# Должон знать

Исак Моисеевич Модель

Доверие - великая сила. Говорят, что горы может свернуть. А я, хоть доверием обделен не был, но до сих так и не знаю, сворачивал их или нет. Не мне судить...

Дело было еще в те времена, когда новый генсек М.С. Горбачев очаровывал страну рассуждениями о возможностях, таящихся в научно-техническом прогрессе и интенсификации производства.

В то время я был начальником отдела экономического и социального планирования в крупном транспортном объединении, в состав которого входило более 60-ти предприятий.

Как и было предписано партией и правительством, наше объединение прилагало все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы внедрять этот прогресс. Разрабатывались всевозможные способы материального стимулирования, проводились многочисленные совещания и конкурсы, а прогресс все сопротивлялся.

И тут нашему высокому начальству, в лице главного инженера объединения, пришла светлая мысль создать Комиссию по всеобщему контролю за ходом научно-технического прогресса. По роду своих обязанностей я был в курсе реализации этой идеи. Хотя меня она напрямую не касалась. Но мир, как известно, переменчив.

Сижу я как-то за своим рабочим столом. Делами занимаюсь. Вдруг звонок. По прямой линии. В основном этой линией пользовалось начальство. Снимаю трубку и слышу голос главного инженера:

- Слышь ( он так всегда по телефону общался ). Ты, это, ко мне заскочи. Поговорить надо.

Сказал, что скоро буду. Положил трубку и думаю, а какое у него ко мне дело? Я ведь не в его службе, технической. У меня другие боссы - замы генерального по экономике и кадрам. Но так и ничего не придумав, пошел к нему.

Поздоровались. Подсел к столу.

- Зачем, спрашиваю, вызывали?

- Разговор, говорит, у меня к тебе есть.

- Знаешь, как у нас обстоят дела с прогрессом?

- Знаю,- отвечаю.- Желательно бы получше. А что случилось?

- Да вот, создаем, понимаешь, чрезвычайную комиссию. Придаем ей самые широкие права. Подчиняться она будет только мне. Только вот с руководителем загвоздка...

Ну, думаю, сейчас будет просить у меня, как у социолога, рекомендации, кого поставить. Ведь незадолго до этого мои социологи, по заданию Генерального директора, провели социально-психологическое исследование в аппарате управления и выдали психологический и профессионально-культурный портрет каждого его работника.

- Я и говорю:

- Ведь исследование есть. И рекомендации мы дали. Смотрите.

- Да смотрел. Не в этом дело. Вот ты ведь у нас кандидат наук.

- Да, философских. А в чем дело?

- Вот я и хочу, отвечает, тебе эту должность предложить. На общественных, так сказать, началах.

Я оторопел. Вот принесла нелегкая.

- А как с отделом? Не слишком ли?

- Да что отдел? Кадры у тебя хорошие. Они тебе и помогут.

Я продолжал сопротивление:

- Что я в научно-техническом прогрессе понимаю? В философии, да. В социологии, да. В экономике кое-что понимаю. А в технике? Нет. Я ведь кандидат не тех. наук (ну, в смысле, не технических). Не-е-е-т! Я для этой должности никак не подхожу. (Не скажу же я ему, что в это время я уже вел переговоры о своем переходе в создающийся у нас в городе гуманитарный институт).

Главный задумался. И вдруг выдал:

- Тех ты наук кандидат или не тех... Какая разница! Раз кандидат, значит должон понимать! Он у нас был из вятских, и в его речи часто проскакивали отголоски тамошнего диалекта.

Что оставалось делать? Согласился. И стал я куратором всего объединения по внедрению достижений научно-технического прогресса. Проводил инспекторские проверки, совещания. Готовил обзоры. Писал докладные как на поощрение успешных, так и на наказание нерадивых. От всего от этого хотелось не только выражаться, но и просто выть. От должности начальника отдела меня никто не освобождал. Не знаю, как бы я все это выдержал, если бы впереди не маячила работа в академической науке. И, слава богу, что за эти почти два года, что я курировал научно-технический прогресс, дело создания института, куда я мечтал попасть, сдвинулось с мертвой точки. В конце концов я написал заявление на увольнение. Главный вызвал. Поговорили о делах. Объяснил я ему, почему ухожу. Что хочу заниматься наукой. А он, явно вспомнив наш давнишний разговор, задумчиво произнес:

- Да какая разница, каких наук ты кандидат! Тех или не тех... Должон понимать!

Так и не научился он правильно произносить это слово.