# Мои геологические песни

Вадим Арпадович Литинский

Вадим Литинский


Денвер


Мои геологические песни


написанные в Биректинской экспедиции НИИГА в 1957-1960 гг.


Эти песни были написаны в 1957-60 годах, когда я работал руководителем геофизических отрядов в геологических партиях Биректинской экспедиции НИИГА (ленинградского Института геологии Арктики) с 1956 по 1961 год. Экспедиция проводила геологическую съёмку с одновременными поисками россыпных и коренных (кимберлитовые трубки) месторождений алмазов в бассейне реки Оленёк, в северной Якутии. Геологи искали трубки с помощью шлихового опробования рек и ручьёв. Обнаружив в промытом шлихе пиропы и другие минералы-спутники алмаза, геологи двигались со шлиховым опробованием вверх по речке или ручью. Там, где спутники в ручье вдруг исчезали, переходили к шлихованию грунтовых проб на склонах этого ручья, для чего пробы грунта из "закопушек" (несколько десятков килограммов) тащили к воде для промывки иногда за сто и более метров. Так в августе 1954 года была открыта Ларисой Попугаевой первая в Якутии трубка "Зарница". Процесс этот трудный и очень медленный. В 1956 году я применил магнитную съёмку на трубке "Ленинград" на реке Омонос, показав, что кимберлитовые трубки, даже слабомагнитные, на фоне немагнитных известняков можно прекрасно искать и оконтуривать с помощью магниторазведки. На следующий год в Биректинской экспедиции были созданы шесть геофизических отрядов, обнаруживших в последующие годы сотни кимберлитовых тел.

До того, как Попугаева впервые применила поиск трубок по минералам-спутникам, алмазы "искали по алмазам" - путём опробования речек с помощью шейкеров. Это был совсем медленный способ. После перехода для поисков трубок на шлиховое опробование, этот метод сохранился для поисков россыпных месторождений алмазов. Шейкер - это изготовленный из дерева агрегат из нескольких ящиков, к дну которых прибиты металлические сита с разным диаметром отверстий. Ящики поставлены на закруглённые "салазки". Шейкер имеет наверху две рукоятки, за которые два рабочих раскачивают его - как будто они едут на железнодорожной дрезине. В верхний ящик рабочие загружают лопатами русловые отложения со дна речки, два рабочих раскачивают шейкер, третий рабочий черпает воду из реки и льёт её в верхний ящик. Галька и гравий оседают в верхних ситах, а песок проходит через них. Промытый песок собирают и отправляют на базу экспедиции, где его просматривают в рентгеновской лаборатории в темноте - алмазы светятся в рентгеновских лучах.


Стихи мои, а мелодии заимствованные.


АЛМАЗНАЯ ДРАМАТИЧЕСКАЯ


Нас по самолётам распихали,

Сунули авансы в зубы нам,

Доброго пути не пожелали

И отправили ко всем чертям!

Не ищите нас в полярных странах,

В жарких странах не ищите нас -

Мы живём на тех меридианах,

Где Макар телят своих не пас!


Припев: В тайгу заброшены судьбой суровою,

Мы далеко от бани и пивной...

Давно не мытые, давно не бритые,

Сидим в палатке, рваной и сырой!


Нам страна алмазов дать велела,

Пусть хоша бы мелких, но внавал!

Мы с душой взялись за это дело,

Ищем этот чудный минерал!

Есть у нас чудесная машина,

"Мас-машиной"1 якуты зовут.

Улюлир2 на ней - симбирь3 дрезина,

Ох, и кусаганный4 это труд!


Припев: В тайгу заброшены судьбой суровою...


Там, где шлихованье не поможет,

Там, где лишь болото и тайга,

Геофизик без пиропа сможет

Трубку обнаружить, как всегда!

Трубок мы навалом наоткрыли,

Но алмазы слабо в них блестят...

С кровью семь десятков их намыли,

И барда5 обратно в Ленинград!


Припев: В тайгу заброшены судьбой суровою...


И вот покончено с тайгой суровою,

Летим турген6 обратно в Ленинград,

Где пиво бочками, рекламы строчками

Огнём над баней и пивной горят.

Насмотревшись в поле всякой швали,

Ценим мы на женщинах капрон,

Платье, а не ватник, и едва ли

Каждый в стюардессу не влюблён!

И теперь опять в культурном мире

Керосиним свалом7 день и ночь,

Трудности таёжные забыли,

И теперь опять в тайгу не прочь!


Припев: С друзьями старыми собравшись в Питере

Картошку с водкой будем уплетать.

Забывши вкус её и столько вытерпев,

Тайгу со смехом будем вспоминать!


Примечания:


1 - Мас-машина - деревянная машина (якутск.) Самодельный шейкер (вибрационное сито или грохот) для просеивания и разделения на фракции речного галечника и песка.

2 - Улюлир - работать (якутск.)

3 - Симбирь - то же самое (якутск.)

4 - Кусаган - плохой (якутск.)

5 - Барда - пошёл, поехал (якутск.)

6 - Турген - назад (якутск.)

7 - Свалом - все вместе (якутск).


АЛМАЗНАЯ КОМИЧЕСКАЯ


Ни кочегары мы, ни плотники,

Бухгалтеров среди нас тоже нет,

А мы - научные работники,

И из тайги вам шлём привет (привет, привет)!

Мы здесь, под небом знойной Арктики,

Вдали от всяческих цивильных благ,

Уйдя от мира в накомарники (да),

Науку двигаем кой-как!

Алмазов ищем мы каратики,

Они нам скоро перепилят плешь...

А уж чего-чего - романтики (да) -

Её у нас хоть попой ешь!

В тайге опаснисти нас ждут кругом,

Того-гляди настигнет злая смерть...

Рогатый минер1 рыщет за бугром

И бурундук готов нас съесть!

А птица кукша цвета серого,

Сожравши наше мыло до зари,

Забравшись на большое дерево (да),

Пускает попой пузыри2!

Здесь рестораны не встречаются,

Мы сами варим гречку у костров,

А уж когда она кончается (да) -

Едим бифштекс из комаров!

Здесь галстук редко одевается,

И даже вовсе не утюжим брюк,

А чтоб на комарах оправиться (да) -

Лишь цирковой спасает трюк3!

И на пижона с длинным молотком,

Чья рожа в "огоньке" помещена,

Похожи так же мы, как шлих с лотком (да)

Похож на решето пшена!

Ни кочегары мы, ни плотники,

Бухгалтеров среди нас тоже нет,

А мы - научные работники (да),

И из тайги вам шлём привет (привет, привет)!


Примечания:


--

1 - Mинер - олень, обученный возить всадника в седле.

2 - Описан действительный случай. Про мыло - точно, кукша склевала половину куска моего мыла. Про пузыри - наша догадка.

3 - Божий бич Якутии летом - комары и мошка (ударение на последнем слоге). От комаров помогает накомарник на шляпе и дымокуры, от мелкой мошки защиты нет. Она забивается в голенища сапог. Проползает под портянки и перегрызает щиколотки. Позже (в конце пятидесятых?) в экспедициях появился репеллент - диметил фталат, очень едкая маслянистая жидкость. Если с потом попадает в глаза - гаси лампу, считай, что ты ослеп на несколько часов. Для того, чтобы "оправиться" (испражниться) - действительно, надо очень исхитриться. Благословлены те, у кого многодневный запор. Не моги и думать, если кишечнику приспичит опорожнится дважды в день. Каждый раз приходилось разводить небольшой костёр-дымокур. Один мой рабочий залезал на дерево, говорил, что наверху комаров меньше. Попытки намазать филейные части диметил фталатом у новичков обычно кончались трагически. Диметил фталат мог с потом попасть на нежную мошонку. Пострадавший с воем, скинув штаны, как на стометровке, летел к ближайшему ручью или речке. Но стами метрами часто дело не ограничивалось - на той же скорости и с тем же воем приходилось мчаться сотни метров, а то и километр.


АЛМАЗНАЯ ЛИРИЧЕСКАЯ


Ветер осенний шатает палатку,

Снежной крупою по крыше стучит...

Ветер, отстань! Без тебя нам не сладко,

За нами не скоро АН-2 прилетит...

Нам ещё надо заканчивать съёмку...

Вертер, пожалуйста, снег не мети!

Ты нам закрыл обнаженья позёмкой,

Трудно в маршруте по снегу идти...

А где-то далёко в садах Ленинграда

Жёлтая осень ласкает теплом...

Листья в канале у Летнего сада

Воду покрыли прозрачным ковром...

Пусть между нами тайга и туманы,

Реки и горы - суровый наш край...

Ветер восточный, лети к океану,

Милой привет над Невой передай!

Скоро мы снова с ней у ограды

Летнего сада будем стоять...

Ветер, не плачь! Милый ветер, не надо!

Жди до весны - мы вернёмся опять!


ОСЕННЯЯ ГЕОЛОГИЧЕСКАЯ


На мотив песни "Опавшие листья", исполняемой Ивом Монтаном.


С неба осенние слёзы текут,

Мокрые кукши зябко кричат...

Мы завершаем последний маршрут...

Как далеко ты, родной Ленинград!...

Алые листья берёзок шуршат,

Ягель намокший скользит под ногой...

Где ж это наши палатки стоят?

Скоро ли мы возвратимся домой?

Будет конец этому дню,

Мокрые руки протянем к огню,

Жаркое пламя завоет в трубе,

Дождь за палаткой не страшен теперь.

А когда лягут все, чтоб сном забыться

Под монотонный шум дождя,

Мы вспоминаем дорогие лица,

Мы видим, наш город, тебя...

Будет конец осени этой,

Скоро за нами придёт самолёт!

Отсалютуем последней ракетой

Этой тайге, надоевшей, как чёрт!

Но знаем мы - весною ранней,

Когда ручьи, журча, бегут,

Дымы костров маршрутов дальних

Нас снова в тайгу позовут...


Уджинский лист. Сентябрь 1960 г.