# Змея за пазухой.

Феликс Норкин

Когда я был маленьким, каждое лето отдыхал в пионерском лагере.   В те времена для Папы с Мамой, живущим в семимиллионной столице нашей Родины Москве, отправить меня летом на природу под присмотр взрослых было благим решением.   Ехали мы в лагерь обычно вместе с сестренкой Людой. Она чуть старше меня, хохотушка, весело собирала своих мишек и кукол. Я же готовился с трудом, через "не хочу". И когда Мама говорила:   - Поедешь, Феличек, надо...- Я долго конючил, чувствовал себя недовольным, обиженным. А наступал конец смены и я грустил, расставаясь с друзьями, играми, рыбалкой... Такие проблемы были у меня тогда.   Сейчас пионерские лагеря "канули в лету". Но, может быть, тебе будет интересно знать: что же эта была за "страна пионерия" ? Тогда слушай!   Каждый завод, фабрика должны были заботиться о летнем отдыхе детей своих работников. Делали это ответственные дяди и тети основательно, солидно. Сначала выбирали место за городом. Потом строили деревянные домики: спальни, кухни, столовую, игровые. Благоустраивали площадку для футбола, волейбола. Набирали пионервожатых, воспитателей, врачей, поваров.   Лагеря были большими и маленькими (до ста пионеров). Располагались они, как правило, на огромной облесной поляне. Вокруг шумел и ухал лес, недалеко бурлила река.   А теперь, я расскажу тебе историю, которая произошла со мной.    Мне восемь лет. Я худ и грязен, не одет и не причесан. Потом, через годы я стану аккуратным, внимательным к порядку, и даже, буду одеваться по погоде, а тогда был, хуже не придумаешь: "Вахлак вахлаком!" - говорил Папа, вспоминая не этот, а мой первый лагерь. О нем я как-нибудь расскажу.   Итак, вечер. Солнце вот - вот закатится отдыхать, прохладно, влажно... Я после футбола, в трусах и мокрой майке, иду, пересекаю площадку - наш центральный плац, где утром и вечером проходят пионерские линейки - торжественный, пионерский ритуал. Каждый отряд строится отдельно по периметру прямоугольника, в центре которого реет флагшток. Председатели всех отрядов отдают рапорт старшей пионервожатой: сколько ребят присутствует, есть ли больные, происшествия...   Потом под звуки трубы и барабанного боя опускается красный лагерный флаг.   Иду, значит, дрожу под прощальными, уже негреющими лучами солнца. Смотрю, впереди ребята сгрудились, сбились в кучу, опустили головы, что-то высматривают, некоторые с ветками, переговариваются, вскрикивают, подпрыгивают, отскакивают, часто слышу восклицания: Ой! Ай!   Подошел, протиснулся к центру круга и вижу на траве лежит прямая, серебристая с голубоватым отливом толстая палка, пригляделся - так это же змея, большая гадюка. "Убитая... "- решаю я, читал книжку о животных, о змеях, знаю: все стараются убежать, уползти от человека, а если не удалось, змея обязательно свернется клубком - так легче защищаться... А гадюка лежит, не шевелится, чуть изогнута красивая, треугольная головка. Ребята сухими ветками и палками поддевают и расшвыривают что-то в разные стороны.   Это же маленькие гадючата! Летит, поддетый веткой тонкий, короткий "шнурок", а ребята с визгом бегут вслед, ищут их в траве, находят, снова поддевают...   Жалко мне их стало, не захотел разглядывать, а, может быть, замерз, не знаю... И я пошел в свою палату.   Через несколько шагов, обычный вопросительный поворот в сторону ребят, ведь никто меня не звал...   Повернулся и вдруг... Чувствую легкий удар в грудь, что-то влажное, мягкое скользнуло мне за майку и замерло у резинки трусов... Я остолбенел от неожиданности, раскинул руки в стороны. Легкое шевеление, а потом и шипение чего-то маленького, холодного у живота вернуло сознание.   Инстинктивно пытаюсь снять майку через голову, тороплюсь, путаюсь, со страхом каждую секунду жду укуса, и готов выпрыгнуть из собственной кожи... Наконец, удалось ухватить правую лямку майки, потянул, порвал... Что делать? Где выход? Догадался! Схватил и сдернул вниз трусы... Слышу: легкий шлепок о траву. Отскакиваю в сторону, поспешно, брезгливо вытираю рукой грудь, живот, натягиваю трусы и... бегу, не оглядываясь, к дому под "мычание" трубы, зовущей малышей "по палатам". Из-за нее, наверное, я не слышал звуков собственного голоса, злого бормотания. Кажется мне сегодня, что гадюченок, не только напугал, но и научил меня кой - чему... Во всяком случае, теперь каждый вечер после игры в футбол, я бежал в палату за рубашкой, которую я готовил с утра - вешал на спинку кровати, и, надевая, тщательно проверял, застегнул ли ее на все пуговицы...