# Под созвездием лягушки

Марина Львовна Меламед

Сначала - блюз. Только ритм, ритм, ничего, кроме ритма, свинг, два, три, четыре...


Давным-давно, или совсем недавно жила-была на свете лягушка. Росой умывалась, в пруду купалась, никого не трогала, - хорошая, интеллигентная лягушка...

Если понадобятся титры, то напишем так: "Прыжок длиной в целую жизнь" (cаксофон, вокал, эпиграф).


Картина первая. Что касается шоу...


Однажды Гриша Француз прочёл гениальную фразу о том, что "Прыгая выше себя, не заденьте ногами голову". Фраза нашлась у писателя Кривина. Ещё там было несколько слов о болоте, полёте и про то, как летают муравьи. В общем, Гриша решил, что время пришло: настал час лягушки!

Мы сидели в кафе на ул. Бен Еуда в ожидании бутерброда. Восточный народ расслабленно обтекал столики, иногда усаживался и тут же закуривал.

Мы беседовали о счастье. Тема, что и говорить... но всё-таки, что человеку нужно для счастья? Свободное время и лишние деньги? Сыграть босанову на саксофоне? Наверное, нужно всё и ещё немного. Лучше всего - странного...

Людям нужен спектакль, сказал Гриша Француз, чтобы современный и неожиданный, в ритме босановы, про царевну-лягушку, в стиле шоу... Странное и так всегда успеется... И тебе нужен спектакль, а в нём - песни, куклы и судьба. Хочешь рассказать людям о лягушке?..

Только представь - она живёт на болоте, а принца всё нет и нет, уже все сроки прошли, и неизвестно, удастся ли снова превратиться в принцессу, потому что ко всему привыкаешь...

А вокруг - тритоны, осьминоги (я ни на что не намекаю...), глубокодышащие... поговорить не с кем. Одинокая синяя лягушка смотрит на звёзды. А звёзды смотрят на неё... и не обязательно писать прямо, когда есть окольный жанр притчи.

Да, сделать представление из собственной судьбы... в этом что-то есть, почти соглашаюсь я, конечно, подталкивает Гриша, а чего нет - придумаем, умножим, разделим, женские судьбы так похожи, каждая увидит себя...

Главное - оглянись вокруг, это же готовая публика, нужно только сделать шоу и продать им билеты...

В конце концов, каждый из нас в какой-то степени царевна. Или лягушка...

Идея не особенно увлекла поначалу, но постепенно... конечно, царевна, рокотал Гриша, это основное, и тут ещё - трансформация, сбросить шкурку... стать неизвестно кем, да хоть жар-птицей... и вдруг я увидела лёгкую галлюцинацию в жарком воздухе: люди, жующие шварму, выстроились в очередь, напоминающую китайского дракона, хвост очереди тянулся от ул. Бен Еуда по Яффской дороге и достигал Тель-Авива. Очередь била чечётку и закусывала...

Француз - это фамилия. Французы гнездятся в Прибалтике, на Украине и даже во Франции, пенятся, как шампанское и утоляют жажду, как горный ручей. Сравнение с коньяком кажется мне неуместным, потому что коньяк пьют понемногу, а с Гришей можно говорить долго, не уставая. У него вкрадчивые бархатные интонации конферансье, переходящие в шкиперский хрип. Курчавый, угольно-чёрный, пират и орёл. Устоять невозможно.

Гриша чутко, как радар высокой точности, ловит изменения народных чаяний. На это - пойдут, твёрдо заявляет он, и театр "Гешер" ставит "Мольера", а в Москве закупают "Нотр Дам" вместе с декорациями. Барды, эти носители народных чаяний, выпекают диск "Смех сквозь струны". Правда, без Гриши, но идея - его.

Француз мечтал превратить меня во что-нибудь практичное, почти в демисезонное пальто... потому что романтика отлично греет, но плохо кормит. Он как раз специалист такого рода - по воспитанию из человека - человека. Волшебник. Маг. Он рождён создавать проекты, увлекать и зажигать. А воплощать - всегда найдётся кто-нибудь. Гришины идеи носятся по земному шару, пытаясь догнать своего автора...

Пора, сказал Француз своим неповторимым голосом, и я услыхала, как бьют склянки на корабле, пора, чтобы все узнали, какая ты царевна!

Очень лягушка должна была этому способствовать... Афиша, песни, сценарий, куклы, выучить слова и ноты. И продавать, и продавать...

Первые несколько вариантов сценария мы выкинули, я не хочу о них вспоминать. Правда, там был счастливый финал.

Изо дня в день мы надеемся на счастливый финал, как же без него, и мы придумываем себе сказки, а в них - конечно же, представляем счастливый финал в надежде - а может, и вправду, нарисуем - будем жить... Вы не поверите, сколько было написано счастливых финалов, но все пришлось выкинуть в корзину. Нельзя же писать неправду, особенно, если это - сказка...

Но если главная героиня, то есть лягушка, то есть царевна, то есть - автор... всю жизнь ждёт-не-дождётся одного и того же принца, а принц давно сгинул в другой стране и в семейной жизни, и вспоминать о нём незачем, но хоть придумать, что всё хорошо - можно?!

Нет, сказал Француз, нам не нужен сюжет, никаких историй... ты будешь петь, потом кукла, потом текст, потом снова песня, кукла, текст... Это должно быть шоу. Тогда его купят, а ты разбогатеешь.

Короче говоря, я осознала и впряглась. Даже начала приплясывать в нужных местах, не забывая о прыжках. Скаковая лягушка...


Добрый вечер! Сегодняшний концерт называется "Шоу в сопровождении лягушки".

У каждого из нас есть своё созвездие, мои дорогие Скорпионы, Львы, орлы, куропатки, рогатые олени... Но все мы, сами того не замечая, живём под созвездием Лягушки. Вы скажете - нет такого созвездия, и будете абсолютно правы! Но такое созвездие есть...

Считается, что лягушки живут на болоте, а царевны - наоборот. Занимаются лягушки гимнастикой, ведут здоровый образ жизни. А царевны - наоборот... Но поют лягушки необыкновенно. Честно говоря, царевны так вообще петь не умеют! А знаете, бывают такие царевны, которые сами постепенно превращаются в жабу. Но мы не об этом...

Каждая лягушка хочет... кстати, это хороший вопрос - чего хочет лягушка? Как вы думаете?..

Каждая лягушка хочет быть счастливой.

Ну, ква?..

Слава Богу, конец 1-й части. Частей будет, как у рондо - несколько...


Картина вторая. Концепция прыжка.


Режиссёр Лёша Мацкин, похожий на небольшого рыжего Бармалея, двигался быстро, а говорил ещё быстрее. Когда-то он поступал в Щукинское пять лет подряд - и поступил! а теперь, в середине жизни, пытался наверстать упущенные годы. В Израиле он успел поставить "Здравствуйте, Доктор!" с Французом, "Обыкновенный диагноз" без Француза и теперь собирался покорять Москву.

Мой путь во тьму, мрачно говорил он и трагически закуривал. Из темноты - во тьму. Нам не по пути, пыталась возразить я, у меня рельсы кончились. И вообще, я люблю Иерусалим.

Ну и что, возражал он, люби на здоровье, целуй свои мезузы... кстати, надо будет снять эротический триллер "Целование мезузы". И я умолкала.

Репетировали в спортивном клубе для малышей. Шведские стенки, батут, кольца... Прыгать с места на место - это мы неплохо умеем, говорил Лёша. Я недавно был в Америке, проработал года полтора, потом опять заскочил сюда ненадолго. Везде одно и то же болото. Оглянись вокруг: все наши прыжки - до соседней кочки, не дальше. Не замечаешь? Напрасно. Надо больше внимания уделять своему болоту...

С режиссёром не спорят. Сказал - болото, значит, болото. Придётся прыгать по кочкам в ожидании мелиоративных работ... Пока не превратимся в хорошее демисезонное пальто с воротником-стоечкой. По последней парижской моде.


На стенке над моим компьютером поселился геккон. Сидит, смотрит с удивлением и щёлкает. Прозрачная статуэтка. Круглые бусинки глаз распахнуты настежь, поразительно, необычайно! Мол, ты пиши, я пока тут посижу...

Местная разновидность сверчка. Сиди, малыш, только не подсматривай, хоть ты и сверчок.

Далёкий-близкий интернет высвечивает письма. Постоянное ежедневное чтение, вроде утреннего кофе и вместо вечерней газеты. Если есть что-то постоянное в моей жизни - то вот эти письма. Или этот сверчок...

Первое послание - из Филадельфии.


"Он опять не звонит. И не снится. Наверное, так и надо. У меня больше нет никаких сил. К нему приехала дама из Нью-Джерси, и носится с ним, и ублажает его - кофе в постель, фрукты в ванную...

Неплохо устроился. Я знаю, потому что у нас общая близкая подруга, та дама ей звонит каждый день. А подруга - мне, и тоже каждый день. Зачем он мне нужен? Сегодня впервые уснула спокойно.

Утром опять не звонил..."


Второе местное, израильское. Из Хайфы пишет - то ли сестра, то ли брат, то ли неведома зверушка... похожая на меня, как мысль, догоняющая следующую мысль, как кошка, которая молча смотрит с забора на другую такую же молчащую кошку, которая смотрит на неё с ближайшего дерева...

Помимо писем, мы ещё и перезваниваемся пару раз в день. Зовут её Лаура, хорошее имя для девочки из Бельц (по-молдавски - болото), Лаура Штейн.

Когда-то мне встречалась Лаура из Грузии, работала воспитателем в яслях, а ещё говорят, что имя определяет судьбу...

Третий адресат из Монреаля. Мерцает ирреальный Монреаль...


"И я ему позвонила. Мы проговорили два часа, он не давал мне вставить слово. Сколько времени нужно, чтобы рассказать двадцать лет жизни?.."


Мы с ней не виделись те же двадцать лет. Потому что я перестала ей писать. И никогда не могла объяснить - почему... Она нашла меня через интернет, мои явки и пароли развешены на разных сайтах, позвонила ночью и сказала - ну, привет, так и будешь отмалчиваться? Или всё-таки запишешь адрес?..


А принц - нет, не пишет, он так и не освоил интернет, да и времени ни на что не хватает, нужно ходить на работу, настраивать рояли, гулять с собакой, бегать по халтурам, хотя ты уже не бегаешь, а осторожно разъезжаешь на своём "Фиате", загружая багажник по пути пакетами и свёртками с едой - всем, что нужно семье для сытного существования. Мой принц уже стал директором фирмы и у него скоро будут внуки.

Иногда он звонит, но всё чаще - по делу, найти того, передать этому... Это всё, что мы успеваем обсудить, потому что у меня тоже не хватает времени...


Меня ждёт лягушка, у неё кроме меня никого нет. Ещё есть сверхзадача, которую Лёша тщетно пытается уложить поперёк спектакля, звучит она так: ПРЫГАЙ-НЕ-ПРЫГАЙ - ПОВСЮДУ БОЛОТО...

С кочки на кочку, в общем. Лёша хочет обобщать французское болото и российское, например, посредством Чехова. Это его право...

Зачем искать зачарованный лес, нужно жить изо дня в день, платить по счетам, чинить трубы, которые вечно текут, и ванная пахнет болотом, а денег нет по-прежнему, и, главное, новости, которые всё больше становится невозможно слушать...


Кажется, что вся страна в едином порыве решила заниматься просветлением змей посредством их перевоспитания...


Где-то, между Орионом и созвездием Гончих Псов, лягушка наткнулась на змею. То есть, на Змееносца. Это созвездие, которое носится со змеёй. Может быть, оттого, что с ней носится целое созвездие, змея становится добрее и лучше? Кто знает?..

Каждой змее тоже хочется счастья, простого человеческого счастья...

Наступила ночь, и только созвездие Змееносца освещало путь.


Картина третья. Из жизни земноводных.


Когда летишь, нужно очень внимательно смотреть по сторонам, чтобы ни на кого не наткнуться. Мало ли кто носится в открытом космосе - мухи, кометы, лошади... Лучше всех, конечно, лошади, хотя и корабли - тоже неплохо. Летающие фрегаты...


Лёша Мацкин опять разводился. Поэтому репетиции мы стали посвящать разбору подлой змеиной женской сущности. Правда, своих жён он бросал сам, но это было так естественно. Человек не может привыкнуть к любви, говорил он, закуривая, это противоречит нашей сути...

Он уходил от одной жены, страдая от непонимания, переселялся к следующей, через пару дней начинал страдать от непонимания, возвращался к предыдущей, чтобы окончательно уйти навсегда, продолжая страдать от непонимания... Уходя, он всегда забирал с собой магнитофон и каждый раз первые сутки слушал в одиночестве Малера.

Его старший сын стал музыкантом, сохранил отцовскую страсть к Малеру и тоже завёл себе магнитофон...

Туман вился кольцами и оставался висеть над всклокоченной Лёшиной головой, никакой сквозняк не мог его унести. Это был Лёшин собственный чад, горечь, надежда и дым трёх отечеств вперемешку.

Хотя нет. Это тянули гарью сожжённые мосты. Я от них задыхалась и отказывалась репетировать...


После репетиции нужно было добираться домой двумя автобусами, пронизывающий ветер, очень становилось жалко и лягушку, и остальных земноводных, да и себя - как не пожалеть...

На остановке от холода ноги начинали пританцовывать степ, и клоунская походочка уже шла сама собой, а в голове проступали слова:


Посмотрите направо, посмотрите налево,

То ли бродит шалава, то ль идёт королева,

Ей на улице зыбко, ветер вечером зябкий,

Отчего-то - улыбка, а в кармане - десятка.


Стихов мы до сих пор ещё не писали, нужно было очень, очень замёрзнуть... Не знаю, как там насчёт образной системы, но десятка в кармане действительно завалялась, откуда - неясно. Репетируем бесплатно, зато постоянно. А работа бывает за деньги, но редко...


Ей с утра на работу, разгонять атмосферу,

Распевать под фанеру про надежду и веру...

Ой, придётся лягушке петь под фанеру-у-у-у... То есть, петь-то самой, но под оркестр из магнитофона, стихийные художники в поисках новых форм, какой нормальный человек будет за это платить...

Кстати, на хлеб я зарабатываю совсем другим способом, перевожу брошюры о сионистском воспитании для дошкольников, проживающих за пределами Израиля. Пишутся эти материалы на иврите без учёта национальных особенностей бабушек и, особенно, воспитательниц детских садов, тут приходится подыскивать русские слова, незнакомые сионистским романтикам...

Иногда по ходу дела приходится выезжать за пределы родного государства, чтобы увлекать личным примером. Заражать энтузиазмом. И заодно - учить работать с детьми.

Вы помните, как в советском садике работали с детьми? Усаживали за столик и сорок минут молча рисуй. Так и сейчас работают образцово-показательные садики с уклоном в сионизм, только рисуют что-нибудь сугубо еврейское - флаг Израиля, например...

Помню, как одна дама из Екатеринбурга рассказывала, как собирается проводить Песах в детском лагере. Это будет спортивно-оздоровительное мероприятие, воодушевлено сообщила она, все будут в спортивной форме рабов, по типу "Зарницы". Фараоном - начальник лагеря, Моисеем - главный организатор по культурной работе. Приз победившей команде - дочь фараона. Она будет ждать в призовой комнате и вручать призовые конверты...

Боже, какое счастье, что можно вернуться в Иерусалим...


Кстати, Француз ушёл выходить из Египта с группой пенсионеров, небольшая экскурсия туда-обратно. И мы с Лёшей, безнадзорные и увлечённые полётом в никуда, стали писать новый сценарий. Там тоже не было счастливого финала, но зато появился уклон в "Чайку".

Понимаете? Лягушка с уклоном в чайку...

...Там - река. За рекой - болото, на болоте - я. Я - Заречная. Я - чайка!.. Чайка я. Как там у Антон Палыча... Жабы, львы, орлы и куропатки! Рогатые олени... земноводные, хордовые... все! Все похожи на чайку, когда она летит!..

А ко мне недавно приезжал ква... ква... квавалер. Он сказал: с такой внешностью, с таким голосом грешно сидеть в болоте, у Вас, должно быть, талант, вы похожи на чайку... (поёт) Он говорил мне, будь ты моею, и стану жить я, страстью сгорая... А? Конечно, талант!


Но не любил он, нет, не любил он...

Нет, может, и любил... в конце концов, и кальмары кого-то любят, и блохи, и комары...

Конечно, и мой принц любит - жену, детей, страну, возможно, даже меня. Только на расстоянии с каждым годом это всё труднее чувствуется...

Может быть, стоит написать рассказ о том, как ты постепенно становишься не нужна своему принцу, потому что он уже плохо помнит тебя в лицо, а в гости приехать ты так и не собралась, он уже и звать перестал.

Может, стоило хотя бы сказать о том, что быть однолюбом - невыносимо, что на безрыбье полным-полно тритонов, но все они чужие, и никто не нужен кроме него одного... А зачем ему об этом знать?..


Говорят, в подводном мире живут маленькие существа, похожие на кленовые листья - "морские листики". Через пять минут после рождения они находят себе пару и больше никогда не расстаются...


Картина четвёртая. Счастье вдруг, в тишине...


Штраус, "Сказки Венского леса", вальс - лёгкий, воздушный, нескончаемый...


Вообще-то на болоте удивительно красиво. Качаются кувшинки и лилии, пролетают бабочки и стрекозы... можно погрузиться в необычайную трясину...


Всю жизнь Гриша Француз пробуждает в окружающих творческие порывы.

Хотя в последние годы, при капитализме, он старается подойти к делу иначе и, наоборот, пытается продавать творческие порывы, не свои, а людей. Он альтруист. И похож на Моисея, как мы себе его представляем: борода, горящий взор, словом - харизма.

Только говорит Француз получше, чем Моисей - тот, по легенде, был косноязычен. А Гриша - наоборот. Моисею бы такие способности - увёл бы за собой весь Египет и Сирию в придачу, и фараон бежал бы впереди, сверкая пятками...

Да, кстати, Гриша после выхода из Египта собрался на пару недель в Нью-Йорк, отметить день Иерусалима. Меня туда не взяли, потому что визы нет, одиночкам её хрен дают. Вообще, кому хотят, тому и дают. А тем, кто не просит - тем более не дают... Гриша звонил, сокрушался, что Америка без меня плохо обойдётся.

Зато я без неё отлично обойдусь, не придётся летать самолётом, радостно отвечала я. У меня на стальную птицу аллергия и уши закладывает недели на две. Рождённый ползать летать не будет...

Француз дал нам с лягушкой ценные указания. Я должна была брать уроки чечётки, слушаться Мацкина, внутреннего голоса и репетировать, репетировать...

Тем более, что две пальмы нам уже построили из устрашающих резиновых труб. У нашего оформителя прорезалась концепция: он лепил и строил из сантехники и одноразовой посуды уютное болото такого же цвета...


Мне иногда кажется, что виртуальное пространство интернета - никакая не параллельная реальность, а просто хорошее место, которое постепенно обживают оформители своей сантехникой и одноразовой посудой... Интерьер, обои, объявления на стенах...

Сайт мне сделали друзья в Челябинске, хотя там израильские реалии плохо понимают. События - это мы быстро, в нашем климате новости обычно горящие...


Иерусалимские хроники. Трамвай

В Иерусалиме строят трамвай.

В центре невозможно проехать: улицы встают дыбом. Из глубины проступают жилы вечного города, словно ему делают операцию на брюшной полости.

Везде висят объявления "Спасибо за терпение!", огромные трубы, горы щебня, святая земля летает в воздухе...

Это нам - спасибо, это мы терпим. Да пожалуйста...

Письмо из Монреаля. Почему-то рука не поворачивается убирать файлы. За двадцать лет не сохранилось ни письма, так хотя бы эти, электронные...


"Все годы мне снилось, что я его ищу. Приезжаю в Харьков, останавливаюсь в нашей старой квартире, бросаю чемоданы и бегу в справочную.

Но там о нём ничего не говорят, сразу захлопывают окошко.

Два года назад я стала искать его через интернет. И случайно, на одном из форумов, увидела фотографию. Я сразу же написала.

Через две недели ответил, обрадовался, не давал мне слова вставить, всё говорил, говорил...

Три недели не могла ни спать, ни есть. Потом привыкла. Я поняла, что и у него, и у меня с тех пор было достаточно любовей...

У меня муж, трое детей и поверь, что работа и семья - две серьёзные причины быть довольной жизнью.

Или неимоверно устать от неё..."


Вдохнуть-выдохнуть-расслабиться, открыть следующее письмо. Какое нежное слово - Филадельфия...


"Сегодня он позвонил и пришёл. Знаешь, какое это счастье?.. Я умудрилась не говорить о Ней, может быть, так и нужно? Просто радоваться, что он здесь и благодарить небеса...

Интересно, с Ней ему хуже или лучше?

Первая жена его мурыжила, а эта стелится, и ему, конечно, нравится. Скоро они переедут в Нью-Джерси. Она ему уже машину купила, кажется, феррари...

И что я в нём нашла? Он же никакой. Работяга, с утра до ночи в гараже..."

Ей уже много лет, но на фотографиях выглядит девочкой. Беззащитной девочкой-эльфом, которую нужно носить на руках и оберегать от житейских бурь. Её муж так и поступал, но последние десять лет кочует по больницам. Правда, умудряется работать на компьютере, где бы ни оказался, его программы покупают на другой стороне земного шара...

Детей у них нет.


Однажды к лягушке прилетела стрела. Вы только представьте, - в ваше родное болото шлёпается не боинг, не крылатая ракета, а стрела.

И теперь лягушка не может расстаться со своей стрелой.

Она потеряла аппетит, похудела, пишет стихи и поёт Бог знает о чём...

Когда у вас вырастают крылья прямо из души, вы замечаете, что вокруг - не болото, а земля и даже - земля обетованная. "Освежите меня вином, укрепите меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви", - говорит "Песнь Песней"...


Картина пятая. И они стали жить-поживать...


Тут должен быть кусочек обычной жизни - с походом в магазин, покупкой цветной капусты, картошки и баклажанов - что-то в таком духе... Мою собаку любят в ближайшей бакалее, позволяют зайти, обнюхать хозяйские ноги и съедобные полки.

Обычно собак в магазины не впускают, но для нас делают исключение. Я тут ни при чём, Клементина - обаятельная. Позволяет почесать себя за ушком, пока я почти вежливо очередной раз отказываюсь съездить с хозяином магазинчика к Мёртвому морю. Но Шимон, молодой красавец, смахивающий на Алена Делона, надежды не теряет. Поехали, у меня плавки от Гаучо, гордо говорит он на прощание, ты не пожалеешь...

Возвращаемся, включаем вентилятор, собака принимается облаивать входную дверь - так, на всякий случай, там нет никого. Разве я кого-то жду?..


Иногда на расстоянии кажется, что морской змей - это не морской змей, а муха. Вопрос перспективы...

Издалека представлять морского змея в натуральную величину можно только силой воображения...


А ты и не знаешь, как я живу, и от этого иногда пишутся стихи - оттого, что ничего нельзя поделать. Какая-никакая польза. Неужели невозможно приехать оттуда в Израиль, люди же как-то летают?.. Кажется, я неплохо обосновалась в этой клетке. Очень хочется на свободу - от тебя...

Много лет назад, когда ты ещё не был женат, на каком-то вечере мы говорили о чепухе, а потом ты женился, и вскоре вы уехали в Канаду, и больше мы никогда не виделись.

Романы приходили и уходили, а ты оставался - твой голос в телефонной трубке. У тебя уже взрослый сын и внучка.

Мне кажется, что там, в налаженной жизни, тебе здорово не хватает душевности и понимания. Мне кажется, что тебе не хватает меня. Мало ли, что мне кажется...


Можно ли жить в Америке? Многие живут. Ты - живёшь, хотя уверяешь, что у них там другое чувство юмора. Другое количество этажей... Другие расстояния между домами. Люди живут всерьёз - или кажется, на расстоянии?

Лёша в Америке продержался год и не выдержал, вернулся. Там он дублировал фильмы для эмигрантской публики, а на радио рассказывал о фауне и флоре американской земли, но ранчо так и не приобрёл. Америка без ранчо оказалась не очень нужна режиссёру драматического театра...

Может быть, стоило сменить жанр - глядишь, и оказалась бы нужна?..

Вернувшись в Израиль, Лёша изобрёл радиопередачу "В тихом омуте" и стал разыгрывать почтеннейшую публику с пяти до шести пополудни. Звонит герпетологу, к примеру, и требует приехать в редакцию, чтобы перевести, чего хочется очковой змее. А то она шипит как-то странно...

Герпетолог готов. Он записывает адрес радиостудии. Тогда Лёша талантливо шипит в микрофон что-то вроде "Ш-ш-ш-шумел камыш-ш-ш-ш-ш", чистосердечно признаётся в розыгрыше и отпускает герпетолога домой кормить ужей.

Затем у него появляется новая идея - позвонить известной портнихе и предложить ей выкроить костюмы ансамблю "Калинка" из Богодухова. Для поездки в Израиль.

Потому что старые таможня сюда не пропускает. Вроде какой-то металл звякает... И позвонит, и она, безусловно, согласится! Такова сила искусства. Но в конце он всё равно сознаётся. Добрый человек, заботливый.

Мог бы и не признаваться. Сколько бы людей сутками ходило вокруг телестудии и било чечётку...


Очередная серия писем от Лауры из Бельц (по-молдавски - болото, если вы забыли). Она специалистка по фен-шуй, рассчитывает людям жизненное пространство. По её планам квартира расширяется сама собой, и космическая гармония легко проникает в кухню и спальню, включая туалет...

В этот угол - цветы, сюда - статуэтку, лучше - две, это приведёт хорошего ква-валера в дом... А здесь совершенно необходима вода, налей во что хочешь, пускай стоит и притягивает деньги...

Эту благодать Лаура изводила литрами на непутёвую меня. Но помогало слабо.

В твоём случае, задумчиво решала она, необходимо иногда пожить на крыше... вдали от цивилизации... Идея мне нравилась, но всё как-то не находилась подходящая крыша.

Дома у Лауры протекает житейская горная речка со своими камушками и бурными водопадиками. Сегодня её сынуля изрезал ножницами скатерть, потому что ему не нравится прямоугольная форма... Портным будет, смущаясь, говорила Лаура, талант, всего два годика, а как ножницы держит...

Живут они довольно спокойно, муж Лауры открыл школу каскадёров. Для тренировок собирались использовать "Мигдаль а-Шалом" ("Башню Мира"), при желании оттуда можно было прыгать прямо в море...

Каждому из нас хоть раз в жизни хочется не только выскочить из болота, но и прыгнуть выше собственной головы. Этим мы здорово отличаемся от лягушек.

Потому что лягушка не пытается прыгнуть выше себя, она и так очень высоко прыгает. Но не измеряет свои прыжки в лягушках.

В отличие от человека...


Иерусалимские хроники. "Шма Исраэль".

У поэта взорвали автомобиль - рядом с домом, в тишайшем районе Иерусалима, поздно вечером в субботу.

Тихая улочка вблизи арабской деревни. Много машин, стоят рядком, в затылок, впритык. Почему не взорвалась вся улица, никому не известно... Тем более, что уличный кран кто-то повредил, готовя событие тщательно и вдумчиво - да что это я "кто-то" - видели там двух арабов незадолго до взрыва...

В машине у поэта сгорели книги. Много книг.

Но кое-что уцелело непостижимым образом. Остался сгоревший остов, чёрный, неузнаваемый, на тихой улочке долго пахло гарью.

И посреди чёрного пятна, лежал почти неповреждённый лист. На листе были стихи. Точнее, одно стихотворение, названное как молитва - "Шма Исраэль".


Картина шестая. В тихом омуте...


Он приехал - мой принц, живущий в Америке. Мы с собакой сидели дома, не прислушиваясь, и телефон позвонил. Пока принц добирался из аэропорта, я успела сделать генеральную уборку и приготовить обед, два часа чистого времени... Можем ведь, когда захотим, даже биточки с рисом - пожалуйста. И борщ натуральный. Иногда открывается вкус к еде, тщательно зарытый на глубине души. Которая путём перевоспитания полюбила ежедневную овсянку...

Он приехал. Дверь пришлось открыть самостоятельно, но ничего, я справилась. В дверном проёме стоял высокий усталый принц и порывался обнять. Объятья - это было бы чересчур, мой нервный организм и так был на грани обморока. Когда у вас кружится голова, самое важное - удержать центр тяжести. Я отстранилась и уступила ему дорогу.

Он поставил сумку и внимательно улыбнулся. Затем подошёл и обаятельно поцеловал, налаживая первый контакт. Деловой поцелуй. Он недаром директор фирмы, обаяние - это такой талант, которым нужно пользоваться осознанно и по делу. Профессионал должен уметь владеть собой, он себе ещё пригодится.

...Думаете, у меня мания? Ничего подобного, просто повышенная чувствительность. Человек налаживал отношения, он собирался у меня жить три дня и должен был быть уверен, что я буду продолжать восхищаться и вообще быть за него. Моё шестое чувство слышит подтекст, это у актёров профессиональное, у каждого своя профессия. Чтобы сочинить иллюзию, ты обязан знать правду.

И три дня я была счастлива, хотя знала правду. Ночевали мы в разных комнатах, само собой, хотя спать я не могла (судя по отсутствию обещанного храпа, он - тоже. У меня тонкие стенки и маленькая территория...). Он ждал и боялся, что я зайду и потеряю голову, голова - это очень ценный предмет, его нельзя терять. Очень хотелось успокоить - он же не знает, что я на это не способна. Что на самом деле я - принцесса, которая никогда не приходит сама. Должно быть, он вообще так и не догадался, что я - принцесса...

Он уехал, быстро наладив какие-то свои рабочие дела, я вспомнила песенку со словами "Когда ты вернёшься, всё будет иначе...", отключила телефон и на пару недель перестала разговаривать с окружающими. Центр тяжести довольно быстро вернулся, я от него даже не ожидала. И всё покатилось дальше, дальше...


Через месяц я уехала в Новосибирск - ненадолго, всего на неделю. Учить тамошних людей рассказывать детям про Песах. Играть в переход пустыни... Рассыпать песок, идти след в след к свободе, не жалея о том, что брошено и метелью запорошено...

Боже мой, как же там было холодно, а я так и не обзавелась демисезонным пальто. Не говоря уже о проверках в аэропорту, когда тебя ощупывают руками. Правда, когда летели обратно, оказалось, что в Москве ещё холоднее...

Интересно, как живут московские люди в Филадельфии? Наверное, настоящие американцы живут как-то иначе или точно так же?


"Мы познакомились в самолёте, когда летели в Филадельфию. Нас было всего четверо эмигрантов на весь самолёт, я его сразу увидела, он сидел впереди нас. И какая-то девица - помню, я сразу подумала: что она делает рядом с ним, - словно уже почувствовала, он - мой. Это была его жена. Вскоре она ему изменила, молодая ещё была, не нагулялась толком, и он не простил. Они развелись сразу.

Он часто звонил, приходил в гости. Как-то мы смотрели фотографии... и вдруг он меня обнял. Меня словно током ударило. Ты что, говорю, зачем, ни к чему это... Но он говорил, что его безумно ко мне тянет... и сумел поцеловать. Я потеряла голову, как девчонка...".


Кстати, с моим адресатом из Филадельфии мы знакомы тыщу лет или больше. И очень была спокойная девушка, настолько, что я, прибегая и задыхаясь от перехлёста сердечных волн, вдруг, словно в тихой воде, утихала и приходила в себя в её милом доме. Сколько ей выпало спокойных лет, свободных от любви? От силы - двадцать. В двадцать один она выскочила замуж, убегая от безысходной любви. Убежать удалось. Но ненадолго - всего на шесть лет. И покой растаял, как сугроб на солнцепёке...


Покрываясь льдом, мы становится гладкими и блестящими, как статуэтки... Мы выглядим достойно и уверенно, мы такие лёгкие и, кажется, прозрачные...

Конечно, кажется. О том, что болит - там, подо льдом - лучше не спрашивать. Знаете, как выглядят глубоководные на дне океана? Различить их почти невозможно в темноте, и каждый сам себе освещает путь маленьким фонариком...


Мы продолжали репетировать "Лягушку". Невзирая на перерывы, полёты-прилёты, работу, праздники и карнавальные шествия.

Пару лет назад Лёша Мацкин был советником по культуре в Иерусалиме. Правда, платили ему не всегда, но зато в святом городе начались праздничные фестивали, карнавалы и шествия. Всем актёрам, музыкантам, фокусникам и другим оформителям нашей жизни нашлась, наконец, работа. Счастье, бесплатные булочки на чистом сливочном масле... Но Лёша не сработался с советником по науке. Тот хотел давать руководящие указания, а Леша не переносит, когда ему указывают. Советник по науке честно предупредил, что этот недоделок (то есть, Лёша) никому здесь не нужен, и если не осознает - в скором времени станет не нужен и своей очередной жене...

Советник по науке - большой, высокий, вальяжный красавец, в чём-то похожий на персидскую княжну. Организованный, уверенный в себе, непьющий, некурящий, единожды женатый... Типичная персидская княжна. Чёрные блестящие волосы до плеч, немигающий победоносный взгляд - море должно расступиться. Не нужно было стоять на пути, когда такой человек захотел пройти по коридору власти...

И Лёша остался без места. Хорошо, что он умел немножко шить... Зачем ему Москва, к чему этот "путь во тьму", чего он там не видел?! Или ему здесь не хватает сильных ощущений?


Однажды лягушка встретилась со змеёй. Это была змея очковая, кобра обыкновенная, не кусается, только плюётся ядом, чтобы близко не подходить к жертве, аккуратистка, грязи не любит, а то вдруг запах какой... Питается, кстати, лягушками. Прямо в полёте подсекает, одним плевком...

Но моя лягушка обаятельна, как артист Дуров (не дрессировщик). Она быстро поздоровалась и тут же сочувственно поинтересовалась:

- Скажите, а Вы кусать не пробовали?

- Один раз, - змея светски обмахнулась хвостом. - И отравилась, боже мой, как я отравилась!.. - Её хвост мелко задрожал.

- Видите ли, милочка, эти люди... так ядовиты... Остерегайтес-с-с-с-сь... ос-с-с-собенно ес-с-с-с-сли оч-ч-ч-чень хочетс-с-с-ся укус-с-с-сить... Отравление людьми не леч-ч-ч-читс-с-с-ся...

- Как же Вы спаслись?

- Ну, дорогая, я же з-з-з-з-заколдованная, вс-с-ё-таки. То есть - ц-ц-царевна. А вы - нет?..


Картина седьмая. Средь шумного бала, случайно...


Мы с лягушкой больше не могли прыгать. Ни на тот берег, ни на ещё какой другой, да и болото ни в качестве концепции, ни в качестве традиции нас больше не устраивало. Очень много грязи на квадратный метр...

И будем мы, если настанет свобода, прыгать-взлетать с кувшинки на кувшинку, а нырять, наоборот, не будем. Мы с ней оказались очень старомодны.

Сказочная традиция говорит, что лягушка сбрасывает кожаную шкурку и теряет её навсегда. Может, стоит перекраситься, или переодеться в царевну-лебедь, ну, хоть как-то... превратиться...


Ты меня не вдохновляешь, сказал Мацкин. Как актриса. Я должен ставить "Ольгу Сергеевну". Будешь играть Ольгу Сергеевну? Нет? Тогда извини, но у меня больше нет времени на твой спектакль.

Я вздохнула с облегчением. Вы не помните "Ольгу Сергеевну"? Там подростки ради аттестата доводят учительницу чуть ли не до самоубийства. Играют драматические актёры подробно, входят в образ... Как они только выживают после таких ролей? Хорошая школа, настоящая, драматическая. И с болотом всё в порядке - есть, почти натуральное...

И мы расстались по любви. Обычно Мацкин расстаётся навсегда, этот вулкан дымится и заливает лавой всю округу. Но мы остались друзьями, потому что до романа дело не дошло, нам и так хватало страсти и молний. Я бы рекомендовала расстающимся супругам вместо развода заняться совместными театральными постановками. Им бы сразу стало легче...


Иерусалимские хроники. Перекрёсток на Дерех Хеврон

Пошла уже третий месяц, как на Дерех Хеврон чинят дорогу.

Уже нет надежды, что когда-нибудь здесь поедет трамвай - чинят что-то глубоко внутреннее, потаённое, не видное поверхностному взгляду...

Какие звуки по ночам в моём доме, рядом со стройкой века! Хоть записывай шумовые эффекты, готовая фонограмма: отбойный молоток, экскаватор и асфальтовый каток. Можно медитировать, больше всё равно ничем заниматься невозможно, в три часа ночи это особенно актуально...

Вскрывают асфальт, погружаются в недра Иерусалима, выгрызают землю и песок, укладывают трубы... к утру остаётся засыпать всё на место и заасфальтировать. Особенно жутко скрежещет асфальтовый каток, словно скрипит зубами гигантское чудовище в фильме ужаса. Может быть, у него просто болят зубы?.. Надо же и чудовищам иногда чистить зубные протезы, или хотя бы внутренности Дерех Хеврон от наслоений прошлой жизни...

Кажется, мой перекрёсток медленно вращается...

Нужно построить дом или хотя бы посадить дерево, да всё некогда и не на что, разве что сайт в интернете с таким уютным названием "Домашняя страница"... А дерево я там сама нарисую.


Письмо из Монреаля. После двадцатилетнего перерыва мы уже не сразу понимаем друг друга с полуслова... поэтому письма пишутся подробно и обстоятельно, из боязни, что поймут другую половину слова...


"Только что вернулись из Португалии. Люблю путешествия, но лучше бы одной, без мужа. Всё время приходилось переводить, португальского он не знает, но любознательный. Устала, как радио, говорить целыми сутками. Я вообще устала. Дом - та же работа.

И каждый день, с одной работы на другую перескакивать. Дни похожи. Ночи - тоже. Ему абы вскочить на меня, а там хоть трава не расти. Пятнадцать лет женаты, а туда же. Лучше бы учил португальский...

Я хочу в Харьков. В августе, пожалуй, приедем в Израиль, а там видно будет. Ты не знаешь, в Харьков есть прямой рейс из Лода? Ты уже летала?

Прилечу туда и обязательно его найду. Мне нужно его увидеть. Он женат уже второй раз и опять - по расчёту..."


Так хочется придумать им всем счастливый финал... Но в нашем спектакле не должно быть счастливого финала, Гриша Француз объяснил, что иначе всё это никого не затронет, а когда счастье появится у кого-то одного, остальным будет обидно...


Вернувшись из Америки и собираясь в Норвегию, Гриша организовал клуб "Молодость навсегда" для студентов 50-х, рок-фестиваль в монастыре молчальников, и вспомнил о лягушке.

Прыгать нужно активней, сказал Француз, появившись ненадолго в пределах видимости. Можешь даже закурить, продолжал он увлечённо, если это поможет делу, попробуй прыгать вприсядку. Или поголодай, на пятый день, говорят, происходит просветление...

И у меня послушно началась аллергия на всё, кроме воды и лимонов. Я стала непрерывно чихать, почёсываться и худеть. От вида еды меня тошнило. Вот она - трансформация, сказала я себе обречённо, что ли, имя поменять?..

На Рахель, например. Тогда мой характер станет нежным, а жизнь - страдальческой, всё во имя мужа и Всевышнего. Придётся выйти замуж - у Рахель был поздний брак, ничего не попишешь... И я заявила всем, что отныне я - Рахель.


Неделю жизни в качестве Рахели я была ангелом. Доброй, отзывчивой, со всеми и во всём согласной. Агрессия, она же темперамент, растворилась, как не была, в моём стремлении всем помочь и всех любить. И людям это нравилось. Правда, всё стало казаться странным, колеблющимся, как при высокой температуре - двери, фонари, люди...

Все Рахели психически больны, сказала Лаура Штейн, даже если не сумасшедшие, то всё равно у них серьёзные проблемы. Я ещё ни одной нормальной не встречала.

В общем, Рахель не подошла, и окружающие стали придумывать мне новые имена. Элинор, Даниэла, Рут... В еврейской энциклопедии они гнездились на последних страницах и были прекрасны, благоуханны, изысканны, стоило поискать... Ариэла, Ципора, Кармен (?!)... И буква "р", для звучности. А как мои друзья хотели, чтобы я стала Рухамой! Положительной, спокойной... Конечно, чем я не Рухама? Рухама и есть. Особенно в профиль...

В общем, пока осталась при своём, хотя иногда очень тянет побыть Эфрат или Керен. У всех свои увлечения. Мой народ постоянно увлекается - то раздельным питанием, то диетой по группе крови...

Оказывается, у евреев, в большинстве своём, группа третья - кочевников, скотоводов, людей с хорошими желудками, которые могут перемолоть всё, что попадётся в пути. И в субботу поесть не мешает, что Бог пошлёт. И в праздники... ой, как умеет мой народ наслаждаться этой стороной жизни... И хорошо, и правильно. Дети должны быть живы, здоровы и сыты. Талант может быть голодным. От голода интонация более страстная, возбуждающая:

Были когда-то и мы динозаврами!

Были и мы птицей археоптерикс!

Когда деревья были большие, деревьями были тоже мы!

А теперь я - чайка. Чудеса партеногенеза...


Картина восьмая. Четвёртый сон Иды Марковны.


Лето красное пропело-пролетело... Что у нас со стрекозой? Она неплохо танцует, скользит по поверхности, и как скользит! Синий трепещущий вихрь! А потом застынет над водой... Так вот, зимой муравей отправляет её на принудительные работы. Иначе потом не впустит погреться...


Давным-давно мне снится один и тот же сон, хотя бы раз в полгода. Я выучила его наизусть. Всё происходит в каком-то учебном заведении - то ли в школе, то ли в университете. Все учатся. А я - бездельничаю и стою в коридоре. Скоро должны начаться экзамены. И точно знаю, что на историю и английский я вообще не ходила ни разу - там, во сне...

А ведь во всех моих школах, особенно музыкальной, я неплохо училась... Подсознание во сне, видимо, высказывает всё, что оно обо мне думает. Это они, чувство долга и голос совести...

Потому что всё человечество ходит по утрам на работу, рожает детей, кормит мужей, убирает-стирает-готовит и смотрит на меня укоризненно, а я, потупясь, ковыряю пуговицу, краснею, но всё равно не могу иначе, хотя, наверное, надо бы...


Сегодня мой повторяющийся сон, наконец, сдвинулся с мёртвой точки, и сюжет стал развиваться, но как-то неожиданно.

То же здание школы... все учатся, я прохлаждаюсь в коридоре... и вдруг подхожу к учительнице истории. Той самой истории, которую в этих снах я и не думала посещать. Учительница оказалась молодой, уверенной в себе дамой, такой в других снах я иногда вижу "распорядительницу судьбы", дежурную пионервожатую, завуча, ответственную по мне...

Я подошла и сказала, потупясь, как двоечница перед директором школы, простите ради Бога, дело в том, что я не ходила к Вам, живу одна, обычно вечерами работаю, но сейчас почти нет, только два раза в неделю...

Она посмотрела на меня с выражением "Ну, что ты несёшь?!" и легко отозвалась, да-да, я помню, тебя не было ни на одной из лекций, как забудешь такое... не бери в голову, идём, покажу аудиторию. Может, сыграешь у нас свою "Лягушку"?..


Найти бы психотерапевта, чтобы объяснил - сон хороший, в руку, мне можно играть в куклы, пока другие мучаются в детских садиках и часами обслуживают внешний мир, потому что я клоун, так уж сложилось, да и профессия неплохая...


...Гостья нашей передачи - бабочка-махаон, совсем недавно она была гусеницей, ползала по небольшим растениям, грызла зелёные кусты...

В этом у неё большой опыт, и мы надеялись, что она поделится этим опытом с публикой...

Но теперь она пьёт нектар, то есть пыльцу. Ест. И у неё амнезия. Должна ли помнить бабочка своё гусеничное детство? Ведь она же теперь - летает...


Сколько можно без счастливого финала...

Муж Лауры работает с утра до ночи, моет подъезды. Каскадёром он прыгает в свободное от подъездов время, - неужели нельзя иначе?.. Чтобы хоть иногда покататься на самокате на самом краю пустыни? Или просто оглянуться по сторонам?

И я привыкла, что телефон уже не говорит с твоей удивлённой интонацией: "А-алё?". В последний раз ты звонил три месяца назад, когда собирался приехать. И даже не спросил - "Ну, как ты?" а я - никак, я просто не могу без тебя. Но - живу.

Мне очень помогает Иерусалим. Он заставляет на себя смотреть и отвлекает от всего остального...


Вчера к нам в подъезд забежал гигантский дикобраз, похожий на бегущую сосну... На улице Наоми, с красной головой, в чёрном фраке - дятлы! Стучат. Удоды, колибри цвета туркис...

И всю весну над Иерусалимом летали орлы. Они парили в воздушных потоках, скользили по воздуху, как планеры...

Может, у нас экология возрождается? И синий вол, исполненный очей? С ними золотой орёл небесный...


Серия писем от Лауры. Оказывается, я не туда наливаю воду. Посуда желательно хрустальная, тогда вода останется прозрачной надолго, а деньги в доме осядут сами. Ну, откуда у меня хрусталь, вяло отпихиваюсь я, наливаю в пластиковую бутылку.

В пластик, ужасается она, потому и живёшь неправильно, и работа нужная не притягивается. Почему не притягивается, вот мы с лягушкой... вот уже почти... скоро премьера...

Ну ладно, недоверчиво отзывается она, желаю удачи. Но пластик - замени! Убью! Пришлось искать вазочку...

Однажды лягушка увидела странный сон - то ли тритон... то ли рак... то ли змей морской...

Он нежно шептал: "Лапка... шейка... гузка... лапка... шейка... крылышко"...

Рассказывал, что на Елисейских полях все лягушки хороши... вопрос, - под каким они соусом?..

Потом жаловался на потерю аппетита, на несварение желудка, и они расстались навсегда.

Да! На прощанье он подарил белую розу, эмблему печали, и меню из французского ресторана...

Мой милый, так что тебе я сделала?..


Забыла рассказать, при чём тут Ида Марковна. Да так... ни при чём оказалась. Извините...


Картина девятая. Летят перелётные птицы.


Когда-то Гриша Француз был мальчиком с гитарой, которого мама с трудом уговорила поступить в строительный. И поступил, и закончил, и стал сочинять песни для узкого круга. Но потом его занесло в эстрадно-цирковое училище, и Гриша захотел петь красиво. Чтобы по-настоящему. Чтобы целый концерт, а на афише огромными буквами: "Г Р И Ш А Ф Р А Н Ц У З!!!"


Ему поставили голос, нелегко было, но очень удачная попалась учительница. Настолько удачная, что Гриша на ней женился и до сих пор живёт счастливо, почти забыв о вокале...

А мечта про большие буквы сбылась: когда он летал в Киев, по всему городу висели плакаты "Гриша Француз - консультант из Иерусалима! Звоните ему - он наш человек!" - и номер телефона...

Туристскую фирму с ударным названием "Сбыча мечт" Гриша нашёл в Мелитополе, не мог не найти. Город Мелитополь выходил на международную арену. Там продавали билеты на Сейшелы, Мальдивы и Чангу. Под плакатом, изображающим Чангу, было написано крупными буквами слово "эсклюзив", а рядом нарисован доллар.

У нас Вы найдёте всё, чего у вас до сих пор не было, сказали Грише в "Сбыче". Доверьтесь нам, и Вам будет хорошо... как до сих пор ещё не бывало. Домой Вы вернётесь другим человеком.

Израильский кирпичный загар Француза не давал оснований для подобных авансов, но Гриша, как человек чуткий, а ещё темпераментный, вернувшись в Иерусалим, организовал круиз на Чангу в сопровождении жонглёров, фокусников, композитора Шаинского и международной группы массовиков-затейников. Рекламу крутили по всем каналам.

После заголовка "Сбыча мечт!" под неповторимую музыку "Маккарены" пальмы распускаются на шершавом асфальте и начинают пахнуть удивительным запахом чая ибискус...


...После Норвегии, где Француза объявили национальным поэтом, и где по этому поводу он прочёл серию лекций, Гриша стал вести телепередачу на одном из каналов израильского телевидения. Дома он теперь проводил не больше двух дней в неделю, остальное время объезжая просторы нашей небольшой родины. Лёшу Мацкина взяли режиссёром программы, он и название придумал - "С кочки на кочку".

Изо дня в день Гриша и Лёша маячили на природе перед видеокамерой, их красные рубахи трепетали на ветру, они уверенно улыбались друг другу, повторяя только что придуманный текст. Подтекста в этих улыбках тоже хватало... Дорогие телезрители, Вы непременно должны здесь побывать - во-первых, это красиво. Место выбрано со вкусом, полагаю, царь Давид был хорошим царём, хотя его современники могли бы со мной поспорить...

При этом Гриша пел в самых неожиданных для гитары местах. Однажды - в клетке с попугаями. Снимали прямо внутри. Ара вспорхнул прямо на гитарный гриф и повернулся в профиль к оператору... В другой раз Гриша сидел на страусе, лихо удерживая гитару, и пел про то, как "летят перелётные птицы".

Страус не выдержал и побежал, а Гриша очень удачно свалился мимо кирпичной стены прямо в песок и ничего не сломал, даже гитару... Теперь он строил планы вместе с каскадёром - мужем Лауры - прыгнуть с Мигдаль а-Шалом, Башни Мира. Интересно, что он собирался там петь?


Есть новелла у Ильи Эренбурга - то ли пересказ давнишней истории, то ли сюжет автор придумал сам. Легенда о том, как однажды еврейский поэт подарил испанскому королю книгу стихов. Подарок был хороший, но дарить королям стихи... К тому же называлась книга - "Советы". Король даже начал читать и первым делом прочёл следующее: "Нет ничего на свете, чтобы вечно росло. Когда луна становится полной, она начинает убывать".

Это был просвещённый монарх. Он тоже иногда сочинял афоризмы. Его звали Педро Жестокий. Ответил дон Педро, не задумываясь: "Как хорошее вино иногда скрыто в плохой бочке, так из уст иудея порой исходит истина...".

Как видно, король не дочитал "Советы" - о вине там были слова, драгоценней которых не найти: "Что лучше? Вино Андалузии или уста, которые жаждут? Глупец! Самое прекрасное вино забывается, а жажда, ничем не утолённая, остаётся"...*

Может показаться, что всё это не имеет никакого отношения к лягушке, но только на первый взгляд. А если принцесса - из дома Давидова?


Премьеру будешь играть в Ури Цви Гринберг, сказал Гриша, там собирается вся элита. Не едят, не шуршат бумажками... то есть, едят, конечно, и шуршат, но в соседней комнате. Там мы, наконец, выпьем за всё хорошее, а закуска найдётся. Я из Египта привёз солёные орешки...


Картина десятая. В полёте.


На чём я остановилась? Весной на болоте удивительно красиво... Я - чайка, я чайка... В конце концов, все мы родом из "Чайки"... Хотя на самом деле все мы родом из "Песни песней"...

С Монреалем надо что-то решать. То есть сам город меня не интересует, но даже если между нами двадцать лет, неужели я не могу помочь старому другу? Мне нужно просто придумать новый сценарий, и он непременно сбудется. У меня лёгкая рука.

Итак: она должна приехать в Харьков. Это случится в октябре. Будет моросить мелкий дождь, небрежно стекая за шиворот. Её поразит обилие обменных пунктов валюты и запах мокрой листвы... бензина... свежей краски. Словно всё покрасили и подремонтировали специально к её приезду. Мостовая на площади Дзержинского осталась прежней - камни, между которыми запросто можно оставить тонкий каблук... Но она уже давно не носит каблуков.

Он будет стоять у памятника Ленину. Без цветов. Ну, конечно, спешил, бежал, забыл купить... В промокшем плаще она бросится ему на шею, задрожит от счастья, напряжённо вслушиваясь: он тоже дрожит? Нет?.. Он почти не изменился, говорит, как прежде, захлёбываясь, словно на бегу...

Они посидят в кафе, она попробует даже затянуться его сигаретой, но дым выгонит её из-за столика... она давно уже задыхается от этого дыма воспоминаний. В гостиницу он не пойдёт - ему срочно понадобится домой... На другой день она вернётся в Монреаль и напишет мне, что город ей понравился, а Он - не слишком. Много лет прошло.

Не уверена, что именно это и есть счастливый финал, хотя... Всё когда-нибудь заканчивается - и вино, и яблоки. А жажда - остаётся.


Кстати о полёте - помните, у лягушки была стрела? Волшебная стрела, но, возможно, и не волшебная, и не стрела, а просто гигантская игла с надписью "Индпошив. Мужская и женская одежда от Яши".

Яша - это портной, далёкий от сказок, но шьёт превосходно. Работает с утра до ночи, не поднимая головы к небу. У него просто нет на это времени. А лягушка летит себе со своей стрелой индпошива, конца-краю не видно этому полёту... Что же поделать, если Яша не может поднять голову к небу...


Перед Днём разрушения Храма народ поднимается в Иерусалим. Нескончаемый поток идёт по Яффской дороге. Все улыбаются, хотя походка усталая. Мы просто идём туда, потому что не можем не идти. Может, Храм больше не будет разрушаться, если мы к нему идём? Хотя бы поэтому...

Пора. Если не сегодня, то никогда. Нужно взять эти громадные сумки, не забыть магнитофон, две кассеты, бутылка воды, где мой проездной, куда я подевала тёмные очки... причесаться, умыться, не подходить к телефону, если не сейчас, то...

Водитель автобуса сдерживается, чтобы не заглянуть в сумки - мало ли что, не взрывчатка ли, я сочувственно улыбаюсь, и автобус трогается...


Иерусалимские хроники. Цыганочка с выходом.

Эх, вышла я на улицу торговать собой... В хорошем смысле слова... то есть, в куклы играть, уличный театр называется.

Ты выходишь, как белый человек, во фраке и цилиндре, хотя нет, не во фраке, - жарко, неудобно и цилиндр постоянно съезжает.

Ты включаешь свой верный магнитофон, скрипки выводят медленный, изматывающий душу пассаж, и неповторимый голос Азнавура запевает "Эх, раз, ещё раз...". Остальное он поёт по-французски.

Изольда, дама с удивительными вытянутыми руками (кукла), мягко поводит плечами и от её томного поворота нервно вздрагивает и оглядывается сильная половина человечества.

Вот, один господин в кипе, не в силах скрыть восторга, начинает приплясывать с ней, с моей красавицей, и она не оставляет его без внимания, шелестит бархатным платьем по серому асфальту улицы Бен-Еуда...

"Я был артистом, - доверительно сообщает господин в кипе, слегка задыхаясь в танце и не забывая оглядываться на зажигательную Изольду, - я играл с самим Ури Зоаром..."

Она молчит. Её опущенные ресницы, несомненно, скрывают тайну, она босиком танцует цыганочку, не забывая посылать воздушные поцелуи прохожим, независимо от пола, вероисповедания и возраста. И улица освещается улыбками, и ты понимаешь, что это не метафора, когда улыбка действительно светит... "Эх, раз, ещё раз..."

И жестяную коробку для шекелей перед собой нужно бросить, что ж, танцевать бесплатно? тебе тоже хочется колы, мороженого, да и просто булочки, можно без масла.

Но уверяю вас, шекели появляются только тогда, когда, напрочь забыв о них, вы пляшете для освещения улицы. "Ещё много-много раз..."

Самое ужасное - добираться потом домой, тащить неподъёмный магнитофон и сумки к автобусу, но как-то я доползаю под родную кувшинку и надолго застываю в неподвижности над текучей водой...

Письмо из Филадельфии. Что-то сегодня поздно - там уже глубокая ночь. Наверное, эльфы тоже по ночам не спят.


"Я только что из больницы. Главное - он всё-таки жив. Ехал куда-то, его прихватило, успел позвонить мне и свалился. Я примчалась, поволокла его на себе в больницу, там нас не хотели пропускать, но я - хотя это вовсе на меня не похоже - сумела добиться, его приняли через полчаса, поставили капельницу...

А потом приехала Она, дама из Нью-Джерси - узнала от моего мужа о том, что произошло, кинулась в больницу. Сказала мне удовлетворённо, что ровно год назад у них погиб ребёнок, сегодня, мол, это не случайно, а возмездие.

Как мне жить, как мне жить..."


В приложении к файлу - фотографии десятилетней давности, она с Ним, она с мужем, они вдвоём, втроём, вчетвером, живые, здоровые, весёлые...

Эта история длится уже пятнадцать лет. Мужа она, конечно, бросить не может - и болеет постоянно, и родной, как брат, как единственный ребёнок, и кажется, что погибнет без неё.

На одном из фото идут они с любимым (не мужем), взявшись за руки, под какими-то цветными фонариками и светятся от счастья.

Я вглядываюсь... нет, это она светится и все вокруг сияет от этого взгляда... а он словно пьян, глаза тёмные, шальные, пустые, а улыбка счастливая... что-то в нём от Есенина, шебутной, весенний... какая-то пропасть в этих глазах... Как-то не хочется, чтобы они оба свалились в эту пропасть...

...На остальных фотках он сонный, довольный и сытый, со своей барышней из Нью-Джерси и её машиной. Хотя глаза шальные по-прежнему...

- Бедному сердцу так говорил он...- напевает царевна. - Но не любил он, нет, не любил он...

- Квак не любил? - удивляется лягушка. - Он?

- Нет, не любил меня...

- А, ну, если тебя - это совсем другое дело...


Картина одиннадцатая. Там, за горизонтом


Мендельсон, "Песня без слов". А потом - как пойдёт. В конце концов, можно и без Мендельсона.


Говорят, в древности лягушка тоже часто прыгала, поглядывая в небо. Там, на небе, жила звезда, и по вечерам лягушка с ней здоровалась. Прошли годы, века, тысячелетия.

И вот, молодая лягушка, в точности похожая на своего пращура, здоровается со своей звездой.

- Как дела? - спрашивает звезда.

- Ничего, помаленьку, - отвечает лягушка, и от радости, что видит свою звезду, пытается до неё допрыгнуть.

Однажды лягушка, здороваясь со своей звездой, так обрадовалась, что и не заметила, как вспрыгнула на небо. Кажется, на седьмое.

И снова лягушка смотрит на свою звезду.

- Как дела? - спрашивает звезда.

- Ничего, помаленьку, - отвечает лягушка...


И принц внезапно позвонил из Америки. Спросил: "Как дела?" - и долго слушал мои глупости про "Лягушку", он же серьёзный человек, неужели ему может быть это интересно? А мне уже казалось, что всё спокойно. Пять минут беседы, по часам, и туман в голове, и гипноз в крови... интересно, как он этого добивается?

Ну, что ж, и на том спасибо, у других и такого нет, обламывает народ крылья, а мы все летим, уже лет двадцать летим, то есть, это я лечу, когда издали просматривается знакомый профиль - легче лёгкого найти нужное направление...


Премьера состоялась в назначенное время, но с опозданием на полгода.

За это время Гриша Француз успел вывести народ из Египта раза три, Лёша Мацкин уехал в Москву, поставил там новый спектакль и снова вернулся, теперь он дублирует очередной сериал - "Любовь по пятницам", что-то мексиканское...

Мы с лягушкой никак не могли решиться на премьеру, но время пришло, и она состоялась.

После премьеры хорошие люди говорили мне добрые слова. Образ лягушки удался, змея неплоха, но может, стоило кого-нибудь укусить? Для наглядности...

Хотя лучше было бы без кукол, зачем тебе вообще куклы?.. За премьеру! За удачный дебют!


"Ну почему, почему у тебя всё так печально? Ты же знаешь, что всё было не так! Или ты не получила моего письма?

Муж пошёл на поправку - это, кажется, называется ремиссия - он уже настолько в порядке, что мы взяли и поехали в Питер, никогда не бывала в нём прежде - боже, какое это чудо! - белые ночи, доброжелательные люди, экипажи у Невы, играют небольшие оркестры, и повсюду - цветные фонарики, я не помню, когда была так счастлива..."


Картина двенадцатая. Прощальная


В один прекрасный день, в мае, на очередных съёмках, Гриша Француз прыгнул в море с Башни Мира.

С утра мне было не по себе, и вдруг дом качнуло из стороны в сторону, как люльку, мягко и успокаивающе. Собака продолжала мирно спать. Просто у меня температура, подумала я, опять всю ночь ломали асфальт, конечно, голова кружится. Через пару часов передали в новостях: в Израиле было землетрясение, всё в порядке, обошлось без жертв и разрушений. В то же самое время Гриша прыгнул с "Мигдаль а-Шалом".

Весь день мы звонили и спрашивали, а в больнице отвечали "проверяем, ждите", и мы звонили друг другу, сходя с ума от беспокойства. Слава Богу, жив. Даже не сломал ничего.

Господи, береги его, пожалуйста... пускай он будет всегда, и мама, и ребята, и Лёша, и ненормальный народ мой, и все-все-все, и защити Иерусалим, очень Тебя прошу...


Лягушка плавно опустилась на мостовую. Был вечер. Горели огни. Люди возвращались с работы. На перекрёстке улицы Яффо и Кинг Джордж стоял портной Яша и от усталости постепенно превращался в серую ящерицу. У него потухли глаза, опустились руки, и машина не заводилась.

Яша увидел лягушку и тут же перестал превращаться. Потому что он увидел не лягушку, а царевну. От его взгляда лягушачья кожа улетела куда-то вверх и исчезла навсегда! И оказалось, что он - не портной Яша, а царевич. Это в сказке он обыкновенный портной, а на самом деле - царевич.

И вот, стоит царевич со своей царевной и от счастья не находит слов. А в это время... летит лягушка по синему небу, уже и сказка кончилась, а она всё летит...

После утреннего душа, кофе, прогулки с собакой, длительного чтения и свидания с компьютером, когда наступил вечер, а суббота уходила, истаивая в предвечернем небе... меня встретила судьба.

Я не шучу. Когда судьба подходит близко, её можно узнать в лицо. У судьбы были серые глаза и замечательная улыбка. Судьба была мужского пола, я бы даже сказала - "рок", но он играет совсем другую музыку...

Да, и музыка оказалась самая та.

Героиня всю жизнь ожидала принца, который никогда не придёт, это так. И оставалась одна, хоть и не Сольвейг, как выяснилось, и слёзы имеют обыкновение иногда заканчиваться. Платонический роман с односторонним движением закончился, улетел за седьмое небо и даже стал, наконец, сказкой - неплохое окончание для романа...

Новый день был похож на остальные дни, только игла из сердца, наконец, выскочила. Как видно, ушла по своим делам...

Это оказался совсем другой человек.

Другой человек зашёл ко мне по делу и остался навсегда, потому что мы не смогли расстаться. Потому что мы проговорили весь день, и нам оказалось мало. Потому что на другой день мы проснулись вместе и не захотели разойтись в разные стороны. Оказалось, что можно молчать и по-прежнему оставаться вдвоём...

Потом он зашёл проводить меня на спектакль, на его плечах висели огромные сумки с пальмами и тритонами, он небрежно помахивал букетом роз и разглядывал вечернее небо, бояться не нужно ничего и никогда, сказал он, всё и так случится само собой...


...Мы идём по волшебному городу, стреляют конфетти, повсюду продаются леденцы на палочке. Знакомые лица, улыбки, кафе, негромкая музыка, ранний вечер, нежный запах листвы. Гриша Француз усадил всё своё семейство кататься на колесо обозрения, а сам с Лёшей Мацкиным уселся на двугорбого верблюда на карусели.

Размахивая руками, они выкрикивают что-то замечательное - то ли "Мы идём на последнем крыле", то ли "Ты лети с дороги, птица", отчего карусель постепенно начинает вращаться и из-за поворота появляется иерусалимский трамвай, его, наконец, построили... Он тихонько звенит и едет мимо, в сторону Старого города, по направлению к Яффским воротам.

...Море синеет за бульваром, как и положено морю, а по бульвару степенно прогуливаются два поэта, они не обращают внимания на цветные фонарики, хотя, несомненно, видят их, они говорят о новой пьесе - должен ли строитель Храма уйти в пустыню для того, чтобы можно было, наконец, открыть Храм?..


Иерусалим, 2003-2005