# 522 Девиз: Чтит божественность жизни, Лишь кто Богу подобен сам.

Поэтический Турнир Пятый

Елизавета Канибалоцкая


Победитель Пятого поэтического турнира Ibykus по решению жюри и участников турнира

(по строке Гёльдерлина и на свободную тему).


522 Девиз:

Чтит божественность жизни,

Лишь кто Богу подобен сам.

Ф. Гёльдерлин, "Мирская слава"


По строке Гёльдерлина


Есть соблазн забыться безмятежно:

Живы все, и часто смех звучит,

Нереально то, что неизбежно,

Спится сладко, память не горчит.


Каждый день в волшебный мир оконце

Пробивает любопытный нос.

Радугой играют брызги, солнце,

Слюдяные крылышки стрекоз.


Случай - друг, мгновение - сподвижник,

Звук и слух общаются любя

Ты никем на свете не обижен,

И плохое всё - не для тебя!


Кто из нас не впал в апофеозы,

Возвращаясь к детству своему?

Святы вы, златые детства грёзы!

Но свой взор я обращу к тому,


С кем дружило в жизни только детство,

Без границ, без сроков, без оков...

Горек мёд, доставшийся в наследство

Гениям всех наций и веков.


Всё потом : признание и слава,

(Мелочиться вроде б не к лицу)

Быть вне норм себе присвоил право -

Привыкай к терновому венцу.


Всё, что чересчур, толпе негоже,

И она, не ощутив вины,

Встретясь с божеством, цены не сложит,

А ему и вправду нет цены...


Жил мальчишка, горестей не зная,

И его (невольно, не со зла)

Захватила в плен краса земная,

В колдовские дебри завела.


Лес, вершины гор, небес безбрежность,

Мощь дубрав - его свободный рай.

Наполняла грудь, томила нежность

И рвалась из сердца через край.


Полнился восторгом, изнывая,

Пылкий дух, шла кругом голова.

И забил родник - струя живая,

Богом обращённая в слова.


Тут бы и дохнул попутный ветер,

Алые наполнив паруса...

Не судьба. Хоть чист родник и светел,

Не благословили небеса.


Чуточку бы радости, удачи

И земной любви, ведь не монах.

Нет, монах! Монах - и не иначе,

И забудь о девичьих устах,


О живом, горячем, земнородном

Буйстве крови, дерзости, борьбе!

В мире горном, гордом и свободном,

Место сильным, только не тебе.


..."Темя гор" окутано туманом,

Клочья туч, орлы...Святая мгла!

Не мани чудовищным обманом,

Боль его уже подстерегла.


Он идёт по тонкой, стёртой грани:

Гении - безумцы. Z'est la vie.

Трепетный, ранимый, нежный, ранний,

Любящий и жаждущий любви


Знает небо, кто чего достоин,

Сеятель посеял - жнец пожнёт.

Никаких законов и устоев,

Он свободен от любых тенёт.


Милая избранница Природа!

Не легки сейчас его шаги.

Если путь в безумие - свобода,

Не мешай идти, а помоги...


На свободную тему


Номинация: Двадцатый век у Ватсона на 'мушке'. (Наталия Борисова)


ПРОШЛЫЙ ВЕК


Слух резануло снова: прошлый век.

Но что не так? Чем слух не ублажили?

Списали век, как прошлогодний снег,

И пыль глотать в архиве положили?.


То век конкретно нашей суеты.

Перечислять, действительно, банально.

Мы наши взлёты, срывы (с ним на "ты")

Обговорили конфиденциально.


Но, не уйдя от всех его тревог,

В соку его мы варимся всечасно.

Он дверь свою прикрыл лишь, но замок

Ещё не щёлкнул в мире громогласно.


Века-младенцы ждут: века-отцы

Им отдадут престол и канут в Лету.

Но не таков двадцатый: под уздцы

Рукою регента он взял планету.


Мы, дети, словно пасынки его,

С опаской помня зверские повадки,

Храним невольно горькое родство,

С которым бы расстались без оглядки.


Вся эта дикость бунтов, войн, расправ,

Иезуитская преступность власти...

Как двигатель прогресса век избрал

Высокие и низменные страсти.


Их разожгли умело те рвачи,

Которые в верхах всегда ловчили.

К высокому нас звали палачи,

Нас ненавистники любить учили.


Взяв в свой актив потенциал Земли,

Влезая и в искусство, и в науку,

Как поезд, с рельсов век они свели,

Дав право всем на жертвенность и муку.


Не можешь ты уйти, двадцатый век,

Нет права у тебя назваться прошлым!

Ты стольких возвеличил и поверг,

Ты так облагородил и опошлил,


Ты так обожествил и оплевал,

Так возлюбил и так возненавидел,

Ты столько разрушал и создавал,

Ты стольких непростительно обидел,


Что стал непреходящ, как монумент.

Век, выпавший из времени в осадок.

Кто знает, чем чреват эксперимент,

Повергший в хаос временной порядок?


Благих намерений с дорогой в ад

Ты миру подарил в таком избытке,

Так гнал вперёд и так сдавал назад,

Что свёл на нет в итоге все попытки


Стать высшей справедливостью Земли.

Провал вселенский, без надежд, без шансов.

Что ж, низменные страсти подвели,

С их множеством оттенков и нюансов.


Но отчего безмерно высоки

Иные страсти, безграничен разум?

Зачем горят и гаснут маяки,

И вновь горят с безумьем и экстазом?


Что - наша жизнь? Действительно игра,

В азарте доведённая до клинча?

Злой гений спорит с гением добра?

Вы - чьи игрушки, Ирод и да Винчи?


События грядут. Что - годы, век?

Повтор явлений, шедших друг за другом.

С тех пор, как в них замешан человек,

Набор условностей - к его услугам.


А как же двадцать первый? Он - дитя.

Родиться мало. Нужно состояться.

Продолжим действо, плача и шутя:

Сыграйте Брамса, Холмс! - Стреляйте, Ватсон!