# Консультант без копыта, но с топором

Юрий Моор-Мурадов

Юрий Моор-Мурадов


В Израиле в полном разгаре мировая война между сторонниками и противниками расщепления должности юридического советника правительства.

Казалось бы, такой второстепенный вопрос - один и тот же человек будет давать советы правительству и исполнять обязанности генпрокурора, главы обвинения, или же для этого назначать двоих? А какие страсти разгорелись!

В том то и дело, что вопрос не второстепенный, а архиважный, потому что в подоплеке - кто же будет и дальше править страной?


За последние 30 лет народ в Израиле с небольшими перерывами избирал вроде бы правое правительство. Сначала - Менахема Бегина (1977), потом - Ицхака Шамира, потом был перерыв на трехлетнее правление Рабина, потом опять Ликуд (с Нетаниягу), опять годовой перерыв на Барака с Аводой - и дальше только Ликуд (посередине - переродившаяся в Кадиму часть того же Ликуда вкупе с перебежчиками из Аводы), и сейчас опять у власти Ликуд. И тем не менее Ликуду и его естественным партнерам по коалиции никак не удается порулить страной в свое удовольствие. Вести ее туда, куда они считают верным, на что они получили мандат. Потому что ключевые посты в госаппарате занимают по-прежнему назначенцы Аводы. Строго следят за чистотою кардинальной левоориентированной линии страны и мощные СМИ. Очень легко обеспечивать свою линию через такой мощный рычаг, как юридический советник правительства.

Он - ключевая фигура в правящем почти независимо от правительства аппарате; юридический советник правительства, по совместительству - глава прокуратуры. По мнению некоторых аналитиков, концентрация такой власти в руках одного чиновника является беспрецедентной во всем демократическом мире.

Что такое генпрокурор каждый из нас себе более или менее представляет. Задача юридического советника правительства - поправлять малоискушенных в юридической казуистике народных избранников (министров и самого премьера), если их действия входят в противоречие с основными законами страны. Но этот чиновник не напрасно называется именно советником, а не, скажем, наставником, ментором, надзирателем, инспектором, контролером или еще как-нибудь. У членов правительства есть право либо прислушаться к его совету, либо сказать: мы сами с усами, готовы рискнуть и пойти даже против основных законов - как страны, так и всего мира. На днях Нетаниягу замахнулся аж на самое Женевскую конвенцию - надо, по его словам, ее менять, поскольку наступила новая эра, и нельзя относиться к террористам как к участникам конвенциональных военных операций.

Полусоветы-полуприказы юрисконсульта-прокурора крепко связывают руки министрам, им это надоело, и они хотят большей свободы. Правые поняли, что мандаты народ им нарезает, а вот править по своему усмотрению им не дают. И главная причина - это всесильный юридический советник.

Левым у власти эта ситуация не мешает. Во-первых, юрисконсульты (находясь под колпаком у СМИ - смотри мою статью "Сатана там правит бал) придерживаются тех же леволиберальных идей. Во-вторых, левым премьерам никто не мешает назначить на эту должность удобных им людей. Ицхак Рабин, придя к власти в 1993 году, первым делом заменил оставшегося ему в наследство от Шамира юрсоветника Йосефа Хариша, поскольку тот не разрешал Рабину назначить на пост министра Арье Дери, который был под следствием по подозрению во взятках. Рабин назначил на этот ключевой пост "своего" человека Михаэля Бен-Яира (которого называли "а-йоэц а-мишпахти" - "семейный советник"). При нем Рабин делал все, что ему заблагорассудится, не встречая возражений.

Ликуд Биньямина Нетаниягу, придя к власти, тоже попытался было назначить удобного себе юрисконсульта. Но не тут-то было! По рекомендации министра юстиции Цахи Ханегби правительство назначило на эту должность члена президиума коллегии адвокатов Рони Бар-Она (был председателем "ликудовской" футбольной команды БЕЙТАР! Можно ли представить себе большее пятно на биографии с точки зрения леволиберальной элиты?). Назначение состоялось в четверг, но уже в пятницу ведущая передачи решет Бет "А-коль дибурим" Шелли Яхимович со своей подругой писательницей Ирит Линор взялись за него: Линор рассказала в прямом эфире, что видела, как несколько лет назад этот самый Бар-Он выходил из казино в Лондоне. В Израиле казино запрещено, как он может быть главой прокуратуры, если сам нарушил закон? Два дня все СМИ полоскали этот факт, и уже на исходе субботы Бар-Он отказался от должности.

Потом юрисконсультов правительства выбирали только из "незапачканных" якшанием с правыми лиц. Они из кожи лезли, лавируя между правым правительством и левым истеблишментом. Но в целом склонялись к уступкам левым.

До недавних пор крепко спаянная с леволиберальной прессой судебно-прокурорская элита успешно держала фронт, сметая со своего пути любого, кто не то чтобы покусится на их безраздельную власть - но которого хотя бы заподозрят в нелояльности их линии. Против назначенного в 1996 году Биньямином Нетаниягу министра юстиции Яакова Неэмана (носит кипу, были слухи, что симпатизирует правому движению "Гуш имуним") возбудили уголовное дело по смехотворному поводу. Неэману пришлось тут же подать в отставку. Потом дело закрыли за отсутствием состава преступления. Уголовное дело было возбуждено и на его преемника, активиста Ликуда Цахи Ханегби. Оно тянется до сих пор. Следующие министры были умнее, на независимость прокурорско-судебной элиты не замахивались (Шитрит, Ливни). Напротив, при каждом удобном случае подчеркивали, что нынешняя правоохранительная система свята и непорочна, нужно ее лелеять, молиться на нее, сдувать пылинки и защищать от любых нападок.

В иных кругах судебно-прокурорскую элиту называют "кнуфийят шильтон а-хок". Буквальный перевод - "банда "правового государства". Так нынешнюю прокурорско-судейскую элиту называют ее противники, считая, что она (элита) узурпировала власть в стране, расправляется с неугодными, действуя как банда и прикрываясь ханжеским заявлением, что стоит на защите правового государства.

Придя к власти, премьер-министр Эхуд Ольмерт попытался что-то изменить. Он назначил главой Минюста Хаима Рамона, человека решительного, любителя разных реформ. Но Рамон ничего сделать не успел, только хвастливо заявил, что наведет в Минюсте порядок. Но вместо крупного злодейства совершил очень мелкое - "чижика съел" (отсылаю к рассказу Салтыкова-Щедрина "Медведь на воеводстве). Он поцеловал девушку, не спросив ее разрешения; возбудили уголовное дело, отдали под суд, который признал его виновным.

Ольмерт не сдался, назначил министром Даниэля Фридмана; войдя в первый же день в ведомство, тот сказал фразу, которая немыслима ни в одном другом государстве мира. При любой системе власти. Ни при диктатуре, ни при демократии. Фразу, после которой должны были произойти мощнейшие катаклизмы и потрясения. Фридман с усмешкой спросил у как бы подчиненных ему отныне людей: "Меня вы тоже отдадите под суд?" Тем самым он сказал: "Вы тут окопались, и на каждого, кто вам неугоден, шьете дело". Либо министр лжец и клеветник, и его следует немедленно отстранить, либо он прав, и нужно произвести основательную чистку в самых верхах правоохранительных органов. Если такое они вытворяют с министрами, то что говорить о простых смертных?

Министр, видимо, не клеветал. Поэтому его не сняли. А "сажателей" тронуть не посмели, поскольку за ними стоит власть посильнее премьерской.

Как бы там ни было, этой своей фразой Фридман нейтрализовал мощнейшее оружие своих врагов, он обеспечил себе определенную неприкосновенность. И взялся за чистку авгиевых конюшен не спеша, со знанием дела. Изменил порядок назначения судей в Верховный суд и повел дело на сокращение власти в руках юридического советника.

Сажать его не сажали, но все три года создавали всевозможные препоны. Судебно-прокурорская элита решила действовать против того, кто его назначил. Дела Ольмерта можно было тянуть годами (как дела Либермана, дела Ханегби и прочих). Но чтобы как можно скорее свалить правительство, а вместе с ним и убрать Фридмана, стали действовать энергично и добились своего - Ольмерту пришлось подать в отставку.

Сменивший Ольмерта Нетаниягу назначил в Минюст уже однажды битого там Яакова Неэмана. Он продолжает гнуть линию Фридмана на урезание полномочий юридического советника.

И Неэман, и до него Фридман открытым текстом говорят: При нынешней ситуации страной правит не избранное народом правительство, а чиновник - юридический советник, сиречь - генпрокурор.

Даниэль Фридман говорит (не дословная цитата - но смысл верный): Дошло до того, что министры сидят на заседаниях правительства и смотрят на юридсоветника, как кролики на удава. Попробуй пикнуть что-то против него - затаит злобу, и при первом же удобном случае распорядится возбудить уголовное дело, а потом отдаст под суд.


Довод противников расщепления таков: народ не созрел, нельзя ему позволять править по своему разумению через своих избранников. Юридический советник Мени Мазуз (дословная цитата): Если юридический советник не будет также генпрокурором, министры будут делать все, что им заблагорассудится. (Заметьте, он не говорит, что нужно поднять авторитет юридического советника, законом предусмотреть, что его рекомендации обязательны и так далее. Он говорит: не будет у меня в руке топора палача, веревки вешателя - эти министры меня бояться не будут).

То же самое по другому поводу говорили и судьи Верховного суда, отвергая идею введения суда присяжных. Мотто: народ не созрел управлять страной через своих избранников.

Не знаю, нет у меня денег нанять исследовательские институты для изучения данной проблемы, но если этот народ идет погибать ради своей страны - то он имеет право и решать, как эта страна должна выглядеть.

Многие противники расщепления, возведя очи горе, говорят: "Мы не против реформ, возможно, надо что-то менять, но почему так скоропалительно?" (Пять лет уже идут об этом разговоры). "Нужно создать комиссию, которая изучит, даст рекомендации..." Лицемеры. Практика показывает, что такие комиссии изучают вопрос несколько лет. Надеются, что пока Верховный суд да дело, правительство Нетаниягу падет, Неэман исчезнет, а новая власть, более послушная леволиберальной хунте, закопает это вопрос до греческих календ.

Не выдерживают никакой критики намеки, что, якобы, генпрокурор, если он не будет по совместительству еще и юридсоветником правительства, не будет строго бороться с коррупцией в высших эшелонах власти. Почему? Напротив, когда ты каждый день тусуешься на заседаниях правительства с министрами, тебе как-то неудобно объективно рассматривать дело на одного из своих хороших знакомых.


Не знаю, чем закончится попытка расщепления должности, но СМИ израильские на этой почве уже расщепились. "Гаарец" категорически против умаления власти юрсоветника, "Маарив" и "Едиот ахаронот" - за. Обе стороны публикуют статьи в соответствующем духе, приводят доводы, агитируют, стыдят своих противников.

То, что "Гаарец" возражает против расщепления понять легко - там сидят именно те, кто через юрсоветника управляют в конечном счете страной.

На первый взгляд непонятно, почему вдруг "Маарив" и "Едиот ахаронот" поддерживают расщепление. Но и тут есть простое объяснение. Несколько лет назад тогдашний юридический советник возбудил против владельцев этих двух газет уголовные дела (они незаконно прослушивали телефоны друг у друга). Нони Мозес (ЕА) отделался штрафами, владелец "Маарива" Офер Нимроди даже отсидел полгода. Вот они и поддерживают ослабление власти юридического советника, надеясь, что отдельно генпрокурор будет им по зубам.

"Гаарец", газета с маленьким тиражом, но огромным влиянием на элиту, еще не пострадала от юрсоветника, да и убеждена, что она посильнее любого в стране, и хочет по-прежнему иметь в правительстве одну ключевую фигуру, чтобы было легче ею манипулировать.

Скажу откровенно - я был бы не против, если бы в правительстве сидел один юридически грамотный человек, который не зависит от настроения избирателей. Защищая стратегические интересы народа и страны, он отрезвлял бы министров, удерживал их от популистских шагов. Беда в том, что в Израиле юрсоветник дает рекомендации строго в одну сторону - левую. Он постоянно хромает на левую ногу. Какие бы судьбоносные вопросы не решались.


На днях прошел слух (позже опровергнутый) что юридический советник правительства Мани Мазуз,

разозленный тем, что "Едиот" и "Маарив" поддерживают идею расщепления, в частных беседах якобы пригрозил этим газетам страшными карами. Мазуз пообещал искоренить "баалут цолевет" ("перекрестное владение") в сфере СМИ. Говоря простым языком, он запретит одной семье владеть и газетой, и телеканалом, и популярным новостным сайтом, поскольку это позволяет манипулировать общественным мнением, настраивать его в нужном для себя направлении.

Бен Каспит в "Маариве" откликнулся резкой статьей в адрес Мазуза. По его мнению, такие "заявки" Мазуза свидетельствуют о прогрессирующем маразме (не удивляйтесь резкости - вопрос действительно судьбоносный для всей страны). Бен Каспит называет сторонников Мазуза: "хабурат шильтон а-хок" - "группировка "правовое государство".

На слухи о намерениях Мазуза откликнулась и председатель Общественного совета журналистов, бывший судья Верховного суда Далья Дорнер. Ее мнение: журналисты имеют право на собственное мнение и на то, чтобы отстаивать и продвигать его в СМИ. "Коль скоро в Израиле есть множество средств массовой информации и свобода выражать свое мнение, все нормально", - заявила она.

Ее бы устами да водку пить! (Давид Шехтер, спокойно, я не имею в виду шведский "Абсолют"). Объективных журналистов в природе не бывает. Объективность СМИ в целом гарантируется тем, что газет, радио и телеканалов множество, в них есть самые разные журналисты, у каждого свое видение мира, причин и следствий; пусть цветут сто цветов, пусть выдвигают сто идей - и народ выбирает то, что считает верным, сам сделает выводы, увидев картину реальности освещенной со всех сторон.

Нет слов, Далья Дорнер женщина умная. Но где же эта умница была, когда закрывали единственный правый радиоканал "Аруц шева"? И почему эта умница не видит, что СМИ в Израиле перекосило сильно налево? Что - неважно по какой причине - в израильских СМИ доминируют сторонники левых идей, и правым приходится туго? Что эти левые манипулируют общественным сознанием почти без помех?


14.11.2009