# Панихида

Евгений Александрович Кузнецов

Панихида


Я похоронен вместе с вчерашними праздниками,


Время волков наступает ежесекундно,


Они кусают мое вялое тело,


Скалятся, в ожидании новой жертвы,


Не скупятся на раздирание плоти своими острыми когтями,


Жалят своими взглядами словно пчелы,


Над разбитой вселенной,


Кружил словно ангел,


Словно Бог, разбивал на части планеты,


Звездами кидал в твои твои твои глазки...


Ты не умела быть рядом,


Поэтому лишь злость отражала твое негодующее Я...


Сумасшествие...


Превосходство немого лика,


Границы вчера и завтра - все перемешано,


Взаимосвязано и как всегда...


Как всегда я так и не научился летать.


Спираль закрутилась из вне,


Реки потекли вспять,


Мысли разбрелись по углам,


Тайны городов захватили на секунду,


Ударило в душу чем-то похожим на любовь,


Но ошибки виртуальных игр так или иначе остались ошибками,


Радикальные взгляды сокурсников повергли на секунду в шок,


Умопомрачение взяло верх над театрализованным представлением,


В котором кроме стеба не было ничего настоящего,


Реализация происходящего уничтожила ветер,


Задула как свечу,


В пустыре рожала свою слабость,


И негодующе рыдала на раскрашенной птичкой из твоего детства.


И рыбки в аквариуме тоскливо молчали,


А чайник свистел напоминая о том что уже утро,


То холодное зимнее утро, когда надо куда-то идти,


Во избежании душевных мучений в последствии...


Заторможенное состояние мозгов выдает в тебе старость,


Что ты уже не тот, кем был раньше,


Мудрость поглотила остатки молодости,


Растворила в себе алкогольные пары,


Наступила своей неуклюжей ногой на мягкую нечеловеческую душу,


Проглотила юношеские стихи,


Отобразила в себе боль и праведность,


И не помнишь уже как бил ногами свою совесть,


Где она сейчас ???


В кого ты такой?


Скорее сам в себя,


Сам в себе, ибо похожих нет...


Разворованный садик не дал те плоды, которых обещали в июле,


Сказка оказалась слишком нудной,


Речи выблевались из нетрезвых уст,


Слова легли на бумажку,


Горы вошли внутрь земли, разорвав ее навсегда,


Траур поглотил, и все мы остались прежними,


Ничуть не изменив ни этот мир, ни свое личное и крохотное,


Ведь пока ты спал, я уничтожил все твои слезы на этой бумаге,


Та которая спала на рабочем дедушкином столике.


Гнев?


Успокойся, так было надо,


А если бы все осталось так как и есть, никто бы уже не смог помочь тебе.


Ни я, не жаркие воды Балтийского моря,


Ни соленый ветер с московских крыш,


Ни Радонежские гуляния в декабре...


Спаси меня...


Прошу дай напиться воды, свежей ключевой воды,


Ибо уже вот сколько лет пью только несвежую дурманящую воду...


Ты ведь рядом, я знаю, рядом...


Просто не хочешь этого замечать,


Не хочешь любить меня, жить мной, дышать мной...


Заледеневшие подмостки парадных дверей,


Уничтоженная продовольственная палатка,


Где всегда можно было купить бутылку радости,


Напиться ей вдоволь,


Захлебнуться своими чувствами,


Никогда!


Слышишь? Никогда не смей называть меня по имени!


Оно чужое для тебя, да и для меня тоже.


Отныне меня зовут ...


Не важно...


Не слышно...


Отъебись от меня и я подарю тебе покой!


Взамен возьму твое солнце -


Да будет Вечная Тьма на Твоей Душе!


Вечная холодная ТЬМА...


P.S. - Когда тебе станет холодно - сожги свои стихи - по крайней мере хоть что то сможет тебя согреть...


А я... А я ушел из твоей жизни как маятник, застывший на месте,


Как рассеченная волны сонным парусником,


Как годы, прошедшие мимо тебя,


Как коридоры ведущие в тупик,


Как разговор трех сердец, так и не соединившихся,


Как памятник вечного страха,


Как заколдованный глаз твоего котенка,


Как горизонт,


Как я, похороненный со вчерашними праздниками.