выпендриваться!" до слепой ненависти и ярости - "все вокруг гады и страна хуже африканских джунглей!" Ну, а мне то кажется, что как всегда права истина о "золотой середине" и вот почему.

Налицо здесь и ошибки лидеров корейско-американских общин, выступающих зачастую в качестве отцов-основателей, которые не сумели настроить своих соотечественников-иммигрантов на волну мультикультурализма, межрасового и межэтнического общения. Да и сами корейцы содействовали всячески появлению стереотипного представления о себе как о быстро богатеющих и преуспевающих иммигрантов, которые разъезжают на дорогих лимузинах, носят золотые часы и бриллианты, посылают детей учиться в гарварды. Многие стереотипы на поверку оказываются ложными, но, появившись однажды, они остаются устойчивыми надолго. На самом деле, как показывает статистика, большинство американских корейцев вряд ли можно отнести к категории хорошо оплачиваемых или имеющих высокие доходы. Обилие лавочек магазинчиков, прачечных и парикмахерских, которыми владеют корейские иммигранты, создает впечатление, что у них тут все схвачено. Причем, для афро-американского или белого населения, что китайцы, что японцы, что вьетнамцы, что корейцы - все одно - азиаты. Это как в России или у нас, многие народы попали под одну категорию "лица кавказской национальности", которая заведомо несет в себе негатив. В истории уже не раз повторялось, когда корейцы страдали не по своему этнически-национальному признаку, а по цвету кожи, когда их идентифицировали с другими азиатами. Достаточно вспомнить антияпонские настроения в Америке после разгрома Пёрл-Харбора, когда некоторые американские корейцы стали носить таблички с надписью "I'm not Japanese", то есть - "Я - не японец".

Рудименты такой ненависти к японцам живы до сих пор и муссируются в СМИ и кинематографе, поэтому вколачиваются в обыденное сознание простых американцев. Например, в 1995 году одна из американских компаний восстановила и растиражировала копии мультфильма с кроликом Банни времен Второй мировой войны, в котором длинноухий раздает толпе японцев стаканчики мороженого со спрятанными в них бомбами, приговаривая: "Вот вам, кривоногие, вот вам, обезьяньи морды, вот вам, косоглазые, берите по одному!".

Ныне стереотип "образцового этнического меньшинства" (model minority), который часто применяется к корейцам, стал явно беспокоить их, равно как и других азиато-американцев. Этот образ успеха используется для замалчивания проблем, с которыми сталкивается это меньшинство, или для критики других меньшинств, которые не столь удачливы, а значит, более ленивы. Такая позиция способствует разжиганию страстей. Кстати, после "са и гу", университет Южной Калифорнии и ряд других престижных американских вузов установили "азиатскую квоту", ограничив число азиато-американских студентов.

Отмечу, что появилась целая теория о "доминирующих на рынке этнических меньшинствах". Такие меньшинства, как правило, существуют в традиционно небогатых странах с консервативным укладом. Их роль, их экономическое влияние резко возрастает в период перехода к свободному рынку. Результатом сплошь и рядом становится резкое обострение этническое розни в обществе, что приводит к массовым беспорядкам и кровопролитию.

Что же касается "са и гу" и пострадавших в них корейцев, то подчеркну еще раз, что афро-американское гетто - малоприятное место для предпринимательства. Но, как правило, чем выше степень риска, тем больше извлекаемая прибыль и корейцы вошли в гетто без опыта, без хорошего знания английского языка и даже без полных гражданских прав - в той мере, в какой эти права вообще в Америке существуют. Но зато у этих иммигрантов было нечто другое: этническая или семейно-родовая спайка, без которой на чужбине прожить трудно и которая служит заменой контрактному праву в стране. Корейцы двинулись, прежде всего, в торговлю. Невероятным терпением и трудом корейские иммигранты, чьи магазины были открыты 24 часа в сутки, смогли освоить гетто в крупных американских городах. Их этническая сеть позволила действовать более эффективно, чем коренным жителям - вначале в рознице, затем в оптовой торговле, при этом их функции остались посредническими, вроде перераспределения товаров повседневного спроса из точки изобилия в точки дефицита. Корейские торговцы объективно выполняли социально полезную роль для местного населения, устраняя дефицит, сбивая цены и платя налоги. Они завоевывали рынок, но не любовь коренного населения, которое с завистью наблюдало, как богатеют вчерашние пришельцы. Вот почему, в миг накала страстей именно на них опрокинулся этнический и расовый гнев, хотя ни они, ни их предки не несли никакой вины за беды чернокожего населения Америки.

Не успели остыть пепелища пожаров, а тысячи корейцев Лос-Анджелеса двинулись маршем мира и согласия по Олимпийскому бульвару неся на руках транспаранты с требованиями "Восстановить Кориатаун!" и "Справедливость для Кинга!". Впервые в христианских церквях корейские и афроамериканские пасторы провели совместные богослужения. Произошли встречи и переговоры между лидерами этнических общин. То есть то, что надо было сделать ab initio, а не post factum, то есть до того, как жареный петух клюнул.

Завершить же хочется на оптимистической ноте, и вот какой она получилась.

В Лос-Анджелесе есть единственный в мире музей толерантности, которому исполнилось уже 15 лет. Он был открыт в 1992 году, в год "са и гу". В музее показывают и рассказывают о том, к чему может привести расовая, религиозная нетерпимость и межэтническая вражда. Музей толерантности призван сохранить всеобщую гармонию и мир.


д.и.н., профессор Г.Н. Ким

Энн Арбор-Алматы


3