# Ян Сергей. Экскурсия в музей

Сергей Ян

Сергей Ян


ЭКСКУРСИЯ В МУЗЕЙ


Современная Корея - это обворожительная смесь старого и нового.

Незримое веяние Древнего Востока, сохранившееся в тихих буддийских храмах, старинных королевских дворцах и самобытной чарующей музыке, естественно сочетается с небоскрёбами, заводами-гигантами и современным укладом жизни людей. Страна известного всему миру Чосонского белого мрамора и нефритового цвета селадона с подглазурной резьбой. Страна свершившегося экономического чуда, древних праздников, суеверий и полуфеодальных обычаев. Она как волшебное зеркало наших ожиданий, в котором каждый видит то, что хотел бы увидеть.

Поток автомашин, несмотря на воскресный день, не уменьшился. Вместо больших рефрижераторов легковые машины и автобусы с туристами и школьниками. На склонах придорожных сопок, на небольших, не более десяти-пятнад-цати квадратных метров, площадках видны полутораметровые искусственные холмики. Это своеобразные семейные кладбища. В тяжёлые времена государство продавало такие участки всем желающим. Сегодня иметь семейное кладбище очень престижно. Уходим с магистрали и по извилистой бетонированной дороге поднимаемся на вершину невысокой горы. Здесь находится целый комплекс зданий и сооружений, именуемый Мемориалом Победы.

В центре гигантская двойная стела, символизирующая крылья. Много скульптурных композиций, барельефов, фонтанов, площадок для отдыха и обзора. Площадь, занимаемая комплексом, составляет несколько квадратных километров. По территории мемориала ходят рейсовые электроавтобусы, примерно такие, какие были на ВДНХ в Москве. В центре нескольких больших зданий своеобразной архитектуры: Музей истории становления Корейского государства, Музей борьбы корейского народа за независимость против иноземных захватчиков и круговой панорамный кинозал. В Музее экспонируются подлинные документы и оружие. На мониторах мелькают кадры кинохроники начала века, военного и послевоенного периодов. В кинозале идёт беспрерывная демонстрация фильмов о городах Кореи, её животном и растительном мире.

В отдельном зале экспозиция восковых фигур, напоминающая Музей восковых фигур мадам Тюссо. На подиуме, как живые, стоят герои сопротивления и политические деятели в натуральную величину. На каждом табличка с указанием имени, даты рождения и смерти. Несколько панорам битв времен монголо-корейской и японско-корейской войн. Статуи, бюсты и памятники. Небольшая экспозиция о древней Корее. На ней представлен макет деревянного корабля двухтысячелетней давности, на котором уходили в походы корейские цари-ваны. Корабль-черепаха весь сверкает и блестит от лака. Прямоугольные паруса, складывающиеся мачты. На носу огромный бивень неведомого зверя, на корме голова мифического дракона, из пасти которого полыхает огонь.

Большое количество документов и экспонатов отображают время оккупации Кореи Японией (1910-1945 гг.). Множество приказов: о расстрелах, о правилах проживания, о мобилизации на работы, о налогах, о комендантском часе. Всё подлинное: одежда, типографский станок подпольщиков, письма разделённых оккупацией людей. На то, чтобы всё прочитать, нужно потратить минимум неделю. Тюремные камеры в натуральную величину. Если посмотреть в глазок, можно увидеть объемное изображение обстановки камеры, орудия пыток, муляжи отрубленных голов.

Мемориал Победы и памяти о погибших строился на народные деньги. Несколько лет шёл сбор средств, затем, с 1974 по 1982 год, велось строительство. Официальное открытие мемориала состоялось 15 августа 1983 года в присутствии парламентской делегации Японии, которая от имени своей страны принесла извинения корейскому народу за причиненные страдания.

Обедаем в придорожном ресторане возле небольшого посёлка. Пожилым накрыли столы на первом этаже, чтобы они не утруждали себя подъёмом по крутой лестнице. Меню также составлено с учётом возраста. Нас кормили мясом, а стариков травами. Здесь считают, что в пожилом возрасте необходима растительная пища. Ресторан стилизован под старину. Перед ним небольшой скверик с беседками. Извилистые тропинки из деревянных плашек и камней. У резных ворот две женщины продают поделки из полированного камня.

До Сеула движемся в плотном потоке машин. Не видел ни одного водителя с сигаретой. Курение и пользование за рулём сотовым телефоном жёстко пресекается полицией. Дважды останавливались на отдых у заправочных станций. Заправки и стоянки через каждые десять-пятнадцать километров нашего пятисоткилометрового пути. Сервис отменный: музыкальные киоски, автоматы с сигаретами и кофе, магазинчики, чистые туалеты, беседки и аллеи со скамейками. Беспрерывно подъезжают экскурсионные автобусы. Многолюдные толпы, суета. Такое впечатление, будто все жители страны собрались и одновременно выехали на природу. Доживём ли мы на Сахалине когда-нибудь до такой жизни?

Вот и столица. Проезжаем мимо царского дворца, здания кабинета министров, резиденции нынешнего президента Ким Ен Сама, находящегося в это время с визитом на Филиппинах. На тротуаре, с интервалом в тридцать метров стоят внушительного вида полицейские. Между ними прохаживаются люди в штатских костюмах. Выправка и телосложение выдают их причастность к определённым структурам. На ограде зданий, на крышах близлежащих домов, у решетчатых ворот установлены телеобъективы. Во времена правления прежнего президента, генерала Ро Де У, эта часть города была закрыта для автомобильного и пешеходного движения. Сейчас это один из туристических маршрутов.

К отелю подъехали ровно в 15:30. До гостиницы "Дэва", куда я вызвался сопровождать женщин, ехать пятнадцать минут на такси. Небольшая третьеразрядная гостиница своим внешним видом не внушает надежд на особый комфорт. Маленький скромный вестибюль. Из полуоткрытой двери, ведущей в ресторан, перекрывая гам, доносится обыкновенный русский мат. Наши! Мат является одним из главных отличительных признаков россиян. Молодые русские парни и девушки обедают в компании сахалинских и местных корейцев такого же возраста.

Напротив отеля, через улицу, стоят рекламные щиты на русском языке: "фирма Стимул", "фирма Глория", "фирма Роскор". В толпе прохожих иногда мелькают лица сахалинских корейцев, которых сразу видно по излишней раскованности. Идти и плевать на тротуар может только "русский" или "китайский" кореец. Недавно приехавшего в страну сахалинского корейца не перепутаешь с местным, так же, как русского с немцем или французом. Иногда можно услышать в толпе обрывки русской речи. В многочисленных кафе работают официантками молодые кореянки с Сахалина. В одном из них повстречали знакомую женщину из Анивы. Работает в Корее третий месяц. Жалованье шестьсот долларов за вычетом затрат на питание и комнату на двоих в гостинице, которые компенсирует хозяин. К этому плюсуется бесправие и унижения, которые ничем не компенсировать. Она так и не присела за наш столик. Разговаривала на ходу, оглядываясь на хозяина, сидящего с кем-то в глубине зала за кадушкой с пальмой. Мы, быстро попрощавшись, вышли на улицу.

В подземном переходе указатели: стрелка прямо "фирма Андрей", стрелка вправо "фирма Хорошо". Налево оптовый магазин "Глория". Магазин находится в самом центре Сеула и занимает три комнаты на втором этаже невысокого здания. Это небольшой выставочный зал с образцами женского платья и примыкающими к нему маленькими складскими помещениями.

Рядом один из крупнейших в Азии оптовый рынок "Дондемун" и торговые центры: "Kwangiang market" и "Pangsan market".4yTb дальше - "Chndu market". Маркеты и рынок занимают площадь, примерно равную Девятому микрорайону в Южно-Сахалинске.

На ужин возвращаемся в отель. Оставаться в городе нельзя. Во-первых, три раза в день нас пересчитывают по головам. Отсутствие кого-либо вызывает у сопровождающих лёгкую панику и приравнивается чуть ли не к побегу. Во-вторых, приличный ужин в рядовом ресторане стоит около ста долларов. В уличных палатках у рынка цены, конечно, намного ниже, но попробовать что-либо там я так и не решился. Слишком уж непривычные запахи.

После ужина, захватив с собой карту-путеводитель на английском языке, решил прокатиться на такси по вечернему Сеулу. Таксист оказался очень обаятельным, любознательным и словоохотливым человеком. Я ему, как мог, рассказал о Сахалине, о нашей жизни. Он в ответ поведал мне о своей семье, о детях. Вместе посетовали на высокие налоги и цены на бензин. Мистер Ким два часа возил меня по городу, знакомя с названиями улиц и достопримечательностями столицы. Я ставил на карте галочки и крестики, что-то записывал и одновременно старался смотреть по сторонам, чтобы ничего не упустить. Иногда мы останавливались, высаживая попутных пассажиров, которых он брал по "наводке" диспетчера на стоянках, и две-три минуты ходили у магазинов, театров и отелей.

Отели "Силла" и "Лотте", здание посольства КНР, "Сеул централ пост офис", царский дворец, множество ресторанов. Весь город - сплошная реклама. Сверкают, переливаясь всеми цветами радуги, фонари, площади, фонтаны. Полюбовался великолепным зданием Корейского национального театра, постоял у афишных тумб центрального оперного театра. Всё дублируется на английском языке, легко читается и не требует перевода: "Opera Carmen", "London Symphony Orchestra" и так далее.

Простились с мистером Кимом, как хорошие друзья. От моих денег он категорически отказался. Чужая жизнь мимолетно коснулась меня, оставив ощущение искренности, доброты, и умчалась навсегда в сияющую сеульскую ночь. Спасибо тебе, мистер Ким. Когда-нибудь я в точности выполню данное тебе обещание, покатаю, как ты хотел, по ночному Южно-Сахалинску.

Вернулся в номер с ощущением, что побывал на празднике. Я отвык от больших городов, от обилия света, от неспешного, несуетливого ритма жизни, от искренности и доброжелательности. Для меня более привычными стали решётки на окнах, замки и запоры, воровство и грабёж. За последние два года только моих родственников грабили три раза. Грабителей, конечно, не нашли, как не нашли убийц моего племянника. Самое страшное, что мы уже почти равнодушно воспринимаем ежедневную информацию о количестве убитых и раненых, словно сводки с войны. С телевизионных экранов опытные наставники в милицейских мундирах дают советы населению, как обезопасить себя в случае нежелательного ночного выхода в город. Цитирую дословно: "Ходите по освещенной стороне улицы, ближе к проезжей части, подальше от тёмных переулков". А если иметь в виду, что в нашем городе хорошо освещены только улица Ленина в центре и Коммунистический проспект, то получается, что все остальные пешеходные коммуникации заняты врагом, и идти там можно только на свой страх и риск. Хотя трудно представить себе, чтобы здравомыслящий человек мог выйти ночью просто погулять с женой или дочерью по тёмным улицам Южно-Сахалинска. Для нас нормально тщательное запирание двери своего автомобиля, даже если всего на минуту нужно заскочить в магазин за сигаретами. Неужели так будет всегда? Нормальное человеческое существование представляется мне праздником. А как иначе я могу воспринимать непонятную мне сеульскую жизнь, где никто никого не боится, где сурово карают преступников, независимо от того, кем они были до этого дворниками или президентами, где люди просто гуляют по ночным улицам.

Почему здесь, в Корее, всё по-другому? Почему так доброжелательны таможенники, полицейские, таксисты и продавцы? Почему так светло на улицах? Почему в стране, не имеющей ни одной нефтяной или газовой скважины, всё настолько газифицировано, что наши "челноки" возят отсюда газовые баллоны и с выгодой для себя их реализуют? Где и по какой цене корейцы берут этот газ? Почему, почти одновременно начав модернизацию экономики, они вошли уже во вторую десятку в мире, тогда как мы оказались в числе неразвитых стран?

Куда подевалось наше отечественное производство, о защите которого так много говорят? Даже водку везут со всей Европы, своей не хватает. Сливочное масло на Сахалине - из Голландии! За счёт импорта "чокопаев" мы подняли экономику многих государств, но про свою страну забыли. Встали посреди болота: и назад не повернуть, и вперёд идти боимся. Ещё немного, и нам уже не выбраться. На "всякий случай" Южно-Сахалинская мэрия так и стоит на площади им. Ленина, а резиденция губернатора на Коммунистическом проспекте...

В двенадцатом часу ночи мы с соседями по отелю, всего одиннадцать человек, вызвали такси и поехали на оптовый рынок "Дондемун", который работает, как и все оптовые рынки в Корее, круглосуточно. Массовое хождение по рынкам это специфическая черта, присущая, наверное, только сахалинцам. Процесс созерцания товаров, стремление соизмерить потребности с имеющейся денежной суммой восполняет жителям практическое отсутствие на острове театров, стадионов, выставок. Получили зарплату сразу на рынок. Семьями, с детьми и внуками. На лицах такая гамма чувств, такие переживания, куда там театру!

Рынок "Дондемун" занимает площадь равную двадцати гектарам, и представляет собой большие пяти-шестиэтажные здания, которые разделяются узенькими улочками. Все этажи зданий, кроме подвальных торговые площади. На тротуарах стоят прилавки и груды тюков. Нескончаемые ряды магазинов и ларьков. Между ними кафетерии, туалеты и лестницы. Каждая, даже самая малюсенькая лавчонка, размером два на два метра, телефонизирована. Продавцы живут прямо здесь, вместе со своими семьями. Тут же на керосинках готовят пищу, спят в задних комнатах. Никакого воровства. Люди бродят вдоль прилавков, набирают товар, потом криком будят хозяина - и начинается торг. Из-за десятипроцентной скидки никто и рта не откроет. Торг начинается с того, что покупатель даёт половину цены, предложенной продавцом, а дальше - как получится. Скидки на двадцать-тридцать процентов здесь обычное явление. Ряды и залы похожи один на другой. Всё время кажется, что именно здесь ты только что прошёл. Яркое освещение, снующие по проходам грузчики с традиционными восточными носилками на спинах и спокойные, вальяжные покупатели с записными книжками в руках. Своеобразную атмосферу рынка дополняют запахи кожи, кофе, одежды и монотонный гул, изредка прерываемый резкими выкриками грузчиков.

Шубы, куртки, дубленки, бижутерия, ювелирные изделия, белье, лекарства, обувь, подарочные наборы, игрушки, шарфы, носки, перчатки, сковородки, детская одежда и снова дубленки от всего этого можно сойти с ума. Побродив наугад с этажа на этаж, выскочил на улицу, нырнул в здание через дорогу, и все сначала. "Дондемун" и ближайшие "маркеты" обеспечивают товаром магазинчики всей Кореи и "челноков" всех стран бывшего соцлагеря.

Заблудившись в бесконечных рядах, с трудом выбрались на улицу. До отеля добрались к 3:15 местного времени. Мишу я потерял. После контрастного душа лёг в постель. Дверь оставляю открытой - для Миши...


24. 11. 96 г.