# Балтийские заметки: Швеция

Сторч Леонид

БАЛТИЙСКИЕ ЗАМЕТКИ


ШВЕЦИЯ


Лето 2005 г.       Самый быстрый способ попасть из Латвии в Швецию--на самолете, самый приятный и потому самый правильный--на пароме, через день курсирующем между Ригой и Стокгольмом. Ночь, проведенная на многопалубной Baltic Kristina, в советские времена носившей какое-то очень патриотическое название--то ли "Ленин", то ли "Крупская"--хорошее предисловие к стокгольмской феерии. И действительно, столица Швеции--один самых красивых городов, в которых мне довелось побывать. Стокгольм--это сочетание узких средневековых улиц с блеском континентальной архитектуры 17-18 вв. и всеми достоинствами соврeменной урбанинистической инфраструктуры. Это город каналов, яхт, мостов, островов, парков, дворцов, замков, замечательно уютных двориков, и масштабного метро. Для иного города и малой части всего этого было бы достаточно, чтобы прославиться. В Стокгольме--оно все объединено в изысканно гармоничной полифонии.    Прогуляйтесь по витринно-галантной авеню Klarabergsgatan, сверните к площади Гюстава Адольфа с ее королевским театром, перейдите через мост к зданию Riksdaghuset, а затем--на соседний остров, где находится Gamla Stan, старейшая часть города; передайте через красавца-охранника в сверкающем кирасе привет королевской чете; походите по булыжным переулкам--настолько узким, что нельзя пронести раскрытый зонтик (дожди здесь часты, но они--лишь к лицу Стокгольма); попейте пива с видом на пролив Strommen с его речными трамвайчиками, доберитесь на одном из них до буколических парков Skansen'a, покормите гусей в садах Djurgarden,--и попав после всего этого на высоты Sodermalm'a, вы поймете, что еще не видели самого главного. Здесь, на скалистых холмах вдоль залива Riddarfjarden и начинается настоящий Стокгольм: изогнутые улочки, уходящие вверх; дома, последние этажи которых соединены металлическими мостиками, перекинутыми над мостовыми; и в каждом из этих домов, в каждом его марципановом окошке, светится настольная лампа. Вот в этих-то лампах--самая большая тайна города. Не мигая, дома снисходительно смотрят на тебя оконными своими глазами, через белые ресницы занавесок. Очуться бы по ту сторону этих тюлевых баррикад, увидеть бы город изнутри, из этого королевства резных комодов, венских стульев, бронзовых часов на каминах, подняться бы по витой лестнице на черепичную крышу с мансардами и печными трубами,--и понять бы, приобщиться! Но нет, не очутишься, не поднимешься, не поймешь, и поплетешься восвояси, где всю оставшуюся жизнь будешь пребывать в куцом неведеньи.    Среди всех скандинавов шведы--самые живые. Вы можете просидеть с норвежцем целый день в купе поезда и не услышать от него ни слова. Вы можете рассказывать датчанину анекдот за анекдотом, но так и не дождаться его хотя бы улыбки. Шведы же любят и выпить, и посмеяться, и поговорить за жизнь. Такой подход вполне соответствует и подвижному, космополитичному духу Стокгольма: ведь почти 15% населения города--иммигранты. Втечении всего одного дня я столкнулся там не только с традиционными для любой столицы китайцами, индусами, и арабами, но и литовцами и грузинами. При этом Стокгольм вовсе не является самым иммигрантским местом в стране. Так например, около 40% населения Мальме, третьем по величине городе Швеции, было рождено заграницей. Во многих государственных школах большинство школьниц носит мусульманские платки. В целом, из 9 миллионов жителей Швеции более миллиона--иммигранты. Шведы не испытывают по этому поводу никаких комплексов--во всяком случае, пока. Политика открытых дверей (даже не открытых, а--распахнутых, или вообще с петель снятых)--один из принципов шведского социализма, еще одно проявление шведского "гуманистического тоталитаризма". Пятидесятипроцентные подоходные налоги, обеспечивающие бесплатное медицинское обслуживание, образование (и то и другое--прекрасного качества), и солидные пенсии все еще в состоянии обеспечить содержание иммигрантов в таких количествах. Только вряд ли это будет длиться вечно.    Швеция разнолика не только в этническом отношении. Несмотря на ее относительно компактные размеры здесь есть и двухкилометровой высоты горы, и заполярные пустоши, и каменистые равнины острова Готланд, где Тарковский когда-то снимал "Жертвоприношение". K сожелению, ни в одном из этих мест мне побывать не удалось: на вокзале меня ждал автобус, и надо было отправляться дальше на запад, в соседнюю Норвегию.