# Goodbye Munich or Welcome to Odessa

Людмила Лотвина

"Munich is the best place to live in..."


Ксюша приехала в "город с большим сердцем" на работу - после долгих мытарств: как личных, так и трудовых. Получая здесь новую специальность, она почти два года каждый день ездила на поезде по полтора часа в один конец из Регенсбурга. Специальность не очень интересовала ее, но выбора не было - когда оплачиваешь не сам, приходится брать что дают. Теперь она стала чертежницей, с неплохими профессиональными перспективами. Автомобильная промышленность позиций не сдавала, так что спрос на людей ее специальности не прекращался. И она довольно быстро устроилась - на предприятие, обслуживающее самый большой автоконцерн города и всей земли - знаменитое БМВ. Может, кто бы и радовался, но для Ксюши это была скорее жестокая необходимость. Три года назад она приехала в Германию замуж и поселилась в доме мужа в баварской глубинке. Ксюша была не из тех, кто стремится на Запад любой ценой. Она приняла это нелегкое для нее решение, когда поняла, что устроить личную жизнь на родине не получится. Она согласна была работать на чужбине и учить непростой немецкий язык. Она верила, что у нее будет хорошая семья и она не повторит судьбу мамы - ранний развод из-за алкоголизма отца. Конечно, какие-то сомнения были, но жених так часто произносил волшебные слова "Я люблю тебя", что сомнения отступили и она решилась. И помимо всего прочего, ее радовала возможность заработать денег для своих родных на Украине, остающихся в знаменитой и замечательной Одессе, где после развала Союза ее семье как и многим другим приходилось жить буквально на грани выживания.


Однако на немецкой земле все оказалось не так. Ее муж, столь любезный и милый у нее в гостях, вдруг преобразился, стал позволять себе резкости, неуважительное или даже пренебрежительное отношение, но главное - на месте выяснилось, что он не дурак выпить. Работал он на не очень крупной фирме по рабочей специальности, каждый вечер приходил и прикладывался к пиву, которое подчас делало его неадекватным. В таких случаях Ксюша пугалась, робела, а когда он попадался на глаза трезвым, проводила воспитательную работу и он всегда с ней соглашался, что пить - дело дурное и что он прекратит непременно. Да и по многим другим признакам можно было понять, что дорогу ей розами не усыпят. Франк - так звали мужа - незадолго до женитьбы купил в кредит дом, и ему предстояло долго за него расплачиваться, что одному работающему потянуть довольно трудно. Так что по приезде в Германию и заключении брака Ксюша должна была трудиться - там и так, где и как было возможно. Выбор был небольшой: уборщица в больнице, горничная в отеле, платили копейки, но работали в четыре руки, и дело выплаты кредита пошло живее. Жизнь состояла из серых будней - работа, дом, иностранный муж, отношения с которым были далеко не безоблачными. Однако вскоре у нее появились подруги - такие же русские жены, в основном с разных украинских городов. Ксюша считала, что им повезло больше, чем ей - на непопулярных работах они не трудились. У некоторых уже были дети. Ей тоже хотелось ребенка, но муж был против - денег нет, кредит надо платить, какие могут быть дети. А может, и не мог он иметь детей. Так или иначе, но за три года пополнения в семействе не произошло.

Летом она ездила домой к своим, только на автобусе - самолет дорогое удовольствие, считал Франк. Иногда она думала о невозвращении обратно в Германию, однако желание семьи и заработать денег для родных перевешивало, и она всякий раз возвращалась в Германию. По вечерам, после тяжелой работы наизнос было трудно терпеть его пьянство, но как-то однажды стало страшно - у Франка появились явные признаки "белочки". Она страшно испугалась и поняла, что надо бежать -куда угодно, лишь бы вон из этого дома, от этого страшного человека. Но куда можно тут бежать. Родственников Франка озаботить? Ей это не показалось подходящим решением. Тут она вспомнила про т.н. фрауэнхаузы: приюты для женщин, ставших жертвами насилия мужей или спасающихся от него. Туда Ксюша и направилась. Дамы, среди которых ей предстояло жить следующий месяц, были очень разношерстными и по характеру, и по странам происхождения. Многие имели детей. С детьми она тоже смогла пообщаться. Будучи девушкой домашней, бездетная Ксюша не была склонна ко всякого рода гулянкам, в то время как молодые мамаши - соседки по приюту - регулярно ходили на танцы-дискотеки и подкидывали ей детишек. Приходили как правило дамочки глубокой ночью или под утро. Вволю нагулявшиеся товарки были ей сперва благодарны, а потом принимали уже ее услуги как должное. Она никого не упрекала и не осуждала, просто делала для себя выводы и старалась выбраться из сложной ситуации. В первую очередь надо было решить вопрос с пребыванием в стране. Постоянной визы у нее еще не было, однако несмотря на разрыв с мужем, она не хотела покидать Германию, пока не заработает денег. Это и стало ее основной задачей, и к выполнению ее она пошла уверенно, несмотря на предательство Франка, тут же подавшего на развод, унизительные походы по адвокатам и судам с объяснениями и сбором доказательств, что брак нефиктивный.

И наконец все получилось: найти работу и квартиру в самом красивом городе Германии, где стремятся жить очень многие ее жители, но не всем удается. А ей удалось! Дом в нескольких шагах от места работы и от станции метро, окна выходили на тихую улицу, в подвале был небольшой бассейн, открытый для жильцов в любое время суток. Можно было праздновать победу, жить да радоваться. Но радости не получилось.

Ксюша была весьма симпатичная, больше того - очень красивая девушка с ангельским выражением лица, на котором никогда не было маски. А на душе не было панциря. Именно такой она предстала перед многочисленными немецкими коллегами, в основном мужского пола и самого разного возраста. Она не собиралась делать тайны из того, что недавно разошлась с мужем. И тут же стала объектом пристального и назойливого внимания немолодых сотрудников, стоявших выше нее на ступенях иерархической лестницы. Нечего и говорить, что вновь пришедшая Ксюша находилась на самой низкой ее ступени. Надо было учиться отваживать нежелательных поклонников вежливо, но настойчиво, но это ей удавалось плохо. Она зверела от их наглости и искренне, в открытую выражала свое к ним отношение. В покое ее однако не оставляли, и пришлось жаловаться начальству, чтобы оградить себя от преследований. Начальник пошел ей навстречу и посадил с тремя молодыми сотрудниками.

Ксюша хотела освоить профессию по-настоящему, набрала специальной литературы, приобрела компьютер и стала изучать чертежные программы. Убеждала себя, что это ее судьба, и она должна относиться к профессии серьезно. Но помимо воли мысли улетали в сторону. Она одна в этом городе, у нее нет никакой защиты, окружение чужое и враждебное. Она, конечно, пыталась наладить отношения с новыми коллегами, была приветлива и мила с ними, что не доставляло ей особого труда - по природной своей доброте и отзывчивости она и не могла вести себя иначе. Но ее не переставали удивлять многие вещи. Почему, например, Анке, молодая и самоуверенная особа ее лет, один на один с Ксюшей осыпала ее знаками дружеского расположения, а при остальных коллегах вообще не замечала? И почему когда Анке стало плохо, никто из коллег в ответ на просьбу Ксюши о помощи даже пальцем не пошевелил, а разозлились на саму Ксюшу? И почему они разговаривают между собой какими-то вульгаризмами, издают животные звуки и шутят исключительно "ниже пояса"? Большой проблемой было также несовершенное знание немецкого на фоне его носителей невыгодно ее от них отличали. Она пребывала в постоянном напряжении и неуверенности, правильно ли их поняла да как выразить мысли, чтобы быть самой правильно понятой. Все это, конечно, не способствовало трудовому энтузиазму и действовало удручающе. А коллеги вовсе не старались адаптировать свой сленг для удобства восприятия иностранки. В общем, Ксюша чувствовала, что контакта не получается. Она должна была ежедневно приходить к ним и мучиться. А ведь именно их общество было основным в этот период и пожалуй единственным в городе. Правда, кое-каких знакомых вне работы она приобрела. Это были те же жены немцев или эмигранты. Находила она их в основном в церкви, поскольку была верующей и раз в неделю приходила помолиться. Это кормило и лечило ее душу, давая силы жить и бороться дальше. Оставались еще хорошие знакомые в покинутом Регенсбурге, она иногда навещала их там. И попутно восстановились отношения с бывшим супругом. Он стал относиться к ней с большим сочувствием, помогал чем мог - в основном автомобильно, а иногда и финансово. Навещал ее в Мюнхене, но о воссоединении речи уже не шло. Многие знакомые удивлялись этому общению и недоуменно спрашивали, а зачем это она. Самой основной причиной было отсутствие альтернатив, и она объясняла, что пока не нашла замены, с Франком не расстанется.


Из развлечений главное место занимали телевизор и плаванье. Культурные мероприятия в городе она посещала редко, как-то не тянуло. Однажды ее знакомая-эмигрантка привела в русскоязычный клуб, где она с трудом провела час: все были явно знакомы между собой и в общем-то собой и заняты. Ксюша поняла, что делать ей здесь нечего, и больше не приходила.

Конечно, она пыталась найти замену экс-супругу, старалась упорно, но возможностей у нее было для этого не так много. Сотрудники отпадали - в личном плане они были как правило заняты. Ее основной и решающей целью было иметь опору и защиту в лице мужчины, сильного и великодушного, который избавил бы ее от необходимости ходить на службу и пребывать во враждебном окружении. Но такого все не находилось. Те, с которыми она знакомилась по платным телефонам, в лучшем случае были способны на чашечку кофе. Подарить даме цветы им было уже дорого. Обычно Ксюша не продолжала этих знакомств. Ну да что ждать от служб знакомств, разве там попадется что стоящее. А вот врач-гинеколог оказался куда интереснее. Узнал по данным медицинской страховки ее день рождения и поздравил, да еще и в ресторан пригласил. Был он уже не молод да и признался, что женат, но Ксюша обрадовалась такому знакомству. Он частенько заезжал за ней на машине и брал с собой в бассейн. Ей нравилось его покровительство и возможность поговорить по-немецки в неформальной обстановке. В глубине души она даже не верила, что он женат - у него было для нее время в выходные. Правда, потом он перестал предлагать что-нибудь стоящее, и однаждыее ужасно возмутило, что у него хватило дерзости пригласить ее в свингер-клуб. Впрочем, он не особо настаивал - только заявил, что приглашения в театр не будет. Но самое "приятное" было еще впереди - она в шутку побрызгала его своей туалетной водой, после чего он полностью исчез из ее жизни. Она не знала, сожалеть ей или нет, но поняла, что его отношение серьезным не было. И опять пустилась она в заочные поиски мужчин, описывала им себя по телефону и встречалась иногда, да не было в том никакого толку. В 36 лет она пришла к выводу, что мужчинам нужен только секс.

А тем временем на работе тучи все сгущались. Ксюша понимала, что надо что-то решать, поэтому во время отпуска на родине подняла старые знакомства, чтобы выяснить свои шансы на новом рынке труда в Одессе. Выводы, к которым она пришла, были неутешительны. От ее прежнего места работы никого и ничего не осталось, иных уж нет, а те далече... Реально зарабатывать можно было только в риэлтерском бизнесе, но Ксюша плохо себя в нем представляла - не создана она для таких дел. Чувствуя, что земля под ногами зашаталась, она бросилась искать место в Мюнхене - на вновь открывшемся терминале мюнхенского аэропорта, хоть кем. Но "все метлы были уже розданы". А в сентябре ... тонкая нить ее связи с внешним миром разорвалась и ... она освободилась от своей фирмы, точнее, фирма освободилась от нее. В голове стучало и паника овладела ею - что делать, куда бежать, за что хвататься и как быть. Выход нашла ее регенсбургская подруга - пригласила временно остановиться у себя в квартире и договорилась о полугодичных курсах при бирже труда. Значит, на ближайшие полгода проблема как-то решалась. Но состояние оставалось подвешенным.

По окончании курсов Ксюша пребывала все в том же смятении. Прошлый негативный опыт работы в Мюнхене сделал свое дело - работу искать вовсе не хотелось, но жить как-то было надо. Оставаться на квартире у подруги стало уже невозможно, и она перебралась к бывшему мужу, который со скрипом принял ее.

Поскольку жить стало уже не на что, Ксюша была вынуждена обивать пороги социального ведомства Регенсбурга. Это было страшно унизительно, тем более, что не желая себе лишних нахлебников, социал "перевел стрелки" на бывшего мужа, якобы обязанного ее содержать. Однако он с трудом терпел ее дома и о содержании с его стороны не могло быть и речи. Будучи милым на расстоянии, когда она была от него не зависима, он опять проявил себя, когда они вновь оказались в одной связке. Каждый день он прогонял ее обратно на Украину, и в конце концов появился повод - в Одессе умерла ее бабушка. У нее оставался небольшой домик и Ксюша считала, что вполне может на него рассчитывать. Конечно, будут разборки с родственниками, не без того. Но чтобы избавиться от этого немецкого кошмара, Ксюша была готова на все. Под рождество она уехала в Одессу и вот уже второй месяц вспоминает все пережитое в Баварии как страшный сон. На призывы родственников отправляться обратно в Германию на "гарантированный кусок хлеба" реагирует вяло.