# Сектор Круга 3. Не грех, а Православие в Мире начальников (Опыт рефлексии об искушении)

Сергей Кутолин

Не прямо, да право (т. е. виноват, да оправдан). (Русская пословица).

ДУРАКИ И ДОРОГИ

ИСКУШЕНИЯ НАЧАЛЬНИКОВ


СЕКТОР КРУГА III. Не грех,

а Православие в Мире начальников.


Не прямо, да право

(т. е. виноват, да оправдан).

(Русская пословица).


Партия всему голова. И из партии он выходить не собирался, хотя бы ради своего отца - участника войны. Но из партии можно было в новой ситуации удалиться, поскольку партия переписалась в новую, вовсе не ленинскую, по его мнению, партию: "Я не съедал свой билет и никуда его не выбрасывал. Мы же все вышли из КПСС. Если я се-годня скажу, что я не коммунист, я оскорблю память своего отца. Но под знамя Зюганова я никогда не встану".

И в массовом выходе из партии бывших её членов утруска его личности оказывалась как бы и незаметной, - поскольку взять с кре-стьянина нечего, а он настоящий труженик земли, он плоть от плоти простого народа и с народом ему делить нечего, а вот встать на защи-ту простого народа он завсегда готов. А как, каким способом? А пу-тем управления Государством.

Всякая "кухарка может управлять государством". А он нисколько не хуже, а даже много лучше. Он механизатор, электрик в колхозе, служил в Вооруженных силах. Службу проходил на территории Польской Народной Республики, северная группа войск, ПВО. Потом калымил в родном селе. А вот через шесть лет после возвращения из армии, он уже не "какая - то кухарка", он окончил Саратовский сельскохозяйственный институт и, поработав, - он уже главный агро-ном, то одного, то другого колхоза. А дальше? А дальше, само собой разумеется, надо расти и чем дальше, тем выше, распихивая нена-глядных противников локтями. И как можно более активно и быст-рее. Время не ждет. И вот он: прораб управления производственно-технологической комплектации воинской части ╧64066, начальник отдела, а затем заместитель директора агропромышленного комплек-са ПО "Тантал" Министерства электронной промышленности. И как настоящий, ещё не бывший партиец, всё учится, ну, скажем, заочно в Московском кооперативном институте. А далее только шаг до эко-номиста, заместителя директора, первого заместителя директора по коммерческой деятельности ПО, разумеется, какого то там "ПТИ-ЦЕПРОМА". Мяса - то в стране не хватает.

А тут совсем недалеко до Российской эквилибристики, начатой дорогим и любимым Начальником всех начальников, начатой Бори-сом Николаевичем Ельциным, который уже во всех местах и комите-тах назаседался и во главе нового государства - Россия встал.

Учиться надо у старшего начальника, подминая под себя всех на-чальников, создающих непроходимость в достижении тех целей, ко-торые он, человек из народа, перед собой ставит. Лиха беда начало. Когда начальник "Птицепрома" стал мэром, - всё же мясом город обеспечивает, то наш герой становится автоматически первым замес-тителем мэра. Заработал себе репутацию настоящего хозяина города. Как? Не во всё вникал сам мэр. Да и не хотел, как Начальник, этим заниматься, например, лично контактировать с криминальными структурами, всячески изыскивавшими возможность установить кон-такт с первыми лицами мэрии. А результат? Завоевал расположение предпринимателей - поскольку легко и охотно исполнял их просьбы, которые формально были вне его компетенции или не могли быть выполнены на законном основании. И ещё он сделал для себя очень важный вывод. Надо раздавать обещания налево и направо, ну, как скажем, это делает сам Борис Николаевич. Вот наглядно у кого нуж-но было учиться!

К осени 1993 у него сложилась репутация "делового человека", охотно помогающего просителям (в частности, способного обеспе-чить надежную "крышу" от рэкета) и обладающего большой гибко-стью по отношению к закону. Сложилась обширная финансовая группировка, поддерживающая его уже материально и заинтересо-ванная в его продвижении как чиновника и политического деятеля. Более того, у него образовались и собственные коммерческие интере-сы, которые он отстаивал, опираясь, в частности, на свои полу кри-минальные связи (вплоть до прямых указаний - на кого "наехать" и чего потребовать). Одновременно он сумел добиться поддержки со стороны силовых структур - налоговой полиции и ГУВД", хотя ему ещё было неведомо, что такое настоящая "КУЧА".

Он вел себя "как уже назначенный мэр": обзавелся собственной охраной. Ссылаясь на заявления граждан, поступающие к нему как к депутату Совета Федерации, обвинял своих противников налево и на-право в "злоупотреблении служебным положением", создал комис-сию мэрии по расследованию их злоупотреблений.

Один из них 18 февраля 1994 г. покончил жизнь самоубийст-вом. Причем сделал он это двумя выстрелами из охотничьего ружья, и, что характерно, оба были смертельные... Обстоятельства смерти были настолько странные, что народ долго говорил, что ему "помог-ли", а несколько других просто исчезли из области, вывезенные, яко-бы в неизвестном направлении, органами МВД.

А потому, чувствуя себя уже настоящим и властным Начальни-ком, начал говаривать так:

"Я уверен, что буду губернатором до 2004 г. Плох тот солдат, ко-торый не мечтает стать генералом. Если я посчитаю, что способен и имею право быть президентом России, то я им буду, тогда, когда со-зреют обстоятельства".

Успехи успехами, но область не стала регионом-донором. А по-чему? А потому, потому, что получать дотации (трансферты) из бюджета выгоднее, чем кормить за свой счет депрессивные регионы. Будучи человеком без комплексов, т.е. с пониженным уровнем совес-ти, просит денег на самом высоком уровне, не испытывая при этом ни малейшего стыда. Под предлогом "рекордного" урожая, попросил по телефону у президента России Бориса Николаевича денег для при-обретения пятисот новых зерноуборочных комбайнов "Дон". Прези-дент помог. А уже осенью выяснилось, что он просто обманул прези-дента, что никакого 6-миллионного урожая пшеницы на самом деле не было. И ответ этого человека из народа был сакраментально веле-речив:

"Я ответил, что действительно обманул президента: саратовцы собрали не 6 млн. тонн зерна, а 6,5. Каюсь". Но это были только сло-ва. Постепенно в его сознании стало возникать глубокая разница ме-жду словами и делами, подогреваемое чувством собственной безна-казанности в позу известную ещё со времён диктатора Муссолини, а структура управления хозяйством стала больше похожа на огромную финансово-промышленную корпорацию одного человека, чем на го-сударственную структуру: в ней возникла жесткая вертикаль подкон-трольности всего и вся непосредственно хозяину:

"Я бы хотел модель, которая сегодня есть у нас в области, приме-нить ко всей России. А мне пока не позволяют это сделать. Модель проста. Первое и главное - это согласие в обществе Второе - мощная команда. Она решает, а губернатор только контролирует. И третье - законодательная база и использование имеющегося потенциала. У нас слишком много демократии. Демократия должна закончиться сразу после того, как опустили избирательный бюллетень в урну для голосования. Все. Демократия закончилась".

Его тяга к реформам уже не знает границ. Он проводит впервые в области и стране аукционы по продаже земли и пытается легализо-вать, то есть лицензировать, проституцию.

Среди его бонапартовских планов: сделать область официальной столицей Поволжья, а на перспективу - столицей России. Такие за-лихватские прогнозы пояснялись им так:

"Ну а что касается собственно популизма, то в нашей стране пока без этого нельзя. Важно сохранять чувство меры, иначе захлестнет, оторвешься от земли и сгоришь, как одуванчик".

Поскольку он уже начал считать себя "собинным другом", аж са-мого Бориса Николаевича, а тот как известный мужицкий полу про-вокатор не мешал ему себя восхвалять, то в Бирмингеме Президент России Борис Ельцин, представляя он президенту США Биллу Клин-тону, назвал его своим любимым губернатором. Клинтон в ответ зая-вил, что он внешне вполне годится в президенты. После этого он су-тки ходил счастливый и считался преемником Ельцина. Блаженство его кончилось, когда пресс-секретарь Ельцина Сергей Ястржембский специально пояснил, что намек на будущее президентство его следует рассматривать "с точки зрения здорового юмора" и "президент сказал об этом полушутя". В Бирмингеме же Ельцин и Клинтон пообещали ему приехать в его область поохотиться.

"Уж и не знаю, на кого мы будем тут охотиться, может быть, на женщин?" - недоумевал он. Так шутка превращалась в фарс.

При всех своих крестьянских способностях, не обладая даже до-лей аналитического ума, он начинает выбалтывать такие сведения, которые бы следовало держать про себя:

"Когда меня назначали губернатором, президент со мной не сове-товался. Через месяц встретились, и он сказал: "Я как увидел твою фамилию, сразу указ подписал". Мы знакомы 11 лет. У него очень цепкая память. Так что я не думаю, что в данном случае должна была быть беседа. У меня много друзей и в Белом доме, и в Кремле, кото-рые сказали, что моя кандидатура рассматривается" - И на вопрос:

"Кажется, что вы чаще других губернаторов встречаетесь с Бори-сом Ельциным. Это так?".

Его ответ был болтливо прост:

- "Да. В прошлом году 15 раз, в этом - 5. А здесь назначена еще одна встреча. Я могу позвонить, и он возьмет трубку. Естественно, я не звоню по пустякам. Наверное, мы друг к другу питаем определен-ную симпатию. Я в нем вижу лидера не только российского масшта-ба. Это своего рода самородок, который недооценивают".

Возвысив себя уже до преемника Президента, он начал наскаки-вать уже и на Виктора Черномырдина, который в порыве своего 60- летия с бокалом шампанского в руке вещал, что "в своей жизни нико-гда никаких ошибок не совершал".

"Ай, моська знать она сильна, что лает на слона": издеваясь над Черномырдиным, он подарил ему на 60-летие удочку: "дескать, пора на покой, рыбу удить". И при этом еще намекнул, что и после отстав-ки с поста главы правительства Черномырдину лучше покинуть пост лидера НДР и поставить крест на политической карьере.

А пока суть да дело, надо не забывать о своём теле.

Поэтому он стремится контролировать все финансово важные производства, не доверяя такой стратегически важный объект, как ликероводочный завод, чужаку. Ведь производство водки - один из немногих источников получения "живых" денег. Налоговые сборы с продажи водки составляют около 30% бюджета области. Лоббируя интересы завода, он обязал магазины не менее 50% своего водочного оборота делать на продукции его продукции. Прокуратура несколько раз опротестовывала подобные ограничения, но вместо прежних до-кументов появлялись новые. В конце концов, завод "был тихо ак-ционирован": 49% и право наложить вето на решения собрания ак-ционеров остались у государства, а кому теперь принадлежит 51% акций знает только он сам.

В политическом смысле своих приверженцев он сначала, если вы-разиться скромно "раскорячился", пытаясь сидеть на стульях и на-шего русского князя Жириновского и ново примерного Зюганова. Это основная тактика бывшего колхозника, заигрывавшего между тем и с самим бывшим работником ЦК Лужковым, уже пружинив-шим свою власть во всю в Москве, привела к следующему:

"В деловом контакте с избирательными комиссиями и руково-дством штабов по поддержке его все координаторы городских и рай-онных организаций ЛДПР, более 200 агитаторов - члены ЛДПР - добросовестно и активно ведут работу на закрепленных участках", а у местных коммунистов он тоже никогда не вызывает аллергии. Да и лидеры общероссийского уровня Геннадий Зюганов (КПРФ) и Миха-ил Лапшин (АПР) довольно лестно отзывались о нём, но после при-нятия закона "О земле" последовал образцово-показательный всплеск ненависти. Потому хвалить его стало у коммунистов считаться дур-ным тоном, а тут зависть его к московскому мэру только притягивает его к Лужкову, зависть, копившаяся неделями и месяцами, направле-на теперь на человека, отвоевавшего себе место под солнцем, место, независимое даже от воли Президента..

Вот он час наследников - авантюристов и стяжателей, спекулян-тов и двурушников, генералов и денежных мешков, час нового сосло-вия.

Узнав о победе Александра Лебедя на выборах губернатора Крас-ноярского края, он заявил, что "намерен выставить свою кандидатуру в 2000 году на выборах президента России в том случае, если в выбо-рах будет участвовать Лебедь". При этом он уточнил, что "реально" расценивает "свои шансы на президентство", которые у него "выше, чем у Лебедя".

Ельциновская легенда прибегает лишь к черной и белой краске, признает только "верных соратников" и "предателей" своего героя. Она не отличает разумного Ельцина, который суетными методами, малой кровью не привел страну к гражданской войне, от Ельцина одержимого царским безумием (царь БорисII), для которого война в Чечне стала манией и который во имя жажды лично величия ввергал страну в кровопролитные авантюры и наслаждался словами своего министра обороны: "Борис Николаевич, с Вашим именем на устах погибают новобранцы в Чечне". И каждого здравомыслящего чело-века, пытавшегося противопоставить разумную умеренность безгра-ничному честолюбию одержимого бывшего строй мастера, слепо бросавшегося навстречу своим суицидам, каждого, кто приковывал себя раболепно и подобострастно, забыв обо всем на свете, к его, ес-ли не колеснице, то разгепанной телеге, обстоятельства сурово ввер-гают их, коли не в ад, то иллюстрирует полную неспособность его окружения управлять государством разумно, не кидаясь из стороны в сторону, не прогибаясь под экономикой, почитаемого спасителем отечества от голода, Егора Гайдара...

По образу и подобию нового властителя России, он бросает вы-зов, декларируя, какой должна быть его команда:

"Рядом должна быть очень сильная команда. Чтобы она не при-страивалась, извините, к заднице".

Он так зарапортовался, что даже не узнал, что его политика имела в лице некоего Устинова, лютого врага с тесаком.

Устинов - личность неординарная: высокий уровень интеллекта, обширная память и эрудиция, знал несколько языков. Получить ди-плом о высшем образовании не смог - был изгнан из университета за вольнодумство, попал в тюрьму за драку, вернулся с туберкулезом и после операции стал инвалидом. Всю пенсию тратил на философские книги и никак не мог найти работу. По ночам писал в тетрадках пла-ны захвата власти в стране, полагая "участвовать в убийстве Ельцина, захватить в заложники наследника дома Романовых". Все подтвер-ждали, что убийство нашего героя было его самой любимой и самой проработанной идеей. Но судьба сулила другое и, может быть, самое обидное для него готовило будущее...

Любитель животных: "мои звери: два медведя, два осла, верблю-ды, лошади, лебеди ", а "тот, кто управляет верблюдом, может управлять государством. Недавно пришлось купить элитного жереб-ца, наездником которого будет губернатор", - это он о себе в третьем лице, - любитель такого наклонения.

Коллекционер холодного оружия, часов и колокольчиков: "Я очень ревностно отношусь к коллекционным предметам. Вчера, на-пример, радовался, как ребенок. Мне подарили новые швейцарские часы".

В его рабочем кабинете висит портрет Столыпина, к личности ко-торого очень даже неравнодушен бывший коммунист, а нынешний управленец Россией. В родном селе он поставил памятник Столы-пину и как правоверный православный человек восстановил храм Димитрия Донского ("на деньги меценатов и при его скромном уча-стии"), где один из ликов святых с нимбом на голове точная копия его портрета"). Плохо одно, - недовольство его деятельностью на по-сту губернатора высказали 65 % населения области. Плохо и другое, 2005 году, после отмены выборов глав регионов, президент Путин не стал предлагать его кандидатуру для переназначения губернатором области. Вместо этого в марте 2005 года он был назначен послом России в Белоруссии. Однако 19 июля 2005 года, на пресс-конференции, которую он дал уже после получения агремана, то есть официального согласия на приезд в Минск в качестве посла, он пред-ложил белорусскому президенту Александру Лукашенко "перестать дуть щёки". Эти слова вызвали скандал, и назначение не состоялось. Не менее скандальная ситуация была и с "научными работами" его и коллективом исторического факультета Саратовского государствен-ного университета. Но отвязаться от него было уже не просто даже новой власть предержащей, которая, конечно, уже не числила его в своей "КУЧЕ".28 июля 2011 года он был назначен, как правоверный столыпинец, директором Поволжского института управления им. П. А. Столыпина - филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации. Заслуженный Начальник не может обойтись без заслуженных наград помимо тех, которые ему на грудь спускает Государство, а оно сразу же по пришествии собой в Силу поменяло статус прежних орденов и выкатило на обозрение новый Орденский Статут. И вот мы уже лице-зреем на его груди: Орден князя Даниила Московского II степени - за вклад в строительство и восстановление храмов в его области, да Орден преподобного Сергия Радонежского II степени (Российской Православной Церкви), а уж как обойтись без Почётного членства в Российской академии художеств, так, кому не по нраву, тот может и возмутиться, поскольку всегда есть целая свора любопытных, мечта-телей, дураков и шарлатанов. "Услужливый дурак опаснее врага". А он, оглядываясь на пройденный им замысловатый путь понял, - "при-нес себя в жертву дуракам", поскольку приходится непрестанно иметь дело с отвратительными интригами. Здесь объявили его об-манщиком, а всех, кто "верит в меня, дураками. Так встречают новую истину".

"Дураки и дороги", - вот истина им усвоенная.

Дуры есть замечательные. Ну и дураки тем более.