# Правда О Квебеке (Пародия на "Пейпербой" Юрия Кондратьева)

Евгений Борисович Лакинский

4.15 утра. Просыпаюсь от холода. За окном темно, но надо идти. Будильник сломался. Не удивительно: качество квебекское, а не наше. Он и не нужен. Холод будит надежней (вот оно, хваленное квебеское отопление).

ПРАВДА О КВЕБЕКЕ


(Пародия на "Пейпербой" Юрия Кондратьева)


4.15 утра. Просыпаюсь от холода. За окном темно, но надо идти. Будильник сломался. Не удивительно: качество квебекское, а не наше. Он и не нужен. Холод будит надежней (вот оно, хваленное квебеское отопление).


Выхожу. Сажусь в машину. Громко сказано: "машина". Правильнее - груда ржавчины. В Квебеке 90% машин такие. А ездят: других-то нет.


По разбитой монреальской дороге кое-как доезжаю. Вот она, "точка". Склад - не склад, сарай - не сарай.


Собрались там уже люди. Коллеги мои. Товарищи по работе. Мерзнут на холоде. Руки потирают. Зябко. Все русские. Все с дипломами. Ждут.

Приходит менеджер. Морда сытая, наглая. Командует.

Идем грузить "материал". Что за материал? Публисаки.


Публисак - это такой пакет, набитый рекламыми буклетами. Наши же русские программисты и набивают. Работают по ночам. Бумага жесткая - к утру руки в кровь стерты. А зарплаты - 20 долларов за смену. Если повезет.


Они набивают, а мы развозим. У каждоко дома на крылечко ложим. Чтобы, значит, монреалы каждое утро рекламой запасались. И знали, как свои деньги тратить.


Вот такая "работа". Кажется - легко, а на деле - сложно. Тяжек публисак. Особенно, когда стопка. А что делать? Надрываются люди, мучатся. А тащат. Другой-то работы в ихнем Квебеке нет...


Стоим мы значит, ждем. И так обидно стало: я, инженер с высшим образованием, а надрываюсь. Заплакал. Пришел Коля. Он в Норильске врачом был. Здесь - на разноске. Хлопнул по плечу. Ничего мол, прорвемся! А у самого глаза грустные. Чего грустишь, спрашиваю. "Родину вспоминаю". Все мы о том думаем. Да как тут вырвешься? Заманил Квебек, затянул. Теперь уж не отпустят. Назад хочешь - деньги плати. Тут такие нравы. Бесплатно домой не выпустят. Билет - только за свой счет.

Вот и терпим.


Для монреалов мы - скот, рабочая сила.

Как-то у набивщиков один парень, Сашка Чемизов, уронил в публисак часы. Хорошие были, офицерские. Думаете - вернули? Как же! Потом было свыше тысячи жалоб от монреалов: вот, мол, соседу в пакет часы положили, а мне нет. Несправедливость! Жаден монреал, это у него генетически. Начальство разбираться не стало: у них тут думать не принято. Всю бригаду, что была тогда на смене, уволили. И плакали люди, умоляли. Не вышло. Такие тут порядки.


Думаю я о том, а Коля опять: и занесла ж нелегкая!

И точно, думаю, занесла. Поддались. Поверили "соловушкам". Начитались ихних агиточек. И "Форум Федоровых", и "Квебекское Кафе"... Мозги-то там еще так полоскали. Профи работали. Как тут устоять?


Каких только песенок не пели нам про этот Квебек. И природа, мол, красивая, и жизнь спокойная. И фотографии сфабрикованые. И рассказики слащавые про "ангриньонскую сходку".


Цену всему мы потом узнали. Да только поздно. Правда глаз колет.

Сделали эти "форумы" квебекские спецслужбы. Чтобы рабов заманивать. Проектом руководил спецагент "Ренат". Рассказывал там все, что даже и без французского можно шикарную работу найти. Дудки: живет этот "Ренат" в Соединенных Штатах. А мы - тут.


Наши все молчат, боятся расправы. А мне рот не заткнуть. Правду говорю, и в мешке ее не утаишь.

Тяпнули мы с Колькой по стакану, с горя. Только быстро, чтоб менеджер-монреал не увидел. А не то...