# Ключевые идеи корейской поэзии Казахстана

К А Сундеткалиева

Сундеткалиева К.А.


Ключевые идеи корейской поэзии Казахстана

Ключевыми идеями корейской поэзии Казахстана являются: любовь к Казахстану, давшему приют депортированным; трагические отголоски воспоминаний о прошлом; неизбывная тоска по исторической родине; долгий путь скитаний и т.д.

Основная тематика корейской поэзии - воспевание красот природы своей исторической родины - Кореи, Дальнего Востока, Казахстана и Средней Азии. Дружба народов, тема героизма в годы Великой Отечественной войны, мирный созидательный труд на благо народа обогатили тематику прозы и поэзии, публицистики и драматургии. Лирические образы защитника Отечества, труженика-созидателя стали характерной чертой лирики. "Поэтические жанры были привлекательны еще и тем, - считают литературоведы, - что небольшой объем произведений позволял печататься их авторам на страницах газеты "Ленин кичи", в то время как опубликовать крупные произведения на корейском языке в республике было проблематично" (1, с.216). Мы остановимся на творчестве ярких поэтов Ян Вон Сика (2) и Станислава Ли (3).

Имя члена Союза писателей СССР и Казахстана, члена Союза кинематографистов СССР и Казахстана, члена Казахского Пен-клуба Ян Вон Сика широко известно не только в Казахстане, его проза и поэзия печатались во многих литературных сборниках и журналах Республики Корея, в Китае и США. На корейский язык Ян Вон Сик перевел "Слово" великого казахского мыслителя и поэта Абая и книгу Н.Назарбаева "На пороге ХХI века". Обе книги изданы в Республике Корея. Так своим поэтическим и переводческим творчеством всю свою, к сожалению, трагически оборвавшуюся жизнь Ян Вон Сик способствовал обогащению наших культур и литератур.

Закончив в 1958 году ВГИК, Ян Вон Сик остается в СССР как политический эмигрант. С 1960 года его творческая жизнь и судьба связаны с Казахстаном: кинооператор-режиссер киностудии "Казахфильм" и бессменный сотрудник редакции республиканской газеты "Корё ильбо" (от зав. отделом литературы и искусства до главного редактора и советника). "Золотые мгновения" - первая книга корейского автора на русском языке, в создание которой внесли неоценимый вклад переводчики - поэты О.Жанайдаров и В.Киктенко. Состоит она из избранного двух поэтических сборников: "Золотые мгновения" (перевод О.Жанайдарова) и "Лунное послание" (перевод В.Киктенко), предисловий переводчиков, рецензии В.Угая и небольшого обращения автора к читателям. Книга великолепно оформлена; теплый, золотистый свет обложки будто отражается на страницах и согревает каждую строку.

В пейзажной лирике Ян Вон Сик продолжил традиции своих великих предшественников, представителей так называемой пейзажной поэзии "рек и озёр", поэзии ХV-ХVII веков "канхо". В классической корейской поэзии были созданы непревзойденные образцы этого жанра: сиджо и каса. Ян Вон Сик воспевает землю Казахстана и летнюю степь, дает зарисовки осенних пейзажей, описывает майское небо. Символом невероломной любви выступает горный эдельвейс. Так тема природы дополняет любовную лирику.

Сквозь все творчество поэта проходит сквозная тема - трагическое прошлое родного народа. Воспоминания - ключевое слово сборника, они постоянно с автором, который дорожит "великой памятью" своей. Поэтому так трепетно пишет он о корейском дне памяти - "хан сик" ("Поклон родным"), о друзьях ("Воспоминания"), о Родине ("Четыре стороны света"), о матери ("Час заката", "Час заката - 2", "Берег судьбы", "Лунное послание"). Мотивы грусти и тоски, драматические нотки размышлений о судьбе старшего и подрастающего поколений, о Дальнем Востоке, о Казахстане, ставшем родиной тем, кто вырвался "из дьявольского круга изгнания".

"Дикую, страшную весть" о депортации 1937 года хранят в памяти представители старшего поколения. Об этом - баллада "Завещание", посвященная знатному рыбаку Ли Хак Суну, который, осмотревшись на новом месте, сурово обронил: "Что ж, попробуем жить!". Автор восклицает:

Что за доля такая - дважды изгнанным быть!

И за что мой народ впал в немилость пред Небом!

Риторический вопрос остается без ответа: "Кто ответит: за что?!"

Меняется цветовая гамма. При прощании Охотское море - туманно и холодно. Долгий (пространственно-временная характеристика) и трудный путь стал для многих последним ("И на каждой версте здесь до сотни могил"). Путь сопровождала лишь грустная песня колес.

Дом, дорога - как ориентиры и направление пути - исчезали из памяти ("Дом родной не прихватишь", "На дорогу глядел и не видел дороги от слез"). Дома сравниваются с могилами, потому что на празднике Осеннего Вечера никто не встретит приплывшую из Восточного моря Черепаху.

Где-то там, далеко,

Где дома, как могилы,

Где могилы отцов порастают дремучей травой,

Колос зерна роняет на землю, как слезы,

Рыба мерзнет в воде

И бесшумно уходит в морские пучины...

Своеобразным символом не только покинутого берега Охотского моря, но и всей прошлой жизни стала одинокая лодка, "унесенная ветром в середину залива", плывущая в пелене снегопада. "Вечный пленник у рек и озер", главный герой баллады "Завещание", чья душа, по мнению автора, "обитает отныне, как рыба, в реке под Куйганом", оставил своим землякам добрую память. И как одинокая лодка - символ его покинутой родины, так и его собственной лодки остро не хватает среди рыбацких суденышек Куйгана. Лирический герой баллады живет в своем пространственно-временном континууме, который распростерся от поселка Куйган до берегов Охотского моря, вместив временной отрезок с 1937 года до настоящего времени.

Трудолюбие, умение находить общий язык с соседями, дружеская помощь и поддержка, стремление к знаниям - эти черты автор считает определяющими в характере корейцев. Но дни минувшие, "как раны под бинтами", не заживают годами. Автора беспокоит судьба молодого поколения, не знающего родного языка, живущего под двойными именами.

Стихотворения о любви поэтичны и наполнены легкой грустью. Автор находит точный образ своей возлюбленной ("душа моя, облако белое", "половинка души"). Строка экономна и ёмка:

Ты давно в мои проникла сны,

Цикл снов с тобой необычаен.

"Мы с тобой".

Необыкновенно лирична и поэтична поэма "Кымракхва", созданная по мотивам корейской легенды, о девушке, защитившей честь свою и своего возлюбленного, преподавшей урок мужества и патриотизма.

Станислав Ли - представитель нового поколения корейских поэтов. Его поэтический сборник "Пригоршня света" (3), увидевший свет в Москве, состоит из следующих разделов: "Моя память - костер негасимый", "...Спешит мне навстречу - совсем налегке - мое детство...", "Не умолкай, дянгу... дянгу", "Задержу. Задержу уходящее солнце ладонью...", "В сердце моем одиноком тенью крадется любовь".

Сборник разнообразен по тематике. Поэт использует разные изобразительно-выразительные средства. Не осталось почти корейских имен, констатирует Станислав Ли, остались "короткие наши фамилии":

Но по-прежнему пища

Родная горчит,

И дед

На вопросы о прошлом

Молчит

"Не стало корейских имен".

Поэт пишет о долгом пути скитанья, о родной земле:

Не просто ответить -

Кто мы.

К югу и северу

Тянутся наши следы,

Гнезд родовых начала

"Нам не дано..."

Два поколения корейцев выросло в степях Казахстана, "роднее которых, уж кажется, нет..." ("На Дальнем Востоке"). Но лирический герой возвращается снова и снова к памяти деда, в Посьет:

И лижет мне рану

Моря кусочек,

Похожий на чей-то

Шершавый язык...

И мерещится "в неоглядной степи / Рокот далекий / Морского причала". Сквозь годы слышится лирическому герою звук школьного звонка и страстная речь школьного учителя истории, сошедшего с ума (читатель может домыслить сам, от какого непосильного душевного груза помутился разум учителя - К.С.). Лирическому герою навстречу спешит "совсем налегке" его детство...

Герой взрослеет, взрослая жизнь уводит его из родного селенья. И рождается лирическая миниатюра:

Кукушка в горах,

В моем селенье,

Отсчитывает время

Без меня...

Архетип времени неотрывен от пути скитания, по которому прошел народ от просторов Дальнего Востока до степей Казахстана. Старинный музыкальный инструмент - дянгу - символизирует не только ритм времен, он помнит прошлое и выступает свидетелем настоящего. Мелодии дянгу вбирают "радость и народа стон / И долгий путь скитанья...".

Ярким философским смыслом наполнены строки стихотворения "Оранжевая, закатная полоска...":

Не уходи,

Пока не станешь смыслом

Для тех,

Кто позади.

Преемственность поколений должна сохраниться, как должны быть переданы знания, жизненный опыт, национальный уклад.

С одинокой вершины холма

Одиноко всплывает луна...

Одиноко стою у дороги -

И кругом тишина, тишина...

Архетипические образы дополнены в поэзии С.Ли мотивом одиночества. Скрипка играет всю ночь одиночества печальную мольбу. Одинокий след на снегу, одинокое сердце, одинокий клен, одинокий кулик... Ряд поэтических эпитетов может быть продолжен. Из песчинок тоски вырастает тень, тенью крадется любовь.

Станислав Ли тонко чувствует свое национальное "я". Более 20 лет он изучал не только родной корейский язык, но китайский и японский, чтобы приступить к поэтическим переводам классической корейской поэзии с I по XVI века. Станислав Ли проявляет живой интерес к казахской культуре, к культуре народа, среди которого вырос. Он любит слушать домбру, наблюдать за участниками айтысов и т.д. Но в символику его стихотворений включены реалии национального быта. Камышовые шляпы-саккади, теплый кан и др. Неизбежная осколочность воспоминаний передает общее через личное, сопричастное тайне любого детства: печально-медлительные национальные танцы, таинственный и нежный мотив народных песен. Но по-прежнему, несмотря на то, что два поколения выросли в степях Казахстана, "роднее которых уж, кажется, нет", слышится "рокот далекий морского прилива".

Символика света и огня также многое определяет в поэзии С. Ли.

Поэт очень тонко и остро ощущает неотвратимый ход Времени, которое "желтеет страницами книг несожженных", а верхи камышей "осыпаются пеплом", сгорая. Воздух может быть острый, как лезвие ножа, а ветер то беспечным, то тугим. Нередко используется прием цветового контраста: белый дом и желтые шторы, белое нежное облачко и черная туча, рыжие и черные муравьи и т.д.

Но даже песенное и танцевальное искусство корейского народа несут в своих образах печаль и мольбу:

Наши танцы

Печально-медлительны,

В наших песнях -

Сплошная мольба.

Я спросил - отчего это?

Услышал - судьба...

Словно отголоски диалога прошлого с настоящим, внука с отцом или дедом прорываются к современному читателю. Танцевальные и музыкальные образы помогают сохранить не только традиционную культуру, но и "гнезд родовых начала", таинства фамилий (Ли - тонкая белая слива, Ким - золото) и т.д. А в неоглядной степи по-прежнему слышится рокот морского прибоя.

Поэт глубоко озабочен тем, что происходит с национальными культурами в эпоху глобализации. Он размышляет о роли поэта в современном социуме. Этому было посвящено его выступление в Сеуле в 2005 году на Международном поэтическом фестивале мировой поэзии. Об этом - его стихотворение "Останови свое я...", опубликованное в сборнике участников фестиваля из 29 стран мира. Поэт сожалеет: "Маятник / добра и зла / в сторону безумия / ушел далеко за предел". Каждый слышит только себя. Но поэты во все времена мечтали быть услышанными всей нацией. Голос поэта сегодня не может изменить мир. Отсюда - вывод:

Найди в себе мужество

Остановить свое я.

Таким образом, корейская поэзия характеризуется ярким поэтическим видением мира и своеобразным национальным колоритом.


Литература

1. Ян Вон Сик, Ананьева С.В. Корейская литература // Литература народов Казахстана. - Алматы: НИЦ ""ылым", 2004. - С.211-242.

2. Ян Вон Сик. Золотые мгновения - Алматы: Искандер, 2005.

3. Ли С. Пригоршня света. - М.: РИК "Культура", 2003.


Опубликовано в журнале "Известия корееведения в Центральной Азии", 2007, 14


Центр Корееведения КазНУ им. аль-Фараби принимает материалы для публикации в журнале "Известия корееведения в Центральной Азии" Статьи могут быть написаны на казахском, русском, корейском и английском языках объемом не более одного печатного листа. Автор прилагает к своей статье краткую аннотацию на английском языке. Если статья на английском, то аннотацию следует дать на русском языке. Сведения об авторе должны содержать фамилию, имя, отчество, место работы, должность, ученую степень и ученое звание автора, его основные публикации и круг научных интересов. Тексты рукописей набирать согласно следующим требованиям: Times New Roman, размер шрифта 14, межстрочный пробел - одинарный, абзацный отступом - 12 мм. поля со всех сторон 20 мм. Корейские слова передавать в транскрипции McCune-Reischauer, а термины выделять курсивом, комментарии и ссылки на литературу давать в конце текста. Рукописи, принятые к печати могут редактироваться и не возвращаются.

Адрес редакции: 050012, Алматы, ул. Амангельды 61-а, ком. 200, Центр корееведения факультета востоковедения КазНУ им. аль-Фараби. тел/факс: 7272-2674589, e-mail: kazgugnk@yahoo.com

Редактор: Ким Герман Николаевич, профессор, доктор исторических наук, директор Центра корееведения КазНУ им. аль-Фараби


6