# Нижний Новгород (2012)

Михаил Медведев

## Путешествия. Гризли и Паумена

Коктебель (2017) ~~~~~

Русский Север (2016) ~~~~~

Рыбачье (2016) ~~~~~

Калининград (2015) ~~~~~

Тихвин (2014) ~~~~~

Псков, Пушгоры (2014) ~~~~~

Анапа (2014) ~~~~~

Балаклава (2013) ~~~~~

Нижний Новгород (2012) ~~~~~

Судак (2012) (Коктебель, Новый Свет) ~~~~~

Старая Русса (2012) ~~~~~

Байкал (2011) ~~~~~

Ярославль и Владимир (2011) ~~~~~

Крым (2010) ~~~~~

Новгород (2010) ~~~~~

Тверь (2009) ~~~~~

Рыбинск (2008) ~~~~~

Выборг (2008) ~~~~~

Новгород (2007) ~~~~~

Агой (2006) ~~~~~

Тула (2005) ~~~~~

Вологда (2005) ~~~~~

20 часов в Харькове (2004) ~~~~~

От Дагомыса до Нового Афона (2004) ~~~~~

От Туапсе до Адлера (2003) ~~~~~

Смоленское путешествие (2002) ~~~~~

Два дня в Петрозаводске (2002) ~~~~~

Один день в Москве (2002) ~~~~~

Псковское путешествие (2001) ~~~~~

Белое путешествие (Архангельск, Северодвинск 2001) ~~~~~

Анапа (2000) ~~~~~

Ейские записки (1997) ~~~~~


## Фотоальбомы. с описаниями


## Внимание, трафик!

Соловки (2016) ~~~~~

Из Петрозаводска в Кемь (2016) ~~~~~

Кижи (2016) ~~~~~

Петрозаводск (2016) ~~~~~

Калининградский зоопарк (2015) ~~~~~

Калининград (Светлогорск, Зеленоградск, Янтарное, Балтийск) (2015) ~~~~~

Тихвин (2014) ~~~~~

Пушгоры (2014) ~~~~~

Псков (2014) ~~~~~

Анапа (2014) ~~~~~

Балаклава (2013) ~~~~~

Н.Новгород (зоопарк) (2012) ~~~~~

Нижний Новгород (2012) ~~~~~

Судак (2012) с оглавлением ~~~~~

Коктебельский дельфинарий и Кара-Даг (2012) ~~~~~

Арпатский водопад и Веселовская бухта (2012) ~~~~~

Меганом, Гравийная бухта, купание в открытом море (2012) ~~~~~

Новый Свет и тропа Голицына (2012) ~~~~~

Генуэзская крепость и тропа на горе Алчак (2012) ~~~~~

Старая Русса (2012) ~~~~~

Ярославский зоопарк 2011 ~~~~~

Ярославль, Владимир (2011) ~~~~~

Байкал, Ольхон, мыс Хобой (2011) ~~~~~

Байкал, Ольхон (2011) ~~~~~

Байкал, дорога на Ольхон (2011) ~~~~~

Кругобайкалка (2011) ~~~~~

Байкал, Листвянка (2011) ~~~~~

Байкал, Большие Коты (2011) ~~~~~

Иркутск (2011) ~~~~~

Новгород, Старая Русса, Валдай 2010 ~~~~~

Алушта и Крым от Малоречки до Севастополя 2010 ~~~~~


## Походы. Гризли и Паумена

Маршрут 3: Приозерский плес (2004 год) ~~~~~

Маршрут 2: По озерам и порогам Выборгской погранзоны (2003 год) ~~~~~

Маршрут 1: По разливам Вуоксы (2002) ~~~~~

Походные тезисы ~~~~~


## НИЖНИЙ НОВГОРОД (2012)


[0] | [1] | [2] | [3] | [4] | [5] | Полезные ссылки |


0. Предисловие. 1. Покровка. 2. Кремль. 3. Зоопарк "Лимпопо". 4. Лестница Чкалова. 5. Прощание и итоги.

## 0. Предисловие


Я (Гризли) и мой друг (Паумен) - широко известные в узких кругах путешественники. Предлагаю вам рассказ о нашей очередной поездке. В Нижний Новгород мой друг ездил в октябре 2010 года. Провел две недели на курсах повышения квалификации. Избранные кадры из этого путешествия я вам еще продемонстрирую. Город Паумену понравился, и мы решили съездить туда вместе. Так обозначилась еще одна точка на карте России, которую нам предстояло изучить. Готовиться к путешествию я начал за неделю. Первым (и последним!) разочарованием стал огромный форум Нижнего Новгорода (сообщалось, что его посещают 650 тысяч человек). В необъятном виртуальном пространстве я не обнаружил ни одной темы, где смог бы задать вопросы по городу или разместить ссылку на свое сочинение. - Мы никогда не ездили в такие большие города! - объяснил Паумен. - Представь себе общий форум Питера или Москвы. - Это невозможно, - ответил я. А форум НН существует! Но он - настолько огромен, что оказался для меня бесполезен. Но кое в чем я все-таки разобрался. Например, горожан нельзя называть "новгородцами", они - "нижегородцы". Слово "Нижний" означает, что город основали ниже по Волге по отношению к старому поселению. А также, чтобы не путали с Великим Новгородом. В этом плане нижегородцев можно пожалеть: их город значительно больше Новгорода на Волхове (там проживает 220 тысяч человек, а в Нижнем - 1 миллион 255 тысяч), но значение Великого Новгорода в Российской истории переоценить сложно. Жители Нижнего всегда прятались за прилагательными. Одно время - за словом "горький". Я даже придумал термин "Горький Новгород", но вскоре выяснилось, что до меня такая мысль пришла в голову слишком многим людям. Может быть, "Нижний Горький"? Но почему тогда не "Верхний Сладкий"? Ладно, оставлю Максима Пешкова в покое. Паумен заранее забронировал гостиницу "12 месяцев". Ее главное достоинство - дешевизна. Еще о "Месяцах" имелось много положительных отзывов. Наш номер назывался "Июнь". Для путешественников (так я буду иногда называть себя и Паумена, дабы избежать многократного повторения слова "мы") поездка в Нижний стала третьей за год, после Судака и Старой Руссы. Это - своеобразный рекорд. К тому же, друзья (так я тоже буду называть себя и Паумена) осенью ни разу вместе не ездили в другие города. Так что поездка получилась уникальной!

## 1. День первый: Покровка, 17 сентября, понедельник


Поезд был фирменным, номер 49. Запомнился чрезвычайно вежливый проводник: раньше нам такие не встречались. - Помнишь фразу "Разбудишь меня в Староминской"? - спросил Паумен. - Иногда нам самим приходилось будить проводников, - согласился я, вспомнив далекое Ейское путешествие. Проводник образца 2012 года был крайне услужлив и предупредителен. Когда одна из пассажирок устроила истерику из-за того, что в комплект постельного белья не входят тапочки, он не растерялся, связался с СВ-вагоном, и принес истеричке на выбор два типа тапочек. Не бесплатно, конечно: иначе это был бы нереальный проводник. Мы ехали в купе. Условия в поезде были неплохие. Тем не менее, Паумен совсем не смог заснуть, а я проспал часов пять-шесть из двенадцати "лежачих". Поезд прибыл в Нижний в 8:35. Слава богу, на ближнюю платформу, потому что два года назад мой друг высадился на дальнюю, и затем очень долго плутал по многоступенчатым лестницам, пока, наконец, не выбрался в город. Путешественники почти сразу взяли такси: у выхода из вокзала дежурили частники. Сговорились на 600 рублей. Мужчина тут же схватил нашу сумку и пошел через дорогу, игнорируя правила дорожного движения. Мы последовали за ним. Сели в "Волгу", проехали метров двести и уткнулись в пробку. И потащились по улице Советской. Я перед поездкой основательно изучил НН, и приемлемо ориентировался. - Эта пробка перед мостом? - спросил я. Водитель кивнул. Первое впечатление: город не сияет. Не хочу обидеть нижегородцев, но вынужден признать: много зданий в аварийном состоянии, ремонтируемых. На дорогах - ямы, выбоины и трещины. Первые метров двести по Советской напомнили мне Питер (старые дома), но какой-то уж больно неухоженный. - Середины девяностых, - подсказал Паумен, - когда Санкт-Петербургом правил Собчак. Мы выехали на берег Оки. Открылись виды, знакомые мне по фоткам друга и путеводителям. Сначала миновали гостиницу, которая по карте значилась как "Центральная", а на деле называлась Marins Park Hotel. Затем показался памятник Ленину: я назвал его "Вождь с большой клешней". Далее пошла территория Нижегородской ярмарки. Справа текла Ока. Я разглядел далекий Благовещенский монастырь со множеством церквей. Вся Советская стояла в пробке: сотни машин рвались на правый берег. Водитель нам попался расторопный: нарушая правила, он помчал, обгоняя грузовики и легковушки. - Иначе бы мы минут сорок простояли на Советской, - добавил Паумен. Выехав на встречку, шофер накинул на плечо ремень безопасности. - Правила нарушаем, - пояснил он мне ход своих мыслей. Когда же мы вновь очутились на нашей полосе, водитель презрительно скинул ремень безопасности. Я же, впечатленный его ездой, наоборот, свой пристегнул. Впереди показался красивейший собор Александра Невского. Других еще не видел, но именно этот кажется мне самым симпатичным. Есть в нем какое-то фундаментальное величие. Кстати, район Канавино, который мы проезжали, возник и развился благодаря Нижегородской ярмарке. Несколько лет подряд он был заселен только два месяца в году, время проведения ярмарки, а в остальные дни там царило запустение. Мы въехали на мост. С правой стороны открылась Ока. "Не очень-то широкая", - подумал я. Зато порадовало множество причалов и теплоходов. И только потом я понял, что второй берег - это остров Гребневские пески. Сама Ока, ее широкое русло, показалось позже. - Шире, чем Нева, - пришлось признать мне. - Процентов на тридцать, - добавил мой друг. - По этому мосту надо идти пешком, - продолжил я. - Получится быстрее, чем на машине. У меня есть богатый опыт ходьбы через Невские мосты. Путь по Канавинскому пешком, думаю, занимает минут двадцать. Кое-кто и шел. А мы ехали. Второе впечатление от Нижнего: много машин. Они заслоняют всё: невозможно полноценно осмотреть город. Мне понравились подходы к воде с правого берега Оки. - Перепады высот здесь обалденные, - заметил я. - А я что говорил? - отозвался Паумен. За мостом наша "Волга" свернула направо, сделала круг и поехала по Нижневолжской набережной. "Волга" вдоль Волги. Мне запомнилось здание на самом въезде на набережную, стилизованное под замок. Затем я рассмотрел Рождественскую церковь (считается самой красивой в городе, сопоставима с Питерской Спаса-на-Крови). Ее еще называют Строгановской. Проехали здание Речного вокзала и памятник плечистым красноармейцам-морякам. - У нас вчера ночью ужасная авария случилась, - сообщил водитель. - "Порше" столкнулся с джипом. Здесь находится много ночных клубов. Видимо, там выпили или обдолбились. А потом машина на полной скорости вылетела на встречную полосу. Шестеро погибших. Я ехал в четыре ночи, видел, как горели машины и милиция рядом стояла. Тем временем, я "впитывал" в себя город. К сожалению, набережная ремонтировалась. С левой стороны шел синий забор. Такой заборчик я уже видел на фотографиях Паумена, это фирменный знак НН. Проехали детскую художественную школу N1, здание 19 века. Всё это время вокруг было огромное количество машин. А маршрутками в Нижнем ходят "Пазоны". Меня это несколько удивило, в Питере почти все маршрутки - иномарки. С правой стороны, в проеме между домами, показались башни Кремля. Движение сделалось менее плотным, и водила погнал. Попутно он стал разговаривать по мобильнику, да так и болтал до конца поездки: казалось, что он обязательно во что-нибудь врежется. Проехали Чкаловскую лестницу. Я сразу узнал ее по катеру "Герой". Даже мимолетный осмотр произвел сильное впечатление. - Такая огромная! - только и смог вымолвить я. - Да и "Герой" мне представлялся раз в пять меньше. Далее мы поднялись, скорее всего, по Казанскому съезду. - Так долго ехать вверх можно только на машине, - сообщил я Паумену. - Но идти пешком... Мой друг кивнул, чувствуя себя бывалым нижегородцем. - НН - город для коней педальных! - заключил я. - Вот где раздолье для Великого Пешехода! Затем мы выехали на Большую Печерскую. Проехали квартала два. И устремились вперед по неинтересной улице Родионова: центр закончился. Дальнейшую дорогу я не запомнил. - Ну и зря! - вмешался Паумен. В какой-то момент шофер развернулся на Родионова и поехал обратно. Метров через пятьсот, у дома 184 мы повернули, и, чуть забрав во дворы, оказались у гостиницы "12 месяцев". "Даже странно, что водитель ее знает", - подумал я. Путешественники отдали шоферу деньги, вытащили вещи и прошли в здание.

***


Там нас, по-видимому, уже ждали. Две девушки оформили нас быстро и любезно. Важный плюс: так как мы бронировали номер заранее, с нас взяли плату по старому тарифу. Буквально неделю назад цены возросли: вместо 2000 рублей за сутки - 2200, а доплата вместо 1500 рублей - 1800. Но нас это не коснулось: мы заплатили 9500 вместо 12 тысяч. Поднялись на третий этаж: ступеньки очень крутые. Сразу решили вопрос с одеялом и чайником. На ресепшен нам объяснили, что воду из-под крана можно пить. Кратко о номере: он просторный. Более всего поражают потолки. Мы находимся на верхнем этаже, поэтому высота одной стенки метра четыре, а другой - около семи! Кроме того, есть балкончик. На фотообоях изображено поле с ромашками. Шкаф, столик, два стула. Маловато мебели, но это - ерунда, привыкнем. Из нашего окна даже немного видно Волгу. - Здесь такая кубатура, что душно не бывает, - заявил Паумен. А еще у нас в ванной поют птицы! Самые настоящие! Из вентиляционной отдушины идет свежий воздух и всегда доносится птичий щебет. Белячка мы поставили на сумку, все вещи разложили. Снаружи раздавались посторонние звуки (кто-то работал бензопилой), но мы решили не обращать на них внимания. Перекусили едой, привезенной из Питера (чай с колбасой и сыром), и улеглись спать. Я поставил будильник на 13:00, а Паумена собрался будить в 15:00, так как мой товарищ всю ночь не спал. Сейчас думаю, что разбужу в 15:30, а пока еще немного попишу. Я встал в час дня. Сделал зарядку и принялся вбивать в нетбук свежие впечатления. Первые записи - очень важны. Тут есть маленький столик, я поставил к нему стул. Вроде бы, печатать комфортно: не затекают ни руки, ни спина. Единственный недостаток - навороченная плазменная панель не работает: высвечивает надпись, что нет сигнала или он слабый. Надо будет спросить у админа. Конечно, Нижний - огромный город, а мы здесь будем слишком мало дней. Но тот факт, что в Питере сейчас идет дождь, а здесь светит солнце, внушает оптимизм. Еще пикантная деталь: бумагу нельзя бросать в унитаз (совсем как в Судаке). В туалете висит картинка на эту тему. Мне она кажется интересной. В номере, как элемент декора, установлена этакая дизайнерская фишка, огромный лист. Он символизирует июнь, равно как и многочисленные бабочки на занавесках, лампочке и стеклах. Но этот "лопух" мешает передвигаться: его следовало или закрепить повыше, или сделать поменьше. - Почему бы посередине комнаты не поставить дизайнерский кактус с огромными шипами из арматуры? - предложил я. - Постояльцы бы об него постоянно кололись. Ну чем не июнь? Месяц кусачих комаров! Есть отопление и, если что, можно включать батарею. Имеется и кондиционер, но он выключен. Видимо, считается, что он нужен только в жару. Да, есть вай-фай: с утра работал быстро, а тут взял и вырубился. А я буду закругляться и будить Паумена. Если он скажет, что хочет еще поспать, я продолжу записи.

***


Паумен проснулся около половины четвертого. Мы выпили чаю. Попутно выяснилось, что телевизор, могучая плазменная панель, заработал и, действительно, показывает все 67 программ из которых 29-я - "Animal Planet". Друзья собрались и отправились на первую прогулку по Нижнему. Спросили у админа: - На каком транспорте доехать до центра? Девушка написала несколько номеров автобусов и маршруток. Остановка находилась на улице Родионова: из гостиницы идти направо. - А есть здесь какие-нибудь магазины? - спросил я. - Около остановки два, - ответила админ. Путешественники вышли на свежий воздух. И тут же оказались на сельской улочке, в окружении одноэтажных деревянных домов. Видимо, эти местные "старожилы" стояли здесь издавна. Потом их "обнесли" новостройками, и они стали "чужеродным элементом" среди многоэтажек. - На месте нашей гостиницы тоже когда-то находился деревянный дом, - предположил Паумен. - А потом его кто-то продал, - продолжил я. Так нам открылся немного сельский Нижний. Мы прошли метров двести до многоэтажки и свернули к Родионова. По пути нам попались: один бомж, один сумасшедший (который с нами поздоровался) и один вполне вменяемый нижегородец. "Контингент еще тот", - заключили друзья. - Неохота сюда поздно возвращаться, - добавил я. - А мы и не будем, - ответил Паумен. Зашли в магазин рядом с остановкой. Узнали, что он работает до 20:45. - Рановато закрывается, - заметил я. - Значит, будем покупать продукты в центре, - ответил Паумен. Туда мы и поехали. Но не за продуктами, а чтобы любоваться достопримечательностями! Тут, правда, надо заметить, что у меня с утра начала болеть спина. Этот недуг отпустил меня почти что на год, и вот незадача: боли вернулись как раз перед поездкой в НН! Я вновь почувствовал себя инвалидом, которому малейшее движение дается с трудом. А еще проявился почти забытый симптом: когда долго стоишь на одном месте, затекает поясница. По этому поводу я начал хандрить и портить Паумену настроение. Но мой друг мужественно перенес мое ворчание. Путешественники довольно долго стояли на остановке. Времени было около половины пятого. Еще не "час пик" (думаю, и в Питере, и в Нижнем он одинаков, с пяти до восьми вечера). Подходили какие-то автобусы и маршрутки, но не из списка админа. Наконец, подъехала маршрутка N2, в которой имелись свободные места. Мы сели. Я заплатил за двоих 40 рублей и с удивлением получил два билета. В Питере, сколько ни старались, не смогли заставить маршрутчиков давать пассажирам билеты. С другой стороны, картина удручающая. Я сидел рядом с водителем: молодой парень цепко держал в руках катушку с билетами, периодически отрывая нужное количество. Иногда он выпускал из рук руль, но заветную катушку - никогда! Она - гораздо важнее! Мы проехали около пяти остановок. Сначала шла безынтересная Родионова. Затем показалась Большая Печерская (не путать с Большой Покровской!). Тут автобус свернул. Я решил, что он пойдет вверх по Казанскому съезду, но "басыч" просто вывернул на улицу Минина. Думаю, читатели осведомлены об исторической миссии Минина и Пожарского; но не все знают, что Пожарский был князем, отлично зарекомендовавшим себя на полях сражений, а Минин - сельским старостой, который организовал сбор средств в пользу армии. М&П - наиболее почитаемые нижегородцы. Им здесь установлены два памятника, существует площадь, а еще и отдельно улица Минина. Скорее всего, есть и улица Пожарского. Начался старый город: приятные дома, красивые деревья. В Нижнем осень более заметна, чем в Питере; больше желтой листвы. Мы проехали остановку по Минина, и вышли. Мне запомнилось здание с надписью "Лингвистический институт". "Пожалуй, я бы хотел в таком учиться, - подумал я. - Но уже поздно". Друзья отправились к центру мимо церкви Всех Скорбящих Радость. - По-моему, взаимоисключающее название, - заметил я. - Скорбь и радость - две стороны одной медали, - отозвался мой друг. От церкви мы свернули к памятнику Нестерову. Уроженец этих мест прославился тем, что первым выполнил мертвую петлю. Ее и назвали "петлей Нестерова". - Тогда Нестерова следовало назвать "Мертвым", - предположил я. Как обычно, памятник был монументален: летчик напоминал борца-тяжеловеса с широкими плечами и массивными ногами. Рядом находилась гостиница "Октябрьская". - Отсюда ближе к центру, чем от "12 месяцев", - заметил Паумен. - Но она и дороже, - ответил я. С улицы Минина мы плавно перешли на Верхневолжскую набережную. Открылись величавые разливы Волги. - Здесь уже ясно, что Волга - великая русская река, - заметил я. - А в районе Твери - это еще великая русская речка. В месте слияния Оки и Волги образуется гигантский разлив и несколько огромных островов. С противоположного берега в Волгу вливается еще три притока. Один из них, наиболее большой, я сфотографировал. Попытался определить его по карте, но не смог. Там лишь написано "Озеро теплое". - Это ведь карта Нижнего Новгорода, - объяснил Паумен. - А надо смотреть географическую. Заодно мой друг сообщил, что на том берегу находится поселок "Бор". Два года назад Паумен ездил на экскурсию, и ему сказали, что Бор сейчас входит в Нижний Новгород. - На карте его нет, - заявил я. - Просто карта старая! - возразил Паумен. Друзья шли вдоль набережной, любуясь замечательными просторами. - Мне это напоминает Ярославль, - заметил я. - Здесь выше берега, - уточнил мой товарищ. - Все равно напоминает, - повторил я. - Мне просто больше не с чем сравнивать. Забегая вперед, скажу, что Нижний чаще всего напоминал Ярославль, иногда - Москву, и совсем редко - Иркутск. Путешественники миновали кафе "У Тиффани". - Как это вторично! - воскликнул Паумен. - Всем известен роман Трумена Капоте "Завтрак у Тиффани"; по нему еще потом одноименный фильм сняли. По руслу реки гулял сильный ветер. Он ощущался и на набережной, но внизу был просто колоссальным, оставляя заметные следы на поверхности воды. Против течения очень медленно шел теплоход. Вдалеке виднелся мост через Волгу, а вдоль набережной стояли великолепные дома. Я принялся их фотографировать, а мой товарищ хотел, чтобы я снимал его. Так, совмещая приятное с полезным, мы продвигались к лестнице Чкалова. - Эта лестница - один из самых дорогостоящих проектов в СССР, - сообщил я инфу из инета. - На ее строительство потратили около восьми миллионов советских рублей. Тогдашнего мэра обвинили в растрате народных денег, исключили из партии и арестовали... А еще эта лестница таит неслабый облом: поднимаешься по ней, поднимаешься, и на последних ступеньках оказывается, что Чкалов стоит к тебе задом! Мой друг разглядывал окрестности. - Может, я сейчас быстро спущусь и поднимусь по ней? - предложил я. - А мне что в это время делать? - А это очень долго? - Час точно займет. - Значит, в другой раз. Мы подошли к известной достопримечательности. Чкалов выглядел излишне телесно. Наверное, такова была мода в 1940 году. Лестница, что и говорить, монументальная! Панорамы сверху открывались величественные. Ничего подобного ни в одном городе я раньше не видел. Пожалуй, это - самый высокий речной берег на моей памяти. - Что-то я слышал в свое время, почему один берег реки становится обрывистым, а другой пологим, - задумался я. - Вроде бы, это связано с вращением Земли. - Придется тебе на эту тему почитать литературу, - ответил Паумен. [Но не пришлось. В переписке с Еленой из Листвянки я неожиданно получил ответ: "...из школьной географии: в Северном полушарии у рек правый берег крутой, левый пологий (из-за вращения Земли сила Кориолиса направлена вправо от вектора скорости). Иногда в неидеальных (природных) условиях это неочевидно, иногда вклиниваются другие более мощные факторы, и тогда всё наоборот. В любом случае, интересно поанализировать". И еще: "Не верю, что в детстве вас не водили в Исаакиевский, когда там ещё висел маятник Фуко (самый длинный в мире). Вот он как раз и был наглядным доказательством не только вращения Земли, но и возникновения при этом силы Кориолиса. Лично на нас она слабо воздействует, но на реках уже заметно (Неве с гранитом не справиться), на крупных структурах - океанических течениях, циклонах и антициклонах - играет ведущую роль. И, потому что она есть, вы, например, можете, стоя спиной к ветру на более-менее открытом пространстве, с уверенностью сообщить Паумену, что область низкого давления находится слева от вас (правило геострофического ветра)"]. В Нижнем Новгороде тоже не обошлось без Кориолиса: правый берег величественно возвышался над левым. Сразу за лестницей Чкалова начался Кремль. Мы решили туда не идти, а начать знакомство с Большой Покровской. Нижегородцы называют ее "Покровка". Вышли на площадь Минина и Пожарского. - Ради разнообразия назвали бы сквер "Пожарского и Минина", - предложил я. - Пожарский, небось, сейчас в гробу переворачивается. Он организовал войско, а вся слава досталась Минину! - Первая половина славы, - поправил Паумен. Вышли на площадь Минина и Пожарского. - И вторая половина Феди, - добавил я и пропел для пояснения: - Этих дней не смолкнет... Слава, Федя, Петя и Андрей! Путешественники последовательно прошли мимо Георгиевской, Пороховой и Дмитриевской башен. Через Пороховую осуществлялся въезд машин в Кремль. Там же имелась будка с полицейским. - Здесь входить нельзя, - заявил я. - Можно, - возразил Паумен. - Почему же тогда никто не входит? - резонно спросил я. Зато около Дмитриевской башни был настоящий вход. Но путешественники в первый день отдали предпочтение Покровке. И с левой стороны открывались запоминающиеся виды. Сначала - красивое здание Медицинской академии. Затем сооружение, которое я назвал "Московским": представительный сталинский дом, таких много в столице. Вскоре мы увидели два сквера, разделенных улицей Варварской. - Неужели она названа в честь варваров? - поразился я. - Или в честь Варвар, - ответил Паумен. Мы перешли площадь, а затем и улицу со странным названием. Оказались в правом сквере. Там имелся симпатичный фонтанчик. Но главной достопримечательностью являлась фигура-памятник на скамейке: с ней все фотографировались, садясь персонажу на колени. Паумен тоже пожелал сняться, однако к фигуре была слишком большая очередь. Процесс фотосъемки застопорила девочка с ранцем, лет восьми. Она села к "памятнику" на колени и стало что-то горячо шептать ему на ухо. Мы поняли, что девочка - местная. Видимо, ежедневно общается со "скамеечником". Всё это смотрелось довольно нелепо: толпа народа, в очереди за фотографией, взирает на девочку, которая разговаривает со скульптурой. Друзья решили не усугублять абсурдность ситуации и отправились на Покровку. По пути к главной пешеходной улице мой товарищ заметил газетный киоск. Пока он выбирал газеты, я фотографировал. - Гризли, здесь нет местных газет! - с возмущением заявил Паумен. - Только Нижегородская вкладка в газете "Московский комсомолец". Я же столкнулся с другим феноменом: вокруг было столько уникальных и красивых зданий! Покровка мне очень понравилась. Я дорвался до прекрасных видов, и все их старался запечатлеть. Паумен же желал, чтобы я сфотографировал его с каждой из фигурок, коих немало стояло вдоль Покровки. Это и плечистый чувак, и чистильщик обуви (которого я назвал "Леон-чистильщик" из фильма "Ее звали Никита"), и фотограф с собачкой, и какой-то сердечный персонаж. Я буду называть их "фигурками", так как другого слова подобрать не смог. Когда мы дошли до Академического театра драмы имени Горького, мой товарищ купил два билета на вечерний спектакль в четверг. Подробней об этом я расскажу в свое время. Наконец, друзья решили пообедать. Выбирали между "Приютом усталого тракториста" (дом 14) и "Берлогой" (15 а). Паумен предпочел "Берлогу". - Мне, как медведю, - ответил я, - все резоны идти в "Берлогу". Мы спустились по лесенке. Сели и заказали два фирменных салата ("Медведь" и "Белая медведица"), две больших солянки (по Судакской традиции), а также чайник чая "Пуэр". Очень долго ждали заказа. Смотрели музыкальные ролики по плазменной панели. - А представь себе, что ты путешествуешь один, - вдруг заявил Паумен. - Не с кем поделиться впечатлениями, обсудить увиденное... - Мне бы не хотелось, - ответил я. - Тебе и не грозит, - утешил мой друг. - Просто я подумал: каково это? Наконец, к нам подошла девушка. Извинившись за задержку, сообщила, что салаты будут через две минуты. Мы прождали минут пять. Наконец, принесли салат "Медведь". Он никому из нас не понравился: половину съел Паумен, половину - я. - Порция стоит 300 рублей, - сказал я. - А сделан очень топорно: мясо, лук, картошка да соленый огурец. - Может, считается, что медведь - не гурман? - предположил Паумен. - Еще какой гурман! - возразил я. Затем подали "Белую Медведицу". Она оказалась значительно лучше. Хоть я и не люблю, когда мешают сладкое и "салатное", но тут чувствовалась претензия на оригинальность. - И все же не ясно, - задумчиво произнес Паумен, - зачем сыр мешать с вареньем? Напоследок путешественники съели две солянки. Достаточно вкусные. Затем выпили чай. В "Берлоге" практиковали "тяжелый" подход. Например, латки под солянку весили каждая килограмма по два, а металлический чайник - около килограмма. Интерьер был соответствующим - возле входа разместили коллекцию внушительных утюгов. - Медведь любит всё тяжелое, - объяснил Паумен. Друзья заплатили за всё 1100 рублей и покинули "Берлогу". Кстати, когда мы зашли, в кафе никого не было, а когда выходили - почти все столики заняли. Путешественники продолжили путь по Покровке. Там было, что посмотреть. В частности, здание Государственного банка, о котором Пешеход отозвался прохладно: "в псевдорусском стиле". Затем мой товарищ отправился в магазин "Секонд хэнд" выбирать одежду, я же на долгое время остался на улице. Где-то в середине восьмого стемнело, и кадры стали получаться размытыми. В итоге, мы прошли всю Покровку. Посидели в кафе "Фламбе" рядом с "Макдональдсом". Там продавали напитки с имбирем. Мы взяли два латте (по сто рублей), так как напитки с медом и с лимоном уже закончились. Вскоре окончательно стемнело. Друзья хотели вернуться в гостиницу на общественном транспорте. Это оказалось затруднительно. Мы подошли к остановке и стали смотреть: что нам подходит. Подъехала маршрутка, где была указана улица Родионова. Только мы влезли в салон, как выяснилось, что на Родионова - в обратную сторону. Тут началось самое настоящее хождение по мукам: я опросил около десятка нижегородцев, как проехать на Родионова, но никто не смог дать вразумительный ответ. - С тех пор, как здесь строят метро, всё так перепуталось! - пожаловалась одна женщина. В итоге, выручил парень, который объяснил, что надо идти на Белинского. Причем, он так произносил это название, словно речь шла об улице Белинской. Идти к ней следовало по улице Костина. И путешественники отправились на "Белинскую". Город погрузился во тьму. С освещением в Нижнем дела обстояли неважно. То есть, на Покровке еще горели фонари, а всё прилегающее пространство превратилось в "сумеречную зону". Так, на улице Костина освещалась только проезжая часть, а тротуары были темными. Кстати, на этой улице - большое количество разных кафе. В итоге, мы вышли на Белинского. Пересекли улицу. Впереди грозной махиной темнело недостроенное метро: источник путаницы в маршрутах. Друзья обнаружили в расписании маршрутку N46, которая шла до Родионова и больницы Семашко. Тут уместно сообщить, что наша гостиница имеет два стопроцентных ориентира: "больница Семашко" и "магазин Фантастика". "Фантастику" я видел в интернете, но мы до нее никак не доберемся, а "Семашко" - значительно дальше по Родионова. Путешественники заскочили в "Пятерочку", которая располагалась совсем рядом. Шел уже девятый час, поэтому покупателей было мало, а товаров - еще меньше. Не особо вникая, мы купили, что попалось под руку, и направились к заветной остановке. Минут через пять подъехала маршрутка, но не 46-я, а другой номер, но тоже идущая к больнице Семашко. Мы в нее сели. Вернее, встали. Маршрутка долго катила по огромной, как потом выяснилось из карты, улицы Белинского. По ней, как обнаружилось, ходят трамваи. Мимо каких-то парков и еще чего-то там, в темноте совершенно неопределенного. У меня в руках были тяжеленный рюкзак и пакет. Народ с каждой остановкой всё набивался. Так как в центр мы выбирались совершенно другим путем, складывалось впечатление, что мы едем к черту на куличики. Но приехали, куда надо. Паумен разглядел нашу остановку - напротив той, где мы садились на "двойку". Уставшие друзья, в темноте, мимо каких-то подвыпивших нижегородцев, отправились домой. В гостинице попили чаю. Посмотрели по телеканалу "Animal Planet" передачу "Полиция Хьюстон", где рассказывали о несчастных лошадях и собаках (каждый из четвероногих был несчастен по-своему). Около одиннадцати легли спать.

## 2. День второй: Кремль, 18 сентября, вторник


Но не тут-то было. Переношу информацию на новый день, ибо где-то с нуля до двух ночи (а это уже 18 сентября) очень сильно шумели постояльцы. В проспекте "12 месяцев", который лежит у нас в номере, указано: "наша гостиница создана для спокойного комфортного отдыха, поэтому с 23:00 до 07:00 устанавливается "режим тишины". В свете развернувшихся событий это звучало издевательски. Шум достиг своего апогея в два ночи, когда постояльцы (или местные, пирующие в гостинице?) провожали домой своих друзей. Всё это сопровождалось смехом и громкими разговорами. Наконец, веселые гости уехали, и тогда местные собаки - а в каждом деревянном доме имелся свой пес - устроили такую перекличку, что остатки сна как ветром сдуло. Лай долго не заканчивался. Наконец, все собаки умолкли, кроме одной. Эта истеричная особа лаяла еще минут пять, а я всё никак не мог дождаться, когда же она успокоится. К половине третьего в округе стало тихо. А я понял избитую истину: бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Да, мы заплатили за гостиницу недорого, но одно из основных условий комфортного проживания - тишина по ночам. Увы, об этом вчера можно было лишь мечтать. Кроме того, в номере имелся маленький холодильник, который отвратительно громко и подозрительно часто шумел. Этот звук тоже меня будил. "Ничего! - подумал я. - Мне надо просто сильно не выспаться, и тогда я усну под любые звуки!" Учитывая, что сегодня "Зенит", до этого позорно проигравший "Тереку", встречается с "Малагой", ночные бдения мне обеспечены! Кстати, владелец гостиницы Плотников А.В. оставил анкету, дабы постояльцы могли ее заполнить. Мне она только что попалась на глаза, и я еще подумаю, что туда записать... Итак, я проснулся в восемь. До девяти делал зарядку. Помылся и приступил к записям. Сейчас начало двенадцатого. Скоро разбужу Паумена. Пока я общался с нетбуком, меня отвлекали звуки с какой-то стройки. Так что ночью шумят постояльцы, а утром, днем и вечером - строители. Когда мой товарищ проснется, я посмотрю: что же там сооружают? Солнце, светившее вчера целый день, сегодня скрылось из виду. Стоит мрачная, пасмурная погода. На город наползла дымка. Надеюсь, она не помешает нашим планам. Надо учитывать два фактора большого города: всего не увидишь и расстояния огромные. В 11:30 я сделал попытку разбудить Паумена. - Так рано?! - горестно воскликнул мой друг. - Я посплю еще полчасика. Тогда я решил, что в следующий раз подойду к товарищу в 12:30. Посмотрел вниз из окна, пытаясь определить источник звука. Сразу всё стало ясно: на сельской улочке строят дом. А наши окна выходят как раз на стройку! Правда, сейчас там тихо. Возможно, у рабочих - обеденный перерыв. К сожалению, никто не застрахован от таких накладок: была хорошая тихая гостиница, но внезапно рядом возникла стройка, и попались шумные постояльцы. И в тот же миг гостиница стала "буйной". Но есть рецепт против подобных бед: толстые стены и стеклопакеты. Внезапно выяснилось: то, что я принимал за храп Паумена, на деле являлось работой бетономешалки. Посмотрел интернет. Теперь пасмурную погоду обещают и в среду. Так как прогнозы меняются стремительно, не удивлюсь и дождям. Сейчас сделаю вторую попытку разбудить Паумена. Если не получится, продолжу печатать.

***


Со второй попытки Паумен проснулся. Мы быстро собрались и вышли из номера. Спросили у админа: - Что это было вчера в два часа ночи? - Мне сообщили, - ответила она. - Там вселялись новые жильцы. - Можно рассчитывать, что это не повторится? - поинтересовался я. - Извините. - Админ отвела глаза. Ее ответ прозвучал крайне неопределенно. А мы отправились к знакомой остановке. Часы показывали около двух дня. Не час пик, но и транспорт практически отсутствовал. Если вчера маршрутки проносились через каждые две минуты, то сегодня, дай бог, через десять. Наконец, мы дождались автобуса из списка админа. N90. Сели. Точнее, встали. И поехали. План был таков: сначала в Кремль. Затем осмотрим церковь Иоанна Предтечи. После этого - идем пешком до Рождественской церкви, а дальше - как получится. Оказалось, до Кремля вполне можно добраться на общественном транспорте. Правда, придется немного помучиться. - Лучше ехать на маршрутке, - заметил Паумен через пару остановок. - Там все-таки нет такой толчеи. А здесь была. Всю улицу Родионова (которая мне уже ненавистна, ибо всегда надо по ней ехать) никто не выходил, зато все входили. Ближе к Сенной площади автобус атаковали студенты, после чего свободного пространства уже не осталось. Это не помешало кондуктору, толстой и низкой женщине, похожей на Колобка, пробираться среди пассажиров, требуя плату за проезд. Кстати, вскрылась странная информация: маршрутка и городской автобус в Нижнем стоят одинаково. - Зачем тогда ездить на городском транспорте? - удивился я. - Есть проездные карточки, - объяснил Паумен. Честно говоря, последний раз в Питере я так давился пару лет назад. Дома постоянно езжу на маршрутках, а там почти всегда все пассажиры сидят. Не прошло и двадцати минут, как мы вышли. Практически перед Дмитровской башней. Посидели пару минут на скамейке, а затем двинули в Кремль. Он был мне знаком по фотографиям друга. Саму территорию использовали по принципу: давайте засунем сюда всё, что в городе имеется. Поэтому в Кремле появилась выставка военной техники. Хотя, на мой взгляд, ей там не место. Мы слегка побродили мимо орудий времен Великой Отечественной на фоне крепостных стен. До Нижнего фашисты не дошли, но здесь всю войну работал "ГАЗ", снабжавший фронт танками. Одна из боевых машин стояла на постаменте. Мы прошли мимо Представительства Президента России. Далее открылась красивая смотровая площадка. - Напоминает Ярославль, - завел я старую пластинку. - Гризли, хватит уже напоминаний! - возмутился Паумен. - Здесь всё совершенно другое! Мой друг был прав: размах Нижнего был куда круче. Огромной высоты берега делали Волжскую панораму незабываемой. Я схватился за фотик и сделал ряд запоминающихся кадров. Хотел еще заснять теплоход под железнодорожным мостом, но он у меня вышел нечетким. Слишком далеко. Путешественники взглянули и на церковь Михаила Архангела, самую старую в городе. За ней располагался памятник Минину и Пожарскому, но мы не стали его смотреть, так как уже видели: Паумен своими собственными глазами, а я - на фотографиях друга. - Культ Минина и Пожарского налицо, - произнес мой товарищ. - Я бы сказал "культ Минина" и "антикульт Пожарского", - добавил я. - Везде Минин фигурирует первым! Хотя Пожарский - военный стратег. Когда он узнал об этой несправедливости, то от досады хотел поджечь Москву, устроить в ней настоящий пожар. - Но помешал Минин, - подхватил Паумен. - Он занимался разминированием Москвы! В итоге, мы утешились тем, что Пожарский известен одноименными котлетами. Не стали выходить из Кремля через Ивановскую башню. И вам не советуем: это так банально - пройти Кремль насквозь через Ивановский съезд! Вместо это путешественники проследовали дальше, и вышли через Северную башню. С Кремлевской стены открылись выдающиеся панорамы. - Самое красивое место в городе! - воскликнул я. И продолжаю придерживаться этой точки зрения. Можно было еще побродить по стенам влево (до Тайницкой башни), но мы решили спускаться. Перед нами раскинулась во все стороны прекрасная перспектива Нижнего! Даже больше, чем церковь Иоанна Предтечи, мне понравилась церковь Ильи Пророка на улице Ильинской. Восхитительно смотрелась Стрелка с монументальным собором Александра Невского. Мимо шли сухогрузы. Я находился в полном восторге и безостановочно щелкал фотоаппаратом. Одна неудача - трамвайные пути на улице Рождественской ремонтировались, поэтому мы упустили возможность прокатиться. - А это - очень интересно, - заявил Паумен, бывалый нижегородец. Мой товарищ два года назад вовсю рассекал здесь на трамвае. В центре площади (хотя это даже не площадь, на карте не отмечена) стоит памятник. Кому? Конечно же, Минину и Пожарскому! Есть ли на свете хоть кто-нибудь, способный сравниться с этим тандемом? Разве что Салтыков-Щедрин или Мамин-Сибиряк! Оказалось, это - копия памятника, стоящего на Красной площади. И сделал ее Церетели по заказу Лужкова. - Срочно снести! - постановил я. - Нам не нужны подачки от лондонского миллиардера! - Проще надпись замазать, - возразил Паумен. - Лужков убежал в Лондон? Сотрите его фамилию со всех памятных досок! Несколько разочаровала вторичность памятника. Зато рядом находилась уникальная социальная служба: это здание послужило Максиму Горькому прототипом для создания образа ночлежки в бессмертном "На дне". - Изучали в школе, - вспомнил я. - Ничем особым не запомнилось. Сатин - идиотское имя главного героя. "Человек - это звучит гордо". - Человек - это звучит бодро, - перефразировал Паумен. - Подло, - усилил я. - Горько, - уточнил Паумен. - Горько! Горько! - заскандировал я. - Так вот почему Пешков стал Горьким! Очень хотелось жениться. - Или погулять на свадьбе, слушая свою фамилию, - предположил мой товарищ. Бывшая ночлежка находилась в отличном состоянии. - И здесь раньше жили бомжи, - покачал головой я. - Очень престижное жилье! Мы сфотографировали кочаны цветной капусты рядом с памятником. Есть не рекомендую, это декоративное растение. И отправились по улице Рождественской. К сожалению, ее всю перерыли. Допускаю, что года через два, а то и на следующий, она станет просто замечательной. Пока же идти по ней было противопоказано. Но другого пути к красивейшей церкви Нижнего - Строгановской - просто не существовало. По дороге мы заметили кафе. "Комплексный обед - 100 рублей" - гласила надпись. "Может, сэкономим?" - подумали друзья. Зашли. Тетка за стойкой взглянула на нас недобро. - Можно садиться? - спросил я, ожидая, что нам принесут меню. - Заказ делаем здесь, - ответила тетушка. Мне это сразу не понравилось, но ведь мы решили сэкономить. Путешественники остановились, дабы сделать заказ. Не успели мы что-либо рассмотреть, как в зале наметилось какое-то движение. Вскоре мы осознали, что там завязалась самая настоящая драка. - Пошли отсюда, - сказал я. Друзья еле-еле успели. На наших глазах один из дерущихся схватил другого за шкирку и буквально выбросил из кафе. Мы выскочили оттуда на секунду раньше. - Вот так захочешь сэкономить, - многозначительно заметил Паумен, - и попадешь в какую-нибудь историю. Спустя пять минут мы увидели кафе-клуб "Друзья" (не нашел в инете, хотя он просто обязан там быть). Даю наводку: по дальней от Волги стороне улицы, не доходя сто метров до Речного вокзала. - Рискнем? - спросил я. В этом кафе, на удивление, никто не дрался. Оно было оригинально оформлено: вместо обоев все стены заклеили газетами "Метро" и "Лос-Анджелес Таймс" на английском языке. Идея неплохая, но я, как эстет и наблюдатель, заметил изъян. - Если хотите стать "иконой стиля", - заявил я, - надо клеить только уникальные неповторяющиеся номера. Мы заказали два оливье, два грибных супа и порцию блинчиков. Плюс чайник "Улуна". И принялись ждать. Посетителей, кроме нас, не было: на Рождественской шел ремонт, транспорт отсутствовал. Даже пешеходам пройти сюда было сложно. В кафе звучала странная музыка: сначала "латино", потом что-то в духе Луи Армстронга, а затем и вовсе какофония. - У меня скоро голова заболит от этих звуков, - пожаловался я. - Это джаз, - пояснил Паумен. - Специальная клубная музыка без мелодии. Чтобы ты сидел и нормально общался. - Я бы ушел из такого клуба, - заявил я. - Горький говорил, что джаз - музыка толстых, имея в виду богатых, - сообщил Паумен. - Хотя сейчас доказано, что большинство толстых - бедные, которые не могут себе позволить правильно питаться. - А ты знаешь, что Нижний стал Горьким еще при жизни Пешкова? - спросил я. - Он умер в 1936, а переименовали в 1932. С тех пор в столовых бывшего Нижнего все блюда стали более горькими. Дошло до того, что в город специально поселили академика Сахарова! - Не городи чушь! - перебил Паумен. - Таков мой стиль письма, - заспорил я. - Игра слов, пусть и на грани фола! Так мы беседовали в ожидании заказа. Наконец, девушка принесла два оливье по 150 рублей. - Ничего особенного! - заявил я. - А вчера в "Берлоге" салат "Медведь" был, что ли, лучше? - возразил Паумен. - А стоил - как два этих оливье! Вскоре мы управились с салатами. Суп не несли. - В Нижнем часто приходится ждать, - заметил я. - Возможно, мы единственные посетители за день, - ответил Паумен. Наконец, пришла девушка. - Вам понравился салат? - как-то искусственно спросила она. Мне это напомнило Великий Новгород, ресторан "Хорошие люди". - Спасибо, - сдержанно ответили путешественники. И приступили к грибному супу с гренками. Вот он, действительно, был хорош! Из белых грибов и шампиньонов. - Это был суп-пюре, - уточнил мой друг. Напоследок мы съели блинчики. Выпили чайник. И отправились дальше. После продолжительной трапезы Паумен почувствовал себя уставшим. - Может, не смотреть Рождественскую церковь? - предложил я. - Посмотрим обязательно! - возразил мой друг. Мы продолжили путь по перерытой Рождественской. Дошли до Речного вокзала. Мне запомнился памятник перед входом, которые отлично снял Паумен два года назад. Я назвал этот кадр "Моряки штурмуют Речной вокзал". Погода стояла странная. Днем было тепло. Но после обеда небо заволокло такими мрачными тучами, что мы начали опасаться дождя. Впереди открылась Рождественская церковь. - Строгановы - богатые люди России в 18-19 веках, - вспомнил я путеводитель. - Они занимались добычей и продажей соли: а Нижний стоял на пересечении торговых путей. В те времена соль была таким же важным сырьем, как в 21-ом веке нефть или газ. Заодно Строгановы и несколько "своих" церквей "настрогали". Мы дошли до одной из них. - Впечатляет, - сказал я. - В Питере подобных нет. - Не забудь написать об этом! - велел мой друг. - Куда теперь? - спросил я, налюбовавшись детищем Строгановых. - Наверх, - ответил Паумен. И друзья совершили Великое Нижнее восхождение. Пусть не по лестнице Чкалова, но ступенек было много! По мере продвижения открывались новые смотровые площадки. С них можно было любоваться красивыми панорамами. Во-первых, мы со многих ракурсов засняли Рождественскую церковь. Во-вторых, Стрелку с собором Александра Невского и Канавинский мост. Город лежал перед нами как на ладони. - Самое красивое в Нижнем - панорамы сверху! - сформулировал я. В итоге, путешественники добрались до оврага, через который был переброшен величественный мост. Подобную конструкцию мы видели и ранее (очевидно, через другой овраг), когда шли по улице Рождественской. Совершив запоминающийся подъем, мы покинули набережную. Вскоре очутились на улице Гоголя. Достали карту Нижнего и определили местоположение. С Гоголя свернули на Нижегородскую и, пройдя квартал, вышли на улицу Ильинскую. Практически уперлись в еще одну церковь, которая называлась Вознесения. Вообще, в Нижнем - огромное количество церквей. Не удивлюсь, если их больше, чем в Питере. Не то, чтобы запомнить все названия, а даже все осмотреть - нет возможности. По улице Ильинской ходили трамваи. Мы хотели подкинуться до площади Лядова, но, как назло, трамвая не было. - Я как-то раз выбрался сюда вечером, - вспомнил Паумен поездку 2010 года. - Даже дошел до церкви. Но здесь не горело ни одного фонаря. Темнота, хоть глаз выколи, на одной из центральных улиц города! Не дождавшись трамвая, мы по Университетскому переулку устремились на Покровку. Видели душещипательную картину на стене, изображавшую двух медведей. - Без комментариев! - пробурчал я. - Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, - подтвердил мой товарищ. Пересекли еще один мост через овраг. - Вспомнил, что мне это напоминает! - воскликнул я. - Калугу! Вышли на Покровку. Там всё было по-прежнему. Народ гулял. Фигурки-скульптуры стояли. Мы вновь направились вверх по Покровке. Я заснял Паумена на фоне велосипедиста-почтальона. Затем запечатлел важный барельеф "В.И.Ленину и Нижегородским марксистам 1893, 1894, 1900". Очевидно, в эти годы Ульянов приезжал в Нижний. Но в 1893-1894 ему было всего 23-24 года. Вряд ли кто-нибудь в то время стал его слушать. Мой товарищ пожелал сфотографироваться и на фоне барельефа. "Паумен объясняет Нижегородским марксистам, что полнота жизни не исчерпывается учением Маркса!" - придумал я название кадру. Затем друзья отправились в знакомое кафе "Фламбе". - Пристрастились к имбирю, - пояснил Паумен. Увы, и на этот раз имбирь был представлен только в форме "латте". - "Латте" означает смесь, но переводится как "кофе с молоком", - пояснил мой друг. - Имбирь, сливки и сахароза. - Все равно очень вкусно, - заверил я. Заодно мой товарищ заказал десерт, а я не стал. Почему? Вчера в "Пятерочке" мы купили глазированных сырков. А сегодня с утра Паумен отказался их есть, заявив, что они - просроченные. Теперь все десять сырков должен съесть я. Так что не до десерта! А мы выпили латте. В этот раз понравилось даже больше! И направились домой. Другого пути, кроме как по улице Костина, не нашли. Пришлось вновь "пилить по Костяну"... Во время прогулки по обзорным площадкам мы видели много трафаретных надписей. Из них выделялась "Круто, когда не жалко 30 коп за минуту". Мы так и не поняли, о какой услуге шла речь, но "трафаретка" заняла первое место по популярности. Еще варианты: "Не гоняйся за счастьем, оно всегда находится в тебе самом", "Чтобы поверить в добро, надо начать его делать" (мой вариант: "...надо начать творить зло"), "Мы видим лишь то, во что верим, и не верим в то, что видим" (это утверждение кажется мне заумным и спорным). Около моста через очередной овраг (Университетский переулок) было начертано: "Алкоголь удел слабых" и "Русский значит трезвый". - Мир - значит, война, - прокомментировал я. - Любовь - значит, ненависть. - Алкоголь удел русских, - продолжил Паумен. - Слабый - значит, трезвый. Мне вспомнились трафареты в Иркутске "Русский? Куришь?" и самодельные плакаты во Владимире против пьянства. - Та же социальная реклама, - заключил я. - Пусть непроплаченная государством, но все равно не работает. "Все мы погрязли в болоте, но некоторые из нас смотрят на звезды". - Этот лозунг нам более всего по душе! - постановили путешественники... Когда подходили к остановке, впереди показалась 46-я маршрутка. - Бежим! - воскликнул я. Взмыленные, мы ввалились в "Пазон". Свободных мест, разумеется, не было. Но они появились, когда автобус миновал улицу Белинского. Попутно выяснилось, что местные жители называют ее "Белинькой". - Вряд ли бы это понравилось Виссариону Григорьевичу, - заметил Паумен. - Иосиф Виссарионович вообще за такое бы просто расстрелял! - усилил я. В начале восьмого мы подходили к гостинице: прошлялись по городу около четырех часов и сильно устали. Возле "Месяцев" были припаркованы три иномарки. Рядом стояли вполне конкретные пацаны. Мы прошли мимо и поднялись в номер. - Вот кто шумел, - догадался я. - Бандиты, - заявил Паумен. - Забили стрелку, сейчас поедут делить территорию. - Может, это просто встреча одноклассников? - предположил я. Забегая вперед, скажу, что "одноклассники" и эту ночь провели шумно. То ли у нас тут сходка братков, то ли просто не повезло. Зато удача улыбнулась в другом: по плазменной панели можно не только смотреть "Animal Planet", но и avi-файлы! Мы взяли с собой последние серии "Декстера", ибо с 1 октября стартует шестой сезона этого увлекательного сериала. - Куда ставить нетбук? - стал размышлять я. И тут мне пришло в голову задействовать продвинутый телик. Я скачал фильм на флешку, воткнул в USB-разъем панели и... "Декстер" пошел на большом экране! Больше всех радовался Белячок. Мы замечательно посмотрели первую серию, а затем я уткнулся в футбол "Малага" - "Зенит". Первый тур Лиги Чемпионов. "Зенит", в красивом и атакующем стиле, проиграл "Малаге" со счетом 3-0! Могли пропустить и все пять. Это событие сказалось на мне деморализующе. К тому же, под вечер снова разболелась спина, а бандиты устроили очередные разборки. - Что-то не складывается Нижегородское путешествие, - пробурчал я перед сном. - Долой упаднические мысли! - возмутился Паумен. Но, переживая за любимую команду, я не внял голосу разума, да так и заснул в дурном расположении духа... Зато сейчас, проснувшись, сделав зарядку и описав предыдущий день, прихожу к выводу, что мой товарищ, по обыкновению, был прав. Да здравствуют новые путешествия! Нет - хандре и плохому настроению!

## 3. День третий: Зоопарк "Лимпопо", 19 сентября, среда


Я встал по будильнику в восемь. Разбудил Паумена в начале первого. Мы позавтракали, и я спустился на ресепшен. - Можно заказать такси на два? - обратился я к админу. - Нет, - ответила девушка. - Они принимают заказы минут за двадцать-тридцать до отправления. - Тогда закажите нам минут за двадцать, - попросил я. - Мы спустимся без пяти два. - А вам узнать стоимость? - Узнайте... Девушка набрала номер, но никто не брал трубку. Я принялся рассматривать себя в зеркало. Затем изучил стойку админа, кулер, рисунки старинной крепости на стенах. Увы, ни одно из нижегородских такси принимать заказ не желало. - Не буду стоять у вас над душой, - произнес я, и, недоумевая, вернулся в номер. - Когда я жил в Нижнем, такси работало нормально, - вспомнил Паумен. - Я заказывал и заранее. В этот момент в дверь постучали. На пороге стояла админ. - До зоопарка стоит четыреста рублей, - сообщила она. - Будете брать? Или на автобусе поедете? - Будем, - заверил я. В последнем вопросе девушки мне послышалась надежда. Около двух мы спустились. - Они задержатся на десять минут, - сказала админ. Друзья переглянулись и отправились на улицу. Гулять. - Если говорят, что задерживаются на десять минут, - сказал я, - то точно опоздают минут на двадцать. - Ну не на общественном же транспорте ехать, - отозвался Паумен. - Тогда точно не доберемся. "Лимпопо" находился на другом конце города, в Заречье. Парк "Сормово". Сормово - огромный район НН, где основным предприятием является судостроительная фабрика "Красное Сормово". - Следовательно, и парк красного цвета? - спросит логически мыслящий читатель. - Всё сложно, - отвечу я. Путешественники сфотографировали гостиницу. Я даже обошел ее со всех сторон. Пришел к выводу, что номеров с балконами не так уж и много. Перед гостиницей стоял шикарный "Лексус". Значит, бандиты еще не уехали. - Может, А.В. Плотников просто отмывает деньги? - предположил мой друг. - И вся эта гостиница - ширма и прикрытие? - Я не слишком хорошо разбираюсь в отмывании денег, - ответил я, - но, по-моему, для этих целей куда проще построить магазин. Часы показывали 14:20. Я еще раз сходил к админу. Она позвонила в службу такси. - Едут! - радостно сообщила девушка. - Белая машина. Номер 821. Такси прибыло ровно в 14:28. Мы сели и, без лишних слов, отправились в "Лимпопо". Шофер сначала поехал по Родионова, и я решил, что нам предстоит обычный путь через Канавинский мост. Но не тут-то было. Вскоре водитель развернулся и помчал в обратном направлении. "Может, зоопарк перепутал?" - забеспокоился я. [Кроме "Лимпопо", есть еще и "Мишутка".] Тем временем, шофер свернул на улицу Деловую. Она соответствовала названию: открылись малоинтересные промышленные районы. Деловая плавно перешла в Высоковский проезд. По улице Полтавской мы выехали на Генкина. И вот на этой самой Генкина (даже не знаю: мужчина это или женщина) наша машина встала в пробку. - Весь город стоит, - подал голос шофер. - По радио сообщили, что стоит "Белинка". (Оказывается, здесь все так называют улицу Белинского: и прохожие, и таксисты, и даже дикторы НН-радио). - Сейчас же не "час пик", - заметил я. - У нас это неважно, - грустно ответил водитель. - Машин много. Улиц мало. Я ведь еду самым свободным путем. Специально на Белинку не свернул, но и здесь пробка. Мы пробирались к площади Лядова. С каждым новым перекрестком движение замедлялось, так как с соседних улиц в нашу вливались новые автомобили. Генкина перешла в Тимирязева. Мы, со скоростью пешехода-инвалида, двигались вперед. - Наглядный пример, как остро город нуждается в метро, - произнес Паумен. - В ближайшее время его не построят, - ответил я. - А тут открывают новый торговый центр. - Шофер кивнул на шикарное здание. - Когда откроют, вообще будет не проехать. Типичная проблема многих городов: в центре всё строят и строят, но узкие улицы приводят к транспортному коллапсу. А такие расстояния, что пешком не доберешься. Выход вижу лишь в строительстве разветвленного метро. Наконец, мы выехали на Лядова. Я впервые увидел площадь. Не нашел в ней ничего примечательного, разве что - огромное недостроенное здание и начало проспекта Гагарина. Там, в гостинице "Ока", проживал мой товарищ. А водитель рванул по Окскому съезду. Он и впрямь выдающийся. Серпантин вниз, перепад высот - не меньше сотни метров. Открылся красивый вид на реку. Мы пересекли Оку по Молитовскому мосту. Пошли новые районы. Ни одной церкви, зато много площадей, проспектов и транспортных развязок. На въезде в Заречье увидели большой магазин "Карусель". Дальше было не очень интересно, но долго. Комсомольское шоссе, которое шофер назвал "Комсомолкой", оказалось почти не забито: лишь пару раз постояли по несколько минут. Далее - проспект Героев, Просвещенская улица (в Питере есть проспект Просвещения или "Просвет") и конечный пункт программы: улица Ярошенко. Водитель остановился у входа в зоопарк. Я протянул ему 400 рублей и собрался выходить. - Подождите! - воскликнул шофер. - С вас 690 рублей! - Это нам девушка из гостиницы сказала, - стал извиняться я. - У меня всё по счетчику, - начал объяснять водитель. Я еще раз извинился и отдал семьсот рублей. На этом мы и расстались. - Я и чувствовал, что это стоит дороже, - сказал Паумен. - Мне тоже так казалось, - ответил я. - Но ведь админ сказала! - Админ - тормоз. - Паумен сделал правильный вывод. - Таким ничего доверить нельзя. А мы очутились в "Лимпопо". Так долго добирались, что он стал нам казаться расположенным на краю света. - Надо хорошенько его осмотреть, - заявил я. - Дорога сюда заняла полдня. Путешественники дошли до касс. Оказалось, здесь две площадки. Взрослый билет на обе стоил двести рублей. Друзья заплатили и прошли на площадку N1. - Здесь одни птицы! - расстроился я. - А где же медведи? Тут стоит сказать пару слов, почему мы вообще выбрались в зоопарк. Во-первых, нам нравится смотреть на животных. Во-вторых, в 2010 году мы посетили Ярославский зоопарк, и испытали массу положительных эмоций. Там самым запоминающимся оказался вольер с бурыми медведями. Поэтому я и хотел, в первую очередь, свидания с косолапыми. - Осмотрим всё! - успокоил меня Паумен. - Птицы тоже хотят быть увиденными! Но на первой площадке оказались не только птицы. Сначала друзья обнаружили сурка, который никак не мог увидеть свою тень. Заметив нас, он спрятался в своем жилище. Затем мы долго разглядывали пуму и леопарда. Встретился нам и загадочный зверь, похожий на очень крупного пуделя, под названием "альпака". Не обошли мы вниманием и горного козла, а также белую лисицу, верблюда и прочих животных. В зоопарке, рядом с вольерами, стояли симпатичные скамейки. На каждой был изображен какой-нибудь зверь. Из репродукторов звучали песенки моего детства. Например, с пластинки "Ухти-Тухти", а именно: "Ухти-Тухти, Ухти-Тухти, я лесная прачка". - Может, для зоопарка такие мелодии и подходят, - заявил я. В этот момент раздались аккорды песни из кинофильма "Три мушкетера". - Просто кто-то ностальгирует по восьмидесятым, - объяснил Паумен. Друзья отправились дальше. Я не буду подробно описывать наши встречи с разнообразными обитателями вольеров. Скажу лишь, что все удачные кадры я разместил в отдельном файле "Нижегородский зоопарк" с подробными комментариями. Подходя почти к каждому вольеру, я заявлял: - Здравствуйте! Я - медведь Гризли! А вас как зовут? Как поживаете? Почему-то никто из зверей не откликался на мое обращение. Оно заинтересовало только верблюжонка, который высунул голову из вольера и долго на меня смотрел. Встретились нам рыжая лиса; многочисленные "птичные" (так мы называем птиц, это наш сленг) - курицы, ворон, сова; копытные - овцебыки, верблюды; а также, вне классификации, барсук и рысь. Последнюю я даже не стал фотографировать: она мне показалась какой-то больной; уж слишком медленно передвигалась по вольеру. - Хотя рысь - очень опасное и хищное животное, - заметил Паумен. Посетителей было мало. Нам никто не мешал. Осмотрев первую площадку, мы перешли ко второй. Заодно в кассе купили магнит с тигром на снегу. Вторая часть зоопарка оказалась более презентабельной. Территорию оформили красивыми башенками. - Как в Ярославле, - вспомнил я. Мы вошли. Изучили схему. Сходили в туалет: на обоих площадках они бесплатные, что похвально. Узнали, что зоопарк открыли в 2003 году. - Все новые зоопарки сделаны с умом, - заявил Паумен. - Просторные вольеры. Много зелени. - А в Питере до сих пор не могут нормальный зоопарк сделать, - пожаловался я. "Позор Питеру!" - заключили путешественники. Сначала слегка взглянули на обезьян. А затем... наткнулись на косолапых! Но вольер в Нижнем здорово проигрывал Ярославскому. Во-первых, в Ярославле медведей ограждало стекло: лучше видно и снимать проще. А тут сначала была натянута сетка, а за ней - решетка с толстыми прутьями. Во-вторых, территория была меньше раз в пять. Медведей два: мишка спал без задних ног в удалении, а самка бродила по вольеру и один раз даже подошла к нам относительно близко. Но все равно хороших кадров не получилось. Друзья двинулись дальше. Обнаружили клетку с тиграми. У них был самый лучший вольер во всем зоопарке: три больших территории, соединенных между собой. В средней находился бассейн. - Ярославский зоопарк, все же, получше, - заключил я. - Но и в Нижнем неплохой! - добавил Паумен. Тигрица спала, а тигр лениво возился с огромным куском мяса. Было заметно, что он сыт, и скорее играет с пищей, чем пытается ее съесть. Путешественники прошли мимо забавных надписей с фотографиями зверей. Тут же отмечу, что, наряду с красивыми животными "на скамейках", территорию "украшали" и откровенные уроды. Особенно досталось медведям. Однако на первом месте оказался Крокодил Гена. Вы только взгляните: чей извращенный ум сумел породить такое убожество?! А мы отправились на вторую половину площадки. - "Канадские волки", - прочел я. За стеклом, в удалении, спали два крупных волка. - Я - медведь Гризли, - начал я свое обычное представление. - Вы же должны меня знать! И тут волк словно услышал меня. Он поднялся с места и подошел к нам. Это было похоже на чудо. Волк медленно лег рядом со стеклом, и я его несколько раз сфотографировал. В следующем вольере находились "волки обыкновенные", семейная парочка. Они только что растерзали кролика и теперь отдыхали. Когда мы подходили к волчице, она лежала почти неподвижно. Идеальная поза для съемки. Мы приблизились. Я начал ее фотографировать. И тут волчица завыла! Я слышал волчий вой в живой природе: он производит сильное впечатление. Не душераздирающее, а словно внутри всё сжимается в комок. А теперь мы это еще и увидели. Через некоторое время волк подхватил вой своей подруги. Это было очень волнительно и необычно. Мы решили, что волки признали в нас своих и жалуются на судьбу. Мол, здесь хоть и пищи навалом, и охотиться не надо, но и побегать нельзя, тесно, поэтому - ужасно тоскливо. Мы простояли у клетки с волками минут пятнадцать. Это стало кульминацией посещения зоопарка. - Важно, что было мало народу, - сказал потом Паумен. - Можно фотографировать и смотреть на зверей. А летом или в выходной день у каждого вольера стояла бы толпа. После полноценного общения с волками мы еще взглянули на ягуара. - Чем он отличается от черной пантеры? - спросил я, вспомнив Багиру из "Маугли". - Пантера - леопард, только черный, - объяснил Паумен. - Ягуар - совершенно другой вид. Он крупнее. - И еще есть такая марка машины, - добавил я. Затем путешественники вернулись к медведям и тиграм. Еще пофотографировали. Но волков никто не затмил. - Не такая уж и большая территория, - сказал я напоследок. - В Ярославле больше, - согласился Паумен. - Оцениваем зоопарк на четыре с плюсом, - заключил я. Переполненные впечатлениями, друзья поспешили на выход. Надо было еще добраться до гостиницы. На этот раз - общественным транспортом. На выходе из зоопарка спросили дорогу у мужчины. Ответ оказался на редкость грамотным: - Дойдете до трамвая. Перейдете пути. И доедете до станции метро "Буревестник". Мы отправились по улице Ярошенко. - Если здесь жить, да еще и работать на этой стороне, - стал рассуждать Паумен, - то почти никогда на правом берегу Оки не побываешь. Все красоты Нижнего не увидишь, но и в пробках не будешь стоять. Когда мы подходили к трамвайным путям, я различил характерное дребезжание. - Трамвай! - воскликнул Паумен. Мы припустили бегом и успели на шестерку. Проезд стоил 16 рублей. - А скоро метро? - спросил я кондуктора. - Нет, - ответила женщина. "Значит, часа два-три ехать", - решили путешественники. Трамвай шел уникальным маршрутом, рядом с домами. - Где-то мы видели что-то подобное, - вспомнил я. - В Туле, - подсказал Паумен. Есть что-то магическое в подобных трамвайных линиях! В Питере трамвай почти всегда идет посередине улицы, а здесь для них - отдельные пути. - Поэтому не бывает пробок! - объяснил мой друг. Шестерка последовательно миновала улицы Вождей Революции, Базарную, Ефремова и выехала на широкую Коминтерна. Пассажиров было немного, хотя уже наступил час пик. Мой мобильник показывал половину шестого. Проехав еще остановку по Коминтерна, мы высадились возле "Буревестника". Напротив станции метро находилась проходная завода. Если верить интернету, его полное название - ОАО "Центральный научно-исследовательский институт "Буревестник". Слава богу, из проходной народ не валил. - Или все уже вышли, или позже, - заключил я. Друзья спустились в метро. О нем я читал на форуме: "Метрополитен открылся в 1985 году - третьим в России, десятым в Союзе. Несмотря на внушительный для провинции размер (13 станций, 15 километров), выглядит довольно убого. Во-первых, скучнейшая советская архитектура, на большинстве станций глазу просто не за что зацепиться. Во-вторых, пустота - вполне можно оказаться единственным пассажиром в поезде! Метрополитен, по сути, не достроен, вся его линия проходит за Окой. Кстати, линий тут на самом деле две - просто поезд проходит их как одну, отсюда и две платформы на "Московской", которая служит конечной обеим. Но есть и повод для оптимизма: уже построен метромост, а открытие двух станций в центре города увеличит пассажиропоток минимум вдвое. Немного мрачный. Станции невзрачные. Жители ворчат, что неудобный. Отрада для глаз - станция "Московская", под площадью Революции. Высокие потолки, колонны. Система переходов этой станции очень запутана. Жетоны - с отверстием посередине". И действительно, мы словно попали в питерское метро 30-летней давности. Кстати, проезд тоже стоил 16 рублей. Старые турникеты. У нас их уже давно сменили. Старые поезда. У нас уже совсем другие вагоны. - Словно на двадцать минут перенесся в восьмидесятые годы, - признался я. По местным меркам, мы ждали недолго: поезд пришел через пять минут. Метро неглубокое - спускаешься чуть-чуть по лестнице - и вот уже платформа. Станция "Буревестник" - конечная, так что мы без проблем заняли сидячие места. Метро - огромная проблема и надежда Нижнего Новгорода. Его открыли в самом начале перестройки, с далеко идущими планами. Но с тех пор не сделали ни одной новой станции. Паумен был здесь два года назад. Метро строили. К 2012 году ситуация не изменилась. Всё обещают открыть станцию "Горьковская" на другой стороне Оки. Этого события с нетерпением ожидают горожане и гости Нижнего. Судя по схеме, должны сделать метро и возле Ярмарки. Но когда? А пока транспортные проблемы мучают город. - Им надо выйти на демонстрацию! - возмутился Паумен. - Выбрать такую власть, которая потребовала бы от Центра денег на метро. - А Путин им ответит: "Мне на Питер и Москву не хватает", - ответил я. - Значит, надо громче требовать! - не унимался мой друг. Не буду сейчас лезть в интернет, дабы изучить перспективы метростроя [4 ноября 2012 года открыли "Горьковскую"]. Скажу лишь, что на настоящий момент крайне трудно передвигаться по городу. Нижний, особенно правый берег Оки, представляет из себя перманентную пробку. А путешественники без проблем добрались до Московской. Вышли у Московского вокзала. Открылся новый район. Сил идти до Ярмарки уже не осталось, и мы решили возвращаться на правый берег. Прошлись вдоль огромных магазинов, пересекли площадь Революции. Я, наконец, сообразил, что огромная конструкция над нами - метромост. Два года назад он тоже строился, но теперь по нему, по крайней мере, едут машины. Правда, пропускная способность моста - незначительная. А на нашей карте 2006 года он и вовсе не отмечен. Друзья перешли какую-то улицу, и... повезло! В маршрутке, идущей на другой берег Оки, мы заняли два последних сидячих места! Автобус еще несколько минут постоял, собирая пассажиров. А затем, по Советской, медленно двинулся на Канавинский мост. Мы повторили маршрут первого дня. Взглянули из окна на здания Ярмарки. Пришли к выводу, что съездить сюда уже не успеем. За мостом маршрутка свернула не налево (как такси, устремившееся по Нижневолжской набережной), а направо. По Похвалинскому съезду на улицу Маслякова. Друзья наблюдали крутые склоны с аккуратно скошенной травой. - Как им удалось? - спросил я. - Триммерами, - ответил Паумен. - Или газонокосилкой с вертикальным взлетом. Косить эти почти отвесные склоны - нелегкая задача. Очевидно, с ней справляются специально обученные скалолазы-газонокосильщики. Путешественники высадились на площади Максима Горького. У начала Покровки. И устремились на любимую улицу. Уже основательно хотелось есть, но Паумен желал посетить магазин "Планета Секонд Хенда". Я же, с фотоаппаратом наперевес, отправился за новыми кадрами. В течение получаса снимал красивейшую улицу. Особое внимание уделил зданию Государственного банка, фигуркам, а также знаменитым Покровским Фонарям, которые смотрятся просто сказочно. Сначала еще светило призрачное солнце, но быстро скрылось, и я снимал в обычном для этого путешествия пасмурном режиме. Затем вернулся к Паумену. Мой товарищ всерьез проголодался. - Пошли на Покровского, дом 22! - предложил я. - А что там? - Новое кафе открылось. Вчера мне рекламу девушка дала. - Если не найдем что-нибудь поближе, - ответил мой друг. Но ближе ничего не нашлось. Вообще-то, на Покровке много кафе. Некоторые напоминают столовки. Одна так и называется "Хитовая столовая". Но если Паумен замечал раздачу с подносами, он тут же покидал заведение. Мы зашли еще в одно кафе. Всё выглядело прилично, но огорчила фраза: "Извините, туалет закрыт". - Как можно обслуживать в таких условиях? - возмутился Паумен. - Здесь даже руки не вымыть! В итоге, мы дошли до Покровской, дом 22. Кафе-бар назывался "Pokrovka'22". "Ориентируются на иностранцев? - задумались путешественники. - Или банальное низкопоклонничество перед Западом?" В кафе проводилась акция, нам совершенно неинтересная, "Каждая третья порция виски - бесплатно!" - Мне дайте сразу третью, - попросил я. - А первые две не надо. Голодные друзья присели за столик. Нам принесли меню. Путешественники быстро выбрали - два оливье, две солянки, штрудель (пирог с яблоками, десерт), чизкейк (типа пирожного) и чай. Но вот беда: никто не принимал заказ! - Мы в "Друзьях" ели час, - заметил я. - А там официантку ждать не пришлось. - Я больше никуда не пойду, - заявил Паумен. - Устал и голоден. Наконец, к нам подошел какой-то парень, а девушка, обслуживающая соседний столик, скрылась в неизвестном направлении. Юноша принял заказ. Еще мы попросили два стакана яблочного сока. Молодой человек принес сок. Мы стали пить, дожидаясь полноценной еды. - Нравится мне Покровка, - заявил я. - Пешеходная улица очень украшает город. Надо бы и в Питере что-то подобное сделать. У нас ведь есть... - Малая Садовая, - подсказал Паумен. - Но она совсем короткая. Там еще шар в виде фонтана. - Надо бы сделать пешеходной более солидную улицу, - продолжил я. - Например, Садовую. - Был проект насчет Загородного проспекта, - вспомнил Паумен. - Но лучше всего на эту роль подошел бы Невский! - Это было бы здорово! - одобрил я. - Ведь и Большая Покровская раньше была обыкновенной улицей. По ней даже трамваи ходили. - И по Невскому когда-то ходили, - сказал Паумен. - Надо только покрыть мостовую качественной красивой плиткой и сделать три ряда фонарей - один посередине. - От Московского вокзала до Адмиралтейства, - добавил я. - Это будет самая красивая пешеходная улица в мире! Правда, будут сильно возражать автомобилисты, угрожая городу транспортным коллапсом. Но мы бы с Пауменом обязательно сделали Невский пешеходной зоной. Вот увидите, лет через двадцать так и будет! Тут принесли оливье. А сразу после этого - солянку. И салат, и суп оказались вкусными. Лучше, чем в "Друзьях". В этом смысле, "Покровку 22" можно рекомендовать. Так как кафе - новое, возможно, мой отзыв - первый в интернете. Там неплохой интерьер, светомузыка - зеленые и красные огоньки скользят по полу, стенам и потолку. Единственный недостаток - дорогой чай: чайник стоит 115 рублей, а его хватает только на две чашки. - Надеюсь, они учтут наши замечания, - сказал Паумен. В "Покровке 22" мы оставили внушительную сумму - 1400 рублей. - Но и заказали больше, чем в других местах, - объяснил мой товарищ. Настало время уходить. - Не хочу опять идти на Белинку! - категорично заявил я. - А я желаю еще где-нибудь попить кофе, - добавил Паумен. Друзья решили прокатиться на трамвае по улице Октябрьской до Сенной площади. Там зайти в магазин, а заодно - заскочить в кафе. Встали на остановке. Увы, трамвай не желал приходить. В его ожидании мы слонялись взад-вперед, пересекая Покровку. Видели очень крутой джип белого цвета, припаркованный в неположенном месте. На лобовое стекло кто-то приклеил огромный круглый стикер "Мне на всех плевать. Паркуюсь, где захочу". Я видел сюжеты по телику, как такие надписи вешают на тачки, и последующие конфликты между водителями и расклейщиками. Наконец, подошел трамвай. Мы сели. Я пошел платить. - Вы до Черного пруда? - спросила кондуктор. - Нет, до Сенной площади, - ответил я. - Тогда вы сели не на тот трамвай. Вам нужна двойка, - объяснила благородная кондукторша и денег не взяла. - В Питере бы точно содрали, - заметил мудрый Паумен. Мы вышли на углу Пискунова и Ошарской. 21-й трамвай с кристально честной кондукторшей свернул налево. Путешественники остались ждать двойку. Она никак не подходила. Уже давно стемнело. Задул ветер. Несчастные прохожие ждали трамвая. Мы же плюнули и пошли пешком. Вскоре добрались до улицы Варварской. А затем оказались на площади Минина и Пожарского. По пути зашли в небольшой торговый центр: купили два йогурта и шоколадку. - Видимо, кофе попить не удастся, - решил Паумен. И тут друзья увидели кафе "Шоколадница". Оно работало до 24 часов. Путешественники удобно устроились за столиком и заказали: два капучино, пирожное-картошку и десерт с клубникой. Когда мы управились с едой, то поняли, что объелись. - Но очень вкусно! - добавил Паумен. Принесли счет. - И дорого! - признал мой товарищ. Мы посидели на 650 рублей, хотя почти ничего не съели. Именно поэтому посетителей в "Шоколаднице" было немного. За нами в кафе зашла компания: три женщины и мужчина. Они сели за столик, взяли меню, почитали... и вышли из заведения. "Шоколадница", действительно, бьет по карману. И у нас этот день вышел самым затратным. Но нужно было еще добраться до гостиницы. Друзья с трудом нашли остановку. Как мне объяснила женщина, нам подходят автобусы 45 и 90. Рядом находилась остановка троллейбусов. Путешественники знали, что до нас идет "тролль" номер один. Но, видимо, он ходит чрезвычайно редко: за три дня мы его ни разу не видели. - Транспорт в Нижнем - проблема номер один, - сказал Паумен. - А также два, три и четыре, - добавил я. Не знаю, сколько именно мы бы прождали нужного "басыча", но, на наше счастье, подошла двойка-маршрутка. Мы сели в забитый салон, и автобус помчал по Нижневолжской набережной. Затем свернул в районе Казанского съезда. Так, в стоячем положении, мы доехали до нашей остановки. Народу в салоне меньше не стало. Эти маршрутки неудобны тем, что верхние окна у них всегда закрыты какой-то тканью. Когда стоишь (а возможности сесть нет), то не понимаешь, где и куда едешь. В темноте добрались до гостиницы. Взяли ключи у админа. Не стали ей говорить, что спутать 400 и 690 рублей - весьма сложно. Настолько наелись, что в номере просто попили чаю. Посмотрели серию Декстера на большом экране. После этого Паумен засел за компьютер, а я посмотрел футбол "Барселона-Спартак". Спартачи, по ходу встречи выигрывая 2-1, умудрились проиграть 2-3. Меня это не сильно расстроило. Куда хуже был вчерашний проигрыш "Зенита"! Легли в первом часу. На этот раз в гостинице было на удивление тихо. Видимо, бандиты куда-то уехали. К сожалению, остался практически один день в Нижнем. Постараемся провести его достойно!

## 4. День четвертый: Лестница Чкалова, 20 сентября, четверг


Утро прошло, как обычно. Я встал в восемь, сделал зарядку, а затем писал. Паумен проснулся в 12:30. В гостинице "12 месяцев" воцарились мир и спокойствие. Даже строители напротив угомонились: почти не стучат и не включают свою шумную технику. А еще сегодня выглянуло солнышко! И, согласно интернету, будет светить целый день. В 13:45 мы вышли из номера. - Уберите у нас мусор, пожалуйста, - сказал я админу. - И туалетная бумага закончилась, - добавил Паумен. На ресепшен нас заверили, что всё будет сделано. - К сожалению, приходится напоминать, - констатировал я. - Но, в целом, у меня нет нареканий. На этот раз друзья решили не идти на знакомую остановку, а повернули налево. Этот путь оказался более приятным, так как под горку. - Но назад лучше выходить на улице Родионова, - заметил мой друг. - Так называется наша остановка, если ты еще не запомнил. Иначе придется забираться вверх. Мы дошли до остановки. На удивление быстро подъехала маршрутка двойка. И путешественники рванули в город за новыми приключениями! Но не всё обстояло так гладко, как хотелось бы. Только мы проехали автостанцию "Сенная", как впереди образовалась пробка. Автобус прочно застрял. Сначала он минут пять постоял на одном месте, а затем стал медленно продвигаться вперед. Светило солнце. В салоне было жарко. Потек пот. Автобус уныло плелся в потоке машин. - Выйдем? - предложил Паумен. - До центра еще далеко! - возразил я. - Дойдем быстрее! - упорствовал мой друг. Тогда я попросил водителя открыть двери. - До Лестницы-то мы дойдем, - объяснил я уже на улице. - А вот на восхождение сил не останется. - Посмотрим, - отозвался Паумен. Сегодня я решил осуществить свою мечту: спуститься и подняться по лестнице Чкалова! Спуститься - ерунда, а вот пройти вверх все 560 ступенек! Я, читая несколько отзывов о Нижнем, заметил одну похожую деталь. Почти все туристы пишут: "Дошли до лестницы Чкалова. Посмотрели вниз и отправились на Покровку". А я хотел именно спуститься! И не только спуститься, но и затем подняться! Путешественники в бодром темпе дошли до Сенной площади. За ней пробка закончилась. Когда мы сворачивали на улицу Минина, нас эффектно обогнала двойка. Дальнейший путь был совершенно свободен, но все маршрутки уже ушли. Друзья встали на ближайшей остановке по Минина. - Надо ждать, - сказал я. - Здесь такие расстояния, что не погуляешь. Тут, на наше счастье, подошла совершенно пустая маршрутка. По-моему, номер 98. Очевидно, здесь у нее было кольцо. Путешественники сели и, без всяких проблем, доехали практически до лестницы Чкалова. - А ты боялся! - устыдил меня Паумен. Мы подошли к памятнику. Внизу открылись широчайшие перспективы. - А что ты знаешь о Чкалове? - спросил я. - Он пролетел под мостом, - сообщил Паумен. - И за его полетом наблюдал Сталин. - Сталин не мог! - возразил я. - Я в фильме видел! - заверил Паумен. - Значит, в фильме наврали, - заявил я. - А что ты еще знаешь о Чкалове? Может, он спасал челюскинцев? - Не уверен, - ответил мой друг. Годы жизни известного летчика: 1904-1938. - Он погиб? - спросил Паумен. - Наверное, разбился, - предположил я. - Разбился Гагарин, - ответил мой товарищ. - Вроде бы, он был пьян. Осознав, что исторические пробелы просто колоссальны - обещаю дома изучить биографию Чкалова и кратко изложить в своих записках. Итак, приступаю. Начну с того, что Чкалов - уроженец Нижегородской области (село Василево, ныне - город Чкаловск). Родился в 1904 году. В 1921 стал летчиком. В 1924 пролетел под Троицким мостом (Кировским) в Питере. Разумеется, самовольно. Имел серьезные проблемы с дисциплиной. В 1925 осужден на год за драку в пьяном виде. Затем срок снизили до шести месяцев. В 1930 стал летчиком-испытателем. Слава пришла к Чкалову летом 1936 года, когда он совершил беспосадочный перелет из Москвы на Дальний Восток. продолжавшийся 56 часов. Протяженность маршрута составила 9375 километров. Нового героя встречал на аэродроме в Москве товарищ Сталин. С тех пор Чкалов стал легендой. Сталин лично предложил Чкалову занять должность Наркома НКВД, но тот отказался. В 1938 году Чкалов погиб при испытании нового самолета. До последнего момента он управлял машиной и сел в удалении от жилых домов. Но при посадке самолет зацепил за провода, а летчик ударился головой об оказавшуюся на месте падения металлическую арматуру. Через два часа Чкалов скончался. Разумеется, поползли слухи. Один из них: Чкалова убили по приказу Сталина за отказ занять высокую должность. После гибели летчика арестовали многих руководителей авиазавода, причастных к организации последнего полета. Подытоживая, Чкалов был истинным героем своего времени. Бесстрашный и своенравный, смелый и драчливый. А памятник Чкалову в Нижнем - самый представительный в мире. Спустя три года после смерти летчика началась Великая Отечественная. В стране, объятой пламенем, появились новые герои: Матросов, Космодемьянская, члены "Молодой гвардии" и панфиловцы. На их фоне светлый образ Чкалова стал меркнуть и забываться. А в 1956 году развенчали Культ Личности. Тут уж и вовсе о летчике, "сталинском любимце", перестали вспоминать. Но я надеюсь, что мои записки воскресят интерес к Чкалову. Ибо это был уникальный, героический человек! А мы стали спускаться. Лестница сначала образовывала восьмерку, а затем шел прямой и длинный спуск. На "восьмерке" оказалось много ос. - Их привлекают брызги от шампанского, - предположил я. - Не так уж здесь много свадеб, - заспорил Паумен. - А ты знаешь, на сколько ос хватит одной бутылки? - спросил я. Лестница, на удивление, была пуста. То ли в сентябре туристы по ней уже не ходят, то ли в будние дни она не пользуется популярностью. Я, конечно, делал по кадру на каждой ступеньке. Внизу открылась величественная Волга. Справа проходила канатная дорога. Мы присмотрелись: она функционировала. - Я же о ней знал! - воскликнул я. - Но решил, что в сентябре она уже не работает! Эх! Надо было ехать на канатку! - Может, хватит убиваться? - спросил Паумен. Но я и вправду расстроился. - Может, еще раз приедем в Нижний? - с надеждой спросил я. - Вряд ли, - ответил мой друг. - Я здесь и так уже два раза был. Остается лишь пожелать будущим туристам обязательно прокатиться по канатной дороге. И на теплоходную экскурсию по Волге попасть. Нам же не повезло: в будни сентября никаких теплоходов по великой русской реке не ходило. За "восьмеркой" простирался длинный спуск. Я насчитал девять пролетов. Столько же было и фонарей с каждой стороны. Мы без проблем спустились и оказались на набережной, возле катера "Герой". Вниз вела лестница. - Эти ступеньки входят в 560? - спросил я. - Входят, - заверил Паумен. - Причем, одна за три. - Ты меня не путай, - запротестовал я. - Иначе собьюсь! - Входят, - успокоил мой товарищ. - Ведь они являются продолжением верхнего архитектурного ансамбля. Друзья вышли на берег Волги. - Грязная, - заметил Паумен. - Нева не чище, - заступился я за Волгу. - Следствие близости большого города, - согласился мой друг. - А летом на противоположном берегу хорошо загорать. - И купаться можно, - заверил я. - Грязь туда не доходит. Мы долго рассматривали бухту, которую образует своим устьем Ока. - В том месте наполовину Волга, наполовину Ока, - произнес Паумен. Наглядевшись на "Окаволгу", на глазах превращающуюся в "Волгооку", мы повернули назад. - Горько! Горько! - раздались пронзительные крики. - В Горьком это было бы уместно, - парировал я. - Но в Нижнем надо кричать: "Низко!", "Низко!" Возле "Героя" проходила еще одна свадьба. Нам пришлось пропустить жениха с невестой, которых снимали платные фотографы. Затем путешественники отправились наверх. Восхождение далось без особого труда. Не торопясь, мы преодолели все девять пролетов. Затем постояли на обзорной площадке. Очередная свадьба решила переплюнуть остальных: гости откуда-то достали длиннющую лестницу, по которой молодожены забрались на борт "Героя". Публика отметила этот факт бурными аплодисментами. - А теперь надо лестницу убрать, - предложил Паумен. - И пусть они проведут там свой медовый месяц. - Станут настоящими героями, - одобрил я. Друзья прошли один круг "восьмерки". Я сфотографировал сухогрузы на Волге. Потом мы сделали еще один круг. - Немного вспотел, - признался я. - Но это оказалось не столь героически. Кроме нас, на восхождение не решился никто, кроме одного нижегородца. Похоже, он ходил так каждый день. Парень шел легко, за шаг поднимаясь на две ступеньки. "Спортсмен", - подумали друзья. Конечно, лестница Чкалова - уникальное сооружение. Наверное, самая известная лестница в России! - Ее бы стоило облагородить, - заметил я. - Сделать скамейки на площадках, да и на длинной лестнице. - Тогда бы и народу здесь гуляло больше, - согласился Паумен. - Есть где посидеть: отдохнуть и полюбоваться волжскими просторами. - Правда, здесь часто дует ветер, - добавил я. - Но сегодня практически штиль. Так что, прошу администрацию города прислушаться к нашему мнению. Лестнице Чкалова требуются скамейки! Железные и убогие не предлагать! Мы прошли к Кремлю. Посидели на скамеечке перед "Московским" зданием. - А ведь там живут люди, - заметил Паумен. - Представляешь, сколько квартира стоит? - отозвался я. - А какой высоты там потолки? - Раньше в таких домах жила только партийная элита. - Зато сейчас - всякие богачи. - А также воры и бандиты. Наш дальнейший путь лежал по улице Варварской. Название странное, и я решил докопаться до сути. Всемирная паутина всё расставила по местам: улица "именовалась по расположенной на ней церкви Святой великомученицы Варвары". Подробности о Варваре Илиопольской можно прочесть здесь. - Хотя приятней думать, что на Нижний нападали варвары, - заметил Паумен. - И именно по этой улице атаковали Кремль, - добавил я. Путешественники прочесали почти всю Варварскую. Не скажу, что это - лучшая нижегородская улица, зато мы увидели новые пейзажи. Открылся деловой район НН - банки, бутики, дорогие магазины. - И мало кафе! - заметил Паумен. - А нам надо пообедать до театра! В 18:30 начинался спектакль. А пока мы неспешно гуляли. В Нижнем много красивых современных зданий. Напротив некоторых из них находятся фонтаны. А мы набрели на какую-то местечковую ярмарку. В частности, там продавался Городецкий чай. - Раз уж не съездили в Городец, - сказал я, - давай хоть чай купим. Путешественники подошли ближе. Травяной чай предлагали за 120 рублей. - Слишком дорого! - решил я. - Ну не стоит он того, ей богу! На перекрестке Володарского и Варварской друзья обнаружили нечто под названием "Тако". А именно - "Городское кафе & суши-бар "ТАКО". Прошерстив интернет, я понял, что это кафе является местной достопримечательностью. - Здесь же японская кухня! - воскликнул Паумен. - Написано "Городское кафе", - ответил я. - Значит, есть что-то и для нормальных людей. Принесли меню. На первой же странице шла "Русская еда". Из этого списка мы и заказали: винегрет и оливье, а также два борща и два сока. - В Судаке, допустим, нет оливье, - вспомнил Паумен. - Там везде салат "Столичный". А здесь не найдешь "Столичного", одно "Оливье". - Хотя на деле, почти одно и то же, - добавил я. Заодно скажу, что "тако" - блюдо мексиканской кухни; представляет собой сандвич из тортильи. "Не слишком ли ты залез в дебри? - спрошу сам себя. - И что такое тортилья?" Выныриваю на поверхность. Интерьер кафе и впрямь был хорош. Мне запомнился кассовый аппарат начала ХХ века. Судя по всему, американский, так как считал в долларах и центах. Порадовала надпись на стене: "The more I get to know some people ~ the more I like dogs". ("Чем больше я узнаю людей, тем больше я люблю собак"). Я был уверен, что фраза принадлежит Сомерсету Моему, а оказалось, что ее изрек немецкий поэт Генрих Гейне (1797-1856). - А как сама еда? - воскликнет читатель, уставший от описаний. - Средняя, - отвечу я. - То есть, вкусно, но я не наелся. - И я! - подтвердил Паумен. Друзья перекусили ровно на тысячу рублей и вышли из "Тако" с легким чувством голода. Дальнейший путь лежал по Володарского. Впереди шла парочка. - Мы заказывали такси по адресу Володарского, дом 40, - говорила девушка в трубку. - И никак не можем его найти! - Оно приедет только минут через двадцать, - прокомментировал я. - В Нижнем - сплошные пробки... По всей улице Володарского стояли шикарные новые дома. Рядом, на улице Ошарской, сохранилось несколько деревянных. Один из них наполовину сгорел. - На Володарского раньше тоже был сплошной частный сектор, - предположил я. - Но, по мере потребности в новых площадях для застройки, деревянные дома целенаправленно поджигали. Теперь очередь дошла и до улицы Ошарской. Наш путь лежал в парк имени Кулибина. Эта фамилия в России известна каждому. Причем, с сатирической стороны. Стоит кому-либо предложить что-то заумное, непонятное или туманное, как ему тут же отвечают: "Ну, ты, наш Кулибин, и нагородил ерунды! Что еще за чушь ты придумал?" Биография знаменитого нижегородца поучительна. Кратко процитирую путеводитель: "Иван Петрович родился в 1735 году. С ранних лет проявлял исключительные способности к изготовлению механических устройств. В 1767 году изготовил музыкальные часы-уникум: величиной с утиное яйцо, из тысячи деталей. Кулибина пригласили в Петербург и назначили заведовать механическими мастерскими при Академии наук. Им были созданы уникальные конструкции мостов через Неву, сеялка, фонарь-прожектор, оптический телеграф для передачи условных сигналов, телескоп, повозка с механическим движением. В 1782 году Кулибин изобрел и построил в Петербурге водоходное судно. Водоход двигался с грузом против течения со скоростью около одной версты в час. Однако правительство не захотело строить водоходы. Ни одно из изобретений Кулибина, за исключением часов, придворных фейерверков и игрушек для детей вельмож, не было использовано по назначению. Такое отношение к труду Ивана Петровича стало величайшей трагедией всей его жизни". Путешественники дошли до парка. Даже посидели на железной скамейке, от которой мерзнет задница. - Надеюсь, это не изобретение Кулибина? - спросил Паумен. - Единственный плюс такой конструкции - вандалоустойчивость, - ответил я. - А больше достоинств нет. С больной спиной на такой скамейке долго не посидишь. Мы вернулись назад по улице Алексеевской. Она была почти вся перегорожена синим забором. - Синий заборчик - устойчивый символ Нижнего, - заметил я. - Им здесь огорожены огромные территории. Наверное, фирма-производитель имеет колоссальную выручку. В Нижнем постоянно что-то строится и перестраивается. А главный недостаток - узкие дороги, так и остается нерешенным. По Алексеевской мы вышли на Пискунова, а уже по ней добрались до театра. До начала спектакля оставалось около часа. - Я бы где-нибудь попил кофе, - сказал Паумен. И друзья устремились на поиски. К сожалению, найти кафе в Нижнем - очень нелегко! На углу Октябрьской и Покровки, где ходят трамваи, стоит здание с приветливой вывеской "Городское кафе N1". Так вот, оно не работало! Напротив находилось еще одно большое кафе, идеальная кофейня. Путешественники направились туда. Но снова случился облом: там что-то чинили рабочие. - Пойдем в Покровку-22! - предложил мой товарищ. Мы подошли к знакомому кафе. "До 5 часов не работает", - гласила надпись на двери. Я взглянул на мобильник: - Уже шестой час. Путешественники вошли. Сели за столик. Официант принес меню и куда-то исчез. Мы посидели минут пять, ожидая, кто же примет заказ. Желающих не нашлось. - Пошли отсюда! - решил Паумен. И друзья отправились восвояси. В связи с этим мнение о "Покровке 22" сильно ухудшилось. Мой совет: "Не ходите туда!" - Куда же идти? - спросит растерянный читатель. - В "Берлогу"! - отвечу я. Мы зашли в "кафе первого дня" и отлично попили капучино с десертом. Причем, десерты там подавали очень питательные. - В "Берлоге" вы точно наедитесь, - добавил Паумен. - В отличие от "Тако". Из кафе путешественники направились в театр. Благо, он располагался совсем рядом. Спектакль назывался "Бестолочь". По пьесе французского комедиографа Марка Камолетти. Краткое содержание спектакля: "Главная героиня, служанка Анна, ловко разводит мужа и жену, которые, уверенные в отсутствии второй половины, решили согрешить в собственном доме со своими любовниками. Измены, ложь, умопомрачительные ситуации, перемешанные с запахом парижских духов и бургундского - всё это обеспечит зрителю приятный вечер и хорошее настроение!" Наш лаконичный ответ: ушли после первого действия. Пустой, никчемный спектакль. - Для бестолочей! - уточнил Паумен. Ни одного волнующего сердце вопроса. Ни одной проблемы, о которой можно было бы задуматься. Не берусь оценивать игру актеров, но само содержание спектакля - унылая пустота. - Для XXI века он устарел, - высказался мой товарищ. - Одну серию Хауса на сорок пять минут можно обсуждать часами, - ответил я. - Там ставится так много проблем! Зрителю дается огромное количество информации! А тут мы просидели целый час, и наблюдали лишь переливающуюся из пустого в порожнее поверхностную речь и выдуманные проблемы... Вместо второго действия друзья направились в "Шоколадницу". Последний вечер в Нижнем хотелось отметить. Заказали по десерту. Паумен выбрал напиток с имбирем, а я - горячий напиток с шиповником. Заплатили 800 рублей. За окнами стемнело. Из кафе уходить не хотелось. - Жаль уезжать из Нижнего, - признался мой друг. - Здесь есть, что посмотреть, - добавил я. Заканчивалась наша короткая, но приятная, поездка... Может, на этой фразе и завершить рассказ? Всё интересное уже описано. Завтра мы просто соберем вещи, закажем такси и отправимся на вокзал. Несмотря на ужасные пробки, уверен, мы доберемся. А затем сядем в поезд и...

## 5. День пятый: Прощание и итоги, 21 сентября, пятница


До Московского вокзала мы добрались вовремя. Даже раньше срока: еще час сидели в зале ожидания. Поездка от гостиницы до цели заняла около получаса, несмотря на две пробки: на Нижневолжской набережной и на Канавинском мосту. По пути мы видели нижние башни Кремля. Их фактически возводят заново. Будущим путешественникам советую их осмотреть. - Ваше отношение к подобному новоделу? - вклинится ревностный поборник всего аутентичного. - Сдержанно-положительное, - отвечу я. - В нашем мире осталось так мало подлинного! Возведенные заново башни - лучше, чем ничего. Зато общий облик Кремля станет более целостным. Я вновь увидел здание, которое мне понравилось в первый день. На этот раз запомнил адрес: Нижневолжская набережная, дом 11. Нашел его в интернете. Еще фото: швейная фабрика "Маяк". А вот и статья о нем. - Мое любимое здание в Нижнем Новгороде! - заявил я... Сидя на вокзале, друзья обсудили еще один важный вопрос, а именно - сокращение численности населения НН. Приведу несколько десятков цифр для вдумчивых читателей. 1811 год - 14,4 тысяч человек; 1840 - 31,9; 1863 - 41,5; 1897 - 90,1; 1914 - 111,6; 1923 - 135,4; 1926 - 221,5; 1931 - 350,3; 1939 - 643,7; 1956 - 876; 1959 - 942; 1962 - 1025; 1967 - 1120; 1970 - 1170,3; 1973 - 1238; 1976 - 1305; 1979 - 1344,5; 1982 - 1373; 1986 - 1409; 1989 - 1438,1; 1992 - 1440,6; 1996 - 1385,9; 1998 - 1367,7; 2000 - 1357; 2001 - 1346,7; 2005 - 1289,5; 2007 - 1278,3; 2008 - 1274,7; 2012 - 1255. Итого, с середины девяностых годов прошлого века население города неуклонно сокращается. Эти цифры я взял из реферата "Демографический портрет г. Нижний Новгород" и ни в каких коммерческих целях их не использую. Скорее, популяризирую портал, позиционирующий себя так: "Порази препода!" Я, хоть и не препод, но поразился. Вернемся к демографии. Причин, согласно реферату, три: старение городского населения, нехватка рабочих мест и близость Москвы. Последний фактор и мне приходил в голову. Что же касается второго, то перестройка нанесла Нижнему ощутимый удар. Флагманы отечественного машиностроения ("ГАЗ" и "Красное Сормово") так и не вышли из кризиса. Что ждет население Нижнего в будущем? Перспективы, скорее, пессимистические. Но не буду заканчивать на грустной ноте! Лучше подведу небольшие итоги поездки. Сначала о гостинице. В целом, "Месяцы" понравились. Плюсов больше, чем минусов. Во-первых, у нас взяли плату за номер по старой цене, что делает гостинице честь. Во-вторых, здесь всё на высоком уровне. Взять хотя бы плазменную панель. Мало того, что по ней очень приятно смотреть "Декстера", так она еще и принимает множество каналов. В номере работает отопление, мы стали включать в ванной батарею. Два полотенца на постояльца, одно из них - большое. Когда убирают номер, выдают минеральную воду (по пол-литра на человека в сутки). За исключением шума, который преследовал нас первые две ночи, отдых в гостинице прошел замечательно! А что сказать о самом Нижнем? Больше всего мне понравилась Покровка! Я ею просто очарован. Редко бывал в "городах-миллиониках" (только в Москве да Питере), поэтому не с чем сравнивать. Безусловно, красивы виды на Волгу с холмов. Множество прекрасных церквей, Кремль, лестница Чкалова. Старинные здания, современные дома-шедевры. И зоопарк очень неплохой! А сколько мы всего не увидели! Канатная дорога, теплоходные прогулки по Волге... Это было наше первое осеннее путешествие. Сейчас трудно сказать, последуют ли второе и третье. Но стоит отметить, что с приближением осени возможности туристов существенно сокращаются. Уже не покупаешься. Речных прогулок меньше. Даже некоторые кафе закрываются. А как быть тем, кто приедет сюда зимой? В любом случае, в Нижнем нам очень понравилось. В России есть, что посмотреть! Путешествуйте по городам нашего Отечества и делитесь своими впечатлениями о поездках! Оставляйте отчеты во Всемирной Паутине, и чем детальней, тем лучше! Доколе мне быть самым подробным описателем путешествий во всем интернете?!

## Полезные ссылки


1. "Усатый город", фотки Нижнего 2. Сайт гостиницы "12 месяцев" 3. Зоопарк "Лимпопо".