# Предисловие к дороги искушения начальников и Тропинки Мысленных Укосов(рефлексия в поэзии и искушении)

Сергей Кутолин

Неисповедимы пути Господа.

ДУРАКИ И ДОРОГИ

ИСКУШЕНИЯ НАЧАЛЬНИКОВ

(Опыт рефлексии об искушении)


ТРОПИНКИ МЫСЛЕННЫХ УКОСОВ

(Опыт рефлексии откровения в поэзии)


ОПЫТ РЕФЛЕКСИИ об ИСКУШЕНИИ

и ОТКРОВЕНИИ В ПОЭЗИИ


Неисповедимы пути Господни. И эта максима всецело применима не только к России, но и ко всему современному цивилизованному Миру. С точки зрения индивидуальной мыследеятельности, т.е. рефлексии, самое удивительное, самое примечательное в сути Государственной системы и её отправлениях - это дороги ИСКУШЕНИЯ, которым подвергаются носители ВЛАСТИ, т.е. Начальники. Бесконечна художественная литература на эту тему даже только в отдельно взятой Европе (Диккенс, Голсуорси, Бальзак, Франс, Золя, Т.Манн и многие, многие другие). О России и говорить нечего, где Гоголь и Сухово - Кобылин приводят классические примеры в своём творчестве об ИСКУШЕНИЯХ Начальников. Искушение - есть испытание, в котором раскрываются истинные свойства души человека - хорошие и плохие. Как известно Бог не искушается злом, а лишь "попускает искушение зла от сатаны и плоти" - формулирует Православие. И автор, используя метод рефлексии на примере документальных фактов лишь вскрывает формы "искушений" Начальников современной Власти без указаний даже фамилий самих искушаемых на примере публицистических материалов.

Поэзия как соревнование образов есть факт мыследеятельности, т.е. рефлексии, где интуиция есть форма перевыражения образов постольку, поскольку вообще возможен перевод поэзии с одного языка на другой. Отсюда многочисленные формы перевыражения образов на примере всей истории переводов поэзии. Отсюда интуиция и есть, по сути дела, явление перевыражения образов. Откровение образа в сущности сознания индивидуума есть грань Истины в зеркале антиномии превращения событий как факт предполагаемой индивидуальностью теофании. Вот почему воображение, фантазия слова и слога в препинананиях ритмо изложения поэзии считаются ниспосылаемыми через избранных, т.е. "поэзия не ночевала в простынях прозы". И если, например, Церковь признаёт одно высшее Откровение, обязательное для всех, но мирится с частными единичными откровениями, например, святой Феодоры, то Откровение в поэзии не есть единичное для всех откровение, хотя есть сторонники Пушкина, Лермонтова, Фета, категорически отрицающие поэтическое творчество Мицкевича, не признающие Маяковского, но почитающие Аполлинера, или вообще не считающие И.Бродского поэтом. Скорее всего, это противоречие снимается гением науки и поэзии М.В.Ломоносовым. Именно он указал впервые, что, например, химик это, скорее всего, и поэт, потому что его сознание и мыследеятельность, как рефлексия, эзотеричны. Гений знал, что говорил, - достаточно прочитать его переводы псалмов Давида на русский язык. Недаром в "Точном изложении православной Веры" псалмопевец и святой И.Дамаскин в 7-веке дал почти современное определение закона сохранения энергии. Это ведь уже Адамс Смит как историк (известна его книга: "Воспитание Адамса Смита") обнаружил, что вся социология бытия человечества как стрела времени есть термодинамика. Всё это примеры рефлексии как практической формы откровения. "Тропинки мысленных укосов" в рамках опыта рефлексии откровений дихотомичны в связи событий Природы - Человека на примере творчества Ж.М.Эредиа как нормы поэзии.

"Рефлексивная литература" достигает свыше 1.000 000 заходов:

http://world.lib.ru/editors/k/kutolin_s/stat.shtml