# Индийский дневник

Игорь Николаевич Кленовый

Описание путешествия Кленового Игоря по Северной Индии и Малому Тибету - Ладакху

ИНДИЙСКИЙ ДНЕВНИК


Кленовый Игорь


bagigor.narod.ru


bagigor@narod.ru


ДНЕВНИК ПО СЕВЕРНОЙ ИНДИИ (ЧАСТЬ I)


Фотографии: http://foto.rambler.ru/users/bag_igor_29/6/


Что такое Индия, где она начинается и заканчивается, или она уходит в вечное путешествие по этому и другим мирам, появляясь и исчезая в безвремении. Какое место на этой бесконечно безумной и одновременно совершенной планете Земля занимает эта её величайшая часть, как можно её познать, или хотя бы встать на путь постиженья? Где течёт её кундалини, и раскрываются лотосами чакры? И вообще, где и как искать её - быть может, это не только географическое, историческое, культурное, философско-религиозное пространство. А не пронзает ли она здесь своими тонкими энергиями наш внешний и внутренний мир, вливаясь в общий земной и космический поток достижений?


ДЕЛИ


Прибыв впервые в Дели, заранее находишься в состоянии повышенного готовности - ведь надо многое успеть - встретиться с иной поразительной культурой, искусством, языком, цветом и внешностью людей другого, южноазиатского мира. Поэтому весь ужас того, где ты оказался, осознаёшь не сразу. Можно привыкнуть к медитирующим или печальным коровам, медленно бредущим по улицам в надежде на угощение, или в поисках объедков, пьющих из обильных летних луж, а трава в этих бетонных джунглях отсутствует. Скоро притрутся жара и дожди. Клейкие глаза бесконечных попрошаек и торгашей перестанут задевать, да и они поймут, что ты не новичок. Можно принять тотальную загазованность, особенно людям из больших городов. Жижа, лужи, мусор - тоже ничего. Трудно освоиться с бесконечными сараями, антиархитектурными амбарами-домами, плакатами, заборами... Собственно, видимо, сами делийцы осознают подавляющую непритязательность такого местного "каменного убранства", поэтому по улице просто так вам пройти не дадут рикши ни с вело, ни с мотоприводом. Они будут ныть и клянчить, один сменит другого. Город гигантский, чтобы пройти от одной достопримечательности к другой иногда приходится преодолевать большие расстояния, поэтому здесь иногда лучше перебираться верхом.

Но ехать в Дели надо. Не только потому, что это отправная точка в различные регионы Индии, столица величайшей и древнейшей страны мира. Просторные улицы и площади, проложенные англичанами, чудеснейшие места, полные изящества и угодные отдохновению - Красная крепость, Кутб Минар и другое, ждут с распростёртыми объятиями.

Одна из сутей Дели - люди. Когда идёшь по улицам и видишь хоть и чёрных, но часто красивых стройных мужчин. Чем они привлекают? Может, своим открытым приветливым взглядом, всегда готовым к общению? Или прямой осанке, говорящей то ли об их гордости, то ли занятиях гармонизирующими успокаивающими ум и тело практиками? С женщинами тут сложнее - как-то в Индии они не очень заметны, на мой европейский взгляд сильно закрыты одеждами.

Невероятно насыщенная религиозная жизнь заставляет забыть европейские перипетии и вместе с индусскими баджинами погрузиться в мир высших переживаний. В мусульманских, индуистских, сикхских храмах здесь много людей, они молятся, поют, улыбаются, ликуют.


25-26.07.2006

В три ночи- Дели, а/п Индира Ганди. Вижу - вроде наши, пара из Москвы, с ними заказываем тут же такси и на знаменитую туристическую улицу Main Bazaar. У меня комнатёнка 2х3м, душ, WC, вентилятор, окно в колодец, в котором вместо воды плавают работающие кондиционеры.

26.07.06

Ночью спал плохо - жарко, белья в таких отелях не дают, пришлось пользоваться подручными средствами. На улице мычали коровы, и ещё кто-то шумел. Начался дождь (в это время года он почти через каждый день), так что выходить утром не спешил. Был белый человек, похож на блаженного, хотя при разговоре вполне разумен. Он целует ботинки индусов и поёт баджины. Дал мне телефончик и адрес одного гуру.

Гулять по Main Bazaar - удовольствие для не слабых - собаки, коровы, жижа и много других делийских достопримечательностей. Купил зонт, который сразу сломался. По жуткой грязи решил совершить безумство (тогда я ещё не знал) - и рванул в Красную крепость пешком. Моросило, и я зашёл под виадук. Здесь настоящий табор из каких-то индийских бомжей (бабы), полуйогов, детей, животных и ещё какие-то липких типов.

По дороге особенно докучали рикши, смотреть было абсолютно не на что, так что я взял веломальчика, как договорились, за 10 рупий, он охотно согласился. Как показывает опыт, частота кивания головой индийцев прямо пропорциональна их непониманию. Так что плачу 15 рп, тем более что другие велорикши стали подходить и защищать бедного. Велосипед был реликтовый - такие выпускали в древности, много раз перекрашенный, скрипучий. В моей "коляске" спартанское сиденье, так что я считаю каждую рытвину и бугорок. Мой мальчик постоянно трезвонит или отрывисто кричит, педалируя всей тяжестью корпуса, долго продвигаемся сквозь плотное движение.

Наконец, впереди, через насквозь мокрую городскую взвесь, состоящую из тёплых потоков, смога, газа, гудков выплывает красноватая громада. Издалека она напоминает московский кремль - Красная крепость. После цепких урбанистических объятий оказываешься в нежданном мусульманском оазисе, наполненного пением птиц, звуками каплей о мрамор, свежестью растений, диковинных деревьев и цветов. Многие встречные индийцы улыбаются так, словно ты их осчастливил только что, другие просто здороваются и радуются как дети. Я расхаживаю меж цветочных клумб, водоёмов и могольских павильонов и рассматриваю эти смуглые, словно удивлённые или весёлые лица, которые внимательно смотрят на меня как на белого павлина, к тому ж ещё и стриженого наголо. Несмотря на морось, я гуляю, фотографирую, кайфую и посещаю музей оружия.

В 17-00, с задержкой на час, из дождичка на автобусе отъехали в направлении Манали. Наш ковчег наполнен удивительными существами, почти каждый - удивительный перл человечества. Моя соседка - девушка Ксюша, бывшая русская, живущая ныне в Израиле. Когда мы философствовали по-русски, вдруг раздался голос также на чистом русском - это пассажир сзади от нас, оказывается, всё это время он внимательно слушал. Его зовут Алекс, он еврей, живший когда-то в Азербайджане, ныне йог и целитель. С нами женщина-индуска с удивительно добрыми глазами. Мои московские девушка с молодым человеком под кактусом на голове малообщительны. Один немец - индусский растаман с надписью "Люблю Россию". Собственно, после этого ковчега моя связь с Россией была прервана. На окраине Дели впервые вижу городских обезьян - мирно сидят на капоте машины. Часто останавливаемся, в 23 нас тормозит в глухом поле полиция. Оказалось, согласно закону местного штата, у автобуса должен быть документ на спальные места. Мы долго в неведении ждём, мы гадаем, что происходит. Австрийцам и одной швейцарской особе по имени Мартина пою русские песни. Наконец, полный индиец в униформе стал обыскивать багаж, наш бурный немец стал сопротивляться, начался скандал. Полицейский уже заявил, что нашёл наркотики, правда, оказалось, что это чай. Я подумал, что теперь мы отсюда уже никуда не уедем. Промурыжив нас в участке, где по стенам бегали гекконы, нас всё-таки отпустили, правда, без автобуса. В поле деваться некуда, вызвали микроавтобусы. В общей сложности потратили здесь четыре часа, напоследок сфотографировались с сержантом (сказав ему, что он теперь точно прославится). 4-30 Чандигарх, тут группа развалилась в разные стороны, мы с французами через 15 минут выезжаем на рейсовом в Манали.

Индийский рейсовый автобусы - это некий символ народного передвижения - металлическая коробка, покрашенная синей облезающей краской, дребезжащие детали, не закрывающиеся двери, вонючий мотор в салоне и другие достоинства транспорта 1960-х.

27.07.06

Дорога средняя, какой-то белый парень в юбке и с плетёным лукошком, в котором он хранит курительные принадлежности, периодически поёт мантры прямо в салоне. Индийцы переглядываются, улыбаются. В каждой деревне подолгу останавливаемся, в окна и двери к нам валятся шумно индийцы, они прямо к лицу подносят салаты, нарезанные кокосы, и ещё бог знает что. Салаты и угощенья они берут прямо руками, которыми они отгоняют рои мух и берут бумажные рупии, затем заворачивают в газетку.


ДОЛИНА КУЛУ


Долина Кулу располагается в южных предгорьях Гималаев вдоль реки Беас (Биас). Здесь мягкий климат, на склонах гор и холмов обильно растут пихтообразные ели, кедровые сосны, осины, клёны. По преданию, здесь жил легендарный автор Махабхараты мудрец Вьяса. В IV в. до н.э. Александр Македонский, создав неимоверно гигантскую евроазиатскую монархию, дошёл до этой реки, и дальше его войско отказалось двигаться. В 1960-х сюда приезжали хиппи на "земляничные поля" - здесь марихуана и конопля растёт как сорняк. Проехали город Кулу, на рынке стандартный набор - бананы, кокосы и сладости.


МАНАЛИ


После размещения с моими французами Жаном и Марич, пошли гулять в Старый Манали. Здесь стильные каменные домики с деревянными балконами, низкие двери цветно разузорены надписями, свастиками и другими символами. Задождило (что летом здесь не редко). Мой зонт всё время расползается. С балкона, раздался смех - индийским девушкам это показалось забавным.

Город назван в честь известного индуистского законодателя Ману, который, по легенде, спасался в этих местах во время всемирного потопа. Его именем назван и храм, в который нас не пустили. Рядом на поляне полукругом расположились люди и чем-то угощаются - перед каждым стоит миска. Это праздник в честь Ману, но нам присутствовать не разрешили - религиозные обряды иногда исполняются очень ортодоксально.

Вот уже коровы возвращаются, меж старых домов, огородов, по камням и мосткам. У поросшего зеленью холмика говорю, как эта природа похожа на нашу, европейскую - та же температура, дожди, еловые леса, земляника. Тогда Жан показывает на какую-то травку, и говорит, что такая у нас не растёт. Начался ливень, мы поймали моторикшу и - в ресторан. Обстановка приличная, в деревянных купе я осознаю, что нас никуда не повезут, и можно расслабиться. Мы заказали бутылку сидра на всех, а я, так как проголодался, заказал побольше из тибетской кухни - момо (пельмени с сыром и чем-то) и овощи. Еле доел, так как момо было пресное, а овощи плавали в противном остро-сладком соусе. Лучше бы этого не делал, ещё Н.Рерих говорил, что перевалы надо преодолевать только на голодный желудок. Жан путешествует в одиночестве, и каждый год ездит в Ладакх, где забирается в окрестные горы и живёт в своё удовольствие в палатке. Марич - бывшая гёрлскаут, ныне студентка, тоже странствует соло. После всех приключений в отеле впал в шавасану - уснул в позе трупа.

28.07.06


ГИМАЛАИ (Манали-Лех)


В 7-30 отчаливаем, оказывается, мы едем с той швейцарской студенткой Мартиной! Мои соседи - общительные швейцарцы Лёб с семьёй. Дождь омывает отвратительную дорогу, которая вьётся средь невысоких гор. Внизу оставались войска в палаточном городке. Мы проехали час и встали насмерть - впереди дорогу размыло, и образовалась жуткая пробка. Сам этот переезд Манали - Лех пересекает Большой Гималайский хребет и несколько перевалов, некоторые превышают 5000 м. Открывается только летом - с июня по октябрь, остальное время здесь лежит снег. Периодически нас обгоняют джипы (правда, некоторые потом возвращаются). Стоим часа три, пока, наконец, мы не стали кидать на жижу камни - в том месте, на подъёме и повороте, транспорт был бессилен. Так что мне удалось принять участие в восстановлении дорожного хозяйства штата. Внутри автобуса, прямо в салоне рядом со мной дымил мотор, а я сидел в удалении от окна. Из-за неэкологичности индийского транспорта, огромного количества грузовиков, несмотря на дождь, в этом заторе дышать было нечем. Меня тошнит, автобус дёргается как больной, многие курят, полиция мельтешит, кто-то лезет без очереди... Когда уже ехали, на меня накатывает какая-то волна, и я впадаю в полузабытьё, уронив голову на своего соседа - лахульца. Редкие прояснения сознания означают, что дорога кидает то вверх, то вниз, мы натыкаемся на валун или яму, резко тормозим, набираем бешеную скорость, бессчетный раз поворачиваем над пропастью или облаком. Ещё практический совет - лучше становится, когда начинаешь общаться!

Начинаются редкие протибетские деревни с буддийскими храмами. На высотах свыше 4 км люди ходят в шубах, пришлось шорты менять на штаны, одеть куртку. От одной такой деревни до Кьелонга по указателям было 80 км, но мы доползли за 4 часа! Перевал Ротанг-ла (4000 м) - спокойный, проезжаем в облаках - ничего не видно, да и бесчувственно. Очнулся - проверка паспортов и опять тащимся.


КЬЕЛОНГ


Кьелонг, в пятом вечера. Довольно крупный горный посёлок над речкой, в который попадаешь через цветные буддийские ворота со священными ланями. Здесь 3 гомпы, несколько интернет-кафе, но нет элементарных магазинов - всё какие-то лотки и забегаловки. Климат существенно отличен от Дели и Манали - сухой, нежаркий воздух, иногда выглядывает солнце, но, чуть заморосит - горы закутаются серой пеленой. Здесь я решил пару дней приспособиться к Гималаям и отдохнуть. Лёб - врач, дал мне аспирина, и предложил обращаться, если что! Осел в отеле с замечательным видом на горы, подёрнутые местами солнечными пятнами и закрытые облачками. Встать с кровати и полюбоваться вживую решительно никакой возможности - нет сил, да и трясучка напала. Наконец, уже в сумерках, выползаю на улицу и встречаю Мартину. Приглашает к себе за лекарствами и мылом - у неё в номере его было много, им также выдают полотенце и бельё. Всю ночь тяжко бредил.

29.07.06

Недужно ищу госпиталь, куда меня любезно проводила приятная индианка. Очередь из любопытствующих глаз, но вдруг освободился другой врач, и я долго не жду. Полис пригодился - осмотр бесплатно, только за лекарства 1 руп. Собственно, у меня, как я и думал, простая акклиматизация к высоте + переел + отравился газами. Хотел купить йогурта или молока - нигде нет. Вообще молоко они пьют, но не знают, где оно продаётся, в отелях его тоже не бывает. У многих свои коровы. Обычно молоко к чаю, меня и послали в чайхану, где подают чай с молоком. Сыр и творог вообще ведом ли здесь? Хлеб невкусен и невкусны карликовые бананы, груши и яблоки незрелые. Хорошо - кипятильник - можно вдоволь чаю напиться.

Встретил Марич, она тоже себя плохо чувствует. Но мы упрямо лезем вместе в гору к буддийскому монастырю-гомпе. Ступеньки бегут меж густых, к несчастью, неплодовых деревьев. Неразговорчивая девушка на корточках моет посуду, смешной старик прыгает на полусогнутых ногах за коровой и кидает в неё камнями (вот опять странное отношение к этим священным рогатым). Намасте!- Намасте! - добрый рабочий показывает короткий путь. Первая ступа! Дребезжит драндулет, звонит всеми колокольцами и размахивает цветными флажками - нам улыбаются. Петляя и карабкаясь как зайцы - добираемся до буддийско-архитектурного впечатления - тихо-торжественный ряд ступ на возвышении. За поворотом - расцвеченные символами ступени, упираются во врата гомпы, они скрипят от древности, и оттуда вышаркивает старуха и шипит - видимо, приглашает. Через дворик к чёрной низкой дверце, закрывая за мною которую старушенция так шарахнула, что я удивился - откуда силища. Внутри сумрачный храм чуть охвачен светом лампады, на стенах фрески лам с нимбами в позах, напоминающих христианские. В алтарной части за стеклом бронзоватистые скульптуры. Посидеть долго не дали - старуха зашуршала и стала выпроваживать. Пожертвование не взяла - надо было в ящик положить. Обратно быстро темнело и, вприпрыжку, распевая "Salute, с'et ancore moi", вниз. Просил отельного мальчика разбудить рано утром, он, естественно, радостно со всем соглашался, но я уже тёртый - не поверил.

Зачем мне всё это? Узнать, что там, за новым перевалом, замахнуться, понимаешь, на сами Гималаи, почувствовать разницу между монголоидами и индоидами, между буддистской местностью и индуистской, приблизиться к практикам и религиям, возникшим задолго до христианства. Вот главная побудительная сила этих мегапассажей.

30.07.06

4 утра подъём, на автостанцию, с местом повезло - у окна. Заходит индиец, начинает выкидывать рюкзаки туристов, которыми горками обложили - не дозволено! - оказалось, это наш кондуктор. В 5- отъехали. Накануне не ел, и сижу у окна, так что чувствую более-менее. А с кондуктором не очень - ведёт себя безобразно, шумит, пристаёт к израильтянкам, назначает мне штраф за то, что я не вышел на своей станции, хотя сам не предупредил о ней...

Гималаи в основном протяжении - почти без растительности безжизненная масса гор, песка, булыг, радующая иногда невозможными верхотурами, закрывающими небо своими снежными покровами. За всю дорогу от Кьелонга до Леха - ни деревца, ни коровы, ни овцы или козявки какой. Впадаю в полузабытьё, иногда общаюсь с соседями - с нами весьма разношёрстная публика едет - европейцы, австралийцы, индийцы. Немыслимый, самый высокий в мире автомобильный перевал Тагланг-ла (5360 м), просыпаю незамеченным. Вялые зрачки оставляют равнину, окаймлённую каменными лингамо-морфными и другими затейливыми естественными выступами. Иногда серо выпукляются лагеря из зачуханных палаток, где можно переночевать и поесть. В таких местах бывают туалеты, я спросил у нашей австралийки - не видела ли она, она улыбнулась, и широко провела вдоль Гималаев рукой: "everywhere!". Встретили парочку велосипедистов - они путешествуют по Гималаям уже 2 месяца!

Необыкновенные изменения где-то за 100 км от Леха - на бесплодные жёлто-серые пространства вдруг набегают бордового оттенка мощные скалы. Своими многочисленными слоями, которые миллионы лет выкладывали гиганты, своими рваными спинными гребнями раскрасневшегося дракона, нависая сверху и с боков, они полностью подчинили пространство. Автобусом мы продеваем раздвигающееся и сужающееся ущелье, играем вперегонки с вечерними солнечными лучами, которое пробивается над хребтом горного чудовища. Здесь дорога более ровная и прямая, мы мчимся, и скоро дракон уступает место зелёной долине (!!!). О, как она ласкает наши глаза после столь долгих и утомительных безжизненных песков. Долину заполняют здесь и там, рядами и поодиночке, новые и разваливающиеся, большие и малые ступы. Сон, инопланетный город, в котором раскосые пастухи и другая чудь добавляют экзотических специй и в без того острое индо-тибетское блюдо. Рядом происходит другое чудо-наваждение. Не большая, не малая, как все горные воды быстрая, появляется река. Именно она дала жизнь древнейшим цивилизациям - хараппской, затем индской, и, косвенно, нашей - индоевропейской. За два тысячелетия до н.э. ниже по течению местное население, ещё до нашествия арийцев, поклонялись сидящему в позе созерцания рогатому прототипу Шивы. Русло реки Инд всегда полно воды, как полны историей все прилегающие территории от доарийских времён, побед Александра Македонского, достижений буддизма, индуизма, появления ислама, христианства, до кипящего сего дня. И приводит меня к предмету моего устремления - загадочной стране Ладакху.


ДНЕВНИК ПО СЕВЕРНОЙ ИНДИИ (ЧАСТЬ II)


Фотографии: http://foto.rambler.ru/users/bag_igor_29/5/


ЗАГАДОЧНЫЙ ЛАДАКХ - "МАЛЫЙ ТИБЕТ"


ЛАДАКХ- высокогорная буддийская местность, расположенная на 2900-7620 м над уровнем моря в долине реки Инд меж Гималаями, Тибетом и Каракорумом. Страна тантрического буддизма, шактизма, горных монастырей, ступ, лам, молитвенных колёс, мистических танцев и шаманизма.

Поразительный горный рельеф Ладакха сложился благодаря гиперстолкновению индийских и евразийских земных масс. Первыми жителями Ладакха были кочевники, приручившие яков. С XI по XVI вв. в Ладакхе короли строят дворцы и всячески покровительствуют искусствам и архитектуре. Расцвет пришёлся на 1533 г, после того, как Цеванг Намгъял объединил регион и установил столицу в Ле. Также развитию региона способствовало то, что из Китая здесь проходили караваны Великого Шёлкового пути. В 1834 г в Ладакх вторгается армия догров под предводительством кашмирца Зоравара Сингха и разрушает многие буддийские монастыри. Местные жители сопротивляются, но, в конце концов, Ладакх переходит под управление Гулаба Сингха, после чего начинается освободительное движение до прихода англичан. Ладакх включается в индийский штат Джамму и Кашмир. В 1962 г. в результате войны между Индией и Китаем часть территории была аннексирована Китаем, и обстановка с тех пор остаётся непростой - по обе стороны границы обильно расположены войсковые части. Только в 1974 г. Ладакх открылся для туристов, поэтому местное население ещё не очень "испорчено". В 1989 г. местные жители провели акцию по приданию Ладакху статуса некоторой автономности, которая и была получена в 1995г.

Главная река Ладакха - быстротечный Инд, он зачинается на Кайласе (Тибетское нагорье) и впадает в Аравийское море (Пакистан). По всей долине вдоль Инда и дальше в горах разбросаны монастыри-гомпы, суровые объёмы которых естественно вырастают на откосах или верхушках скал. Храмы и подступы к ним убираются флажками с мантрами, на плоских крышах гордо рисуются чжалцаны и другие тибето-ладакхские украшения. Внутреннее убранство храма - обычно многонефное пространство, разделённое деревянными столбами, стены расписываются фресками. Повсюду стоят статуи и статуэтки буддийского пантеона, висят иконы-танки и парчовые стяги. В этих монастырях каждый год красочно проводятся буддийские костюмированные праздники, одновременно являющиеся для лам ритуальными практиками. Часто встречаются тянущиеся по холмам священные стены, сложенные из камней с вырезанными на них мантрами. Эти сооружения играют как ритуальную, так и чисто практическую роль, ограждая почвы от разрушения. Также одним из сильнейших впечатлений Ладакха - это странные, практически совершенно бесполезные почти монолитные постройки без окон и дверей - буддийские ступы. Их можно встретить везде - поодиночке и рядами, в городе и среди безжизненной пустыни. Также на горах встречаются замки-крепости.

Н. Рерих описывал интересный обычай ладакхских лам - в плохую погоду они забирались на горы и, читая мантры, скидывали вниз изображения маленьких коней, в помощь страждущим путникам, вспоминая Прокопия Праведного, молящегося за неведомых плавающих. Пусть и вам безвестный монах кинет такого конька.

Условно здесь правит король (махараджа). Население (народ ладакхи) - монголоиды тибето-бирманского и индоарийского происхождения. Основной язык - ладакхский. Основная деятельность - земледелие в долинах рек и животноводство в горах. Вера для 70-90% населения - различные школы (линии) тибетского буддизма - ламаизма. Отсюда, а также из-за схожести с тибетской природой и культурой, второе название Ладакха - Малый Тибет. До сих пор встречается разновидность многомужества - братская полиандрия! Ладакхская кухня схожа с тибетской. Мужчины (в основном, пожилые), носят халат, запахнутый поясом. Женщины носят перетянутые халаты, косички и необычный головной убор - перак.

Встречаются приверженцы ислама и христианства. Существуют легенды о пребывании в Ладакхе Иисуса Христа. Например, в Шринагаре сохранилась одна из его могил. В Ле есть пруд недалеко от базара, у которого он якобы читал проповедь перед уходом в Палестину. В некоторых деревнях на западе штата сохранились, по мнению некоторых исследователей, потомки ариев - дарды и дроки. Также можно застать шаманские практики.

В Ладакхе местные и туристы здороваются, прощаются и выражают благодарность так: "Джюле!". Одно из основных отличий Ладакха от Индии в том, что здесь спокойнее - нет назойливых попрошаек, рикш и т.п. Здесь развит трекинг, предлагается сплав по Инду. Изготавливаются тончайшие шали из подшёрстка кашмирской козы - пашмина (пашма). С водой - перебои. Открыт Ладакх весь год, но лучшее время для путешествий и трекинга - с июня по октябрь, в солнечные дни температура достигает 30 С тепла. Остальное время - суровая снежная зима, когда температура достигает 20-40 С мороза.

Из диких животных здесь обитают, но увидеть трудно, хищники - снежный леопард, бурый медведь, рысь, волк, лиса и дикая собака. Из травоядных экзотический як, дикий осёл, овца Марко Поло, коза.


ЛЕ (ЛЕХ)


Ле - столица Ладакха, расположен на высоте 3500 м, в 5 км от реки Инд. В город можно попасть через гигантские разузоренные ворота с изогнутой жёлтой кровлей. Здесь сохранилось своеобычие старого горно-буддийского поселения с узкими переулками, каменными двориками, деревянными рассохшимися дверями и ступами, которые отмечают любое буддийское пространство. Ступы здесь группами и поодиночке, большие и маленькие, на открытых площадках и даже над головой над уличной аркой. Сохранился королевский дворец, в котором проживала династия Намгъялов. Некоторые районы города взяты под охрану архитектурного комитета. Население - 30 тыс. человек.

Всё это, а также большое количество турфирм, кафе, гостиниц и гестхаусов естественно привлекает большое количество туристов. Центры йоги, массажа, две авиакомпании. Проводятся фольклорные вечера и отсутствуют дискотеки. Здесь часто отключается электричество, для этого у многих магазинчиков существуют переносные дизельные генераторы, поэтому в центре города находиться несносно. Есть несколько аптек, но лекарствами лучше запасаться заранее.


30.07.06

В восьмом вечера въезжаем в Ле, и сразу на вокзале в меня вцепляется узкоглазая грязнуля в тряпках, пришлось грозно рявкнуть, и мы идём искать во тьме узких переулков гестхаус. В это время года в Ладакхе сезон, и найти одноместный номер непросто, но мне повезло сразу.

У меня уютная келья с белыми стенами с бордовой полосой внизу, оконце, закрытое плетёными полосками ставнями, гималайский деревянный столик очаровательной резьбы. Хозяин - сухой старик-ладакхец мягок и приятен, но всё за деньги. Спрашиваю у него, можно ли выйти в ночи в магазин, т.к. дверь на засове. И тут из соседней двери выходит ангельское существо, глаза-лотосы, и протягивает мне лепёшку двумя руками (остальные руки не были видны).

Сначала качало, сейчас чувствую себя лучше, правда, в ухе кто-то стреляет. Выпиваю несколько чашек чаю. Снаружи тёмный каменный лабиринт, ни единого фонаря. Свет то включают, то выключают, вода то есть, то нет, мобильная связь почему-то у меня отсутствовала. Ещё напугали собаками. Куда я попал? Сил никаких нет, лепёшку мне дали, чай есть, так что на разведку не иду и засыпаю богатырским сном.

31.07.06

Спал прекрасно, утром, правда, в ушах ещё постреляло, но потом перемирие. Ещё позже уже хочется что-нибудь покорить, или основать монастырь для собак - их ужас тут видимо-невидимо. Завтракаю в кафе овощной кашицей харияли с лепёшкой чопати. Мотаюсь по Ле, потом за пределы города мимо переулочков, заборов добираюсь в Санкар гомпу. Внутри белых стен, по-буддийски сужающихся кверху, спокойствие и малолюдье, молодые ламы будят тишину звонким пинанием друг друга. Фрески, тусклый фонарь под деревянной колонной. Обратно через деревню, огороды, улочки с ручейками, ступы, павильоны с молитвенными колёсами. Пока ужинаю, начинается буря - поднимаются тучи песка, молнии низко скачут по горам, выхватывая с разных сторон пустынный королевский замок, устремлённый горой в лоно тучи.

Русских вообще нет - европейцы, американцы, ладакхцы, индусы, уже несколько дней мыслю и разговариваю по-английски. Подмечаю, что с животными - коровами, собаками тоже на аглицком - других местных наречий не разумею.

В отеле еле успел принять душ - отключили воду, а затем электричество, так что келья моя освещается свечами.

1.08.06


ТИКСЕЙ


Выходим из автобуса с чешкой Надей - эх, братья славяне - толкуем на английском. Приближаемся к монастырю, вознесённому горой, раскинувшемуся домиками, пристройками и храмами. У входа во двор магазинчик, где монах предлагает сувениры, напитки.

Стены двора расписаны свежими изображениями рядов цветных Будд. В дукхане впервые соприкасаюсь с живыми изображениями тантро-шактистского буддизма - поражает обилие иномирных Будд мужеского полу в обнимку с не менее фантастическими женскими существами - шакти. Надя мешает медитировать. В алтарной части через низкую дверцу протискиваюсь в офрескованную камору. Посреди неё, тускло освещённые загромоздились неохватные, и тем более воздействующие на воображение, статуи буддийских существ. Трепетно передвигаясь по храмовым комнатам, можно столкнуться с каким-нибудь страшным многорыким деятелем, слившимся в мистическом экстазе с экзотической красавицей.

В храме Защитников (гонкхан) мой мозг с размаху стукнулся о вообще непредставимое, как когда-то в юности о чудовище, выпрыгивающее на входящих из-за двери Кунсткамеры, только там было светло и туристы. А здесь полусумрак и я один. Чёрные части форм, закрытых тканями гигантов, упирающихся главами в потолок. Пальцы бесконечных рук, сложенные в мудрёные мудры и со многими священными предметами. Всё это вызывает мистический и ещё какой-то неясный трепет. Особенно выделяется Ваджра Бхайрава, Махакала и Дхармакайя. Чресла Бхайравы были столь достойны, что их не смогли укрыть никакие занавески. Они рвались наружу и, в священном пиетете, я подошёл до ощущения близости: в щёлочке что-то белесое - следы недавнего экстаза? Эти покрывала снимаются только по праздникам. Стены расписаны побледневшими образами местами подтёкших от дождя тантро-буддийских существ. В соседнем зале поражает новый трехъярусный Будда Майтрейя. Ноги на первом, туловище на втором, а на третьем этаже - голова, вокруг которой можно ходить как спутник вокруг планеты.

Особое удовольствие ходить по крышам гомпы - вверх-вниз, какие-то странные глиняные постройки, приступки и буддийские фенечки. Любопытное устройство неясного назначения в виде бордового лингама, может быть, это обработанный конец бревна, скрепляющего камни. Неприкрытый мощный деревянный фаллос просто стремится из окна гомпы. Наверное, этот монастырь - самый сексуально-энергетический из всех виденных мной, только сублимируй. На крыше меня торкает - взгляд летит по долине с рекой - именно отсюда началась индийская цивилизация. Зелёные луга улеглись вокруг великого своенравного Инда, горы окружают и охраняют долину.

Погода тёплая, как летом в Петербурге, спустился к притоку Инда. Облепиховая поляна, пение совсем не экзотических птиц - местами похоже на Россию. Искупаться не удалось, всё в колючках и перегородках. Строю фотокадр, не хватает акцента, и вдруг - ладакхский мальчик! "Разговорились" с ним, он ищет окрест свою корову, и громкие его крики таят в густых кущах. Мальчуган ходит в школу при гомпе, и сказал, что купаться здесь негде.

По дороге вдоль Инда и полей все смотрят на меня с улыбкой или без, но все "джюле!", я им "джюле!". Вдруг - каменный забор, за ним - голоса, прислушиваюсь, меня замечают. Девушка свободно говорила по-английски, оказалось, здесь они выращивают простые деревья для строительства, а сейчас собирают червяков, чтоб стволы были крепки.

Места замечательные, туристов нет, чистый воздух, зелень, горы! Перешёл по мосту, обвешенному мантрическими флажками, Индус-реку, рыл носом, но места искупаться не нашёл. Везде царапающаяся живая ограда, у самого моста грязновато, река - густо-коричневая, очень быстрая, дна не видно, заходить одному страшновато - засосёт и вынесет в Аравийское море. Любуюсь закатом, здесь он не красный, а прозрачно-голубовато-жёлто-розовый.

Останавливается мокик. "Uh, it's beautiful!". Даниэль - христианин-англиканец, так же как и его дед, сам предложил довезти до Ле. И хорошо, т.к. после шести ничего не ходит. Он кузен короля Ладакха (!), изучал в индийском университете европейскую и русскую культуру, знает Николая Рериха, сказал, что жена того - индийская актриса. Я согласился - да, Рерихи любил красоту. Едем на его мокике, я крепко держусь руками за ручки. Пока вокруг сменяются вершины и деревни, Даниэль просит меня спеть русскую песню, и над Индом раздаются протяжное "Ямщик, не гони лошадей", "Однозвучно гремит колокольчик" (ах, Инд-отец, русская река). Он спел ладахскую - смешная, отрывистая, похожая на что-то казахско- монгольское. Денег он не взял - знаете ли - гордые эти королевские братья. Он был очень мил, жаль - не взял его мейл, да и вообще хотелось на приём к королю.

2.08.06


ХЕМИС


Один из крупнейших монастырей в Ладакхе. Здесь, в гомпе, довольно большой зал с тантрическими Буддами и фото далай-ламы в очках. Пытаюсь разговаривать с ламой, но он плохо знает английский. Сумрачно и прохладно, под мерное ламское пение, позвякивание колокольчика, постукивание в барабан можно прекрасно медитировать. Вдруг лама встаёт - "it's time". Пришлось уйти - мантры мантрами, а обед по расписанию.

Я выплыл горным лебедем на свет божий и оказался на крыше гомпы, где ныряю с ветром в колодцы, залетаю в заброшенные мансарды и дворики, чаруюсь одинокими осыпающимися фресками. Хочется плыть дальше, в горы, и я не удержался. Вдоль дорожки из земли и камней, залитых ручьями, мимо ступ, пообщавшись с осликами, наверх, пересекая горную речушку, и с нею выказываюсь из перелеска в расселину меж горами к верхнему гомпе. Сохранилась пещера, в которой сначала прятались отшельники. В этом естественном скальном образовании темно, камни почернели от дыма, лампада тускло освещает прилепленные над головой денежные вотивы. Вылезаю и устремляюсь снова вверх, в отроги, где тропинка исчезает (видимо, отсюда дорога в небо), камни осыпаются, и где всякое копыто скользит. Дальше - дико и пусто, снизу выгибаются вершины гор. Видимо, истина где-то действительно посреди - меж небом и землёй. Я возвращаюсь. Заморосило - это знак, нужно купаться. Речка холодна, камни остры, поплавать не удалось, но окунаюсь с головой. Потом изнутри окатывает горячими приливами и просто раздувает от удовольствия.

Спустился в долину, автобус только утром. На шоссе много военных, никто минут 15 не останавливался, наконец, джип. Водитель - хозяин архитектурной мастерской из Чандигарха, строит для армии. Здесь ему не нравится, хочет обратно домой, хотя там дожди ещё больше.

3.08 СПИТУК

Монастырь находится на небольшой скале в пустыне. Ехали со швейцаркой Мартиной, она преподаёт при монастырской школе английский язык волонтёром. Разговорились с американкой, она удивилась, в первый раз увидев здесь русского. Земля влажная, а солнце печёт немилостиво. С крыши гомпы широченный вид на долину, поэтому я заромантизировал и стал писать стихи. Какая-то красивая девушка тоже сюда проникла, и вертелась передо мной, но я был полностью поглощён творчеством. В верхнем храме в тесной комнатёнке толпятся чёрные тантро-гиганты, закрытые тканями. Уже привыкаю. Со стен пугают осклабившиеся маски с черепами - видимо, наследство шаманских истоков местной разновидности буддизма. Их тоже одевают в праздники.

Спускаюсь к Инду, опять морось, и снова солнце. Выходов к воде тоже нет - 10 месяцев зима, и купаться не заведено. А священная река в Индии всё-таки одна - Ганга. Отдохнул на камнях, наблюдал ондатру, пофотографировал гомпу напротив. Долина фантастическая - заливные луга, украшенные кустарниками и деревьями упираются в надвигающиеся ровные гряды предгорных выступов-колоколов. Во всё раздолье на их мощь отвечает нежный перезвон настоящих колокольчиков на шеях коней, которые мирно паслись на опушке. Что сильнее - шумный разлив горной реки, золотые солнечные пятна, повисшие на горах, грибница монастырских построек, разросшаяся на скале, нисходящие с отрогов вереницы ослов с поклажей, колокольные распевы? Или моя энергия и погружение в природу и созерцание? Или трудности, которые преодолеваю? Иногда задаюсь вопросом, а стоило ли? Солнце высотой в одну сопку за рекой, лоб сгорел. Стоило. Задождило. Мальчик-лама в алом одиноко карабкается по камням, автобуса долго нет. Нас угостили яблоками и бесплатно добросили до Ле.

Зашёл в мечеть. Она построена в 1660-х годах в результате соглашения между могольским и ладакхским правителями. Изначально она носила черты тибетского и центрально-азиатского зодчества, но позже приделали минареты и купола. Внутри сохранился зал с типичными тибетскими колоннами. Я зашёл, и хотел посидеть, да не тут-то было. Подошёл мулла и завёл со мною разговор, что, да как, да откуда. Стал предлагать мне Коран и приходить беседовать. В общем, мы мило пообщались, но мне ещё ислама не хватало. Всю ночь лило.

4.08.06 ТАК-ТХОК. ПРАЗДНИК ЦЕЧУ

Считается, что здесь в VIII в. сам тантрический гуру Падма Самбхава медитировал в пещере и благословил сиё место. Ныне сорок монахов, большинство из них - великие знатоки индийской и китайской астрологии.

Попал в разгар праздника цечу, который отмечается два дня. Под огромным навесом в окружении народа происходило таинство. Ламы в жёлтых, красных костюмах и затейливых масках изображают буддийские существа и легендарных героев. Они замирают и кружатся, громыхают в барабаны и ловят внезапную тишину, поливают звуками диких всплесков и шаманских движений. Вдоль стены торжественно возвышаются сидящие ламы в красных одеждах. Посреди - стойка, украшенная свастикой и другими буддийскими символами. Два молодых ламы раздувают трёхметровые медные трубы, которые рождают какое-то мистическое состояние кармической неизбежности. Смысл затейливых танцев таял, но ощущение тысячелетних корней обряда, посвящённого ублажению духов, сохраняется. Видимо, принесёнными дарами духи остались довольны, они с миром прошлись по почётному кругу и отблагочинились. В последний день праздника подношения освещаются и уничтожаются.

Рядом шумел базар, многие ладакхцы носят национальные одежды, старухи - косички, старики - ручные молитвенные колёса. Я удачно пообедал не переперченными макаронами с голландцами. Узнав, что я из Петербурга, они уважительно закивали и сообщили, что неделю назад в Ладакхе была замечена группа из России.

Как и положено, гомпа прилепилась к откосу горы, вход в храмы платный. Через фрески Будд и флажки шествую к главной статуе монастыря - Падме Самбхаве. Пухленький мужчина с изящными усами восседает в лотосе, в позе дхьяна, правая рука в замысловатой мудре, левой держит вапу и патру. Наверху ещё храмик, в который свет попадает через узкие проёмы в потолке. Будда и монструозные существа обнимают своих сверхъестественных женщин.

Вся дорога в деревне забита джипами и авто - много желающих на праздник, все повалили на последний автобус. Из белых здесь только я, стоящий на одной ноге в окружении ладакхских девушек, лопочущих всю дорогу. Кто-то вцепился в лестницу, кто-то сидел на крыше, так что наш контролёр всё время выбегает наружу посмотреть - не свалился ли кто. Едет он как в старых фильмах - на подножке, и по дороге хулиганы окатили его с ног до головы водой, мне тоже досталось, но я только щурился от удовольствия - на солнце и ветру быстро высох.


ЗАМОК ЦЕМО. СИДЕНИЕ НА ГОРЕ


ЛЕ. Подходя к королевскому дворцу, потянулся по скале на звуки народной музыки, посмотрел выступление фольклорного коллектива и дальше. Карабкаюсь по пропитанным дождями глине и песку на верхотуру, к другому дворцу-замку Намгъял Цемо. Грубые камни, неосвещенные окна как бойницы, пустынные дворики в ускоряющейся темноте напоминают заброшенную крепость. Впрочем, дворец и являлся неприступной твердынею.

Никого вокруг, ни птицы, ни дерева - только ветер лижет тёплыми языками своё хозяйство. Там и здесь ливневые полосы со своими тучами кочуют от горы к горе, бесплодно орошая пустынные земли. Ртутное пространство сдавлено между высоким диким песчаным плато и низким небом. Всё это происходит прямо перед глазами, на высоте четырёх километров, иногда дождь льёт и ниже моего уровня.

Место силы. ДА, Я ЖИВУ НА НЕБЕСАХ, ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС! И вполне отдаю себе отчёт в том, что юдоль моя - эти облака; а там, где-то внизу, светлячками переливается город, за которым течёт дремучий Инд, а дальше отсвечивают предгорья Гималаев. Не верилось, что это я их пересёк, хотя, кому это удаётся, видимо, сразу на небо и попадают. С громом глухо начали метаться молнии, жуткая иссиня-чёрная туча присосалась к горе. Ха, какой там лунный пейзаж, такое на Луне и не снилось. Здесь лучше всего можно познавать свой вневременной ум, почувствовать себя наравне с божеством неба, исторгающим огонь и воду. По мере того, как в почти полном мраке я спускаюсь в город по зыбучей горе, вспышки моего величия и небесного света становятся всё реже.

В Ле чуть светлее, чем в горах, электричества нет, но в некоторых окнах горят лампочки от генераторов. Зашёл в сувенирный магазинчик, меня стали обкладывать стопками ковров, танк, шалей и статуэток. Мы разговорились. Обычно спрашивают, из какой страны я, хоть это ничего и не меняет (О, Рашшия!), т.к. для индуса все белые одинаково из другого мира. Но сейчас происходит невероятное - я слышу на странном русском "привет, как дела, не уходи, посмотри ещё это". Эти волшебные слова звучат словно из мультфильма, я так давно не слышал этого языка, что не сдержался, и совершенно растрогался. Оказалось, один из продавцов - эмигрант из Узбекистана, мы говорили по-русски и он дал хорошие скидки.

Всё живее разносятся слухи о разыгравшейся в Гималаях стихии, надо это осмыслить, как выбираться отсюда. На самолёты билеты распроданы на месяц вперёд. Некоторые автобусы возвращаются из-за размытия дорог. А скоро сезон заканчивается, выпадет снег и дороги вообще закроют. Линия электропередачи покосилась, и электричества почти нет. Становится очень не по себе, уповаю на себя, какое испытание мне дано!

В келье моей темно, воды нет - хуже всего то, что фрукты толком не помыть. Всю ночь из-за ставней слышится шорох дождя, иногда лай собак, а под утро гулко отдающий по узким каменным переулочкам стук копыт.

5.08

Опять выплывают те очи ангела или бодхисатвы. Это юное существо оживило меня лепёшкой-чопати, когда я полумёртвый только приехал. Изысканно-изящное движение златокудрых влас. С губ вместе с дыханием горних бабочек слабо слетает небесная, чуть надтреснутая музыка.

Элен - американка, приехала в Индию одна, будет путешествовать до декабря (да, в этой стране такой магнетический дух!). Здесь она познакомилась с ирландкой Марич - девушки предложили сегодня поужинать вместе, как мне хотелось, но какое там! Что-то всё время тянет вперёд, останавливаться некогда. О, где вы, белые лотосы, волею судеб раскрывающиеся вдруг то там, то здесь в суровых Гималаях! Индия собрала и разбросала букет по всему миру. Кто-то теперь ласкает ваши стебли, вдыхает ароматы нежных головок, целует свежие лепесточки, пьёт нектар молодости, наслаждается прозрачным от гор свечением? Да, любоваться закатами, купаться в облаках и медитировать буду один. Собственно, для этого я и приехал в эту страну, и никак не ожидал, что будет много столь приятных знакомств. Хотя без шакти вполне познать местные виды буддизма несколько труднее.

ЛЕ. И опять дождь, пишу за овсянкой и парантой в кафе на самом краю стола, чтобы звонкие капли из-под дырки навеса не замочили дневник. Дальше ждать не могу, вперёд! В переулке Ле три дня назад сдохла корова и уже костенеет. Пробраться мимо тяжело - вокруг почерневшая кровь и лужи. Особенно трудно ходить вечерами, улицы не освещены, размокшая грязь, по краям дороги в открытых дверях сидят или вповалку спят работные люди. Вечером собаки спокойны, но нужно не наткнуться на коров, которые неприкаянно везде ходят или дремлют.

Лезу вверх, неподалёку от королевского дворца в Чандазик гомпу. В алтаре - тысячерукий Авалокитешвара (Чакстонг Рчангстонг). Лама в своих типичных интонациях, низким от пения мантр горло-грудным голосом, на выдохе "yes, this is Buddha!" или "Mahakala, ye!".

Королевский дворец- довольно запутанная девятиуровневая конструкция, вырастающая из скалы над Ле. Попасть в эту громаду с контрфорсными каменными стенами можно через помпезно-экзотические ворота, ведущим к тупичкам, дворикам-колодцам, лесенкам, проходам, чердакам и завалам. Где ремонт, а где капает и рушится, боишься провалиться. Ещё Н. Рерих писал, что, когда он гостил здесь, на его глазах обрушилась стена. Изменилось мало, разве что теперь это пустынный музей без смотрителей. С крыш замечательный вид на Ле и долину.


ШЕЙ


В гомпе есть храм, внутри которого целых три яруса занимает уникальная медная позолоченная статуя Будды Шакьямуни. Несколько раз обошёл вокруг головы больше человеческого роста. Много фресок, но здесь скромнее, только одна женская фигурка. Внутри горит лампада и ходит лама. В глиняно-деревянном дворике коробки из-под масла. Моросит. Лама сказал: "Низ - крепкий. Середина - мягкая. Верх - острый".

Зигзаго-спиралеобразно полез на скалы, к руинам крепости. Хотел перелезть булыжную стену, но под рукой из кладки выскочил камень. Всё мокрое, неверное, ноги и пальцы скользят, никого вокруг, а за спиной пропасть. Нашёл всё-таки тропинку к самой крепости. Внизу, моей скалой и горой напротив стиснута песчаная равнина, в которой расположилось много ступ. Словно заброшенный инопланетный город. Правее разлёгся Инд, и на зелёном лугу показалась мощная старая белая ступа. Эти фантастические картины трудно передать словами или фотографиями. Надо прочувствовать этот ветер, эту высокогорную влажность, сменяемую внезапным солнцем, выпить с жадностью обеднённый кислородом воздух, услышать эти колокольчики, притронуться к древним священным камням...

Посветлело, и сюда забралось несколько путешественников в дождевиках. Все улыбаются "hi, джюле!" - здороваться здесь принято и хочется. Вниз, в долину, где тропинки, коровы, ручьи и разливы, брожу вдоль Инда, безутешно ищу место для купания. Вышел на шоссе, и по привычке на остановке встал не на той стороне (здесь правостороннее движение). Ладакхцев много, ни одного белого, все, конечно, смотрят на меня. Ребёнок шумно раскачивает молитвенное колесо. Жду долго, автобуса не дождался, наконец, машина, куда я сразу запрыгнул, лишь бы от любопытных глаз.

В Ле идёт дождь, света нет. Ужинаем при свече с индусом и австрийкой Катрин. Индус рассказывал про Гангу и Инд, потом к нам подсел американец, он приехал помогать на ферме бесплатно. Обсуждаем состояние дороги до Манали - автобусы возвращаются обратно - не прошли. Подходит друг Катрин англичанин Нейл и сообщает новые ужасные новости: дорога на озеро Цо Морари - одна грязь, мост по дороге в Индию через Шринагар СМЫЛО! А я завтра уезжать собрался, билет купил. ТАКИХ ДОЖДЕЙ В ЛАДАКХЕ НЕ БЫЛО 50 ЛЕТ!!!

6.08.

Встаю в пятом утра, и с вещами на выход. Ночь-выгрызи-глаз буквально. Ни лампочки, везде стаи собак, только на Main Bazaar одинокий фонарь. Как бы я добрался до автобуса - неизвестно, хорошо, что итальянки из моего отеля такси вызвали, так что я с ними.

Приезжаем в Упши, постояли. Ещё проехали, а там - о силы небесные! И так узкая дорога, обильно умываемая горными струями, сдавленная Индом слева и горой справа, подмыта бушующей после дождей рекой таким образом, что ехать решительно невозможно. Вдоль дороги сидят рабочие, но копают только трое - один держит лопату, другой за верёвку её тащит, а третий киркой брякает. Остальные десять сидят. Таким образом они пытаются углубиться в гору и обойти размыв. Мы смотрим и обалдеваем - так они будут год копать! Вереницей стоят автобусы, джипы. Приезжает полиция, говорит, что дальше ещё хуже, и что ремонт может занять несколько дней.

Возвращаемся в Ле. Бегаю по авиакомпаниям, мне предложили записаться в лист ожидания 18-м! Опять дождь, сколько можно! Иду по городу, прохладно. Мысли разные, надо бы ещё на мой самолёт из Дели успеть, но, видимо, придётся остаться здесь, пережить жестокую зиму, и, может, в следующем году дорогу откроют?

Дай, думаю, побалую себя аюрведическим массажём. Мой индусик сначала казался слабоват, я мёрз, он недостаточно проникал в моё тело. Но возникают интересные ощущения: горит конфорка, он натёр меня пахучим маслом, и постепенно разошёлся - мои плавки ему, видите ли, стали мешать, и они сами собой спали - это лишнее. Он прошёлся маслом, разглаживая и разминая моё упругое тело горной лани. От пяток, по икрам, бёдрам, ягодицам, спине, до шеи. Там он делает пасс руками и гонит чудесный елей обратно. Я у него просто как дева в ловких руках юного жениха. О, если бы я был женщиной, а он силён и страстен как я... Эх, как благодарно моё существо, как поёт посвежевшая кожа!

Дальше ищу йога-центр, меня знакомят с другим индусом. О, это настоящий гуру, развитый и развёрнутый. Он спокойно смотрит на меня своим радужным и глубоким взглядом. Мы передали друг другу немного благодати и после намаскара разошлись.

Дальше, на окраине города - мост через некогда безобидную речушку. Теперь всё огорожено метровыми кольцами колючей проволоки, так как это разыгравшееся чудовище подгрызло не только мост, но и многие деревья, готовые тронуться вплавь. Вечер, и меня передёргивает. Я через силу достаю фотоаппарат, чтобы зафиксировать момент, но уже не верится, что я когда-нибудь смогу эту фотографию кому-нибудь показать.

Во тьме и измороси поднимаюсь на скалу на окраине города. На вершине находится Шанти ступа - самая крупная ступа, которую я когда-либо видел. Собственно, по размерам это похоже на храм. Многочисленные Будды и бодхисатвы охватили кольцом многоуровневую композицию. Во тьме новодел не так бросался в глаза, и я впадаю в медитацию. Большая статуя Будды казалось, висит то в изумрудном, то лазоревом сильном воздухе. Мне никто не мешает, под ногами вдали тускло простирается город, ночь, безветрие и отсутствие дождя споспешествуют. На краю волглых плит, прямо у обрыва, появляется откуда-то фигура девы. Наверное - мой бодхисатва. Спускаюсь как обычно, на ощупь.

В моём хаусе - ни света, ни воды. Один мой разум на вселенской подушке с индийскими слонами.

7.08


СТОК


Здесь находится дворцовая резиденция ныне здравствующего короля (махараджи) Ладакха. Король - фигура номинальная, скорее он для участия в некоторых религиозных и культурных мероприятиях. А так - это обычный человек со своим бизнесом и семьёй. Также при дворце устроен музей.

Наш рейсовый автобус доехал только до речки - дальше дорога была перегорожена фурой, съехавшей из-за размытия дороги. Мы перешли препятствие и тут вдруг (точнее, как обычно, чудесным образом) подъезжает грузовик, и мы всем составом запрыгиваем в кузов и едем на мотках канатов. Тут же по рукам пошёл поднос со сливами, желудок уже закалён - ем немытыми. Края асфальта дороги обваливаются - дожди и горные речки работают. Мысль о том, как буду возвращаться. К счастью, у нас оказался проводник, и мы идём во дворец полями-огородами, мимо фантастических ступ и стен, к новому диковинному зрелищу. Это не совсем архитектура в нашем понимании - длинная каменная лестница гигантская ведёт к белесой глыбе замка-дворца с сужающимися кверху живыми стенами и разнообразными окнами с цветными, иногда украшенными резьбой наличниками. Дворики, комнатки, переходы... В одной полутёмной палате, превращённой в музей - стоит трон, вокруг - экспонаты - корона, платья, украшения, монеты, иногда непонятно - для чего оно, пока не увидишь на фото, как сидит. Из жилых комнат вышла девушка (может, дочь короля), и говорит, как можно фотографировать, но мне не до неё - надо исследовать дальше. Появляется американка со свитой и переводчиком, и удивляется, увидев русского. У смотрителя спросили, что он думает о той женщине Падмы Самбхавы, он отвечает - это долгая история.

С холма дворец в окружении города ступ и сухих дерев тоже величественен. Рядом бежит священная стена, исписанная мантрами. С горы спускается караван ослов и коней, почему-то без людей.

Приезжаю на вокзал, сразу в бюро джипов. Оказалось, дорогу открыли и есть свободное место и джип скоро уезжает!!!!!! Вокруг сидит толпа индийцев и смотрит на меня мрачно в упор. Я, не веря счастью, схватил билет, бегом за вещами и в девятом вечера выезжаем. Прощай, мой Ладакх! Прощай, долина, где я питался как и чем Бог послал, где чистая вода несмотря на великую горную реку - большое счастье, где не брал мой сотовый телефон, где не было света и электричества, где дух один летал над водой. Надеюсь, теперь, если и вернусь, то только по своей воле, а сейчас только одно желание - вырваться из западни. Ом.


***

Закат погостил

в долине Ладаха,

ты горы укрыл

златою рубахой


Река меж хребтов

безмолвных и вечных

ты мимо песков

шумишь полнотечно


То встретишь в пути

мираж перелесков,

то надо пройти

холм с гомпой прелестной


Идём на подъём -

и вдруг кислорода

не хватит живьём,

и зыбка порода


Деревни, дворцы,

лам алые пятна,

с поклажей ослы,

спуск с гор необъятных


И лунный пейзаж

и ступ караваны -

таков антураж,

что словно я пьяный


Дорожки в камнях,

коровы в крапиве,

луга в лошадях,

ручьи и разливы


То вдруг тишину

"Ом мане" пронижет

потом "падме хум" -

лишь скалы услышат


то звук из небес

таинственной мантры

вершины чудес

и впадины тантры


в пещеру одну,

во храма прохладу

блаженно иду

здесь всё, что мне надо...


Спущусь до земли

я в сень облепихи

О Инд, ты уйми

утробы шумиху


Но дух мой скудён

и тело не полно

без шакти лишён

я силы бездонной

......................


То дождь, а то зной

След бури недавней

ко мне чередой

сквозь келии ставни


И здесь, при свече -

весь свет повалился,

и с ним, как во сне,

мой ум покосился?


Стояли столбы

в горах, как солдаты,

теперь и мосты

влёт как акробаты


Стихия глуха,

раскрылась пружина

Мы здесь как уха,

кипим в котловине


Ведь вот западня:

вот там Гималаи,

а там для меня

Тибета мерцанье


Для всех я угас,

мечтаньям предался

о тех, кто сейчас

в России остался


Но этой свечой

зажёгся мой будда

и я всей душой

проснулся как будто


***


Индус-река


Ты теки, Индус-река,

видно всё издалека -

вот Тибет, вот Пакистан,

зрю я сверху весь твой стан


Ты с востока силу Будды

на весь мир пролила будто

Его славу на века

охраняют берега


А на западе понуро

встретишь древнюю культуру:

Там Харапп и Мохенджо

берегут следы ещё


Что несёшь сейчас с востока,

бурю, день иль ночь глубоку?

Прошумишь ты лишь в ответ:

"На востоке мира нет"


Что на западе ты встретишь?

Может быть, кого излечишь?

Молча поменяешь цвет:

"Запад тоже тёмный свет"


Где же мне теперь селиться,

отдохнуть и просветлиться?

"Там, где есть ты, и сейчас"

То был мне вод молчных сказ


ДНЕВНИК ПО СЕВЕРНОЙ ИНДИИ (ЧАСТЬ III)


Фотографии: http://foto.rambler.ru/users/bag_igor_29/6/


СНОВА ГИМАЛАИ (Ле-Манали)


7.08.06

Выехали на джипе в сопровождении студентов. Тот размыв, который мы не смогли преодолеть на автобусе в прошлый раз, миновали. Доехали до следующего размыва. Прожектора освещают потоки горных вод, превративших дорогу в грязь и ручьи. Стоят трактора, джипы, никто не двигается. Хотя вот этим трактором да подцепить! Наконец, один джип тронулся, переехал! Другой - застрял, долго вытаскивали. Холодно, мокро. Наш водитель - молодой индус, для удобства босиком двигался. Даже мысль об этом сводит судорогой. Наконец, он решился. Доехали до середины брода и встали. Нам помог перебуксироваться другой джип, мы достигли суши, но опять ждём, теперь уже, чтобы помочь другой машине.

Мгла, туманы, морось и ночь. Монотонность позы в забитом салоне прерывается только пи-брейками.

8.08.

Светлеет. Гималаи без конца. В таком переезде тело бездвижно, впадаю в транс, можно изучать бессознательное. Есть боюсь, но в одной из придорожных палаток взял чашку чаю по-ладакхски. Готовили при мне эту смесь с маргарином, отменная гадость - но я испил это чашу до дна. Главное - не укачивает. Неохватные горные абстракции не постигнуть - ни съесть, ни выпить, ни поцеловать. Только холодное наблюдение. На вершинах гор - ледники, из-под которых величественно раскрываются водопады. Ко всему прочему над горами зависает полная луна. Ругнулся всё-таки по-русски. Мои студенты из Англии, Канады и Голландии, долгие каникулы им позволяют путешествовать. Всю дорогу они клеят самокрутки, предлагают и мне, но я отказываюсь. Несёмся в полутумане по размытым дорогам, пустыням, камням, пропастям, поворотам, перевалам.

Местная дорожнопримечательность - дорожные таблички: "Thank you", "Don't be Gamas in the land of lamas","Smile, please", "Safety is a safe tea at home", "Trust in God and do the right" .


ДОЛИНА КУЛУ


В одиннадцать ночи прибываем в уже знакомый Манали, всего за 26,5 часов. Здесь есть электрический свет! Здесь есть вода! И горячая! И сотовая связь появилась! Ночь провёл по-царски - распарился под душем и как следует выспался.

9.08.

Надо съездить к Рерихам в Наггар и акклиматизироваться. Погода отличная, как раз для путешествий - солнца нет, не холодно и не жарко, полутуман, градусов 25С. С утра еду на рейсовом автобусе с Анитой - молодая лахулка довольно общительна, спросила - не женат ли я. Она буддистка, замужем, двое детей, сносно говорит по-английски. В буддийских понятиях плохо разбирается, похоже, все эти существа для неё - боги, которых нужно почитать.


НАГГАР


Посёлок находится, как и Манали, в долине Кулу - предгорьях Гималаев. С одной стороны раскрывается простор на реку Беас, с другой стороны - Наггар, занимающий часть склона горы, густо покрытой елями и кедровыми соснами.

У автобусной остановки шумит толпа индийцев, я залезаю в гущу. Мальчик устроил настоящее шоу со змеёй. Он кричит и замирает, вопрошает и сам же отвечает. Народ в восторге. Я приобрёл экзотических сладостей и двигаю наверх. Где находится музей Рерихов, все знали, только никаких вывесок или указателей. Случайно потом увидел прикрытую травой табличку и очистил её.

Дорога мимо двух - трёхэтажных домов привела к красующемуся на террасе у обрыва небольшому храму, вырезанному из серого песчаника с крышей в виде сложенного зонтика. Он посвящён господу Шиве и Парвати. Я подходил в сандалиях, и мне указали, что нужно босиком. Наблюдаю также не менее экзотический каменный Вишну мандир. Замечателен деревянный храм пагодного типа Трипури Сундари с резьбой и фигурками обезьяны и льва на кровле.

Далее путь привёл к территории Рериховского Фонда, к которому относится дом-музей Рерихов, институт Урусвати и др. Дом находится на краю террасы в утопающем в зелени и цветах саду. Апостол красоты, посланник культуры, воин духа, хозяин Гималаев - так называли современники Николая Рериха (1874-1947). Знаменитый петербуржец и космополит, художник и мыслитель, литератор и археолог, исследователь религий и истории востока внёс со своей женой Еленой Ивановной Рерих значительный вклад в развитие учения Живой этики или Агни-йоги.

Перед входом в дом табличка, предупреждающая, что ходить группой запрещается - здание ветхое, из-за этого же нельзя попасть внутрь - "подглядывать" можно только через окна. В полусумраке холла скульптура Будды. Кабинета или студии Николая Рериха нет, так как он постоянно перемещался. В неизменном состоянии сохранились некоторые интерьеры. На втором этаже - кабинет Елены Ивановны - на столе лежит открытая книга с репродукцией Святой Троицы. В одной из комнат находится кабинет Девики Рани - выдающейся индийской актрисы, внучатой племянница Рабиндраната Тагора, жены Святослава Николаевича Рериха, который тоже здесь жил и работал. В пристройке за стеклом зеленеет принадлежавший Рерихам "додж" 1928г.

Если пройти по тропинке вниз, будет поляна, где огромный камень отмечает место кремации Николая Рериха. Отсюда раскрывается зрелище наиприятнейшее - поляна закрыта сзади от ветров горой, впереди раскрывается туманная долина реки Беас. Зелень склонов больших холмов и гор окунается в облака. Всё такое тёплое, нежное и живописное. Да и климат замечательный - когда на юге Индии нестерпимая жара и дожди - здесь мягко, тепло и влажно.

Управляете ли вы своей психической энергией? Научились ли вы радоваться препятствиям? Такие вопросы Агни-йоги, пророчества о Шамбале и Будде Майтрейе, познание и синтез учений Востока и Запада - вот предмет долгих размышлений Николая Рериха. Было бы время, и я бы, может, здесь остался посвятить себя таким благим трудам. Но его нет.

Здесь встретил несколько москвичей. Говорил с ними по-русски! Они совсем не поняли моей радости, ещё бы. Заглянул в офис Фонда, познакомился с исполнительным директором Фонда Аленой Адамковой, она словачка и тоже говорит по-русски!. Русская девушка угощает только испеченными русскими пирожками, здесь говорят о Рерихе, и всё это по-русски!

Чуть выше по холму находится институт Урусвати, картинная галерея, музей. Здесь древние боги соседствуют с современным народным творчеством. Затем на склоне горы с трудом добываю пару кедровых шишек.

С одним из сотрудников МЦР пошли прогуляться до Кришна мандира. Найти непросто, табличек нет, народа тоже никакого, в лесу было много развилок, но интуитивно нашли. О, такой храм достоин посещения и художника, и поэта, и любого духовно страждущего. За густыми деревьями на вершине горы прячутся ограждения, хранящие от праздного взгляда дивную колоколоподобную каменную постройку. Стены древнего храма обильно украшены резьбой с пышнотелыми эротическими мотивами. В пуританской Индии это не вызывает недоумения - сцены из камасутры - традиционная составляющая изобразительного храмового искусства. Остаться жить здесь можно не только из-за умиротворяющей атмосферы, но и из-за несравненного вида на долину реки Беас. Здесь только мы, парочка белых и служители. Внутрь мандира не пустили - мы не правоверные.

Под мелким дождём спускаюсь на остановку обратно. В автобусе одни индийцы, они улыбаются, здороваются, что-то спрашивают у меня...

10.08


МАНАЛИ


С утра дождь, но скоро перестаёт. Добираюсь по асфальту и в гору, мимо роскошных белых яков, по тропинке, приводящей к очередному чуду. Высокий каменно-бревенчатый храм Хадимбы с четырехъярусной серебристой дощатой крышей среди мощных елей издали чем-то напоминает русское церковное деревянное зодчество (четверик на четверике). Но, подойдя ближе, обнаруживаешь пагоду с обильной индийской резьбой, увешенную рогатыми черепами.

Чуть дальше - ещё удивительный "храм" бога дерева Гхатоцакач. Собственно - это просто дерево, которому подносят дары после выполнения просьб. Вокруг разложены вотивы - рога, металлические поделки.

По дороге меня окликают индийцы, и говорят, что я похож на молодого Махатму Ганди (видимо, формой бритого черепа и очками), я им помахал рукой и взял моторикшу до Васишта.


ВАСИШТ


Святой Васишт, именем которого назван посёлок - учитель Рамы (бог избрал его своим учителем). Чтобы Васишту было спокойнее молиться, и не ходить далеко за водой, Лакшман, брат Рамы, открыл здесь горячие ключи, которые прославили посёлок. При храме Васишта - купальня под открытым небом, где бьют святые источники, и люди чинно омываются. Вода очень горячая, и долго купаться не рекомендуется, но красное довольное лицо моего шара долго виднеется на поверхности. Я основательно прогреваюсь и омываю душу и тело благими водами. Теперь, такой чистый и хороший, я подхожу к очень симпатичному каменному с деревянной резьбой храму. Сидевший рядом индус помазал мне лоб и приглашает внутрь, где в полутьме стоит странная чёрная статуя самого Васишта.

Рядом с храмом женщина в сари предлагает с подозрительным акцентом книги. Я поинтересовался - не из России ли она, оказалось, да, она русская, живёт в Индии уже 6 лет. На лето переезжает от южной жары сюда, "на север", в дивную долину Кулу. Видимо, после священного купания я производил впечатление, и женщина попросила у меня благословения! Я, конечно, не отказал.

Неподалёку на пригорке - старинный каменный храм Рамы. Внутри - обезьяна Хануман, который служил этому богу. Здесь, в прохладе никого, хорошо медитировать, бегают только мыши, окармливающиеся разбросанным прасадом.

Славен Васишт и водопадами. Первый - в получасе от центра - небольшой, виден издалека. Узкая тропинка стиснута скалами и обрывами, из которых топорщатся яблоками и колючками густая растительность. Сорвать ничего не удалось, так как периодически кто-то проходил, да и пробраться сквозь тернии почти невозможно. Когда я клюкой тянулся за желанным плодом, меня замечают местные, и мне стыдно.

Подхожу ко второму, большому водопаду. Напротив на холме сидит смуглый человек, смотрит на горы и курит. Я подошёл, сажусь рядом. "A smoke? " - протягивает мне дымящую самокрутку. Его зовут Рам Баран, он непалец. Сидим, изредка переговариваемся, расслабляемся и созерцаем водопад. Кости упираются обо что-то до предела, чтобы охватить величавость его потоков, разравнивающих грубость дикой скалы. Вот он всё ближе, я уже чувствую его влажное дыхание - брызги покрывают мои мягкие стеклянные поверхности, и я кутаю камеру, но кто-то тыкается в меня носом. Вокруг ходят чудесные непальские животные, за ними индийские девушки в сари, звонкий смех, мычание, блеяние, лай, гул падающих потоков, Рама, Васишт - всё это закручивается в какой-то гималайский хоровод. Очень много молодых израильтянок, вот я в лесу с одной, вот под водопадом с другой, может, я в Израиле, но там нет таких лесных скал. О, где же я, кто я, с кем я? Вот мы с непальцем уже у него дома, сейчас мы выпьем чаю и пойдём пасти овец. А вот я уже в каком-то кафе, вокруг меня студенты, они курят, и кто-то вдруг кричит "police!", все испаряются, и я остаюсь один. Навстречу движется гигантский тюк с травой, под которым трудится женщина в шароварах, за всю жизнь столько не скурить; старик мне предлагает занятные аппликации-раскладушки из тростника, сначала всё прилично, а там - камасутра. Успеть бы на автобус, я спускаюсь к реке Беас, рву яблоки и грызу их как Александр Македонский, хотя он не смог перебраться через эту речку. А я и туда, и сюда, да что мне Беас, дайте мне Инд, Брахмапутру, Гангу!

В Манали сфотографировал индуса-хироманта, гадавшего индианке, он остался недоволен. Забрал вещи, иду к своему автобусу, этот хиромант меня зовёт, я отнекиваюсь, мол, опаздываю. И тут говорят, что наш deluxe отменили - сломался. Чертыхаюсь, наверное, хиромант напроказил. Хорошо, тут же рейсовый отходит, я - прыг туда, и в седьмом вечера выехали.

11.08

ЧАНДИГАРХ. Это уже настоящая летняя Индия. Звук дождя, здесь в пять утра ноет спящая жара. Мне бы посмотреть Rock Garden, не осилить, хоть и рядом. Да и багаж мой без замка не приняли в камеру хранения. По всему вокзалу - на траве, на скамейках и просто на асфальте спят вповалку индийцы. Я спросил, как добраться, меня сразу окружили рикши и ещё какие-то типы, стали наперебой объяснять. Времени мало и через час на рейсовом отчаливаю в Харидвар. Автобус забит индийцами, и, как назло, чтобы отвлечь меня от наблюдений, ко мне подсаживается очаровательная блондинка. Джулия - немка, учится в Германии, а в Чандигархе преподаёт волонтёром математику, едет провести время в Ришикеше. Едем почти без остановок, обгоняя буйволов с повозками, рикш, городки с лавочками. Везде равнина, только далеко на севере виднеются предгорья Гималаев, а на юге дышит знойно красавица.

Харидвар, 11 утра. Пекло, солнце, дымовой смог - дышать нечем. Уникальные индийские уличные туалеты не имеют дверей - и все это делают на открытом воздухе. С болью оставляю Джулию - надо взять ж/д билет обратно. Мимо моря веломоторикш захожу на ж/д вокзал, отстоял часовую очередь. Кассирша тараторит "эйси, эйси?". Я спрашиваю, что это такое, она - идите туда, вам объяснят, я сразу на всё соглашаюсь, так что билет до Дели на руках.

В 13 выехал в Ришикеш. На дороге, на деревьях обезьяны. Соседи индийцы стали советовать поехать на Ганготри, Бодринатх и т.д., но, узнав, что я только на 3 дня, сказали, что всё время надо отвести на этот город. 14-00, Ришикеш.


РИШИКЕШ


Для индусов это особенный город - ворота к священному истоку Ганга - леднику Ганготри. Однажды здесь явился Вишну, и заявил, что место будет называться Хришикеш. Раскинулся Ришикеш по обе стороны Ганга, в окружении холмов и гималайских предгорий. В близлежащих лесах живут обезьяны, которые спускаются в город на прокорм, говорят, дальше водятся тигры, а в заповеднике слоны.

Сказали, что ашрамы везде, но от вокзала не близко. Добрался до одного, но тут не принимают. На моторикше доехал до Дайананд-ашрама в излучине Ганга. Ашрам - это что-то вроде монастыря или индуистской гостиницы с храмом. Здесь много современных корпусов, библиотека, столовая, лекторий, изящный, без особых излишеств храм Шивы, спуск к омовению в Ганге! Мне выделили большую просторную комнату с видом на Ганг!

Ганг (по-индийски - Ганга)- священная река не только для индуистов, но я для многих духовно страждущих. Некоторые почитают его как божество, здесь совершаются ритуальные омовения. Гуляя по набережной на закате, наслаждаюсь несущимися отовсюду бурлящими индийскими песнопениями, баджинами. За каждым кварталом или храмовый купол или ашрам, пахнет благовониями, люди медитируют, занимаются йогой. Кто-то черпает ладонями из реки и поливает голову, кто-то набирает святую жидкость в кувшины для последующего пития, кто-то стирает бельё! После заката спускают цветочные корзиночки и розетки с огнями, возвышенно поют. Сожжённые трупы, как ниже по течению, здесь не плавают. Вода мутновато-желтовато-голубоватая. В верхнем течении брали пробы, и, одно из объяснений целебных свойств воды - то, что она насыщена серебром!

Погода замечательная, я гуляю по самому Гангу (!!!). Смуглые тощие люди предлагают початки обжаренной кукурузы. У них за вежливость считается подать еду рукой, но я предпочитаю брать с углей сам. Здесь, на набережной, я знакомлюсь с индусом - он бизнесмен, нанимает большой автобус, чтобы вывозить семью и родственников к святым местам. По утрам у него йога и прогулка. Хотел меня познакомить зачем-то со своей дочерью, которая плещется в одежде рядом, но у неё жених. Посидели с ним в асане, пранаяма на свежем воздухе. Наблюдал редкое зрелище - к Гангу спустилась парочка дивных юных индианок помазать водой лобики. Необычность заключалась в том, что впервые в Индии увидел столь приятных особ - до сего момента местные женщины не привлекали моего внимания. Но видение испарилось, и я мог спокойно продолжать свой строгий путь.


Йогурт, йога и гуру


Вечереет. Страшно хочется молочного. Здесь, как и везде есть коровы, но молока нигде нет. Супермаркетов не существует, в магазинах только фрукты да мелочёвка. Ну, думаю, должен хотя бы быть йогурт, всё-таки интернет и всё такое... Спросил у одного, другого - никто не знает, либо не понимают. Вижу - впереди монашек в красном одеянии. Спрашиваю - не знает ли он, где здесь супермаркет. По старинному индийскому обычаю, если человек не знает, он может всё равно согласиться, и говорит "ха-а". Так же ответил монашек. Я - "can I buy some yogurt there?" - мол, йогурт хочу, он с широкой улыбкой- "ha-a!". Чувствую неладное, но иду. Всё дальше и дальше, темнеет, и вот уже нет фонарей, наверху виднеется ашрам. Первое подозрение - он подумал, что я спросил про йогу, но мне уже просто интересно стало, куда он меня ведёт, и может, у них при ашрамах магазинчики есть (как в Ладакхе) - "are you sure, yogurt?" - "ha-a!". Поднимаемся по лестнице на холм, вижу - алтарь, на котором кругом горят свечи, посреди - лингам Шивы. Мой провожатый оказался садху, а это шиваитская школа при Харе-Кайлас ашраме. Меня окружили ученики лет 10-17, они улыбаются, уговаривают остаться, подводят к лингаму, угощают прасадом, приносят пить, усаживают и говорят, что сейчас придёт гуру. И тут я понял, что "yogurt" - это "your guru". А вот и он! Заходит человек в курте с лучистыми глазами, меня представили (видимо, как духовно страждущего), "намасте!" - "намасте!", наградили друг друга улыбками, он меня пригласил в храмовый зал и мы сели. Внутри светло, в нишах крупные скульптуры каких-то свами - женщины и мужчины. Отсидел службу. После хотел сбежать, но не тут-то было, мой садху пошёл за мной, и мы вместе пошли искать Дурга-ашрам. Карта непропорциональная, и мы долго искали, но так и не дошли - уже поздно. Садху ждал меня, расспрашивал народ, всячески помогал. Тепло распрощались, я обещал зайти.

В моём ашраме наслаждаюсь чисто вымытыми фруктами и горячим душем. Окна открыты, и с Ганга несутся звуки течения и волны свежего воздуха. Всю ночь бы наслаждался этим, но я отрубился в шавасане.

12.08

Просыпаюсь под шум Ганга, борюсь с муравьями - они так любят сладкое. Сегодня тоже замечательная погода, переменная облачность. Рядом с набережной сталкиваюсь с обезьяним семейством - мамаша с дитятей. Индийцы не обращают на них внимания, но им очень интересно смотреть на нас, кода я рядом кручусь с фотоаппаратом. На скамейке сидело людское семейство, и обезьяна запрыгивает к ним. Женщина начинает шуметь на неё, дети заплакали. Когда я подобрался к композиции поближе, мамаша-обезьяна зашипела на меня - охраняет чадо. Мне было шипеть не на кого, я ушёл. Поднялся, и здесь, напротив лесистого холма вижу целый обезьянник. Рядом на поребрике в тени сидят "бабы", один курит что-то, другой спит, третий словоохотничает со мной, остальные слушают.

Через Ганг легко перекинулся подвесной мост Рам Джюла - везде индийцы - стоят, лежат, идут, едут на мотороллере, торгуют, спят тут же под ногами. Среди всего этого достойное место занимают коровы - жуют свою жвачку - медитируют. Собаки гоняют свиней и обезьян. После моста начинается район Сварг Ашрам. Здесь все здороваются, босяки попрошайничают, у каждого - никелированная кастрюлька, в которую им модно положить еду. В конце дороги пустынятся корпуса отдельных ашрамов, тонущих в кустах. Пробираюсь к Гангу, здесь камни, но можно замечательно отдохнуть-позагорать. Залезаю в воду - вода прохладна, течение очень сильное, и дальше чем на три метра от берега заплывать не рискую.

Дальше, народу уже никого, табличка "Beatles Ashram", за пересохшим руслом - лес, обволакивающий разваливающийся и зарастающий зарослями трав ашрам с трёхконусными воротами. На опушке лежат два "бабы", на внятном английском они подтверждают, что это знаменитый Махариши Махеш Йоги ашрам, где гостили битлы. Через ворота просачиваюсь внутрь двора, но откуда "somebody calls you, you answer quite slowly" - охранник просит бакшиш, и я ретируюсь. В поисках выгодного ракурса пытаюсь забраться в джунгли наверх, но меня предупреждают, что делать этого не стоит - обезьянья территория, они бывают опасны.

В Индии просто знакомиться с белыми, да и вообще со всеми. Здесь, в джунглях, разговорился с поляком (по-русски!) - он занимается йогой, фотографией, путешествует уже 6 лет по миру, иногда заезжая в Европу подзаработать.

На поляне у Ганга иногда мирно, иногда воюя, живут хвост о бок обезьяны и "бабы". Бабы "зарабатывают", и потом угощают этих милых животных вкусненьким. Хвостатые чудовища визжат, дерутся меж собой, раскачивают ветви деревьев, грохочут металлическими воротами, воруют. Эти люди и обезьяны чем-то похожи - пробиваются как Бог даст, небо им крыша, питание - подножный корм, живут здесь и сейчас.

У некоторых товарищей сонные глаза. Жизнь их проста и размерена - сон, еда, медитации, пение мантр. Часто поражаешься открытым, живым, лучистым глазам, этим тихим, иногда безмолвным безобидным душам в тощих почерневших телах. Где бьётся сердце Индии? Да, может быть, именно в этих слабых существах, хранящих национальную идею веры, ненасилия (ахимсы).

Почему-то оказалось непросто найти йога-центр. Открытых занятий немного, начало в 7 утра, наконец, в районе Сварг Ашрама нашёл молодого, лет 30-35, индуса, который провёл урок. Труд и блаженство в типичной индуистской обстановке - коврик на бетонном полу, у образов горит свеча.

Хотел на вечернюю службу на Тривени Гхат - там проводится довольно масштабно, но не успевал, так что присутствовал здесь же, на набережной Сварг Ашрам. Много босых индусов, все радуются как дети, звучат песнопения. В темноте Ганг ворожит и светится от прожекторов и свечей, плывущих в цветах и розетках, которые люди пускают по течению.

У Рам Джюлы нашёл приличный ресторанчик, тяну ласси (взбитый с фруктами молочный напиток) и любуюсь видом на ночной Ганг. Недалеко, под звуки раги и течения вповалку спят какие-то люди. Перехожу мост, тощие люди сами предлагают травку. Все боятся полицейских, поэтому делают это осторожно. Под каменной набережной вдыхаю ночные испарения Ганга. Поднимаюсь в улочку - навстречу мокик с двумя в гражданском, что-то кричат, я не обращаю внимания - привык. Я попросил предъявить документы, оказалось, это полиция и они для пущей убедительности предложили проехать в участок, но я от такого удовольствия отказался. В связи с тем, что скоро день независимости Индии, идут усиленные проверки на предмет оружия и травы. Я холодею. В Таиланде за наркотики смертная казнь. Меня обшмонали, попросили открыть рюкзак, проверили все карманы кофра и ничего не нашли! По моей тёмной кривой улочке, переводя дыхание, пошёл в свой ашрам.

13.08

Сегодня жарко, солнце пропекает насквозь. Иду в храм Бхарат мандир - внутри хорошо, народу мало, интерьер стандартно-современный. Снаружи, в нижней части, сохранились старинные барельефы божеств, эротических фигур. Повыше недавние целомудренные плосковатые безвкусные вставки. Из отверстия купола выглядывает зелёный попугай. Здесь, в районе Мая Кунд сохранились одиночные дома эклектично-мавританского характера XIX в. Они разваливаются или перестраиваются. Хотел попить водички - я, как адаптированный житель, пью прямо из колонок. Но их надо качать, и, пока я приспосабливался к ручке, подошёл приличный индиец и предложил свою помощь. Я отказываюсь, но он решительно начинает качать воду. Маха дандеват!

Подхожу к знаменитой набережной в Ришикеше - Тривени Гхат. По преданию, здесь сходились три реки и были чудеса. Теперь это место паломничества, особенно в праздники. Сейчас, днём, в жару, здесь отрываются индийские мальчишки и девчонки - они купаются, визжат, брызгаются. Течение очень быстрое, но так как есть отмель, то можно выкарабкаться и зацепиться за спускающиеся в воды бетонные ступени. Река холодная, и так приятно от палящего зноя в неё окунуться и отдаться на несколько секунд течению (чтобы не унесло), забыв про всю священность... На берегу стоит на мощном пьедестале цветная колесница с Кришной и Арджуной с резво-возбуждёнными конями. Купаюсь, медитирую рядом с индусом, который непрерывно бормочет в падмасане мантры, поливает голову водой и моет ступени вокруг себя. Белых людей - никого, чувствовал бы себя местным, если бы не приставали (но не так назойливо, как в Дели). Приехала группа ребят, коровы гуляют и воруют съедобное у торговцев. Дивная индийская идиллия, и вдруг...


Случай на Ганге


Раздался шум, народ задвигался и из Ганга вылавливают тело и тащат на берег. Это полноватая индианка лет сорока, одета в чёрное, не дышит. Бегут спасатели, мигом собирается толпа, все жужжат, кто-то разгоняет детей. Женщину перевернули, изо рта её течёт вода, ей растирают ладони и ступни. И тут... Над головами неожиданно раздаётся треск, словно возничий двинул гигантскую колесницу. Ганг замирает, гам, грохот, что-то большое сверху медленно двигается и шумно падает, корова заметалась, мычит, толпа носится и ухает - прямо битва Пандавов и Кауравов.

Оказалось, это грохнулись сложенные стеной кирпичи. Иду гулять по берегу - в городской черте. Тоже экзотика -мусор, коробки, в которых живут люди, вдобавок мальчишки за мной увязались (Mister-one-rupy). На моторикше до автовокзала.


ХАРИДВАР


В 16-00 в Харидваре, очень жарко и душно, на велорикше до храма Мансу-Деви. Через 2,5 часа мой поезд, и небольшая снаружи очередь на фуникулёр успокоила - успею. Мальчик прилип с побрякушкой, купил билет. Внутри уже человек сто. Говорю служащему, мол, на поезд опаздываю, он пропустил в обход. У поезда опять очередь, на выходе неясная конструкция, снова бесконечный лабиринт, забитый людьми, сувенирами, сверху закрыто полиэтиленом и тряпками. Страшная жара, взмокший стою в давке, все довольно фанатично выкрикивают что-то, девица кричит мне в ухо "just sing!". Мне мажут мокрый лоб, внутри алтарь, никакой архитектуры ни с наружи, ни внутри, все шумят, высыпают белый горошек, его освещают, забирают обратно, кто-то дёргает меня, показывает на мои ноги, я забыл снять сандалии. Наконец выплёскиваюсь оттуда без чувств. Обратно - многорядная очередь, понимаю, что так на поезд не успею, взмолился перед индийцами, мол, пустите, поезд. Как все заговорили, заулыбались, стали отодвигаться, чтобы я пролез через дырку, и я, как Моисей, прошёл меж разверзнувшимися толпами прямо к фуникулёру! Спускаться и подниматься в подвешенной кабинке - большое удовольствие - подо мной цветы, птицы поют, раскрывается замечательный вид на Харидвар и рукава Ганга.

Назад по городу пешком. Нет тротуаров, везде лотки с фруктами и соками из зелёных лимонов с мухами, уличные парикмахеры приглашают улыбкой, бесконечные рикши. Из интересной архитектуры - несколько эклектичных зданий. К Гангу не успел, хотя проходил мимо.

На вокзальном перроне шустрит семейство обезьян, расхаживает белая рослая корова, она мычит, мотает сильно головой, многие уводят подальше своих детей. Здесь можно выпить нормальный (в смысле безопасный) кофе и съесть пирожков! В 19 (поезд опоздал на полчаса) выезжаем в комфортном вагоне с кондиционером, и обильным питанием. Всего за 3.5 часа и в Дели. Поймал велорикшу, на Main Bazaar, подходит индиец, помогает найти жильё.

14.08 И ОПЯТЬ ДЕЛИ


Кутб Минар


Видел много карт, но нигде не нанесены линии метро! Это Индия! Идёт дождь, не жарко. По задымлённому пробками городу на автобусе еду с делийкой (она свободно говорит по-английски) в Кутб Минар. Это гигантский комплекс со стенами из красного известняка, сочетающий мусульманские арки с арабской вязью и индийские мотивы с резьбой и насыщенной скульптурой. Когда пришли тюрко-монгольские завоеватели, кроме большой армии у них ничего не было, поэтому для строительства, для советов в области законов и астрологии, султаны приглашали к своему двору индусов, поэтому сближение мусульманской и индуистской культуры было неизбежно. Посреди двора высится знаменитый железный столб, о котором я слышал ещё с детства. Сплав, из которого он исполнен, уникален - его научились изготовлять только недавно в лабораториях. Другое главное сооружение - собственно всемирно известный минарет Кутб Минар - просто вавилонская башня. Дождь перестал, свежий воздух, туристов не много, гуляю наиприятнейшим образом.

Обратно, на Connought Place - большая площадь, оставленная в наследство англичанами. Выхожу из автобуса, ко мне сразу пристаёт паренёк, он ничего от меня не хочет - только попрактиковаться в английском, проводит к информационному центру. Захожу в храм Хануман, там сидят кругом мужчины, активно бьют в бубны и радостно поют. Это так захватывающе, в этом столько силы, веселья и духа, что хочется присоединиться. Если бы я жил в Дели, то ходил бы постоянно. Напротив - посеребрённый внушительный алтарь. На площади перед храмом продают бананы, и женщина предлагает расписать руки (многие индианки ходят с узорами на ладонях и ступнях). Рядом зашёл в храм Ганеши, но тут было тесно. Иногда встречаются солдаты с автоматами.


Гурудвара


Дальше вышел к храму воинственных сикхов гурудваре Bangla Sahib. Издали это напоминает белый трёхкупольный православный собор, только без крестов. Какой роскошный мне попался навстречу сикх! Только меча не было - зыркнул из-под чалмы, как воин, гордый, высокий. Я ко входу, вдруг появляется другой сикх в качхе и чалме, и начинает что-то навязчиво бормотать насчёт тапочек. Я отказался, т.к. видел, где переобуваются, а этот тип странен. Снял сандалии, поднимаюсь по лестнице. Подходит опять этот сикх здесь уже как хозяин, хищно сверкая взорами, строго вещает "я же предупреждал, что надо переобуваться там!". Возможно, я нарушил какой-то сикхский закон, и меня, как неверного, полагается казнить. Я извиняюсь, дескать, не расслышал - он - "вы отлично меня слышали! Почему с непокрытой головою?". Тянется куда-то рукой, и я приготовился защищаться, может, он сейчас выхватит свою кривую саблю и секир башка - моя голова навсегда останется непокрытой... Но он достает платок и собственноручно повязывает на моей голове! Внутри храма много народу - идёт служба. Я обошёл центральный квадрат и присел у колонны. Долго не могу, выхожу наружу, тут поджидает ещё грозный сикх и раздаёт прасад. Я скромно приближаюсь, и то ли я ему понравился, то ли его тронуло то, что пришёл с поклоном иноверец, но его суровый морщины расплываются, и он расцветает! Я принял угощение прямо из рук и благоговейно съедаю. Рядом - аркатурный двор с бассейном, в котором омываются сикхи и огромные усатые красные сомы.


Лакшми Мандир


Далее иду по улице и попадаю в грязное облако колясочников и беспризорников, это всё меня окружает, после чего у меня пропала диоптрическая насадка. От гурудвары очень непросто пробраться к храму Лакшми. Там меня долго передразнивали дети, пока я искал ракурс. Из зелёного парка в темноте сияет куполами и свастиками Лакшми Нараян мандир - одно из любимых мест посещения Махатмы Ганди. Внутри людей немного, спокойно. После шумного центра я гуляю по каменному полу и наслаждаюсь спокойствием. Пока я зарисовывал богиню, увешанную отрубленными головами с изящно завитыми усиками, вокруг меня собираются индусы, и с любопытством заглядывают в мой блокнот. В просторном зале сидели люди и слушали немного печальные звуки, которые истекали от сидевшего в углу старика. Он сжимал меха фисгармонии и чарующе пел. Я сел на пол и присоединился к пространству божественной грусти.

Иду по Mandir Marg, ловлю рикш, но никто не останавливается! Кто бы мог подумать! Вдруг подкатывает моторикша, а там француз, с которым познакомились в Харидваре! Мы друг другу обрадовались, как старые друзья, я заскочил в кабину и меня подбросили до метро. Ничего особенного в делийском андеграунде не заметил, путь то под землёй, то снаружи. Естественно, здесь одни индийцы, и человек, которого я спросил, тщательно следил, чтобы я вышел на своей станции Chandni Chowk.

Дальше, в полутьме, мимо неясных конструкций, мимо автоматчиков у баррикад из мешков с песком, купив странный фрукт, мимо Красной крепости к джайнистскому храму, но он оказался закрыт. Хотел пешком до Джама Масджит (Соборная мечеть, по карте рядом), но меня не проведёшь - беру велорикшу. Мечеть внушительно выплывает из мрака полуосвещёнными минаретами. Постройки грандиозные, но храм закрыт, снаружи толкотня и шум, многие рикши спят, положив ноги на руль, а тело на коляску. Я тронул такого, "Main Bazaar?", он кивнул, и мы поскрипели по беспросветным бетонным джунглям. Я моментально потерял все ориентиры, а мой рикша всё время останавливался и спрашивал что-то у прохожих. Тут я понимаю, что могу опоздать на самолёт, потому что мы заблудились, и где главная туристическая улица, мой индиец не знает. Я вышел из коляски, жёстко сказал об этом и пошёл ловить другое средство передвижения. Он опешил сначала, и, когда я договариваюсь с моторикшей, подбегает, и начинает неловко махать руками. Я ему ещё раз гневно-праведно объясняю, что он не знает ни города, ни где мы находимся, моторикша испугался, и стал уезжать.

Как Ладакх меня не отпускал, так и Индия. В Мумбае обещали очередной теракт на праздник, и я боялся, что аэропорт закроют. Но всё закончилось, и в два ночи благополучно я вылетел.


***

В данное описание входит только индийская часть моего турне - на самом деле это входило в концепцию "Трое врат к трём великим истокам - Инду, Гангу и Волге".

Напоследок хотел бы поблагодарить всех тех, кто способствовал или оказал влияние на это моё путешествие. Особое спасибо Владику Кириленко, своими вдохновленными рассказами заразившему меня Индией. Отдельное спасибо Анупам, на священной реке Волчьей благословившей меня на путешествие на священный Ганг. Спасибо всем учителям, передавшим мне свои дары. Ом.

***

Я в зал проникаю походкою странной,

я весь бесполезный, какой-то хромой

И словно закован, запутан зимой,

и чем-то стучу о паркет деревянный


Вот солнца лучом оживит всё наш гуру,

сердечные руки, привет, намасте!

Разложим и сложим мы нашу структуру,

забудем про войны и век новостей


За окнами будет не Ганга теченье,

не улицы шум, не Никольский собор.

Суставами, чакрами настежь в простор,

чрез них мир растает весь в соков движеньи


И мы обращаемся в кукол тряпичных,

в лесок крепких клёнов и стройных берёз.

Но мне не заменит вся прелесть девичья

блаженство, дары перевёрнутых поз


Взыграй, кундалини, пронзи мои члены...

А после в шавАсане дивный покой...

И я всех люблю, в моей чудной вселенной

в согласии тело и ум неземной


этих тощих рогатых особ в Дели несколько тысяч, они ни кому не принадлежат

В Дели есть множество улиц-безумиц, в которых вполне можно без декораций снимать фантастические фильмы, про города, где глаза людей никогда не тешила красота. Ночью эти обшарпанные железобетонные строения с тёмными окнами, завешанными рекламой, становятся ещё одиозней. Стены подсвечиваются тусклым светом одиноких лампочек на столбах, от которых тянутся кабеля, переходящие в чёрные сплетения, гроздьями и кустарниками, свисающими над головами на ржавых подставках

Когда я вернулся в Россию, я поразился, сколько всё-таки у нас красивых девушек

1-30 по Моск.вр.

центр Пахар Ганджа (ж/д станция Нью Дели). Хотели разместиться в "Hare Rama", но очутились напротив в "Yes Sir guest house". Рядом, при "Харе Раме", купили билет на автобус Дели - Манали

Лал Кила, Red Fort

на 15 мин раньше графика

Возможно, "Вьяса" произошло от слова "Биас"?

в пятом вечера. Выходим из автобуса, и тут же нам начинают предлагать проживание, но у нас свой специалист по отелям, и мы идём узнавать насчёт транспорта. Автобусы частных компаний ходят через день, а джипы - только в 2 ночи. Решили на местном, и зря. Джип прёт без остановок, быстро и спокойно объезжает пробки и препятствия

Швейцарцы разговаривают по-английски, так как из разноязычных сред! Лёб после общения со мной захотел в Петербург

Обычные симптомы горной болезни - головная боль, плохой сон, отсутствие аппетита, тошнота, кашель, проблемы с дыханием, усталость, деконцентрация.

Когда я высказался о невкусности местных бананов, знакомые немцы спросили, "а где вкусные?" - "в России!" - "О - теперь мы знаем, куда надо ехать за бананами!"

Ладах, Ладак - "страна нескольких перевалов" ("ла" - перевал)

Основные местные понятия:

Молитвенное колесо - буддистское изобретение, несколько тысяч молитв прокручиваются очень быстро и одновременно, так что можно не тратить время на долгоговорение мантр.

Ступы - ритуальные постройки, первоначально установленные в местах основных событий, связанных с жизнью Будды (рождение, просветление и т.д.), там хранились останки Будды. Затем ступы стали строить, чтобы отметить значимое для буддизма место или событие. Символизируют ум Будды, достигшего знания и свободного от трёх основных грехов. Существует 8 типов ступ: падспунг чортен (рождение Будды Шакьямуни), чангчуп чортен и т.д.

Ламы - буддийские монахи, одетые в красно-алые одежды.

Мантра - священное заклинание.

Гомпа (гонпа) - "безлюдное место" - буддийский монастырь, почти в каждой деревне.

Шакти - женская энергия, в виде девы, вступающей во взаимодействие с Буддами.

Бодхисатва (бодхисаттва) - наставник, ведущий человека к внутреннему совершенствованию и освобождению от земных страданий (тот, кто стремится к просветлению во имя людей, или тот, кто дал "обет бодхисатвы")

Падма Самбхава (Падмасамбхава - санскр. "рождённый в лотосе") - великий тантрический гуру, считается, что в VIII в. н.э. медитировал в местных пещерах по дороге в Тибет

Индус-река, по-индийски Синдху

гелукпа (гелуг, жёлтая вера), ньингмапа (ньингма, красные шапки) и т.д. После китайской экспансии именно Ладакх стал второй родиной ламаизма, поэтому Далай-лама, проживающий нынче в Индии, принимает особое участие в развитии местного буддизма

сам же Тибет, после захвата в 1950-х годах Китаем, лишился значительной части своей религии и культуры.

Например, монашеская цампа из ячменной муки, суп тупа, чай с маслом и солью

существует множество бесподобных маршрутов - на озера Цо Морири, Пангонг Цо; в долины Нубра, Занскар, Маркха; по многочисленным монастырям, например, Ламаюру

Для питья рекомендуется использовать воду Dzomsa - вы даёте бутылку, и её наполняют охлаждённой кипячёной водой

Прибыть сюда можно на самолетах (Нью-Дели - Ле, Indian Airlines и Jet Airways); автотранспортом Шринагар - Ле (открыта с июня по ноябрь) или по самой высокогорной в мире стратегической трассе Манали- Ле (открыта с сер. июня до нач. октября).

стал столицей Верхнего Ладакха во времена короля Граспа Бум-Лде (правил в 1400-1430 гг. н.э.)

но, например, нет такого понятия как зелёнка, йод разыскал с трудом - только в бутылках


электричество не отключили, как хорошо, что кипятильник взял

ищу, куда присоединиться для трекинга по горам-долам, но сборных групп нет

линия тибетского буддизма гелукпа, отделение гомпы в Спитуке, в 2-х км от Main Bazaar

17 км от Ле. Гомпа принадлежит тибето-буддийской линии гелукпа, здесь около 100 лам. Основан в XV-XVI в. н.э.

хотя, конечно, имелись в виду Святослав и его супруга Девика Рани

45 км на юг от Ле, линия друкпа (кагъю) тибетского буддизма. Основан в 1630 г первым воплощением Статсанга Распа Наванга Гьяцо, который был приглашён ладакхским королём Сингай Намгъялом. В этом монастыре в XIX в. была обнаружена рукопись якобы со свидетельствами пребывания в этих местах Иисуса Христа, переведённая на русский язык как "Жизнь святого Иссы - лучшего из Сынов человеческих". В конце июня - начале июля проводится крупный фестиваль, посвящённый Падме Самбхаве.


7 км от Ле. Монастырь основан Од-Лде в XI в. н.э. Великий толмач Лотсава Ринчен Зангпо посетил его и назвал Петхуп. Линия тибетского буддизма гелукпа

50 км от Ле. Так-Тхок- "скала-крыша". Считается, что здесь в VIII в. сам тантрический гуру Падма Самбхава медитировал в пещере и благословил сиё место. В царствование Цеванга Намгъяла здесь основали монашество (линия Ньингмапа)


"Пик победы", эту твердыню построил Таши Намгъял после объединения Нижнего и Верхнего Ладакха и победой над центрально-азиатскими захватчиками.


Вообще, я себя иногда неловко чувствовал, когда говорил, что приехал на три недели. Люди сюда приезжают на несколько месяцев и больше, а кто-то просто остаётся

Лехен Палкхар, построен Сингаем Намгъялом в нач. XVII в.

15 км от Ле. Первый король Ладакха Лхачен Спалгигон на верхушке скалы построил здесь крепостцу, руины которой высятся над нынешним дворцом. Дворец простроен Делданом Намгъялом в начале XVII в. н.э.

сделанная Делданом Намгъялом в память о своём отце Сингае Намгъяле

Я понял, почему говорят о бездуховности США - просто все продвинутые переехали в Индию.

50 км от Ле, стоим час, два. Здесь самые любвеобильные собаки - они занимались этим большими стаями всё это время.

её подарили недавно японцы во имя мира на земле, Далай-лама открыл её в 1985 г.

14 км от Ле. Дворец был построен в 1825 г. королём Цеспалом Тондупом Намгъялом. Короли проживают здесь с момента захвата Ладакха Зораваром Сингхом

1) видимо, за то, что соблюдаете правила 2) никто не знал, кто такие гамы 3)улыбайтесь, плз (скрытая камера?) 4) безопасность - это безопасный чай дома 5) веруйте в Бога, и поступайте правильно

Наггар, Нагар - 1,5 часа от Манали

Этот храм (его второе название Гаури Шанкар) создан в стиле химадри приблизительно в XII веке!

Международный Рериховский Мемориальный Фонд (IRMT). Усадьба Н.Рерихом была приобретена у британского вельможи. Дом построен в последней четверти XIX в. Н. Рерих в 1928 г., после знаменитой Центрально -Азиатской экспедиции, поселился здесь с семьёй и провёл около двадцати лет

Надпись на камне на хинди: "Тело Махариши Николая Рериха, великого друга Индии, предано огню ... на этом месте, 15 декабря 1947 года. ОМ РАМ"

Здесь же находился представитель Петербургского отделения Международного центра Рерихов (МЦР) Чирьятев Мих. Ник., его я знал ещё в Петербурге

"Урусвати" на хинди - "утренняя звезда". Основан Н. Рерихом как серьёзный исследовательский центр Гималаев. Теперь о былой славе института можно только мечтать

Хадимба - горная красавица, почитается как богиня во время невзгод и бедствий, инкарнация Кали-Дурги

Вашишт, 2 км от Манали

Как и Чандигарх, спроектирован Ле Корбюзье

А если нет поблизости писсуара, то где придётся

Потом оказалось, что это air condition, (кассирша расшифровку не знала). Ж/д билет Харидвар-Дели стоит 500 рп- надо брать заранее - мест может не быть

Дайананд - создал в 1875 г активное реформаторское движение - общество Арья Самадж (Общество ариев), "индуистский протестантизм", общины которого распространены в северной Индии

бабы (вабы) - бомжики, "святые люди"

Махариши Махеш - индийский йог, который снял престижный зал в Лондоне, пригласил элиту, в том числе Битлз. Он пригласил их сюда, в свой ашрам, и некоторое время они провели здесь. Впоследствии Леннон посвятил ему песню "Sexy Sadie". Теперь Махариши старенький, живёт в другой стране, и ашрам заброшен.

За исключением ортодоксальных местностей, где за любой вопрос к женщине можно и жизнью расплатиться.

начало в 6 вечера

И довольно опасный - на жаре и в мало санитарных условиях может содержать болезнетворные микробы.

в честь Вишну. Надпись на англ.: "Тот, кто будет жить в Ришикеше, посещать Бхарат мандир, соблюдать обряды, будет освобождён от мировой зависимости"

В Аллахаббаде есть крупнейшее место паломничества на Ганге - Тривени Сангам, расположенное на слиянии трёх рек - Ганга, Джамны и якобы Сарасвати.

Харидвар - также крупнейший паломнический центр в Индии. Вещи некуда деть - договариваюсь оставить в служебной комнате

нач. V н.э.

На столбе надпись "Тот, на чьей руке слава мечом написана... Король по имени Чандра, остановив в вере свой разум на Вишну..."

Кутб (Кутуб) Минар воздвигнут в кон. XII в. основателем тюркской династии Кутб-уд-дином Айбеком. 14,5 м в основании и высотой 72.5 м

На Baba Kharak Singh rd.

Гурудвара - это храм сикхов. Сикхизм - религиозное сближение мусульман и индуистов, основанное в XV в. Нанаком. Сикхи признают 10 гуру, почитают свои священные книги ("Гуру Грантх"...), их центр находится в пенджабском городе Амритсаре. Вступавшие в братство прибавляли к своему имени слово "Сингх" (лев) и соблюдали правило "пяти К" (длинные волосы и борода - кеш, меч кирпан, короткие брюки качх...)

Построен в 1939г.

сейчас усиление охраны - завтра, 15.08, День независимости Индии