# Ким Герман.Депортация.Расселение и обустройство депортированных корейцев в Казахстане и Узбекистане

Герман Николаевич Ким

4


Депортация

Герман Ким. Расселение и обустройство депортированных корейцев в Казахстане и Узбекистане

Партийно-правительственное постановление от 21 августа 1937 г. о переселении корейцев обязывало "Совнаркомы Казахской ССР и Узбекской ССР немедленно определить районы и пункты вселения и наметить мероприятия, обеспечивающие хозяйственное освоение на новых местах, оказав им нужное содействие". Белая книга о депортации корейского населения России в 30-40-х годах. М., 1992, с. 65.

Анализ выявленных рассекреченных документов ЦК Компартий и СНК Казахстана и Узбекистана показывает, что высшее руководство республик было поставлено в известность о принятой крупномасштабной операции без какого-либо предварительного обсуждения. 23 августа секретарь ЦК КПК(б) Л. Мирзоян впервые ознакомил членов бюро с содержанием сталинско-молотовского постановления, и было принято решение о создании специальной комиссии по приему и размещению корейских переселенцев во глава с председателем СНК Казахстана У. Исаевым. АП РК, ф.708, оп. 1, д. 1-а, л. 9. Такая же комиссия была создана в Узбекистане, ее возглавил председатель СНК республики Д. Курбанов. ЦГА РУ, ф. Р-837,оп. 1, д. 587, л.12.

Однако фактическое оперативное руководство было возложено на органы НКВД в лице Гильмана в Казахстане и Апресяна в Узбекистане, наделенных мандатом уполномоченных СНК по расселению и устройству корейцев. Все распоряжения уполномоченных были обязательными для всех наркоматов и ведомств и специально созданных областных комиссий по приему и размещению переселенцев. АП РК, ф. 708, оп.1, д.53 б, л. 1; ЦГА РУ, ф. Р-100, оп. 1, д. 2, л. 3.

Первые эшелоны из Дальневосточного края стали прибывать в Казахстан в конце сентября, а в Узбекистан чуть позднее. Ни в Казахстане, ни в Узбекистане принять и устроить такое большое количество людей не были готовы. По ходу депортации число корейских хозяйств, подлежащих приему и размещению, выросло на 30-40 процентов по сравнению с первоначально указанной цифрой, менялись регионы, области и районы вселения и количественное распределение переселенцев, что создавало дополнительные трудности в их обустройстве.

Одним из первых правительственных документов , определивших географию расселения корейцев в нашей республике было постановление Совнаркома КазССР от 9 октября 1937 г. "О расселении и хозустройстве корейских переселенцев" ЦГА РК, ф. 1987, оп. 1 с, д.2, л.1-5. В Узбекистане аналогичное постановление "О расселении корейских хозяйств" было принято 16 сентября 1937 г. Ким П.Г. Корейцы республики Узбекистан. Ташкент, Узбекистон, 1993, с. 15.

Переселение корейцев в Казахстан произошло в два этапа: первый начался с выселения из ДВК и закончился временным расселением в пунктах разгрузки; ко второму этапу внутриреспубликанского хозяйственно-территориального перераспределения корейского населения приступили весной 1938 и закончили к концу года. См.: Кан Г.В. Корейцы Казахстана. Алматы, 1994, с. 69-73. В Казахстане по отчетным данным областных исполнительных комитетов на 1 декабря 1938 года 18 525 корейских хозяйств были расселены следующим образом: ЦГА РК, ф.1208, оп.1, д.26-а, л.103. Вычисленная общая сумма хозяйств по областям - 18 461 не совпадает с указанной в документе - 18 525 ( прим. Г.К. )

Область число хозяйств

Алма-Атинская 4 191

Кзыл-Ординская 7 613

Карагандинская 1 225

Актюбинская 758

Кустанайская 1 040

Гурьевская 1 075

Северо-Казахстанская 778

Западно-Казахстанская 512

Южно-Казахстанская 1 269

Итого 18 461


По данным на 15 ноября 1938 г., всего в Узбекистане было устроено корейских переселенцев 16 453 семьи с составом в 74 206 человек. Из означенного количества семей к колхозах устроены 10 946 хозяйств: Ким П.Г. Корейцы республики Узбекистан. Ташкент, Узбекистон, 1993, с. 170.


Область число хозяйств

Ташкентская 6 557

Самаркандская 1 194

Ферганская 1 130

Хорезмская 846

Бухарская 16

Каракалпакская АССР 1 203


## Итого 10 946

К весне 1938 г. примерно половина корейских переселенцев была устроена в "самостоятельных корейских колхозах", остальную часть "доприселили" в узбекских колхозах. В Ташкенской области создали в Нижнечирчикском районе 6 корейских колхозов; в Среднечерчикском районе - 13; в Верхнечирчикском - 4. В других областях корейские колхозы были созданы следующим образом: в Самаркандской - 9, в Ферганской - 5, в Хорезмской -3 и в Каракалпакии - 5. В 211 узбекских колхозах разместили 5 145 корейский семей. Подсчитано по материалам: ЦГА РУ, ф. 100, оп. 1, д.1, л. 74-78.

В городах Узбекистана Ташкенте, Самарканде, Фергане, Намангане, Андижане, Коканде, Бухаре и др. расселили свыше 2500 корейских семей. Всего на 15 ноября 1938 года в Узбекистане насчитывалось 16 307 корейских семей или 74 500 человек. ЦГА РУ, ф. Р-837, оп.27, д. 39, л. 19.

Корейцы-переселенцы в Казахстане были устроены главным образом в самостоятельные колхозы или "доприселены" в существовавшие хозяйства. К декабрю 1938 г. корейские переселенческие колхозы локализовались следующим образом: в Кзыл-Ординской - ЦГА РК, ф. 1208, оп.1, д.2, л. 18. 28, из них в Казалинском -1, Кармакчинском - 12, Терень-Узекском - 2, Сырь-Дарьинском - 7, Яны-Курганском - 1; Чиилийском - 3, Аральском - 2; в Алма-Атинской области 19: ЦГА РК, ф. 1208, оп.1, д.2, л. 18. в Каратальском районе - 15, Чуйском -1, Балхашском - 3. Далее в Карабутакском районе Актюбинской области 4 колхоза, Келетовском районе Северо-Казахстанской области - 5. В Южно-Казахстанской области: Пахта-Аральском районе - 1, Джувалинском - 1. В Денгизском, Гурьевском и Баксайском районах Гурьевской области создали по одному корейскому рыболовецкому колхозу. ЦГА РК, ф. 1208, оп.1, д.2, л. 18. В Карагандинской области: ГАКО, ф. 27, д. 2, св. 1, л. 1,5. в Акмолинском районе - 1, Тельманском - 2. В Кустанайской районе Кустанайской области - 2 колхоза. ЦГА РК, ф. 1208, оп.1, д. 26-а, л. 49.

По сведениям Г.В. Кана, на 1 января 1939 г. в "203 местных колхоза было влито 3 939 семей, 16 488 человек; 5 894 семьи , 21 493 человека были устроены в 91 совхоз, МТС, промышленные предприятия, кустпромартели, различные хозяйственные и общественные организации в качестве рабочих и служащих. См.: Кан Г.В. Корейцы Казахстана. Алматы, Гылым,1994, с. 73-74.

Одним из самых актуальных вопросов истории депортации корейцев из ДВК в советскую Центральную Азию был и остается вопрос о людских потерях. Южнокорейский исследователь Ко Сон Му считает, что к 1936 г. общая численность корейского населения России, включая временных иммигрантов, достигала 205 тысяч человек, а число переселенных в Казахстана и Узбекистан корейцев составило менее 180 тысяч. Ko Song Moo. Koreans in Soviet Central Asia. Helsinki, 1987, p. 17. Сокращение на 25 тыс. человек можно объяснить следующими факторами: несоответствием цифры 205 тыс. человек реальной численности корейцев накануне депортации, массовой реэмиграцией корейцев в Корею и оттоком в Маньчжурию, высокой смертностью депортантов в нечеловеческих условиях длительной транспортировки, наличием корейского населения в других регионах России и высланных в Центральную Азию после 1937 года.

Анализ архивных документов, статистических данных и свидетельства очевидцев позволяют предположить, что незадолго до начала выселения и во время ее осуществления не отмечалось сколько-нибудь значительной миграции корейцев за пределы ДВК, а с принятием известного постановления о депортации границы были настолько уплотнены дополнительными силами пограничной службы и отрядами НКВД, что даже единичные случаи бегства корейцев стали невозможными.

Число смертных исходов во время перевозки, включая жертвы трагической аварии одного эшелона, происшедшей в сентябре 1937 г. под Хабаровском ЦГА РК, ф. 1208, оп. 1, д. 23, л. 3-5; там же, д. 109, л. 66. составляет, вероятно, несколько сотен. Точную цифру погибших трудно определить, представляется бесспорным лишь то, что более всего пострадали две крайние возрастные группы: старики и дети.

Исходя из вышеотмеченного, следует уточнить численность корейского населения, находившегося на момент депортации в Дальневосточном крае и других регионах России, и сравнить с данными о количестве переселенных корейцев в Казахстан и Узбекистан. Необходимо также проверить сведения о переселении части депортированных корейцев в Астраханскую и Ростовскую области, См.: Kolarz W. The Peoples of the Soviet Far East. London, 1954, p. 42; Stephan J. The Korean Minority in the Soviet Union,- Mizan ( Central Asian Review ). 1970, Vol. 13, No. 3, p. 138-147. установить ее численность и проследить дальнейшую механическую и естественную подвижность. Документально зафиксирован факт передачи для размещения астраханским предприятиям Госрыбтреста 520 корейских семей в количестве 2 871 человека, которые учитывались как поселенные в Казахстане. Кан Г.В. Корейцы Казахстана. Алматы, 1994, с. 68. Из воспоминаний Тю Петра Степановича, 1927 г. р., Ляна Ильи Львовича, 1925 г.р., и Тё Бун Сен, 1926 г.р., проживающих ныне в Астане следует, что в Астрахань прибыл целый эшелон с корейцами, которых затем "разбросали" по рыбацким поселкам. В середине декабря 1941 года всех корейцев выселили в Казахстан, причем за несколько дней до отправки "отпустили мужчин из трудармии, рывших под Сталинградом окопы и противотанковые рвы". Свидетельства очевидцев, - Нива, 1997, ╧4, с. 24, 27, 29.

Как известно, переписи населения, проведенные в 1939 и 1959 гг., разделяют двадцать лет, наполненные такими историческими событиями как тотальные репрессии, кровопролитная вторая мировая война, экономическая разруха, наступление эры холодной войны и гонки вооружений, которые сказались на демографических процессах всех советских народов. В межпереписной период 1939 -1959 гг. произошло значительное снижение численности корейского населения в Казахстане: в абсолютных цифрах на 23 277 человек. В чем же заключались причины потери почти четверти численности корейцев?

Природно-климатические различия региона выселения и районов вселения, отсутствие экологических условий для традиционной хозяйственной деятельности: рисоводства и поливного овощеводства, а также недостатки, ошибки и просчеты в организации хозяйства и быта переселенцев-корейцев на местах были основными причинами несанкционированного массового оттока в регионы орошаемого земледелия Узбекистана. Отчасти уход в соседнюю республику был мотивирован естественным желанием людей воссоединиться с другими членами семьи и родственниками, переселенными в Узбекистан. По состоянию на 10 февраля 1940 г., по неполным данным переселенческого отдела Кзыл-Ординского облисполкома, с начала 1938 г. из общего количества корейских переселенцев 5 506 хозяйств (без рабочих и служащих) перешли или переехали в Узбекскую ССР 1 827 хозяйств, т.е. более 10 тыс. человек. ЦГА РК, ф.1208, оп.1, д.109, л. 80-81 Общая численность корейских переселенцев, ушедших из Казахстана в Узбекскую ССР не поддается пока более точному учету, для достижения которого необходим сравнительный анализ архивных материалов переселенческих отделов Совнаркома и Наркоматов внутренних дел Казахской и Узбекской ССР.

Помимо массового оттока переселенцев-корейцев в период хозяйственного устройства 1937-1940 гг. из Казахстана в Узбекскую ССР корейское население сократилось вследствие ряда конкретно-исторических причин.

Первые годы на новом месте сопровождались повышенной смертностью, вызванной экстремальными природно-климатическими условиями, жилищной неустроенностью, недостаточным питанием, низким уровнем, а зачастую отсутствием медицинской помощи, лекарственных препаратов и т.п. Во многих корейских переселенческих колхозах были распространены различные эпидемические болезни, массовые желудочно-кишечные и простудные заболевания с обширными летальными исходами. ЦГА РК, ф. 1208, оп. 1, д.30, л.81; ГАКО, ф.18, оп. 1, д. 164, св.13.

Наличие данных о различных демографических событиях среди корейцев в Казахстане в течение двух лет (1938 и 1939 гг.) позволило воспользоваться исчислением демографических коэффициентов как приемом анализа процессов, происходящих в населении. ЦГА РК, ф. 698, оп.14, д. 208, л.14; там же, д. 219, л. 14. Коэффициент рождаемости среди корейцев превышал средний коэффициент по Казахстану, который составлял в 1937-1938 гг. 42,4 человека на каждую тысячу. Коэффициент смертности превышал средний показатель по республике почти в 2 раза: в 1937 г. смертность по Казахстану составляла 18,3 человека на каждую тысячу населения, а в 1938 г. - 16,3. Некоторые данные о движении населения, - Народное хозяйство Казахстана, 1939, ╧11-12, с.62. Особенно высокий коэффициент смертности был отмечен среди детской, точнее младенческой возрастной группы. По воспоминаниям информантов, в каждой корейской семье умирали дети, во многих многодетных семьях выживала половина или меньшая часть. Воспоминания Тю Петра Степановича, 1927 года рождения. Свидетельства очевидцев, - Нива, 1997, ╧4, с. 30; Ким В. Д. Эшелон -58. Воспоминания, - Дорогой горьких испытаний. М., 1997, с. 72.

В годы Великой Отечественной войны многие мужчины-корейцы были трудмобилизованы на промышленные предприятия, шахты, строительство оборонительных, инженерных сооружений и т.п. Только в карагандинских угольных забоях в эти годы работали свыше двух тысяч корейцев. Насильственное разделение членов семьи, супругов, тяжелые условия жизни военных и послевоенных лет, демографические потери в период депортации и первых лет адаптации в Центральной Азии, в особенности компенсирующей части (дети), отразились на динамике численности корейского населения Казахстана.

Корейцы Казахстана и Узбекистана пострадали бы от людских и морально-психологических потерь в несравненно большой степени, если бы не помощь, добро и приют казахов, узбеков и других народов республик, спасших переселенцев от голода и холода. Казахстан, в отличие от соседней республики в 30-40-х гг. стал местом депортации десятков безвинных народов и, в этой связи, совершенно справедливо пишет известный журналист Л. Вайдман: "Казахи, если по большему счету, оказались на высоте своего положения, на практике отвергнув логику сталинизма, поставившего под сомнение жизнь миллионов репрессированных людей". Казахстанская правда, 1990, 2 марта. Материальная и моральная помощь местного населения Казахстана переселенцам 30-40-х гг. должна стать предметом специального исследования, имеющего как научное, так и социальное значение в деле укрепления взаимопонимания и дружбы всех народов многонациональной республики, воспитания чувства казахстанского патриотизма.


Ким Герман Николаевич, доктор исторических наук, зав. каф. корееведения факультета востоковедения КазНУ им. аль-Фараби, тел./ факс раб. 3272-621345, e-mail: ger_art@astel.kz; kazgugnk@yahoo.com