# Букет цветов Арику Айнштейну

Марина Яновская

26 ноября 2013 года Арик Айнштейн ушел из жизни. Ушел от нас.

Букет цветов Арику Айнштейну


Кладбище Трумпельдор в самом сердце северного Тель-Авива, в пяти минутах ходьбы от его дома, от любимого им моря. Здесь отныне и навсегда - постоянное жилище Арика Айнштейна.

26 декабря 2013 г., за неделю до его 75-летия, на кладбище состоялась церемония памяти Арика. Возле свежего и очень скромного надгробного памятника собрались родные и близкие. Жена Сима Элиягу, дети Амир и Дина, дочери от первого брака Шири и Ясмин, несколько внуков, сват и соратник Ури Зоар, а также родственники со стороны Дворы Айнштейн, матери Арика. Я обратила внимание, что из всех бывших там потомков Арика Айнштейна похож на него лишь этот внук, подросток лет 15-ти.


По дороге на кладбище я зашла в цветочный магазин - купить для него букет. Продавщица, женщина "из наших" с удивительно подходящим для ее бизнеса именем Лили, подобрала мне цветы точно, как я и хотела. Там я положила их к ногам надгробья. Вложила записку по-русски и на иврите, в частности, перевод одного из стихов, спетых им. Оказалась одной из первых. Затем начали подходить группами. Были актер Мони Мошонов и его сын Михаэль, певец-контратенор Давид Даор (он же сам автор многих песен своего репертуара), композитор-песенник Мики Габриэлов (он же сам и исполнитель ряда своих шлягеров), Меир Исраэль - "ударник, играющий со всеми" (по самоопределению), и другие. Одним из первых пришел спортивный комментатор и ведущий радио Эли Исраэли. Мы с ним стали свидетелями того, как подошедший к памятнику мужчина средних лет припал к его подножию и разразился слезами. Это был сосед Арика по дому. Дочери соседа попросили репортеров не снимать, но те продолжили втихаря свою работу.


Многие из тех, кто стоял возле могилы и рассматривал надгробный памятник, были не просто удивлены, а по-настоящему поражены, читая высеченные на плите слова поэта Авраама Халфи, с которым Арика Айнштейна связывали многолетние тесные творческие и человеческие контакты:

Сжимаю себя до почти

Невидимого нуля -

Чтоб телом своим не мешать

Королям.

(перевод мой - М.Я.)

Итак, те, кто читал эти автобиографические строки Авраама Халфи, были поражены тем, как точно это лаконичное четверостишие передает суть характера самого Айнштейна. В нижней части надгробной плиты - конечно, "обязательная классика жанра", строчки из песни "Лети, птенец", слова Айнштейна, музыка Габриэлова: "Ввысь, птенец, крылами небо меряй".


Между людьми, пришедшими почтить память удивительного человека, ходил одиноко Гай Букати, последний из отмеченных Ариком молодых авторов, с которым он выпустил последний альбом "Коль ха-тов ше ба олам" ("Все лучшее в мире"). Видно было, как те, кто стоял возле могилы, неохотно общаются с ним, а то и вовсе отворачиваются. Дело в том, что в конце прошлой недели в газете "Едиот ахронот" была опубликована статья журналистки Сари Маковер-Беликов "Хрупкий: потерянные годы Арика Айнштейна", в которой она старается осветить темные стороны луны. В частности, работу Арика с Гаем Букати и общение с ним.


Многие израильтяне, и не только близкие с той или иной стороны к знаменитому певцу, были удивлены выбором Айнштейна. После его интенсивного сотрудничества с - тогда молодыми и неизвестными, но талантами, которых он удивительным образом умел почувствовать и определить - его обращение к молодому и неизвестному Гаю Букати впервые, по сути, не принесло результатов. Т.е. альбом практически не получил признания, причем не только со стороны СМИ, но и в массе поклонников Айнштейна, немедленно по выходу на прилавки магазинов нового альбома бегущих его покупать. И я, конечно, поспешила приобрести этот альбом. Иначе низззя - я ведь не только поклонница Арика, но и его "голос на русской улице". Была голосом, во всяком случае. Честно скажу, сделала я эту покупку не слишком охотно. И не только потому, что три предыдущих альбома Арика Айнштейна получила от него с дарственной надписью. А потому, что слышала две-три песни по радио и разочаровалась. В них не было свойственного Айнштейну шарма и \ или магнетизма, музыка - до неприличия банальна. Неплохи разве что тексты, некоторые из них чрезвычайно близко подходят к самовыражению, несмотря на то, что их автор - Гай Букати сам. Именно этим он и "купил" Арика, который упомянул это в одном из последних общений с представителями СМИ.


Так вот, возвращаюсь к Гаю Букати. В последний год своей жизни к Арику обращались известные авторы песен с предложением сотрудничества. Достаточно назвать такое имя, как Идан Райхель - все еще молодой, но уже практически всемирно известный автор цикла из трех альбомов с сильным этническим началом "Проект Идана Райхеля". Его представитель наткнулся на отказ Арика от прямого сотрудничества, Арик переадресовал его к Гаю Букати, который уже полностью отверг возможность такого сотрудничества. Все это кажется - и не только самой журналистке, но и многим, знающим Айнштейна - странным.


"Шавир", "Хрупкий" - таково название одного из альбомов-шлягеров Айнштейна, сделанных в 80-е годы с рок-музыкантом, выходцем из группы "Черчилли" Ицхаком Клептером. Арик и был именно таким, по самоопределению, хрупким, принимающим все близко к сердцу, проводящим многие болевые конфликты общества через себя. В последние годы, примерно десятилетие, он, по-видимому, стал чувствовать усталость (не только и не столько физическую), сильное разочарование от того, что формула "Вдвоем - ты и я - мы изменим этот мир" не работает.

И, наконец, позволю себе выразить свое мнение о том, что же случилось. Конечно, мнение не врача, не патологоанатома, не психолога - ни в коем случае. Мое мнение - мнение преданной поклонницы (пол не имеет значения) этого прекрасного человека. Он устал. И потому он ушел.