# И Честь,и Бесчестье, И Тщеславие(рефлексия экстравертности2)

Сергей Кутолин

"Повесить под мою ответственность.Господа,я не люблю есть вареники холодными."

Кадр первый


Вы, конечно, можете заявить, что это всё враки, и всё это, было, было, но совсем не так и не в том виде, как это рисуется здесь. Но ведь, если посмотришь на картину прямо - одно, а если вкось, то фигуры уже представляются сами по себе иначе, а если ещё прищуришься, то все выглядит в таком радужном и свете, и цвете, что все черные фигуры заалеют, а все светлые почернеют. Что же говорить о реальных событиях, в которых люди работали да еще в таком состоянии, где не только комната, а территория не пустая, а наполнена всякими злыми извергами человеческими и отбросами самого отврательного свойства. А почему нельзя представить себе предателя, которого уже все осудили, а по прошествии черт знает какого времени, он не просто герой, хотя у него и знаков отличия нет, и пенсии ему, соответствующей вроде бы и не платят, а ордена, так те даже только после его смерти, да и то с грехом пополам выдают, а бывает еще хуже, когда и орденов не выдают, а все уверены, что это злодейский Злодей, ан, нет, ...он, вдруг, этаким героем и оказывается. Так, где здесь Честь и где Бесчестье, спрашиваю я вас? Смекаете, к чему я клоню? А клоню я к тому, что Честь, это когда душа и тело, как и сердце чести, принадлежит, а вовсе не умыслам и спасению своей шкуры. А измываться Бесчестьем над Честью, кому ума не доставало. Только это умом не зовется, а зовется умыслом. Положим, человек честно служил своей Родине, а его в кутузку или мерзопакостным мытарствам подвергают! Скажем, молодые девушки отправили на тот свет упыря - наместника фюрера в Белоруссии во время войны, а с них, ну снимать показания путем насилия и всяких изуверско - мужских пыток над их женским телом. А, проверив их стойкость, не только отпускают, но индульгенцию в форме звезды Героя возлагают, разные, там всякие, льготы, что в любом затрапезном магазинчике буржуазного закроя на мелочевку купить можно. Но это еще что! А вот когда ваши честные героические усилия оцениваются Государством как предательства (бывает, не разобрались люди) и хорошо, если на 15 - 20 лет в Воркуту посылают и даже слезу из вас выжимают, когда по доброте душевной сообщают вам о смерти вашего любимого родителя и предлагают помянуть его стаканом водки да горбушкой хлеба с солью, А бывает еще хуже. Тут уже грозит вам отсидка десятка лет не в местах столь отдаленных, где и телят - то никогда не бывает, а просто сидите вы в самом центре, скажем столицы и все десять лет в тюрьме на нарах. И многие из тех, кто вас осудил и понимать - то понимают, что вы герои, но всё чего - то ждут, каких - то особых обстоятельств, поскольку бы и к стенке поставить вас как бы и надо, но обстоятельства мешают, а эти обстоятельства и оставляют вас живыми, потому как ваши показания могут оказаться полезными при выяснении дальнейших обстоятельств. И только самые решительные генералы решительно заявляют: "Повесить под мою ответственность, господа - сотоварищи! Я видел, на кухне сегодня будут вареники. Повесить, да и только. Я не люблю есть вареники холодными". А вы тем временем сидите или кайлите, или лес валите, или какую другую тяжелую работу сотворяете и всё думаете, кто предатель и кто кого предал. Так глава "Красной Капеллы" Леопольд Треппер ( он же "Адам Миклер", "Отто", "Жан Жильбер") просит "Кента" (он же Виктор Сукулов, "Винсент Сиерра", а на самом деле Гуревич Анатолий Маркович) подыскать самые надежные, тайные квартиры для членов радиопередач в Центр, поскольку на улице Атребатов, дом 101, кучкуется залихватский, попивающий горькую с друзьями и "подружками" радист Макаров ("Карлос Аламо"), ученик Иоганна Венцеля - "профессора пианистов", руководителя группы промышленного шпионажа еще в Рурской области и друга Эрнста Тельмана. И во всей этой кутерьме, т.е. квартире с такими особенностями, именуемой "радиоквартирой Суколова в Брюсселе" ещё обретаются - вся в работе шифровальщица Софи Познанска и радист - стажер Ками, люди известные Трепперу еще по работе в Палестине, да некая дама Рита Арну, приятельница Шпрингера, который для Сукулова, т.е. Гуревича Виктора Марковича, эту квартиру снимал, а сам Виктор Маркович, по убежденному мнению Треппера, "навести порядок и не собирался", а даже заявлял, что де "на конспиративной вилле Треппер, который приехал из Парижа, собрал своих друзей по ризидентуре без моего согласия, а передатчик на вилле выходил в эфир более 5 часов в день, а потому вилла была запеленгована немецкой контрразведкой". А уже, какой шум эта вилла издавала от радостных попоек "Аламо" - Макарова, то ни в сказке сказать, ни пером застолбить, - отчего соседи и сделали донос в полицию. А тут еще болтун, какой - то бельгийский капитан под покровительством Риты Арну скрывался тут же! И, наконец, начальник зондеркоманды в Париже Панвиц, который руководил ликвидацией сети, просто позднее заявил на допросе: "Аламо проживал в Брюсселе, вёл легкомысленный образ жизни, спекулировал, при обыске у него отобрали радиопередатчик. Он выполнял обязанности радиста, шифровальщика, инструктора и знал многих агентов резидентуры Отто". Аламо - Макарова возили в Берлин и показывали бывшим участникам войны в Испании. Все они опознали в нём разведчика Макарова. И хотя Макаров стойко перенес все тяготы зверств над ним, но сеть, которую немцы только и называли "Красной Капеллой" затрещала по швам...Остатки бельгийской группы Кента и Венцеля Трепперу было приказано Центром передать Ефремову, который произвёл на него неблагоприятное впечатление и, по его мнению, этот химик по образованию, выдававший себя за финского студента, а в Бельгии поступивший в политехническое училище, и имевший собственное подпольное положение, "отличался любительской работой, а его разведка представляла собой "мешанину из сплетен и ложных " сведений. Здесь Треппер немного ошибался, поскольку Константин Лукич Ефремов был единственным членом группы, имевшим военное академическое образование и хорошо разбирался в военных вопросах, успешно работал с Венцелем, а провал этой группы оказался роковой ошибкой Центра, поскольку в группе Венцеля работал предатель Райхман! Последствиями провала Макарова явилась ликвидация гестапо радиостанции "Оскол", работавшей в Париже и передававшей сведения Центру супругами Герш и Мирой Сокол. Масштабы действий русской контрразведки по "Красной Капелле" были впечатляющими, Шелленберг писал: "Результаты потрясли нас: обнару-жилось существование обширной разведывательной сети русских, охватывающей Францию, Голландию, Данию, Швецию и Германию. Одним из главных действующих лиц был человек, под псевдонимом "Жильбер", пересылавший сообщения, которые неиз-менно содержали важную секретную информацию. В Германии активно действовали два главных агента под кличками "Коро" и "Арвид". Было ясно, что информация могла поступить к ним только из высших эшелонов власти. По-прежнему не был раскрыт, и главный агент в Бельгии, работавший под псевдонимом "Кент"; он сумел уйти от арестов в Брюсселе в конце 1941 года . К провалу его привела любовь к красивой венгерской девушке по кличке "Блондинка" (ее настоящее имя было Маргерит Марча). У них была милая дочка и "Кент" очень привязался к этой женщине и их ребенку. Мы знали, стоит нам найти женщину, и "Кент", рано или поздно, появится. Маргерит не предавала своего друга, но невольно вывела нас на него. Когда мы стали допрашивать "Кента", его забота о "Блондинке" оказалось бесценным подспорьем. Ради нее он был готов на все - если необходимо, то и отдать за нее свою жизнь. Благодаря этому, мы впервые оказались в состоянии установить контакт с московским центром и использовать передатчик "Кента" в своих целях. В течение нескольких месяцев нам удавалось передавать важную дезинформацию русской разведке и вызвать у них большую неразбериху. Успешно использовав передат-чик "Кента", мы тоже самое проделали и с другими передатчиками. В результате, порядка 64 передатчиков передавали дезинформацию в Москву. Разумеется, русская разведка заметила огрехи в их работе и с еще большим старанием взялась за нашу контрразведку". Гуревич участвовал в радиоигре, предварительно уведомив Центр о сложившейся ситуации. Но то ли технический работник, то ли сама ситуация Центра, где пичкали друг друга злобными действиями и выпадами ГРУ и НКВД, соревновавшиееся между собой и не имевшими мира сотрудничества, как и в Германии ведомства Канариса и Гиммлера, но факт остается фактом, что условный знак "работаю под контролем" Центром не был принят во внимание. И даже, когда видавший виды Анатолий Маркович Гуревич ("Кент") в конце войны заявляется в Москву вместе с завербованными им сотрудниками (бывшим шефом зондеркоманды команды гестапо "Красная капелла - Париж", криминальным советником Панвицем, радистом Стлука, секретарем Кемпа), то это не спасает его от бесчестья и в январе 1947г. он обвиняется в измене Родине, приговаривается к 20 годам заключения и почти полностью отбывает срок, а реабилитируется только через 50 лет после начала войны (22 июля 1991г.). Леопольд Треппер, побывавший в лапах "папы Мюллера" и сбежавший из гестапо, случай практически равный нулю, до конца своих дней считавший предателем Кента, после возвращения в СССР подвергся бесчестью и был репрессирован как и "Дора"-Шандор Родо ("Красная тройка"), в гестапо не попадавший, но вышедший из советских тюрем только в 1954-55гг. "Отто"- Леопольд Треппер с 1957г. проживал в Социалистической Польше, где ему портили кровь партийные соотечественники, пока ему не удалось выехать во Францию, а затем Израиль, где упокоилась душа и тело разведчика, семьянина и Человека. И только Ян Черняк, который по заданию ГРУ встречался с Юлианом Семеновым, когда он создавал свой образ Штирлица на фоне атмосеры и порядков гитлеровского Рейха, не подвергался репрессиям в отличие от руководителей "Красной Капеллы". Этот человек, хотя русский выучил позже, владел семью языками и говорил на немецком как уроженец западно - германских земель. Янкель Пинхусович Черняк успел кончить и Пражское высшее техническое училище, и Берлинский политехнический колледж, проходил специальную подготовку под руководством Яна Берзина и А.Х.Артузова, а после окончания разведшколы в Москве, обладая необычайной памятью на любом из знакомых ему языков,гипнотическим даром и артистизмом, он мог примитивными средствами классно подделать любой документ. Возглавляемая им группа "Крона" не подверглась разгрому как "Красная капелла", "Красная тройка", но имела своих ценных осведомителей как секретарь министра, глава исследовательского отдела авиационной фирмы, крупный банкир, на него работали агенты в Вермахте, Абвере, Гестапо, ставке фюрера, его агентами были и Ольга Чехова, и любимица фюрера и немецкого народа, киноактриса Мария Рёкк. Рейх был прозрачен для этой группы. Уже в 1942г. на группу Черняка работали и физик - теоретик Клаус Фукс и замкнутый физик Мей, передавшие бесценную информацию об англо - американском проекте атомной бомбы (процесс получения плутония, чертежи уранового котла и принцип его работы-130 листов документации!).Центр получил от Черняка "первую отправку" с масштабным докладом о ходе работ по созданию не просто атомной бомбы, но доклад Ферми и перечень научно - исследовательских объектов в США и Канаде, а так натуральные образцы урана - 235.Никаких наград за всем этим не последовало, скорее всего потому, что Черняк открыто высказался об отвратительных последствиях соперничества ГРУ и НКВД. Но Черняку повезло в другом. Он не был подвергнут бесчестью, ему дали возможность спокойно доработать до пенсии в качестве переводчика ТАСС... Он жил вдвоём с женой в однокомнатной квартире, получая пенсию "вольнонаёмного ГРУ", хотя по официальному мнению экспертов экономический эффект от его работы - сотни миллионов долларов. Соизмеримы ли Честь, Бесчестье и спокойная старость? Экстраверты внешней разведки, люди преданные своему Делу и Долгу, в своей работе полны отваги и трагизма . И в Чести, и в Бесчестье они выполняли свою работу честно.