# Ким Герман.Предыстория.Политика царских властей в области просвещения корейцев на русском Дальнем Востоке

Герман Ким

Предыстория

Герман Ким. Политика царских властей в области просвещения корейцев на русском Дальнем Востоке.

Неотложные задачи освоения земель, юридически ставших территорией русского Дальнего Востока в середине XIX в. требовали развития в крае промышленности, сельского хозяйства, горных, лесных и морских промыслов. На рубеже веков экономика Дальнего Востока развивалась более высокими темпами, нежели чем экономика России в целом. В освоении края принимали участие как русские крестьяне из западных регионов, так и корейские переселенцы. С целью укрепления положения самодержавия на Дальнем Востоке и его колонизации местная администрация во главе с генерал-губернатором Корсаковым, в также военный губернатор Приморского края адмирал Фуругельм содействовали принятию корейских переселенцев и они стали политически важной и желанной частью населения.

Царские власти намеревались использовать корейских переселенцев в в деле решения своих важных задач, однако для этого необходимо было их русифицировать. Один из путей русификации заключался в просветительской, миссионерской деятельности среди корейцев. Уже Пржевальский подметил, что православная церковь сможет сыграть существенную роль в этом процессе русификации: "Важным средством подобного перерождения и обрусения как корейцев, так и прочих инородцев нашего Уссурийского края, должна явиться православная пропаганда". Пржевальский Н. Путешествие в Уссурийском крае, 1867-1869.- СПб., 1870, с. 295.

Просвещение корейцев, как и других народов царской России, самым тесным и непосредственным образом было связано с началом и развитием православной миссионерской деятельности, с церковной и духовной жизнью. Церковь и школа были неразрывными, ибо именно священнослужители были, как правило, единственными грамотными людьми в русских деревнях, умевшими читать и писать. Следовательно, они совмещали в себе и служителей культа и первых учителей.

Военное и экономическое освоение края отодвигали на задний план задачи просвещения, организации школьного дела, налаживания системы образования на Дальнем Востоке. Царская Россия мало вообще заботилась о развитии культуры среди населения Дальнего Востока. С 1872 до 1917 года правительство израсходовало на содержание Дальневосточного края 750 млн. рублей, из которых 78,4 процента было отпущено на чисто военные мероприятия, а на народное просвещение - всего 0,7 процента общей суммы. В 1917 году на Дальнем Востоке России среди городского населения процент грамотных составлял 38,7%, а среди сельского - только 19,1%. Пак Б.Д. Корейцы в Российской империи. М., 1993, с. 151-152

Однако во Владивостоке, Хабаровске и других новых городских поселениях Дальнего Востока со временем стали открываться школы и гимназии. Примечательно, что средства на организацию учебных заведений исходили не из правительственных ведомств по образованию, а к примеру из Морского министерства, которое не испытывало такого острого финансового дефицита. К примеру, в 1874 г. во Владивосток было переведено содержавшееся на бюджете Морского министерства женское училище, для помещения которого был приобретено здание. Основано оно было в 1862 году по ходатайству Адмирала Казакевича и в 1872 году преобразовано в прогимназию. С самого начала начальницей его являлась Т.С. Урядова.

В 1870 году в Николаевске была открыта четырехклассная классическая прогимназия. В 1874 году ее педагогический совет ходатайствовал о переименовании в гимназию. Летом того же года она была преобразована в 6-ти классную гимназию. Затем на средства, выделенные равным образом Морским ведомством, гимназия была переведена из Николаевска во Владивосток. Начатые в 1873 году постройки были приведены к окончанию в следующем году и закончены на суммы, ежегодно ассигнуемые в размере около 135 тысяч рублей. Матвеев М.П. Краткий исторический очерк г. Владивостока. 1860-1910, Владивосток, 1910, с. 52-53.

На основании постановлений Думы, заседания которой состоялись 21 декабря 1884 года и 27 июня 1885 года счет закончено здание для городского училища. В 1886 г. состоялось его открытие, и были приняты 50 учеников. Царские власти, не имея возможности и средства на строительство и учреждение новых школ, гимназий и курсов не стало противиться открытию частных учебных заведений, воскресных школ. Одним из первых частных училищ средне-учебных заведений было открыто госпожей Филипченко. В 1897 г. Приамурским генерал-губернатором было разрешено Обществу народных чтений открыть воскресную школу и вечерние курсы. 1 сентября была открыта частная школа г. Браиловского.

Только в 1890 г. был окончательно решен вопрос о женском училище, связанный с переходом состоявшего в ведении Морского Ведомства так называемого женского "института" в министерство народного просвещения. Фирма "Кунст и Альберс" внесла 6 000 рублей для образования стипендии имени их жертвователей. Там же, с. 111,133, 136,139, 167.

Большой спрос на определенные профессии и специальности, прежде всего связанные с потребностями армии и флота, явились основой для открытия специальных курсов, как, например, Александровских мореходных классов при Владивостокском городском училище. Необходимость подготовки своих переводчиков восточных языков также вызвала к жизни открытие специальных классов. По постановлению Государственного Совета с 1 июля 1895 года при Владивостокской мужской гимназии был учрежден специальный класс китайского языка.

Непосредственная близость Дальнего Востока к Китаю, Японии и Кореи, расширяющиеся связи, а также удаленность ведущих университетов Москвы и Санкт-Петербурга ставили на повестку вопрос об открытии во Владивостоке своего высшего учебного заведения с востоковедной специализацией. Этот вопрос постоянно обсуждался в местных дальневосточных газетах. О необходимости открытия высшей школы восточных языков настойчиво говорили все местные прогрессивно настроенные люди. 15 сентября 1896 года в присутствии генерал-губернатора С.М. Духовского состоялась закладка здания, а 9 июля 1899 г. состоялось назначение ординарного профессора Петербургского университета А.М. Позднеева директором Восточного института.

Развитие системы просвещения и образования на Дальнем Востоке, которое стало давать первые позитивные результаты, было прервано в связи с усложнившейся международной ситуацией в регионе и началом русско-японской войны. Начало нового столетия, таким образом, характеризуется застоем в деле государственного управления и финансирования учебных заведений. Постепенное улучшение положение отмечается к концу первой декады XX столетия. См.: Унтербергер П.Ф. Приамурский край. 1906-1910 гг. СПб., 1912, с. 163-167.

В течении 1908 года существовавшие школы расширились и кроме того открылись новые. Так, например, во Владивостоке открылось коммерческое училище. Три городские начальные школы были переведены в лучшие более обширные помещения. Начатое строительство двух больших капитальных каменных здания школ - в Рабочей Слободке и по Китайской улице было завершено в 1909 году. Закончено строительство внушительного здания городской женской гимназии, которое одним из лучших в городе.

Некоторое улучшение школьного дела и вопросов просвещения отмечается в других городах и крупных населенных пунктах Дальнего Востока. Заметный прогресс наблюдался в народном образовании корейского населения, который удалось достичь благодаря усилиям самих переселенцев, деятельности миссионеров и лояльного отношения царских властей к открытию частных школ в корейских селениях.

В 1910 году в Приамурском крае среди корейцев имелось 20 церковно-приходских школ, находившихся в ведении Миссионерского общества, и 3 смешанных русско-корейских школ, которые подчинялись Министерству народного просвещения. В 1913 году во Владивостокской епархии состояло 23 церковно-приходских школ. Три из них были двухклассные, 20 - одноклассные. В них обучались корейцев - 1216, русских - 24. Незначительная часть корейских детей обучалась в русских школах, на строительство и содержание которых их родители вносили свои пожертвования.

Н. Насекин совершенно справедливо отмечал, что "Если в задачи русского правительства, здесь, на Дальнем востоке, должно входить быстрое и прочное ассемилирование инородцев, то несомненно одним из главных средств для этого является русская школа, устроенная и обставленная сообразно этой цели. В настоящем виде все корейские школы далеко не удовлетворяют такой важной цели и потому требуют коренного преобразования. Преобразование может быть достигнуто без всяких материальных затрат со стороны правительства, так как средства для подъема школы на должную высоту дадут корейцы. Достаточно объявить им о принятии их в русское подданство, и они с полной готовностью исполнять все предъявленные требования, клонящиеся к их умственному развитию и, в то же время, к сближению с коренным населением, принявшим их как братьев". Насекин Н. Корейцы Приамурского края // Журнал Министерства Народного просвещения. Часть СССLII, Спб, 1904, с. 23-30.

Число церковно-приходских школ, а также численность обучавшихся в них и других русских школах медленно, но неуклонно повышалось, что объясняется не только проводимой политикой русского царизма, направленного на скорейшее обрусение инородцев края, но и стремлением абсолютного большинства переселившихся корейцев овладеть русским языком, приобщиться к русской культуре. Корейский язык хотя и не был введен в этих школах в качестве отдельного предмета, ибо это противоречило бы политике царизма в крае, тем не менее этот язык не запрещался, а тем более не преследовался, так как преподавание в школах шло по системе Ульминского, которая предполагала использование национального языка при обучении детей.

Помимо церковно-приходских, миссионерских и правительственных русских школ, в Приморской области усилиями лидеров антияпонского национально-освободительного движения, известных просветителей и благодаря материально-финансовой помощи широких слоев корейского населения образовалась сеть сельских школ, в которых преподавание велось на корейском языке. В результате на русском Дальнем Востоке к началу 1917 г. не оставалось ни одного корейского селения, где бы не действовали корейские школы с начальными классами обучения. В городских центрах, таких как Владивосток, Хабаровск, Никольск-Уссурийском и других в местах компактного проживания корейская общественность также пыталась организовать такие школы и училища.

К открытию частных школ в корейских деревнях царский режим относился двояко: с одной стороны не наблюдалась особых препятствий со стороны местных властей деятельности этих школ, но с другой ощущалось недоверие и подозрительность к ним, проводился тайный и явный надзор. Об этом свидетельствует исторический документ - представление крестьянского начальника 2-ого участка Приморской области на имя военного губернатора области: "Из агентурных сведений до моего сведения дошло, что в с. Кроуновка открылось корейское училище с преподаванием на корейском языке. В начале апреля я секретно командировал волостного старшину для накрытия учителя корейца во время занятий с учениками, старшине накрыть училище не удалось и он согласно моим распоряжениям выяснил только кто учителем каковым оказался японский подданный Пешури Тян". ЦГА РДВ, ф.244, оп.1,д. 325, лл.7. Затем начальник участка сам отправился в Кроуновку, арестовал учителя и отправил в распоряжение жандармского ротмистра, а школа была временно закрыта. Там же, л. 8.

В целях контроля благонадежности корейцев и обучения по идеологически выверенным учебным пособиям царские власти обратили внимание на издание соответствующих книг, разговорников, словарей, хрестоматий. Начало было положено миссионером В. Пьянковым, который явился автором "Корейской азбуки. В пользу корейских школ Южно- Уссурийского края". Автограф корейца. СПб., 1874. "Корейские тексты" (на корейском языке) составил Ким Пен Ок, преподаватель при Императорском Санкт-Петербургском университете. СПб., 1898. К. Кузьмин написал "Элементарное пособие к изучению корейского языка, с грамматическими правилами и упражнениями"(Хабаровск, 1900). В Казани в 1904 г. Православным миссионерским обществом был издан "Опыт краткого русско-корейского словаря", а также другие книги по корейскому языку. Большой вклад в преподавание корейского языка, литературы, истории в Восточном институте и подготовке специалистов-корееведов внес профессор Г. Подставин, оставивший после себя множество учебных пособий. См.: Полный список изданий Восточного института. Владивосток, 1909.

Таким образом, несмотря на скудное финансирование и трудности начального этапа освоения Дальнего Востока строились школы, открывались церковные, государственные и частные учебные заведения, готовились преподавательские кадры, т.е. определенным образом формировалась система образования. Политика царского самодержавия в отношении инородцев, в том числе и корейских переселенцев была направлена в первую очередь на культурно-языковую ассимиляцию, которая позволила эффективно использовать нерусское, азиатское население в своих колонизационных целях, строго осуществлять за ним надзор и воспитать в верноподданническом духе.


Ким Герман Николаевич, доктор исторических наук, зав. каф. корееведения факультета востоковедения КазНУ им. аль-Фараби, тел./ факс раб. 3272-621345, e-mail: ger_art@astel.kz; kazgugnk@yahoo.com