# Ян Сергей. Прошлое

Сергей Ян

Сергей Ян


ПРОШЛОЕ


Раннее утро... Тихие шаги. На кухне зажёгся свет. Осторожно хлопнула дверца печи, и в топке затрещали дрова.

"Шурр, шурр " - это мама моет рис.

Через стену, в комнате, натужно закашлял отец. Лежу на полу под толстым ватным одеялом. Чуть шевельнешься и сразу чувствуешь ползущие по ногам противные змейки холодного воздуха. Мороз разрисовал окна пушистыми белыми цветами. Если долго дышать на стекло, откроется маленький чёрный глазок, через который можно разглядеть одинокую лиственницу у чуть покосившейся калитки, сугробы снега, колодец с воротом и соседский дом под огромной снежной шапкой. Из кухни доносятся привычные, успокаивающие звуки: деловитый стук ножа, пение чайника на плите. По всему дому разносится аппетитный запах. Интересно, что же она там готовит? Через секунду, переминаясь с ноги на ногу, стою у печки. Из открытой духовки веет густым теплом. Мама смотрит на меня и понимающе улыбается. Из комнаты выходит отец - значит, скоро сядем завтракать. Терпеть уже нет сил. С разбегу ныряю в стоящие у порога тёплые отцовские валенки и, накинув на плечи старенький ватник, бегу по скрипучей снежной тропинке через двор в пристройку. За стеной сарая ворочается и тяжело вздыхает наша кормилица Марта. Это самая красивая корова на свете, в белых носочках и широкой белой полосой вдоль спины. Она грустно смотрит на меня огромными глазами, обрамлёнными длинными, загнутыми кверху ресницами. Скоро у неё родится телёнок, и мы снова будем с молоком. Ласково и осторожно погладив Марту по белой звёздочке на лбу, я выхожу во двор. На улице морозно, звёздно и темно...

еспечное детство.

Каждый день - в ожидании чуда.

О, светлый подарок судьбы.

Раннее утро... До завтрака уйма времени. Опять изучаю прейскуранты, на этот раз отеля "Kolon". Оказалось, что цены здесь в полтора-два раза выше, чем в Сеуле. В частности, на спиртное, пиво и соки. Коньяк "Наполеон" стоит триста пятьдесят долларов, водка - сто двадцать. Пить в России значительно выгоднее, чем в Корее. И вообще у нас всё дешевле, если зарплату получать здесь, а покупать там. После завтрака едем в крупнейший промышленный центр Кореи г.Ульсан.

...Где-то в окрестностях этого города родился наш дядя Ким. Какие-то узы, прочнее кровных, родственных, связали его с моим отцом и нашей семьёй. Маленький, юркий, удачливый во всех делах крепыш, он был полной противоположностью отца, который к тому же был старше его на одиннадцать лет. "Енчери" - так называл его отец. Для нас он был "Кинсан-одисан", а наши дети звали его между собой "страшный дядя". В далёком 1953 году, когда тяжёлая травма на семь месяцев уложила отца на больничную койку, он спас от голода нашу семью. Дядя Ким появлялся у нас, как добрый ангел, принося с собой конфеты, продукты и деньги. Потом снова исчезал на одну-две недели, ослепительно сверкнув золотой коронкой. Отца выписали из больницы, нашу семью отправили на поселение в колхоз, и мы с ним долго не виделись. Судьба забросила дядю Кима в далёкий северный леспромхоз Оноры, где он надеялся обрести семейное счастье. В первое послевоенное десятилетие на Сахалине почти не было девушек-кореянок. Жениться без проблем могли только состоятельные или очень привлекательные молодые люди. В 1956 году тридцатилетний Кинсан-одисан, бесплатно отработав три года у своего бедствующего многодетного знакомого, женился на его четырнадцатилетней дочери. Он стал для юной девушки отцом, старшим братом, а затем и мужем в одном лице. Через два года у них появился первый ребёнок, наследник фамилии. А как же любовь? Строго соблюдаемые конфуцианские правила поведения и пуританские нравы не давали никому права судить о взаимоотношениях в семье. Через много лет, вырастив троих детей, уже в зрелом возрасте она уйдёт от него к другому, более молодому и состоятельному человеку. Внешне он перенесет это спокойно. Через два года дядя Ким сойдётся с другой женщиной, которая и проводит его в последний путь. Лишь однажды, в годовщину смерти моего отца, он в порыве откровенности расскажет мне, тогда уже тридцатилетнему, о своих чувствах, о своей обиде и муках одиночества.

В 1963 году семья дяди Кима из далёких Онор переехала в посёлок Хомутово. И снова, как когда-то, почти каждую неделю он появлялся в нашем доме. После кончины родителей я, к своему стыду, редко навещал его. А весной 1989 года в Корее нашёлся его родной дядя, у которого он после смерти родителей воспитывался с малолетства. Как он радовался и волновался, получив вызов из Ульсана, но ему не суждено было увидеть родную землю. Внезапно дядю Кима сразила болезнь, и через два месяца он скончался от рака. На тумбочке у кровати остались заграничный паспорт и билет на самолёт до Сеула...

Ульсанский автомобильный завод - одно из многочисленных предприятий, принадлежащих крупнейшей частной компании "Хёнде". Знакомство с заводом является частью обязательной экскурсионной программы. Ходим по автоматизированным и роботизированным сборочным цехам. "Соната" и "Аванте" - это последние модели выпускаемых заводом машин, причём "Аванте" изготавливается с 1995 года на конвейере ручной сборки. Каждые тринадцать минут с конвейера сходит готовый автомобиль. Весь технологический процесс сборки машины занимает четырнадцать часов. В главном сборочном цехе "Аванте", огромном здании длиной около пятисот метров, работает, в основном, молодёжь до тридцати лет, принимавшая участие в строительстве этого цеха. При остановках конвейера рабочие пьют кофе из стоящих рядом автоматов, играют в настольный теннис.

Среднегодовая заработная плата составляет на этом заводе от тридцати до тридцати пяти тысяч долларов в год, включая бонусы, которые выплачиваются один раз в два месяца. Кроме того, на национальные праздники рабочие получают премии. Праздников и нерабочих праздничных дней в Корее намного больше, чем в России. На четырнадцать праздников приходится девятнадцать нерабочих дней. Три дня отмечается Новый год, причём по двум календарям: лунному и обычному. Пятнадцатое августа также празднуют по обоим календарям. Кроме того, есть ещё Детский день, День освобождения Кореи, День рождения Будды, День корейской письменности, День древонасаждения, День независимости, День памяти, День конституции, Рождество Христово и День вооружённых сил.

Средняя цена легкового автомобиля последней марки до восьми тысяч долларов. Для работников завода существуют скидки. Три тысячи восемьсот человек выпускают в сутки по пять тысяч восемьсот автомобилей. Получается полторы машины на каждого. Готовые машины размещаются не только на складах, но и на свободных площадях между цехами. Десятки тысяч новеньких, сверкающих краской машин стоят на обочинах внутризаводских дорог. Предварительно, в течение десяти дней машины проходят специальную обработку. Их покрывают толстым слоем пыли или оклеивают липким жёлтым материалом. Обработанные таким образом машины не боятся попадания морской воды и не ржавеют. Около семидесяти процентов выпускаемых машин грузятся в транспортные суда автомобилевозы -- и отправляются на экспорт в страны Азии, Африки, Латинской Америки, Польшу, Болгарию, Грецию и Румынию. Каждое такое судно может принять на борт шесть тысяч автомобилей. Прямо с пирса, по широкой аппарели, в чрево корабля вползают две длинные змейки разноцветных машин. Иногда змейку разрывают большие порожние автобусы, которые затем возвращаются с водителями перегонщиками на борту.

Другая ведущая отрасль "Хёнде" - судостроение. В подаренных нам проспектах история завода расписана чуть ли не по месяцам. Он основан на пустынном побережье и скалах, отвоёванных у моря. Поражает количество и размеры сухих доков. Строят суда, как гражданского, так и военного назначения, водоизмещением до миллиона тонн. Проехали по цехам, чтобы проследить весь технологический цикл изготовления деталей судов. Сделать это пешком невозможно, так как протяжённость внутризаводских транспортных магистралей составляет более шестидесяти километров. На прощание судостроители подарили нам по маникюрному набору, а автомобилисты по модели "Аванте" в одну сотую натуральной величины.

Кампания "Хёнде" имеет научно-исследовательский центр, университет, школу и детские сады. Построен целый микрорайон жилых двенадцатиэтажных домов. Желающие могут за сто тысяч долларов купить трёхкомнатную квартиру, однако, большинство рабочих предпочитает арендную систему найма жилья. Заключается договор на срок не менее одного года, затем вносится залог в размере от тридцати до пятидесяти процентов стоимости квартиры, и по окончании срока арендатору возвращается залоговая сумма. За время проживания в квартире рабочий оплачивает только коммунальные услуги и электроэнергию. Ремонт жилья производится за счёт завода. Собранные средства завод направляет на развитие производства или помещает на депозитные счета в банке. Получаемая таким образом прибыль во много раз превышает стоимость арендной платы. После экскурсии мы обедаем в университетской столовой, которая расположена на невысоком холме в оригинальном двенадцатиэтажном здании. Вокруг здания разбиты скверы, теннисные корты, фонтаны, высажены декоративные деревья. Перед центральным входом небольшая площадь, мощённая гранитными изогнутыми кирпичиками. В конференцзале идёт церемония вручения дипломов выпускницам факультета домашних хозяек. Вместе с ними выходим на площадь. Вспышки фотоаппаратов, поздравления, песни. На девушках нарядные национальные платья, скромные украшения, минимум косметики на лицах. И никаких перстней и крупных серёжек. Что это -показная скромность или стиль жизни? Незаметно площадь опустела. Свободного времени ещё сорок минут. Обошёл вокруг здание университета и набрёл на детский садик, находящийся на этой же огороженной территории. Дети в одинаковых жёлто-зелёных курточках, с одинаковым выражением на личиках выглядят как цыплята. Галдят, шумят, бегают, но стоит воспитательнице сделать замечание сразу наступает тишина.

В Корее культ преподавателей. Их почитают почти как родителей. Если хотят выказать уважение человеку, то называют его "сонсенним", то есть учитель.

... Время стёрло из памяти имя немолодой женщины, научившей меня читать. Она строго следила за моим произношением и в морозные зимние дни провожала меня, маленького шестилетнего первоклассника, до самого дома. Начальная четырёхлетняя школа колхоза "Светлый путь", где мы с сестрой Катериной проучились три года, размещалась в обыкновенном бревенчатом доме. Большая кирпичная печъ-трёхколенка делила внутреннее пространство дома на две неравные части. В маленькой, служившей зимой раздевалкой, стоял обычный кухонный стол с чайником и металлическими кружками, накрытыми белым вафельным полотенцем. Около печки лежали всегда аккуратно сложенные дрова. В большой комнате, за тёплой печной трубой, в два ряда стояли восемь парт. В первом от окна ряду сидели мы, трое первоклашек, за нами четверо второклассников. Во втором ряду, на самой последней парте, с трудом умещалась высокая, почти взрослая, как нам тогда казалось, ученица четвёртого класса. Ещё два пацана и девчонка составляли третий класс. Одна на всю школу учительница, раздав всем задания, обычно присаживалась за пустую парту и о чём-то шепталась с пионеркой-старшеклассницей. Кроме того, она заведовала колхозной библиотекой, занимавшей две этажерки у дальней стены, и исполняла обязанности секретаря правления колхоза. Наша учительница была единственным представителем советской интеллигенции в колхозе, если не считать грубого, шумного, всегда как будто пьяного ветеринара, который одновременно лечил колхозников. Его невежество плюс - распутица и наводнение, привели к смерти моего третьего брата Суери, прожившего на этой земле чуть меньше года. Где-то там, в лесах между Очепухой и Долинкой, осталась . его забытая маленькая могила. В тот год мама, оставаясь дома одна с двумя младшими детьми Володей и Олей, часто плакала. Придя со школы, я старался сразу убежать на улицу и там, за огородом у ручья, просил кого-то о том, чтобы, вернувшись домой, застать живого Суери. Тогда всё в доме стало бы по-прежнему.

Все без исключения ученики пели в школьном хоре и участвовали в художественной самодеятельности. По праздникам мы выступали перед своими родителями в комнате колхозного правления, находившегося в таком же доме, напротив школы, через единственную в деревне улицу. В маленьком сарае возле конюшни тарахтела колхозная электростанция, состоящая из старенького двигателя с генератором. Зимой свет в жилые дома подавался ровно на два часа в сутки. В это время мы обычно готовили уроки и читали книги, а потом, вместе с мамой, рано ложились спать.

Каждую зиму отец, с молчаливого согласия председателя, тайком уезжал на заработки в леспромхоз, валить лес. В конце марта - начале апреля он внезапно появлялся дома, чуточку незнакомый, заросший, с гостинцами в руках. На следующий день, пошептавшись с мамой, отец шёл к председателю колхоза. Осенью, по первому морозу, к нашему дому подъезжала подвода, с которой выгружали два-три мешка картошки, мешок серой муки, четверть туши свиньи, пол-ящика рыбных консервов и несколько килограммов мятых, липких конфет. Это было все, что выдавали моим родителям на заработанные летом трудодни. Мы, пацаны, сопровождали эту подводу по всем дворам.

Как же звали её, мою первую учительницу, выправившую мой японско-корейский диалект, которым мы пользовались дома, на литературный русский язык? Потом была восьмилетняя школа в посёлке Христофоровка с добрым, любимым всеми директором Майей Петровной. Строгую, всегда красиво одетую учительницу русского языка мы все называли "Русыней". Единственного в школе учителя-мужчину звали Иваном Алексеевичем. Затем учёба в южно-сахалинской школе 15. Мне везло на хороших добрых учителей. Их было немало в моей жизни. Безжалостное время стирает из памяти их имена, оставляя в душе светлый собирательный образ доброго наставника - Учителя...

С разрешения молоденькой воспитательницы заглянул в помещение детского сада. Просторные коридоры, полы с подогревом, комнаты для игр и занятий, бассейн, спортивный зал, столовые. Везде цветы и картины. Чистота - идеальная. Кроме всего перечисленного, имеются два автобуса типа "экспресс" для выездов детей на природу. Стоимость содержания ребёнка в этом дворце, называемом детским садом, двести долларов в месяц. В здании университета тоже есть детские комнаты для игр и занятий. Молодые мамы-студентки оставляют там своих детей под присмотром воспитателей и в перерывах между лекциями навещают их. Стоимость этой услуги около семидесяти долларов в месяц. Разумеется, всё это в пересчёте с национальной валюты.

Очередной объект нашей экскурсии - сахарный завод. Снова рекламный ролик, осмотр цехов, какие-то цифры, но после заводов "Хёнде" они уже не впечатляют. В отличие от Сеула, окраины Ульсана - это сплошь огромные заводы, декоративные заборы и высокие трубы. Как это ни покажется странным, не дымит ни одна труба. Миша ради эксперимента второй день не полирует свои лакированные туфли и ничего, пока блестят. В гостиницу возвратились за два часа до ужина. До наступления сумерек (а темнеет здесь рано, в шесть часов вечера) мы с Мишей бродим по прилегающим к отелю холмам. Неожиданно набредаем на посёлок. Это туристический комплекс Помун. Все здания, в том числе и жилые, построены в традиционном корейском стиле и чем-то похожи на Южно-Сахалинский краеведческий музей. Красиво дух захватывает! На первых этажах, как водится, магазины и рестораны, но общего вида они не портят. На фоне заходящего солнца сияют рекламы, брусчатая мостовая, деревья, палисадники и мокрые от поливки тротуары. Возле одного из домов мы увидели несколько больших аквариумов с рыбой самых экзотических расцветок и размеров.

Сегодня ужинаем в банкетном зале корейского ресторана, на втором этаже отеля. Столы и стулья почему-то обычные. На белоснежных скатертях изысканно выделяются тёмно-зелёные салфетки и декоративные вазы с цветами. Подают неизвестные блюда. Выручил, как всегда, мистер Пак. Оказывается, мы вкушаем лотос, салат из бамбука и картофель кубиками, который показался нам совершенно безвкусным. Кроме этого была ещё рыба-тунец, ярко-красная от перца, но не горькая и очень вкусная кимча, традиционная рисовая каша, соевый суп, тубу, по бутылке пива на каждого и двадцатипятиградусная корейская водка.

После ужина все собрались небольшими компаниями в номерах и продолжили застолье. Местная водка против нашей оказалась слабовата. Через час, когда мы потихоньку сбежали от своих новых друзей, в отеле уже во всю чувствовалось, что гуляют наши. Часов в одиннадцать вечера видели уже изрядно подвыпивших и шумных сахалинцев на улицах этого сказочного посёлка.

Мы с Мишей ещё долго бродили по чистым, вымытым улицам: любовались красивыми аккуратными домами, заглядывали в уютные, выложенные камнем, маленькие дворики с цветами. Оглушающее первое впечатление уже улеглось, и я начинаю замечать детали непростого быта местных жителей. Вот семья: дед, отец и двое сыновей подросткового возраста. Вручную подвозя на тележке песок и камни, они ремонтируют дорогу. Старенькая бабуля с тёмными узловатыми пальцами просит поднять на голову тюк, весящий не менее двадцати килограммов. Пришлось поднимать его вдвоём с Мишей. Чуть дальше две женщины подметают и моют тротуар. Живут, видимо, непросто, но достойно. Здешним корейцам есть чем гордиться. Последняя война на полуострове не обошла ни одну семью, повергнув народ в нищету, но с 1965 года в Корее начинается подъём экономики. При жизни одного поколения отсталую аграрную страну превратили в одну из ведущих индустриальных держав. Говорят, в Корее была принята одна из программ "русского" американца Леонтьева. Всё восстановили и ещё больше построили. Заново создали машиностроение, судостроение, автомобилестроение, электронную промышленность и энергетику. Всего за двадцать лет поднялись так, что в 1988 году смогли провести Олимпийские игры. В Корее хорошо отзываются о русских и о Горбачёве. В частности, здесь признают немалую заслугу России в том, что Олимпийские игры в Сеуле состоялись. Такие государства, как Северная Корея, Куба, Монголия, Ангола, бойкотировали Сеульскую олимпиаду. Позиция России (тогда ещё СССР) имела при этом решающее значение.

Корейцы с уважением и гордостью относятся к своей стране и стараются воздерживаться от критики своего правительства. Они считают своим долгом дорасти до уровня Японии, признавая, однако, что по уровню промышленного развития, по культуре производства, по сервису и благоустройству городов им до неё ещё расти и расти. До недавнего времени, чтобы поднять своё автомобилестроение, население покупало только корейские автомобили, которые зачастую дороже японских и явно уступают им по качеству. Но, учитывая существующее между Кореей, США и Японией соглашение о взаимных торговых обязательствах, автомашины американского и японского производства завозятся в страну и выставляются на продажу в магазинах. Вообще, отношение к Японии здесь ревнивое, болезненное. Когда корейцам говорят, что жизненный уровень населения в США выше, чем в Корее, они улыбаются и легко соглашаются. Но стоит в качестве примера привести Японию, и вас начнут убеждать, что в какой-то из корейских провинций такой уровень уже достигнут или, в лучшем случае, промолчат. В сознание корейцев вбита идея догнать Японию в любых областях человеческой деятельности. Корейская фирма, опередившая по каким-либо показателям аналогичную японскую фирму, становится знаменитой. О ней рассказывает телевидение, а её руководитель возводится в ранг национального героя. При всём этом сохраняется вежливое и предупредительное отношение к японским туристам. Иена принимается в стране так же, как и американский доллар. Работают в Корее старательно и много, по десять часов в день, хотя официально установлен восьмичасовой рабочий день.

Что позволяет Корее решать экономические проблемы? Может быть, существует особенная общекорейская идея, сродни общероссийской, которую безуспешно пытаются найти наши политики? Общекорейская идея, объединяющая миллионера с безработным, бандита с полицейским, идея, являющаяся экономическим базисом прогресса и, словно слово "сезам", открывающая двери в светлое "завтра"? Но, мне кажется, нет и не может быть никаких особенных национальных идей, кроме понятий простого человеческого счастья. При наличии "внешнего" или "внутреннего" врага, общество может временно консолидироваться. Но, как известно, идея борьбы с врагами, успешно эксплуатировавшаяся коммунистами на протяжении десятков лет, ни к чему хорошему не привела. Консолидация общества, направленная на уничтожение кого бы то ни было, не может быть созидательной. Корейцы не более патриоты, чем россияне. В тяжелые голодные годы они десятками тысяч покидали страну в поисках лучшей доли. Их приоритеты семья и родина, но не наоборот. Причём, чётко разделяются понятия: Родина и государство, народ и правящие политики. Ностальгия по родине не есть ностальгия по правящему режиму, патриотизм - не есть преданность каким-то продажным высокопоставленным чиновникам.

Осенней ноябрьской ночью, по ярко освещенной аллее, я возвращался в "Kolon Но1е1",расположенный в пригороде Кёнджу на юго-востоке Кореи. Мне так не хотелось верить, что этой же ночью у нас, на Сахалине, обязательно кого-то ограбят или убьют. Что люди лягут спать в холодных и тёмных квартирах, без особых надежд и иллюзий вглядываясь в беспросветное будущее. Сахалинские города превратились в каменные джунгли, где с наступлением темноты начинается охота на людей. В стране террор. Аргумент в споре выстрел. Однако завтра, по многолетней привычке верить каждому печатному слову, мы снова выберем себе лидеров из бывшей партийной номенклатуры и снова, уже в который раз, будем ждать настоящих преобразований. Ждать и с неосознанной тоской мечтать о своём "светлом" прошлом. Номенклатурный социализм в России незаметно оформился в номенклатурный капитализм. Одно небо, одни звезды и такая разная жизнь.

В отеле тепло и уютно. У дверей кланяется швейцар. Перед сном смотрим спортивную программу - чемпионат по национальной борьбе (сирым). Победил представитель завода "LG", за которого мы с Мишей болели как за своего. Всё-таки были у него на заводе. После вручения запечатанных в конверте наград и дипломов началась трансляция японской борьбы "сумо". Надо сказать, что спортивные программы не прерываются здесь ни днём ни ночью. Вообще, телевизионное вещание в Корее идёт по десяти каналам. В отеле, за дополнительную плату можно смотреть с первого по седьмой каналы программы кабельного телевидения, два видеоканала с эротическими фильмами и новости отеля. Общенациональное вещание идёт с седьмого по семнадцатый канал. По трём каналам транслируются передачи только японского, китайского и американского телевидения. Есть спортивный и учебный каналы, а также канал новостей. Остальные четыре канала ведут вещание традиционно, так же, как и у нас.

22. 11. 96 г.