# "Войны мы не хотим, но и не боимся её" -- Северные корейцы о ядерной конфронтации

Леонид Алексеевич Петров

Леонид Петров для Русской редакции Радио SBS (2 июня 2009 г.)


Радио SBS: - Последние два месяца информационные агенства всех стран передают сообщения о ракетных, а теперь уже и ядерных испытаниях в Северной Корее. Ещё в 2003 г. эта страна вышла из Договора о нераспространении ядерного оружия, а в этом году заявила о выходе из Шестисторонних переговоров по ядерному вопросу. Создаётся впечатление, что теперь уже никто не в силах остановить развитие ядерной программы КНДР и появление новой ядерной державы в Азиатско-тихоокеанском регионе это дело считанных недель или месяцев. Что происходит в этой стране и почему ей так необходимо ядерное оружие мы попросили рассказать сотрудника Австралийского национального университета, доктора исторических наук, Леонида Петрова.


Л.П.: Дело в том, что Холодная война в Северовосточной Азии до сих пор не закончена. Все страны этого региона (Китай и Тайвань, Северная и Южная Корея, Россия и Япония) по-прежнему принадлежат к враждебным военно-стратегическим блокам. Причём линия фронта этой затянувшейся войны проходит по середине Корейского полуострова где-то в районе 38-й параллели и называется Демилитаризованной Зоной. Корейская война, которая началась в 1950 г. как война гражданская, война за объединение страны, до сих пор не закончена, ведь в 1953 г. было подписано лишь соглашение о перемирии. Да и оно было подписано КНДР, США и КНР. Южная Корея в то время хотела вести войну до победного конца и отказалась подписывать даже этот документ...


С тех пор практически ничего не изменилось. Военный контингент США до сих пор расквартирован в Южной Корее и может в любой момент возобновить участие в военных действиях. Китайские добровольцы давно покинули Корейский полуостров, но военную поддержку Северной Корее Китай может оказать в любую минуту. Всё это вызывает нервозную обстановку и в Сеуле и в Пхеньяне. Северная Корея продолжает вести полу-военный образ жизни, держа под ружьём более миллиона своих граждан и наращивая свой ракетный и теперь уже ядерный потенциал. Долгое время эти программы были добровольно заморожены КНДР в обмен на энергетическую и экономическую помощь со стороны соседей, и в первую очередь США. Однако взаимные упрёки и подозрения взяли вверх и в 2002 г. конфликт разгорелся с новой силой.


- Мы знаем что в середине 1990-х годов Северная Корея сильно пострадала от наводнений, засухи и других стихийных бедствий. Миллионы граждан этой страны страдали от голода и недостатка электроэнергии. А какова экономическая ситуация на сегодняшний день?


Л.П.: За последние несколько лет экономическая обстановка в Северной Корее существенно нормализовалась. Особенно заметно это по жизни столицы страны - Пхеньяну. Центральные улицы города хорошо освещены по ночам, а многоэтаэные здания покрашены в непривычно яркие цвета, работает общественный транспорт, и даже незавершенный памятник социалистической архитектуры (105-ти этажная гостиница Рюгён) теперь одета в тысячи квадратных метров тонированного стекла. Повсюду царит чистота и порядок, по дорогам ездят новые автомобили, а по тротуарам снуют прохожие с мобильными телефонами в руках. На первый взгляд, жизнь вошла в привычное русло и даже заметны позитивные сдвиги.


Тем не менее, Пхеньян по-прежнему остаётся столицей самой бедной страны Северовосточной Азии - региона наиболее успешного и динамично развивающегося вот уже полвека. Власти Северной Кореи продолжают проводить политику самоизоляции "Чучхе" и приоритета армии "Сонгун", в результате чего страна остаётся островком тьмы и подозрительности посреди океана света и прогресса. Десятилетие назад, обрушившиеся на страну голод и стихийные бедствия стоили жизни нескольким миллионам северных корейцев. Отсуствие лекарств, плохое питание и недостаток энегии превратили целое поколение этой страны в инвалидов и дистрофиков. Отсутствие чистой воды и электричества до сих пор остаются частью повседневной жизни провинциальных городов и сельской местности. Лишь жители столицы, благодаря её особому статусу, ограничивающему въезд и выезд и обеспечивающему улучшенное снабжение продовольствием и товарами, могут похвастаться существенным повышением уровня жизни вообще.


- А почему Северная Корея не проводит полномасштабной экономической реформы, например по образцу того же Китая? Какова экономическая политика Пхеньяна на ближайшие годы?


Л.П.: КНДР остаётся страной коммунистической, где частная собственность на средства производства запрещена, а индивидуальная деятельность граждан строго регламентирована государством. После полувекового запрета, торговля на рынках была вновь разрешена лишь в 2002 г. Это вынужденные "экономические меры" немедленно подстегнули производство и спасли от голодной смерти миллионы людей. Успешная коммерческая деятельность мелких кооперативов и даже отдельных семей была легализована и ставилась в пример государственным предприятиям и даже чиновникам, находящимся на госслужбе. Известен пример, когда в начале 2000-х сотрудников органов госбезопасности КНДР призывали перейти на полный хозрасчёт и активно участвовать в коммерческой деятельности.


В результате наметившихся в стране рыночных реформ цены повсеместно вырасли, курс неконвертируемой корейской воны по отношению к твёрдым валютам упал, а зарплаты (особенно у бюджетников) не менялись уже несколько лет и составляют 3-5 тыс. Северокорейских вон в месяц, что соответствует приблизительно 3-5 долларам США по курсу чёрного рынка. Официальный курс в двадцать раз меньше. При таком уровне зарплат без карточной системы обеспечить себя продуктами невозможно. Жильё и траспорт в Северной Корее продолжают субсидироваться государством, что помогает большинству населения выживать в условиях вялотекущих реформ. Любая возможность поработать сверхурочно стала рассматриваться не как производная очередной идеологической кампании, а как реальная возможность улучшить своё экономическое положение. В этих условиях большинство жителей КДНР охватил коммерциализм. Люди стали больше работать для того чтобы лучше питаться и одеваться. Промышленное производство стало постепенно выходить из длительного кризиса, а компании, задействованные в экспортно-импортных операциях стали флагманами экономики.


- А помогает ли Северной Корее Южная Корея? Как вообще выглядит перспектива объединения страны в будущем?


Л.П.: За прошедшие 10 лет стабильного улучшения межкорейских отношений, существенные средства были получены и от Южной Кореи. До недавнего времени десятки тысяч северных корейцев под руководством южнокорейских менеджеров трудились на специальных экономических зонах в Кэсоне и Кымгансане. В этих зонах свободно циркулировала южнокорейская пресса, а представителям внешнеторговых компаний было позволено свободно общаться с иностранцами в поисках выгодных контрактов. Работающие в таких совместных предприятиях граждане КНДР зарабатывали "огромные" по местным меркам деньги ($60-70 долларов США в месяц) и, по мнению пхеньянского руководства, "были похожи на ходячую рекламу капиталистического образа жизни". Всё это было очевидным и казалось, что повернуть этот процесс вспять уже невозможно.


Однако в прошлом году в стране произошёл крутой поворот обратно к "социализму по-корейски". Работа рынков стала строго регламентироваться правительством, которое постоянно вводило новые запреты на ассортимент товаров, возраст торгующих и время работы. Молодым женщинам было запрещено участвовать в коммерческой деятельности, а многие предоплаченные торговые точки были закрыты на замок. Одновременно с этим, в рамках "борьбы с капитализмом", у семей, проживающих в провинции, стали конфисковывать приусадебные участки.


Затем пострадали меж-корейские экономические проекты, служащие в которых "слишком отдалились от социалистического образа жизни". Курорт в Кымгансане прекратил свою работу на неопределённое время по причине убийства южнокорейской туристки, а индустриальный парк в Кэсоне вот-вот закроется из-за ареста властями южнокорейского мереджера. В конечном итоге по стране прошла волна "рыночных протестов". Впервые за много лет, граждане КНДР решились на открытые протесты против местных администраций, контролирующих рынки и торговлю. Некоторые из них были спровоцированы вестью о самоубистве целых семей, обречённых на голодную гибель в провинции.


- А не связан ли нынешний рост ракетно-ядерные амбиции руководства КНДР с обостряющейся ситуацией внутри страны? Как реагируют сами северные корейцы на этот ядерный кризис?


Л.П.: Теперь, когда назревает новый межкорейский конфликт, а отношения с Западом достигли своей низшей точки со времён Холодной войны, жители Пхеньяна первыми ощущают опасность потери своего кратковременного благополучия. С экранов телевизоров и нескольких существующих на всю страну газет им твердят о том, что "новая война с американским империализмом неизбежна" и что её начало - это лишь дело времени. Понятно, что выбора у населения, ослабленного голодом и находящегося под пристальным надзором спецслужб и регулярной армии просто нет. Страна милитаризуется, а вместо экономических реформ недавно была официально провозглашена массовая идеологическая кампания "Бой длинной в 150 дней". На вопрос что будет дальше, жители КНДР грустно отвечают: "Войны мы не хотим, но и не боимся её".


Из этого становится ясно, что на самом деле это северокорейское руководство боится собственного народа, а не соседей или врагов за океаном. Семья Кимов (сначала Ким Ир-сен, а теперь его сын Ким Чен-ир) находятся у власти вот уже более шести десятилетий и рано или поздно вопрос о смене режима возникнет. Поэтому единственным способом снять этот трудный вопрос с повестки дня - это накалить межкорейские отношения, испортить отношения с Западом, и тем самым сплотить народ вокруг Вождя и его верных генералов. Такм образом, ядерное оружие и баллистические ракеты это не самоцель, а лишь средство выживания для обанкротившегося режима.

--