# Наш дом Израиль

Анатолий Григорьевич Петровецкий

Наш дом Израиль.


В наши дни трудно быть спокойно-рассудительным и уравновешенным. Наверное, это трудно всегда, если думаешь о чем-то значимом для себя и для других, взвешиваешь "за" и "против" перед принятием важных решений, определяешь допустимые моральные рамки.

Мне всегда был интересен ход мыслей и поступков человека на изломе души или в других нештатных ситуациях нашей жизни. В последние годы я часто говорил об этом с Менахемом Вайнбоймом.

Депутат Совета мери Ришон-Лециона Менахем Вайнбойм отказывается от реального места в списке А. Даабуля и соглашается не шестое место в списке партии "Наш дом Израиль". И это после двух каденций в городском совете. Ситуация, прямо скажем, не стандартная. Решение, которое вызвало много разговоров и ажиотажа в городе.

Всё-таки... Он почти единственный русскоязычный директор школы в Израиле. Его знают не только на "русской улице". Статьи, написанные им, всегда вызывают интерес. Выступления и лекции перед людьми собирают большие аудитории. Попытаемся войти в его внутренний мир.

Вопрос: Кем вы хотели стать в детстве?

Ответ: Разведчиком. Кто не хотел быть им после "И один в поле воин" и "Сильных духом"? Потом музыкантом и врачом. Но в поздней юности понял, что душа намного интереснее тела. Так я стал педагогом.

Вопрос: Чем отличается серпастый красный период в Вашей жизни от бело-голубого в Израиле?

Ответ: Там я был чужим среди чужих, а здесь, всё-таки, свой среди своих.

Вопрос: Где Вы видите себя ярче и успешней: в прошлом, в настоящем или будущем?

Ответ: В настоящем. В будущем я хотел бы войти с задором прошлого и опытом настоящего.

Вопрос: Что Вас тревожит больше в жизни: причины событий или их последствия?

Ответ: Как ни странно - последствия. На их основе можно разработать систему предотвращения постоянных неудач. К сожалению, в Израиле этого нет. Тут занимаются тушением пожаров.

Вопрос: И Вы тушите пожары?

Ответ: Конечно! Почти каждый день. Дети приходят ко мне в школу в 14-15 лет. Вы знаете, сколько пожаров они приносят с собой?

Вопрос: Как Вы относитесь к этому? Вы разочарованы?

Ответ: Рутинную работу выполняешь, ибо это часть жизни. С детьми - другое. Каждый ребёнок - это новый мир.

Вопрос: Вы хотели бы быть министром просвещения?

Ответ: Да, но при трёх условиях: назначение на пять лет, переориентация на нормальное финансирование, Либерман - глава правительства (он не даст в обиду).

Вопрос: Вы верите в такую возможность?

Ответ: Бен-Гурион говорил, что в Израиле нереален тот, кто не верит в чудеса.

Вопрос: Над чем работает лаборатория Вашего мозга?

Ответ: До конца сентября - успешное начало учебного года. До 11 ноября - успех НДИ на муниципальных выборах.

Вопрос: Можно ли "выносить сор из избы"?

Ответ: В принципе, нет, и уж, во всяком случае, не в личных целях.

Вопрос: Приходилось ли Вам "прятать мусор под ковёр"?

Ответ: Да, приходилось. Не всегда "вынос мусора" на всеобщее обозрение приносит пользу.

Вопрос: Вы "бросаете камни в чужой огород"?

Ответ: Редко, да и тогда только, когда выхода нет.


-2-


Вопрос: Как Вы относитесь к тем, кто "держит камень за пазухой"?

Ответ: Прежде всего, я к ним не отношусь. Глупые люди. Чернить другого - чернить себя.

Вопрос: Что является для Вас "хлебом насущным"?

Ответ: Общение с людьми. Чтение. Музыка. И, конечно, семья.

Вопрос: Вы сейчас "разбрасываете камни или собираете"?

Ответ: Смотря в чем. Прожит не малый отрезок жизни и пора уже подвести некоторые итоги. Что-то радует, что-то огорчает. Итоги пройденного заставляют "собирать камни", как результат удачно или неудачно посаженных семян. А скорее не проросших так, как бы хотелось. Но и сейчас я полон желания начинать новые проекты в своей жизни. Поэтому готов "разбрасывать новые камни" - сеять ростки будущего, воплощать бесчисленные идеи. Думаю, плодотворные и полезные людям.

Вопрос: Вы бываете в раздоре с собственным "Я"?

Ответ: Разумеется. Я человек думающий.

Вопрос: На какой ступеньке служебной лестницы Вы находитесь?

Ответ: Надеюсь, что не на последней!

Вопрос: У вас были неприятные моменты в политике?

Ответ: Были. Впервые, когда я понял, что "русскоязычная улица" раздроблена в силу личных амбиций ее лидеров. Было неприятно осознавать, что это ослабляет позиции русскоязычного населения страны, дискредитирует авторитет олимовских партий.

Вопрос: Поэтому Вы ушли с "русской улицы" в список А. Даабуля?

Ответ: Не совсем так. Я ушел в израильский список, серьезно веря в то, что к решению проблем русскоязычной алии необходимо привлекать коренное население страны.

Думал, что возможно использовать их опыт жизни в этой стране на благо новых репатриантов, сделать их союзниками в отстаивании наших интересов.

Вопрос: К чему привело подобное сотрудничество?

Ответ: К еще одному разочарованию. Эти люди хотели использовать русскоязычные голоса для достижения своих узко-корпоративных интересов. А проблемами алии никто из них не собирался заниматься после выборов.

Вопрос: Почему же Вы оставались в этом списке на протяжении всей каденции?

Ответ: Старался даже в таких условиях отстаивать интересы своих избирателей.

Вопрос: Какой вывод Вы сделали для себя?

Ответ: Вывод очевиден. Я бросил реальное место в чужеродном списке и согласился на шестое место в списке НДИ, так как считаю, что без русскоязычной партии нам не решить проблем алии. А я вернулся в свой "дом", на свою "улицу" и счастлив, что не буду участвовать в раздроблении наших сил. Ради этого стоит пожертвовать личными интересами. К чему и призываю всех представителей русскоязычной алии.

Вопрос: Какие еще разочарования постигли Вас на политическом поприще?

Ответ: Меня всегда угнетало положение дел в нашем образовании. Школа, дети и все, что с этими понятиями связано, как в стране в целом, так и в городе в частности не выдерживает никакой критики. Необходимо менять систему в корне.

Вопрос: На это потребуется много денег. А где их взять?

Ответ: Не всегда деньги решают всё. Откуда взять? В мэрии работают 3400 человек. Из них около тысячи в образовании. Среди остальных 2500 есть "есть важные", "нужные", "не очень нужные", "пристроенные" и "совсем не нужные". Примерно сто человек каждый год уходят: кто на пенсию, кто на другую работу, кто переезжает, а кто - "в мир иной" (не про нас будет сказано). На их место не нужно никого брать. Оставшиеся справятся. Умножьте сто на 10000 шекелей (стоимость одного работника) - вот вам миллион в год. За пять лет - экономия в пять миллионов. Знаете, что можно сделать? Садики до 19:00, вспомогательные уроки, послеобеденные клубы для подростков, помощь не полным семьям...


-3-


Вопрос: Кто же это сделает?

Ответ: Это и другие дела может сделать команда НДИ в муниципалитете. Там есть серьёзные ребята. Да и я не умираю ещё.

Вопрос: Вы верите, что "Наш дом - Израиль" сможет улучшить жизнь в Ришон-Леционе?

Ответ: Сильная фракция в совете города, члены кнессета от НДИ и влиятельные министры после следующих выборов могут сделать переворот.

Вопрос: Перед кем Вам бы хотелось снять шляпу?

Ответ: Я хотел бы поговорить хотя бы час с Менахемом Бегином, проехаться по стране с Давидом Бен-Гурионом; увидеть, как пишет Исаак Бабель и выпить за столом с Александром Пушкиным. Перед ними я хотел бы снять шляпу.

Вопрос: Кого Вы ненавидите больше всего?

Ответ: Я хотел бы стать свидетелем смерти Гитлера, пнуть его издыхающее тело ногой.

Вопрос: Вы хотите достичь бессмертия своей работой?

Ответ: Хотелось бы достичь его, не умирая.

Вопрос: Ваше кредо?

Ответ: В жизни: порядочность всегда лучше обмана. И второе: страх - не вокруг нас, а в нас. Надо его преодолевать. Что же касается политики, отвечу по Ильфу и Петрову: "Всегда!" А это значит быть неравнодушным к себе, к близким и друзьям. В нашем общем доме мы живём по-разному, но "политическое болото" хочется превратить в "плодородную почву", на которой будет строиться наш дом Израиль.


Интервью провёл


Анатолий Петровецкий.