# Соловки: Макарьевская пустынь - биосад

Елена Васильевна Никитина

Географическое расположение островов (между 64градус57' и 65градус12' северной широты) обусловило появление собственного микроклимата: здесь цветут вишни, шиповник, растут кедры, клены, орешник, калина, рябина - всего более 500 видов растительности. Большая часть архипелага покрыта хвойными и лиственными лесами, отдельные участки представляют собой тундру и лесотундру. А еще есть биосад. Туда и направляюсь. Марш-бросок в Макарьевскую пустынь. Не заблудишься - указатели на каждом шагу. Когда-то это была селекционно-опытная станция монастыря. Сохранилось предание, что монахи выращивали не только помидоры, но и арбузы, апельсины... В грунте, под грядками, были проложены трубы из лиственницы, по которым подавалась горячая вода. Такая встроенная отопительная система. Благодаря ей южные растения не вымерзали. Сейчас остатки этой системы показывают экскурсантам. Останки системы. Не работает ничего уже. Не могут понять, как это работает. Секрет утерян. По ровной лиственничной аллее входим в биосад. Табличка. Деревья посажены в тридцатые годы. Воображение дорисовывает картину: вырубили древнюю аллею, но потом какой-нибудь чин облюбовал архимандритскую дачу и велел все восстановить. Хорошо бы восстановить и природоохранительную деятельность игумена Филиппа. Спасая медленно растущий приполярный лес, вопреки сиюминутной экономической целесообразности, он значительно ограничил порубку деревьев на островах для строительных нужд и для солеварения. Первое ответвление дорожки ведет к огромнейшей клумбе. Она поражает воображение. Цветы всевозможных форм и расцветок, высаженные ярусами. От клумбы тянутся грядки, на которых красуются цветы со всех частей света. Все цветут, благоухают. И это в Приполярье! Выхожу к двухэтажной архимандритской даче. "Приют спокойствия и уединения" - так называлась раньше эта дача, построенная в шестидесятые годы XIX века на территории бывшей Макарьевской пустыни, основанной архимандритом Макарием. Мне кажется, это самое уютное, светлое, заманчивое пристанище на Соловках, тем более что стоит оно на вершине небольшого холма, в окружении знаменитого "сада акклиматизации растений". Где-то здесь, среди зарослей, растет знаменитая морщинистая роза, подаренная монахам тибетскими ламами несколько веков назад. Еле нашла. Вглядываюсь в цветочек. Почти такой же, как обычный шиповник. Только лепестки побольше и поплотнее. Морщинок уже нет. Одичал, видимо, кустик. Рядом жимолость, боярышник, барбарис... Все в цвету. Красивое место. Но почему-то кажется, что раньше было еще красивее. Дом выглядит обжитым. Кто здесь сейчас отдыхает? Настоятель монастыря? Церковное верховенство? Новые русские, которые в состоянии заплатить за ночь в этом "супер-отеле", утопающем в аромате диковинных цветов? Пожить бы здесь... денек хотя бы... или просто зайти внутрь... Часовенка на пригорке. Полы и двери только что покрашены. Заглядываю внутрь. На дальней стене иконы, под ними свежие букеты необычайной красоты. Да, в такой часовенке помолиться - одно удовольствие. Аллея утыкается в дощатый настил. Дальше по нему. Чтобы туристы не вытаптывали лес, норвежцы соорудили этот деревянный тротуар (как и на Большом Заяцком), повторяющий все изгибы некогда существовавшей здесь тропинки. Идти по нему трудно: сплошные лестницы. А если бы я знала, что иду по этому настилу к выходу из биосада, а потом придется возвращаться... Поднимаю несколько шишек. В них семена елей и лиственниц. Посажу дома. Пусть вырастут как напоминание о Соловках. Бесцельно бродя по дорожкам, замечаю вдалеке теплицу. Обычный небольшой парник. Заглядываю внутрь. Женщина копошится между стеллажами с ящиками. Разговорились. Она агроном, работает здесь, живет на Соловках. Что выращивают, кроме цветов? Вот, например, арбуз. Действительно, длинная арбузная плеть с характерными амебообразными листиками, желтенькие цветочки и - арбузёнок, полосатенький, трогательный, размером не больше апельсина. Ну что ж, теперь можно с уверенностью сказать, что арбузы на Соловках и сейчас выращивают. Правда, пока как эксперимент. Будет ли когда-нибудь иначе? Весь путь назад думаю о талантливости и трудолюбии монахов. Такую красоту создать здесь, на острове! Восхищению моему нет предела. Воистину, если что делаешь во славу Господа, то и силы, и разумение появляются...