# поезд мчится

Александр Сергеевич Попов

ПОЕЗД МЧИТСЯ НА ПРОСТОРЕ


Китайский поезд - это песня, и, как любая песня, в зависимости от содержания она бывает либо веселой, либо грустной. Нет, забыл, еще она бывает очень грустной.

Да будет известно тому, кто не ездил в китайских поездах, что на посадку в проходящий через Харбин пекинский поезд отводится всего 12-15 минут. При этом ты должен пробежать через виадуки и весь перрон, так как твой вагон, естественно, находится в самой дальней от выхода на перрон точке. Но выпустить заранее пассажиров на перрон, чтобы они благополучно дождались своего поезда - это было бы слишком просто, как-то не по-китайски. Ведь настоящий китаец не ищет легких путей, он любит преодолевать трудности и в этом ему от всей души помогают различные организации.

Огромный вокзал Харбина сначала набивают по самое "не могу", затем, за несколько минут до прибытия долгожданного поезда, дают команду "Вперед!". Каждый стартует, как может,- кто с низкого старта, кто с высокого, если ему не мешают чемоданы. В конечном итоге все, конечно, добегают до вагона, но адреналина каждый получает достаточно.

Ну а потом можно расслабиться, если не упираться на некоторых мелочах, нам не всегда понятных. Например, с китайцем трудно договориться поменяться местами, так как он твердо уверен, что ехать можно только на том месте, которое указано в билете, даже если ты предлагаешь лучшее, а значит и более дорогое место (стоимость места зависит от этажа, на котором оно находится). А их стремление к параллельности и перпендикулярности! Это нужно видеть. Ехать от Харбина до Пекина больше 20 часов. Нам было интересно рассматривать из окна поезда поля, деревни и тому подобную лабуду - все чужое и непривычное. При этом каждый подход к окну нарушал правильность картины, созданной единообразно сложенными в мелкую складку занавесками. И вот проводник каждый раз, не позволив себе ни единого косого взгляда, молча подходил и восстанавливал порядок. А наутро, как завершающий аккорд в симфонии вселенского порядка, мы увидели аккуратно расставленные и выровненные по носкам наши туфли и ботинки.

Кстати, вся эта безумная любовь к порядку не мешает китайскому люду в поезде свинячить, кто как умеет. На пол летят бумажки, упаковка от лапши, скорлупа от семечек и орехов. И предела этому нет. Лет пяток назад в чисто китайских плацкартных вагонах ко всему вышеперечисленному добавлялось беспрерывное курение прямо рядом с тобой, всенепременно сопровождаемое смачным харканием на пол. Я понимаю так: без харкания китайцу курение не приносит того удовольствия. И скромно плюнуть в урну в уголочке тоже неправильно - это нужно сделать демонстративно громко. Вот это по-нашему, по-китайски.

Гул понемногу стих, пора готовиться ко сну. Народ потихоньку проваливался в сон, блаженно улыбаясь и похрюкивая. Но все не так просто. По вагону пролетел вихрь в виде мелкой по размерам, но вредной по своей сущности проводницы. Она мячиком подпрыгивала до третьей полки с ей одной понятным криком-приказом, и чуть не за уши пыталась развернуть каждого, спящего не по-китайски, головой к проходу. Внезапно мы увидели, что, действительно, только из наших купе в проход торчали не головы, а, пардон, копыта. Побурчав, все смирились с неизбежным и поменяли, так сказать, ориентацию, хорошо, что только в пространстве.

Многие годы татаро-монгольского ига приучили русский народ подчиняться, в итоге делая по-своему. Поэтому через три минуты все лежали, как надо, то есть головой к окну. Все тихо радовались, что их не победили.

Но это происходило, наверное, уже не в первый раз. Вихрь вернулся, подпрыгивая и вереща. Так повторялось раза три. Но вы представьте сами короткие полки, рассчитанные на среднего китайца. Одно дело спать, когда с полки свисают ноги не поместившегося во всю длину тела, и совсем другое, когда свисает голова, уж можете мне поверить.

Итог был очевиден. Устав от этого поистине гамлетовского вопроса, какую часть организма свешивать с полки, простые русские люди простым русским языком объяснили проводнице куда ей нужно пойти вместе с ее такими, такими и вот такими полками и куда ей нужно обратиться, если она не согласна.

Самое интересное, что все сразу утряслось, и мир опустился на наш вагон. Больше нас никто не тревожил, а назавтра было солнце, Пекин и Великая стена.


3