# Сон Артемона

Теймураз Оглывич Нахрапетов

Очередное злопыхательство. Не знаю уж совпадение или нет, но по прежней жестокой критике правительство волшебной страны приняло меры. Так и до мании величия недалеко...

Помните? Буратино открыл дверцу за гобеленом, и нашёл там сказочную страну, где все было иначе. Вы там уже бывали с другим сказочным персонажем, которого спасла от влюблённости двусмысленная ситуация и кратковременность знакомства с этой дивной местностью не обозначенной на картах мира, изданных во многих восточных государствах. Полено там пребывало дольше, обнаружило своё генетическое сходство с аборигенами и отведало почвы корнями. Его рассказ о том, как сказка стала былью. Детям на ночь не читать!


*** ***


Предчувствие метро.


* * *


Появление нового персонажа из под земли продиктовано тем, что любимая национальная забава - обширные земляные работы, попросту - вселенский свинорой. Площадь мала, а выжать из неё хочется много. Поэтому надо копать. И не от забора и до обеда, а везде где возможно, без устали и лени. Все силы на вспучивание красоты и оригинальности, возведённой в национальную идею! Существует известный анекдот когда проектировщик, склонившись над топографической картой, объясняет заказчику как он будет строить дорогу:


-- Вот здесь мы повесим красивый мост, а здесь пророем туннель. На это уйдет 200 000...

-- Постойте! - перебивает заказчик, глядя на ту же карту - над чем мост? Тут же ровно! И зачем строить туннель? Ведь там тоже ровно!

-- Ну так для моста выроем, а грунт используем для того чтобы там насыпать! На этой операции мы сэкономим горючего на 20 000... Согласитесь, что это красивое решение!


О, если бы это было только анекдотом... Так, творчески возвеличивая израильскую гениальность решений над всем непутёвым миром, строят. Иерусалим особенно богат на красоты такого плана. В центре города специально насыпали крышу над дорогой, ведущей к комплексу правительственных зданий чтобы озеленить верх получившегося туннеля. Красиво конечно. Дорого? Так ведь для красоты! А сколько на этом "туннеле" ушло "налево", на оплату мелких доработок... Зато жить стало легче, жить стало зеленее. Кому, насколько зеленее - соображайте сами.


***


Упоминавшийся уже эпохальный трамвай ("Дышите глубже! Вы взволнованны!" (...)) ещё не явившись во всём своём бессмысленном великолепии уже исказил ранее широкую, удобную и относительно ровную транспортную артерию до неузнаваемости. По этой важнейшей городской трассе пущено множество автобусных маршрутов - больше такой поток пустить негде. Раньше, до вселенского трамвайного свинороя, расстояние в пять километров автобус проходил уместно притормаживая на остановках в часы- пик за 2-3 минуты. Теперь езда по трассе превратилась в упражнения в пассажирском слаломе и внезапных торможениях, вызванных обнаружением на проезжем участке извилины граждан, пытающихся в обход заграждений достичь своей машины, припаркованной через дорогу. Прекрасная проезжая часть, состоявшая из трёх полос в каждом направлении, сократилась до извилистых двух с кочующими разъездами между взорванными рваными участками, где колупается техника и кладут рельсы. На самом ровном участке трассы, прямо перед впуском трамвая в подземный вокзал, для которого уже вырыт огромный котлован (лучше бы туда гараж впустили...), разумеется, будет врезан в плоскость тверди туннель. Как же без гвоздя программы?


** **


В местных газетах с достоинством писали, что между российским МПС, восхищённым превосходной гладью израильских дорог и какими-то местными подрядчиками готовится соглашение о строительстве последними проезжих полотен для платной эксплуатации в стране бывшего пребывания. Забота МПС понятна. Первая беда России, плотно обсевшая дело производства второй беды, о качестве местных дорог судит, видимо, по рекламным проспектам. Они никогда не ездили по дорогам местного значения, проложенным их любезными партнёрами в пригородах больших городов. Это незабываемые, прыгающие впечатления. Ровнее, без выбоин и даже без трещин полотно проезжей части через каждые 50 метров пересекает, ощутимый даже на скорости 10 км\ч, горб. Дороги же в Израиле пролегают по горкам, поэтому приходится ехать всё время или на тормозах - вниз или на форсаже вверх и удержать требуемые 5-10 км\ч невозможно. Да и не хочется как-то перемещаясь в современном колёсном экипаже двигаться с архаичной степенностью. И вот каждые 10-12 секунд (если спешить некуда) по переднему мосту наносится чувствительный удар - бум! Всё подпрыгивает и стукается макушкой о крышу. Машина переползает горб и задний мост амортизирует границу преграды - бац! Обратное клацанье зубов. Сельский пейзаж делится на участки ожидания горба и сползания с горба: бум-бац, ровно, бум-бац, ровно, бум-бац, бляха- муха, да когда же это кончится!.. Зачем же строить этот бум-бац? Я пытался выяснить сначала у обычных граждан. Они делали умный вид и воздев указательный палец объясняли - это патент, так везде строят, потому что так надо. А как я ещё, подумав, проведу под дорогой коммуникации - всякую там канализацию и электричество? Надо класть трубу, которую покрывать асфальтом... На мои возражения, что трубу не обязательно класть так высоко, и эту трубу обычно зарывают на значительную глубину, так что на поверхности ничего не заметно, мне стандартно отвечали, что ну это же в дикой России, где всем известно, культуры никакой, все тупые и не понимают, что к трубе этой коммуникационной надо иметь постоянный доступ для ремонта. Вот как в этой дремучей России ремонтируют кабели в трубах, которые вы закапываете так глубоко под землю? Когда надо открывают люк и достигают так невиданных глубин... А если люка нет, спрашивали меня, или заменить саму трубу? Её не каждый год заменяют. Но ведь когда-то её заменять надо будет, с хитрым видом говорили местные. И ради этого терпеть ежедневный бум-бац? Так ведь иначе никак нельзя - приходится терпеть, во всём мире так, и вот только русские не понимают, что лучше закопать неглубоко, чтобы потом было мало откапывать. Бум... Бац. Разуверившись в очередной раз в умственных способностях простого пользователя я стал пытать на ту же тему импортированных специалистов по возведению дорог. Они некоторое время втюхивали мне ту же байку. Но в результате логика победила и один хороший знакомый, будучи со мною с глазу на глаз и раздражённый моей надоедливостью сквозь зубы и тихо признался, что этот дорожный выверт - итог ошибочного проектирования, возведённый в систему благодаря особенностям местной семейственности, где инженерией строительства заправляют братья, сватья и зятья тех, кто хапнул управленческое место раньше других. Поначалу, когда он только подтверждал свой статус инженера перед "спецами", которые аттестуют чуждых им духом и уровнем образования инженеров, приехавших из дикой России он тоже пытался опираться на логические методы соображения. Потом он проголодался, и решил, что лучше быть сытым и заниматься знакомым делом пусть и с придурковатым начальством, чем подвижником на низшей ступени социального неравенства. С тех пор у него всё - ровно. Ещё он сказал, что эту горбатую ложбу путей, по его разумению, очень приветствует клан, держащий крупные мастерские по ремонту автомобилей. Действительно: дурак - находка для "свободного" рынка! Каждый день так бум-бац раз сто - не то что мозги зашкалит, у машины начиная от подвески и кончая лампочками салона всё повылетает через одну десятую срока службы. А гарантированный ремонт на машины купленные со вторых рук, как известно, не распространяется. Всякому хитрому исраэлиту люб его кормящий клан. Все кланы надувают друг друга в пределах правил игры в рынок. Продам тонну репейника по случаю!*


** * **


Да, ещё блуждает в умах такая коварная думка, выдвигаемая в оправдание горбостроения продвинутыми радетелями о безопасности (любимая национальная идея, вторая вслед за свинороем), что эти дорожные новаторства призваны останавливать сматывающихся с места преступления арабских террористов. Горбы, мол, не дадут им набрать должную скорость утекания на их стареньких "субару" и вот тут-то примчится наш, тоже не слишком новенький, армейский джип и мы их, злобных паршивцев, схватим. Народ иврейский - это большие увлекающиеся собственными выдумками дети, поэтому они не замечают, что богатые арабы ездят на точно таких же навороченных джипах, как и они сами, а те арабы, которые, случается, совершают теракты перемещаются на ранее уворованных у ивреев машинах. И на то, что в этом барахле разлетится через пять километров прыганья по горбам им наплевать. А вот стандартные армейские джипы на горботрассе набрать скорость выше 40 км\ч действительно не способны. У них очень большой просвет и дрянные рессоры. При прыжках удержать управление и удержать машину от переворачивания способен только опытный каскадёр. Местные водители привыкли к горным трассам, но они, без особых причин, не самоубийцы. Надежда только на хамсин*, срывающий тормоза сознания, и на палестинца, стремящегося поплакаться в жилетку ШаБаКа*.


** ** **


Так как заметки какой-то чурки серьёзные люди в России явно читать не намерены, то я, как выразитель впечатлений этой говорящей колоды надеюсь сохранить тёплые, дружеские отношения с политиком, вложившим душу в достижение взаимопонимания между местными виртуозами асфальтового катка и лапотными российскими интересантами.


Портал в подсознание.


Скульптура должна будить ассоциации. Израильская модерновая скульптура будит, в основном, пугающие ассоциации. Поэтому в народе эти изыски называются кошмариками. В Иршалаиме ездят от кошмарика к кошмарику. Официальные названия произведений украшательства в памяти затираются, потому что они не имеют с внешностью сотворённого никакого контакта. Народная адресация требуемого места, звучит, например, так: "доедешь до красного кошмарика по главному шоссе, сверни там направо и на втором светофоре улицей ведущей вниз", "ежжай счас прямо, до кошмарного Рабиновича, и там ему за спину". Звучит жутковато. Но истинно. Вы бы видели этого Рабиновича, точнее его огромную, пустую, пятнистую, как у полуразложившегося трупа голову, из которой спускаются детскими горками три красных языка! Такое в страшном сне не увидишь, а вот местные дети языкастое чудовище пользуют с радостью. Некоторые горожане утверждают, что этот Рабинович, стоящий на одноимённой площади среди сквера - памятник и напутствие политику имярек, лезущему на трон премьер-министра. Башка эта скульптурно-игровая имеет какое-то собственное имя, данное ему родителем, но все, в том числе полицейские, помнят только имя площади.


** * **


** ** **


Вот в городе Ашкелоне, при спуске с верхней террасы к морю стоит плоская, состоящая из двух бетонных досок скульптура, которую горожане назвали (в приличном переводе) "совокупляясь стоя". Ибо никаких других ассоциаций узкая щель между кривыми обрезами белёных плоскостей не вызывает. На севере страны есть город, полонённый скульптурным извратом, запрещающим изваяния подобия живых тел город. Названо это бедное селение удивительно по-славянски - Маалот-Таршиха. Ничего славянского в этой "таршихе" на самом деле нет, хотя русская речь в городе решительно забила местные диалекты. Но речь не об названиях, а об единицах окультуривающего уличного зодчества. Они там неописуемы и их много - на каждой улице по пять-шесть штук - по количеству перекрёстков. И все, сволочи, абстрактные! Серо-бетонные дырки, косые площадки и меандры резанных труб... Понятно, что в этой обманчиво-славянской Таршихе неполноценно-иврейский народ пьёт по чёрному. В молитвенно-учащемся Иерусалиме весь этот гротеск смотрится более иронично, с некоторой долей светского стёба. Например, недалеко от въезда в город, на "пятачке" перехода через широкую улицу уже лет пятнадцать стоит копия памятника Свободе. В местном колорите этот символ сварен из обрезков железных труб. Если не предупредить, люди сперва пугаются, ибо чернённая и костлявая Свобода -- в рост человека, но соглашаются, что образ ржавеющей под светофором Свободы ближе к народу, чем оригинал: гигантская каменная богиня, сосланная - чтоб не мельтешила - на голый и безводный остров.


** ** **


** *** **


Что примечательно - пока в стране не победила высокая культура, здесь ваяли вполне приличные памятники. На севере, в пасторальных полях Галилеи, стоит памятник первопроходцу, который скакал, судя по посадке в седле, на Дикий Запад, но нежданно-негаданно оказался на Пряном Востоке. Бронзовый пионер был, видно, не из робких, поэтому он всё ещё верит в лучшую долю. Ушлые современные пионеры часто вырезают его из лошади, увозят в город у моря - Хайфу и пытаются сбагрить там на пунктах приёма цветмета. Последний раз эти пионеры-комсомольцы спёрли, под покровом буйной южной ночи, гордого всадника целиком, выломав подковы лошади из постамента и настолько знатно сховали, что решено более его не искать, но сваять нового - уже из менее дефицитных материалов... В многочисленных иерусалимских парках, украшенных фигурными фонтанами, встречаются чудесные особи пришедших на водопой зверей и птиц. Уже около пяти лет как весь город обсели причудливо раскрашенные гипсовые львы, созданные фантазией и руками одной эксцентричной художницы. Въезд в Герцлию со стороны Тель-Авива осеняет дланью, взобравшийся на броневик, именинник этого города. В другом приморском городе слегка недоумённо топчется на тенистой аллее чернёный пожилой красноармеец - это постаралась организация ветеранов ВОВ. Не говоря уже о богоматери по многочисленным монастырям... Знаковая скульптура, которая может служить водоразделом между прежней, низкой культурой поганого язычества, недоразвитого христианства и революционного сионизма к высокой, в которой сходство скульптурного образа с прототипом не приветствуется, парно "украшает" центр делового Иерусалима. Первое из них - якобы лошадь. Больше всего оно напоминает конечный результат изуверского эволюционного опыта по скрещиванию датского дога с миногой. Творец создал его чёрным и блестящим, но пару лет назад какие-то панки с развитым художественным вкусом решили его улучшить, облив белой и красной краской. Замаранный миножистый дог (Говорят, его, наконец, почистили. К добру ли..?) соседствует с трёхногой бабой, у которой вместо шеи - кнопковидный пенёк. Сексуальных фантазий не возбуждает. Религиозная община счастлива...


** *** **


**** ****


Религиозные мотивы, вкупе с прогрессирующей шизофренией, подвигли некоего скульптора, прости Господи, на нечто уж совсем несусветное, известное в Иерусалиме под авторским названием "Красная Корова" или, по народному, "Красное Чудовище" (второе слово бывше-язычными иногда заменяется на созвучное). Кто бывал в современном Иерусалиме и не стоял под этим, блуждающим по воле вечно роющих строителей, чудовищем, тот не впечатлён на всё оставшуюся жизнь. "Красная корова"* не похожа ни на одно из известных разумному человечеству наземных животных. Застывший фонтан, частично облезлой, с белыми пятнами грунтовой краски, крови (?), склёпанный из разновеликих дуг гнутого профиля украшает собой одну из высочайших точек города. Памятник зарезанной корове видно за многие километры. До каких глюков надо ужраться, чтобы такое наваять? И, самое интересное, в каком состоянии разума был мэр города чтобы оное страшилище утвердилось в качестве духо-определяющей скульптуры? Да ещё и ввиду больницы и музея-архива, посвящённого жертвам Катастрофы... Есть такой локальный, не всеми врачами, впрочем, признанный, тяжёлый душевный недуг - Иерусалимский синдром. Характеризуется острым желанием проповедуя чистое и светлое срочно принести кого-нибудь в жертву этому чистому, мнимому больным добрейшим богом. Такие проповедники считаются буйными туристами и помещаются под сменную опеку дюжих санитаров. Может "Корова" это своего рода сублимация? Или наоборот - агитация?


**** ****


** ** * ** **


Одобренная как выражение национального характера школа плоского, не связанного с объемным творчеством рисования, явно была основана верными последователями товарища О. Бендера*. Самое замечательное стенное панно, виданное автором и отмеченное им как эпохальный шедевр, украшает брандмауэр в одной из столичных школ (где - не скажу!). Это не кошмар, но нечто большее. Самое подходящее название, пришедшее в голову после остолбенелого размышления над сюжетом и техникой исполнения этого метрового в высоту и широкого полотна должно звучать как "Группа мутантов-дебилов радостно встречает долгожданный Конец Света". Картина изображает группу криворуких, безногих, кроваво-красных человекообразных чудовищ без носов, но с квадратными глазами, воздевших вверх рахитичные конечностями откровенно разной длины. Радость их понятна - такие рождены для телесных мук. В любой стране с минимально развитыми понятиями о халтуре и примерах воспитания этот ужас давно бы затёрли, закрасили какими-нибудь цветочками или хотя бы загородили фанерой, а художника избили бы инструментами его творчества и запретили ему заниматься оным пожизненно. Чай на это детям на переменках смотреть... Да и взрослым должно было быть противно. Но взрослым не противно, потому что не заметно. Такова особенность национального характера - не видеть того, на что не указанно как на объект рассмотрения. Классический случай такой упорной слепоты рассказал один мой приятель. Летним зноем он перемещался педальным гужевым транспортным средством по одной из прибрежных дорог из точки А в точку Б. Где-то посредине между точками у него случилось видение - ручей, с расширением, заполненным чистой пресной водой. Сначала он решил, что перегрелся и сейчас из этой ванны вылезет тюлень, но потом, презрев городскую нерешительность, понюхал воду (на предмет проверки, не течёт ли эта вода из пробитой канализации...) и влез туда сам. И вот нежится он в этой восхитительной джакузи, в обретённом мираже, которого здесь не может быть в принципе, потому что на карте никаких ручьёв, текущих к берегу ближайшего моря не заявлено. А мимо по тракту, в пяти метрах от мостика через ручей, идут машины, в которых потеют, задыхаются и заминаются, экономя на кондиционере, их владельцы. Накатываясь на мостик водители видят бултыхающегося в мираже мужика, притормаживают, но не верят. Наконец один бензиновый ящик, несущий истекающее жаром семейство останавливается, из него высовывается дама и глядя на сидящего по горло в воде довольного донельзя детину, подозрительно спрашивает: "скажите, здесь купаться можно?". Мой приятель не утонул от приступа беспричинного хохота, обуявшего его вместо ответа, только потому что ванна была недостаточно глубока для того чтобы вместить его судороги целиком. Отплевавшись от воды он насупился, строго взглянул на терпеливо ждущую ответа и сказал "нет, нельзя". Что вы думаете? Они уехали!


** ** * ** **

*** ** ** ***


Местному народу, для того чтобы они заметили красивое и удобное надо указывать. Просто раскрыть очи и удивиться приятности исраэлиты считают, видимо, неприличным. Парковые и лесопарковые горные склоны утыканы мощёными площадками обозрения, к которым ведут указатели с предложениями в форме приказа "Смотреть отсюда! Видеть то!" - с барельефными планами для подслеповатых, рассказывающими, какую площадку под застройку мы обозреваем. Не сказать, чтобы эти "обозрелки" были самыми яркими точками для предлагаемого любования, но руководствуясь такой табличкой в прогулочный час, идёшь и покорно как баран, выпукло смотришь. Виды с "обозрелок" открываются двух категорий: удручающе-пустынные и густо-зелёные, географически неуместные, но глаз и нюх радующие безмерно. Ашкеназы, построившие эту страну, жаждали превратить её в то, что казалось им красивым. И то верно: какой же дурак будет строить то, что ему противно? Не смотря на бурное выражение своей радости от встречи с обетованной пустыней европейские евреи быстро поняли, что их ощутимо-прекрасная родина должна выглядеть иначе. Больше похожей на духовно-чуждую Баварию, Прованс или, на худой конец, на Литву. Поэтому фонд Израильского возрождения (это буквальный перевод!), организованный за несколько десятилетий до появления очерченного на карте мира государства, стал насаждать на выкупленных у англичан, турок и арабов местах сосновые и эвкалиптовые леса. Не сады, заметьте, с которых можно было бы снимать урожаи плода, а приятных глазу и бумажной промышленности дерев, не имеющих способности к быстрому обороту, но растущих самостоятельно. Местные арабы пожали плечами и, поначалу удивившись, зарезервировали в мозгах знак, что эти пришлые евреи - не от мира сего.

Хвойные и дубовые рощи сохранялись в подмандатной Палестине жалкими лоскутьями, прореживаемыми полезными арабскими миндальными и оливковыми садами. Климат позволяет расти хвойным лесам по многим горным ущельям Ливана и палестины, но арабы не понимают зачем эти бесполезные леса нужны. Чувство прекрасного - воздуха, приятности для взгляда или погружения в нирвану у них развито в другую, более соответствующую засушливому хозяйственному кругозору, сторону. Арабы любят ночную пустыню, шёпот своего сада, сладко-острый праздник на берегу журчащего канала с водой... Но бесплодные деревья?!


*** ** ** ***


*** * *** * ***


Так окудрявился, сев на клочковато-щетинистые холмы, Иерусалим нового времени, обозначенный в центре жилых кварталов великолепным "диким" горным парком (хвойные, боярышник, дуб, вкрапления бывших миндальных садов, на фоне бывших карьеров с заполненными водой и живностью впадинами камня), который не более чем на четверть занят правительственным комплексом, отделениями Еврейского Университета и редкими обитаемыми домами разного формата. Здесь же в долину Найот вписан смущённый Ботанический Сад. Смущён он бедностью своей экспозиции относительно богатства окружающих городского лесопарка. В на личных и придомных газонах тоже можно встретить такое разнообразие растений, которое бюджетному Ботаническому Саду и во сне не снилось. Не знаю как в там Греции, но в Исраиле растёт всё.

Это божье чудо, ибо местные почвы смотрятся отвратительно. Иврейские народы прибывшие с чернозёма вообще не могут понять во что тут сажать и чем душа сосновая держится - сплошной гравий. При сильных ветрах и мокрых снегопадах, правда, наблюдаем массовый затор из-за поваленных стволов и сломавшихся веток - древесина тут в массе более хлипкая, чем в средней полосе. Если не следить, всё обрастает колючками и сорняком. На Востоке принято, как известно угощать одним блюдом, но уж до отвала. Меж спорных гор, вся в замутнённых временем исторических развалинах лежит долина (километров 5 длиной и 3 шириной) более чем на половину заросшая коноплёй. Той самой. Здесь это сорняк. Во время цветения ея вся долина и окрестности пропитаны неистребимым сладковатым запахом. Цветёт она сиреневым. Среди конопли живут в обветшалых новоделах любители природы обоих враждующих национальностей. Бедуины курят сорную траву, как кажется с пелёнок, а арабы уснащают какими-то частями праздничные салаты. Говорят, это вредно. Не знаю... Вкусно.


*** *** *** ***


*** *** ***


Продолжение - ещё в этом месяце.


Примечания.


Насчёт тонны репейника - аллюзия на роман О'Генри "Короли и капуста".

Хамсин - сухой горячий воздух приходящий с пустыни. Разжижает мозги.

ШаБаК - местный аналог КГБ. Знает всё и про всех. Сочиняет страшилки...