# Зарисовки молодого специалиста

Леонид Григорьевич Пржепюрко

Начало моей трудовой деятельности на заводе в качестве молодого специалиста и смешные истории этого периода

Леонид Пржепюрко


02.01.07

E-Mail" lgpinfo44@gmail.com


ЗАРИСОВКИ МОЛОДОГО СПЕЦИАЛИСТА


"ПАРТИЯ СКАЗАЛА НАДО - КОМСОМОЛ ОТВЕТИЛ ЕСТЬ!"


ГЛАВА 1. Начало моего инжиниринга.


Декабрь 1966 года, я защитил диплом инженера-механика и получил, как молодой специалист, назначение на Днепропетровский завод горношахтного оборудования. Январь - отпуск, а в феврале пора на работу. 13 февраля 1967 года - мой первый рабочий день. Как потом оказалось, этот день стал счастливым для меня, позже я стал грамотным инженером-конструктором, и вся моя дальнейшая работа была связана с созданием нового горного и металлургического оборудования, как на заводе, так и позднее при работе в других проектных институтах.

Руководством завода я был определен на работу в отдел главного конструктора, а сам завод в то время представлял собой передовое машиностроительное предприятие по выпуску горношахтного оборудования для предприятий горнометаллургического комплекса Украины, России, Казахстана и других республик Советского Союза. Численность рабочих на нем составляла 3000 рабочих, а инженерно-технических работников только в отделе главного конструктора - 60 человек, в отделе главного технолога еще было больше - 120 человек. А самое удачное для меня было то, что на заводе был довольно внушительный костяк молодых специалистов, численностью в 30 человек. На заводе текла активная комсомольская жизнь под руководством парткома завода и комитета комсомола. Молодежь участвовала в субботниках, в обработке колхозных полей, в спортивных соревнованиях, в КВН и вечерах отдыха. Я бы сказал так: жизнь кипела, как в производстве и мероприятиях партии и комсомола, так и в вопросах досуга молодежи. На некоторых интересных, на мой взгляд, смешных историях я бы хотел остановиться и познакомить с ними моих читателей.


ГЛАВА 2. САНДРУЖИНА


Итак, в феврале месяце я приступил к работе, время летело быстро и вот уже весна на дворе, потом май месяц и лето не за горами. Молодых специалистов вызывают в партком и ставят следующую задачу: нужно от завода хорошо выступить в районных соревнованиях предприятий по сандружине. Под словом "хорошо" партком подразумевает следующее: нужно занять в этих соревнованиях 2-е или 3-е место и принести на завод грамоту. Других вариантов не предусмотрено, так как 1- место - это выступление на городских соревнованиях, а это заводу уже не нужно по материальным затратам, а занять не призовое место - это непрестижно для отчетности вышестоящим партийным, профсоюзным и комсомольским инстанциям. Состав нашей команды был утвержден численностью в 15 человек, партия и комсомол приняли решение командировать на соревнования смешанный состав по полу, состоящий из примерно равного количества парней и девушек, считалось тогда, что такой состав способен не посрамить честь завода в соревнованиях и занять призовое место.

Секретарь парткома дал нам две недели на подготовку к соревнованиям в рабочее время, вне территории завода на берегу Днепра в пляжной зоне. Завод располагался вдоль Днепра в окружении частного сектора, и нам было очень удобно ежедневно через "комсомольскую проходную" (дыру в заборе) выходить на заводской пляж и тренироваться по сандружине. Учебу с нами проводили медработники заводского медпункта, мы осваивали навыки наложения повязок, транспортировки на носилках условно раненых (малоподвижных болных) и упражнения имитирующие маскировку раненых и вызова медицинских подкреплений из резерва медработников. Но самое приятное для всех нас было то, что был уже конец мая месяца, было очень тепло и занятия можно было проводить в пляжной форме: парни были в плавках, а девушки в открытых купальниках. Я должен отметить ещё один положительный момент во время проведения тренировок команды: все соревнующиеся в нашей команде были достаточно удобно оголены, а это было очень удобно для выполнения различных перевязок, транспортировки условно раненых и также проведения мероприятий отдыха и купания в Днепре. В процессе проведения тренировок у нас у всех был прекрасный аппетит и, естественно, желание хорошо перекусить на лоне природы. Такое мероприятие каждый раз проходило на высоком эмоциональном уровне, ведь кругом был частный сектор, и многие члены команды жили в нем. Так что многие из них приносили с собой прекрасное сало, квашеную капусту, домашнюю колбасу и, конечно, чистейший самогон.

Трапеза обычно проходила у нас при таком насыщенном продуктами и напитками столе очень аппетитно, с юмором и без отрицательных последствий согласно утверждениям известного тогда анекдота, когда о водке высказывались руководители разных стран так: "В водке есть витамин" - сказал Хо Ши Мин, "Да ну" - сказал У Ну, "Водку нужно пить регулярно" - сказал Сукарно, "Водку нужно пить в меру" - сказал Неру, " И водка нами не забыта" - сказал Хрущев Никита. Такой анекдот способствовал нашему пищеварению и соответственно, настроению готовиться к соревнованиям по сандружине. Обычно все тренировки проходили под смех, с чувством локтя соревнующихся, но на тренировках члены команды вели себя далеко неадекватно. Так, например, перевязки на девушках любили делать только парни, а девушки любили таскать парней на носилках и думаю, что это было связано чисто с менталитетом молодежи того времени. Представьте себе дорогой читатель следующее. Была у нас в команде Зина, девушка комплекции современной Русланы Пысанки. Так вот, чтобы ей сделать перевязку, не важно какую: бедра, груди или на ягодице, то среди парней начинался ажиотаж типа конкурса, а самое смешное было то, что Зина сама себе выбирала медбрата для очередной перевязки. Это только к концу тренировок членам команды сообщили медработники завода, что на соревнованиях в качестве пострадавших будут только школьники.

Не могу не отметить ещё такой немаловажный показатель, как умение девушек команды умело преподносить парням свои внешние данные. Они меняли купальники через день, прически также, я уже не говорю о вариантах словесности при общении с парнями. Благодаря этому у многих парней к концу тренировок улучшилась речь, возросла культура общения с дамами, а самое главное было то, что у всех парней определилось четкое подсознание того, что сердце девушек нужно завоевывать и, конечно, не хамским поведением, а культурой и вниманием к ним. Вот так себя поставили в то время молодые девушки-комсомолки нашей команды перед парнями комсомольского возраста. Итак, тренировки наши заканчивались и приближались районные соревнования по сандружине.

Капитан нашей команды был представитель старшего поколения Анатолий, неоднократно участвовавший в таких соревнованиях и защищавший честь завода. Он мастерски настраивал команду на победу. По жребию на очередность выступления он вытянул билет участника ? 3, что давало нам возможность быстро выступить и отдыхать затем на лоне природы до конца проведения соревнований. Завод был единственным среди предприятий выставивший смешанную команду, так что интерес окружающих нас других команд в основном женского состава к нам был повышенный. Должен отметить, что выступили мы хорошо без срывов и по многим показателям превзошли нормативы соревнований по скорости и качеству их исполнения. В итоге мы заняли 2-е место и были удостоены впоследствии грамотой. Но! Мы могли все это потерять из-за следующих своих на первый взгляд невразумительных действий.

Соревнования проводились в парковой зоне города при выезде из него в сторону Новомосковска. После выступления мы отошли от места их проведения в сторону метров на 100, сели на траву под кустики и начали свою трапезу с "обмыванием" своего успешного иыступления пением и выпивкой самогона. У нашего капитана команды Анатолия был низкий оперный баритон, и он начинал громко петь, а девушки ему подпевали. Репертуар был в основном мелодичные украинские песни, типа "Несе Галя воду" или "Думи мои, думи мои, лихо ж мени з вами" и другие. Рюмки наливались и наливались все чаще, и мощь голоса Анатолия при пении все возрастала и возрастала. Это кончилось тем, что к нам подошла руководитель соревнований и, обратившись к Анатолию, сказала следующее: "Уважаемый! Вы своим пением глушите команды наших медработников и мешаете проведению соревнований. И вообще, что Вы с таким прекрасным оперным голосом делаете на этом заводе? Я вас прощаю за такое поведение только из-за Вашего прекрасного голоса. Больше ни звука, заканчивайте свою трапезу и ждите подведения итогов соревнований". Второй наш прокол, который мог привести к потере очков в соревновании, был в следующей халатности наших бойцов команды. На соревновании в качестве "подопытных пострадавших" были школьники. Так одного из них мы уложили на носилки и сделали ему перевязку бедер, он лежал на носилках не шелохнувшись, а самостоятельно встать с них не мог. Тем более что носилки стояли на возвышении в беседке. После осмотра выполнения нашей работы на соревнованиях инструктора и мы все спустились в низ к месту подведения итогов соревнований, а о школьнике просто забыли, бедняга пролежал в указанной выше позе около часа и его буквально спас лай собаки хозяина, который с ней гулял по парку. Именно лай собаки напомнил нам о нем, и мы бегом кинулись его спасать. Слава богу, этот казус руководители соревнований не заметили, и мы заняли призовое 2-е место. А руководительница соревнований еще раз прилюдно отметил высокие вокальные данные нашего капитана Анатолия.

Вывод здесь напрашивается один, именно молодость и коллективизм заводской команды, вера в свои силы и принесла 2- место и грамоту заводу и, естественно, нужные показатели парткому и комитету комсомола завода.


ГЛАВА 3. КЛУБ ЗАВОДА


Рядом с проходной завода с правой стороны по ходу находился клуб завода, в котором проходили различные мероприятия, связанные с решением производственных вопросов, а также мероприятия культурно-массового характера. Я в этой главе остановлюсь именно, на последних, так как они отражали в тот благополучный "брежневский период" жизни страны моральное и духовное состояние людей разных поколений. Люди в те времена были более спокойные, добродушные, словоохотливые. Они очень любили застольные встречи по различному поводу на основе бескорыстных взаимоотношений.

Архитектурной особенностью заводского клуба был кинозал примерно на 300 мест, в нем проводились праздничные собрания коллектива завода, юбилеи руководящих сотрудников, мероприятия по партийной, профсоюзной и комсомольской жизни коллектива завода.

В одну из рабочих недель меня и ещё нескольких молодых специалистов вызвали в партком завода, и парторг нас озадачил следующим: "В субботу намечается всесоюзный субботник, посвященный солидарности трудящихся нашей страны с народами Африки, Ваша задача отснять об этом мероприятии коллектива завода кинофильм на 16 - миллиметровой пленке, с тем, чтобы его можно было бы показать коллективу и вышестоящим партийным органам в клубе завода. Вам все ясно?" - затем спросил парторг. "Так точно!" - ответили мы, и пошли решать все необходимые вопросы, связанные со съемкой кинофильма. Кинофильм взялись снимать два конструктора, члены киноклуба завода Виталий и Владимир. Эти комсомольцы были очень коммуникабельными ребятами и с большим чувством юмора. На субботнике планировалось руководством и парткомом не только убрать территорию завода, но и выкопать три ямы под опоры крупного рекламного щита о продукции завода.

Должен отметить, что в конструкторском бюро, в котором я работал, сотрудники были разные, как по характеру, так и по интеллекту. Так, например, подходил я к одному из них, Владимиру Григорьевичу, чтобы проконсультироваться по производственному вопросу. Я не успевал даже открыть рот и что-то спросить, а он мне задавал упреждающий вопрос, даже не предполагая, о чём же я его спрошу. "А Вы ГОСТ читали?". Был в нашем бюро ещё один 40-ка летний сотрудник Марк, с довольно оригинальными способностями соблазнять женщин. Ростом он был всего 1,5 метра, но всегда с интеллигентным видом вступал в разговор с дамами и очевидно был им интересен. Так он всегда после выходных дней с понедельника по среду включительно дремал за своим рабочим столом, но за четверг и пятницу успевал выполнить все задания начальства, как инженерного, так и коммерческого уровня. Но вернемся, дорогие читатели, к субботнику. Молодые специалисты и работники зрелого возраста коллектива завода вышли на субботник. Я попал на выкопку ям под опоры рекламного щита, а Виталий и Владимир приступили к съемке кинофильма о субботнике, проводимом коллективом завода.

Ко всему вышеизложенному я хочу добавить ещё одну деталь. Главный конструктор завода Владимир Николаевич имел уникальную привычку при разговоре с любым собеседником не важно, какого уровня сплевывать слюну на землю, причем довольно зычно. Так вот, после этого субботника он перестал себя так вести, а Марк на значительное время оставил заводских женщин в покое. А виной этому стал отснятый Виталием и Владимиром кинофильм о субботнике. В этом фильме главный конструктор был отснят крупным планом и его плевок на землю также. При демонстрации фильма в клубе завода при значительной аудитории зрителей вдруг как бы заклинило проектор, и киномеханик дал ему реверс. Зрители увидели шедевриальные кадры обратного хода: плевок, отряхиваясь от земной пыли, полетел обратно в рот к Владимиру Николаевичу. Зал взорвался от хохота, а Владимир Николаевич быстро вышел из зала. А вот с Марком события разворачивались ещё смешнее. Во время субботника я копал яму с одной из молодых специалисток цеха автозапчастей Галей. Копали, мы копали яму, и яма всё углублялась больше и больше. Когда наши головы были уже ниже верхнего уровня земли, к яме подошел 1,5-метровый Марк и спрыгнул в неё третьим, а я и комсомольская дама Галя, опершись на лопаты, выскочили из неё. Марк остался в яме, а все попытки вылезти из неё благодаря росту "гренадера" у него не увенчались успехом. Эти события были, как бы скрытой камерой отсняты для кинофильма Владимиром. Зал хохотал от увиденного, но когда залу рассказали, что Марк в яме просидел около 2-х часов по одной простой причине: его просто забыли участники субботника, так как все с большим энтузиазмом пошли на берег Днепра отмечать это славное событие. А часть заводских дам, в разное время обиженных Марком, сели на корточки вокруг ямы, и стали Марка подразнивать и вспоминать ему все его не гожие штучки по отношению к ним. И эта картина была отражена в фильме! В зале стоял долго хохот от увиденного, особенно, от способов эвакуации Марка из ямы. Предложенная обиженными на него дамами технология эвакуации из ямы была следующая: они ему бросали в яму конец веревки, и когда он за неё хватался и пробовал вылезти из ямы, натяжение веревки от тянущей стороны вдруг ослабевало, и Марк снова опускался в яму. У него было тогда состояние ужасное и близкое к известному в то времяанекдоту "Про кайф" следующего содержания: американца, француза и русского спросили: в чем они видят и чувствуют максимальный кайф? Американец, например, видит максимальный кайф от быстрой езды на автомобиле, а, например, француз видит максимальный кайф от любви нескольких женщин за короткий период знакомств. А русский сказал так: "Идемте к бочке с пивом, пейте кружек 8-10 подряд. Потом еще пейте одну за другой. Но потом, когда Вы опорожнитесь у кустика, например, в любом дворе или парке, вот это уже будет настоящим неоценимым кайфом!".

В клубе завода ещё практиковали проводить между службами состязания команд КВН. Причем это мероприятие активно поддерживали партком, местком и комитет комсомола завода. В одной из таких встреч участвовал и Ваш, дорогой читатель, автор этой зарисовки в команде конструкторской и технологической служб завода. Нашим в то время противником бала команда КВН литейного цеха. Я расскажу о финальной части нашего поединка. Команды состязались на глазах зрителей кинозала клуба, атмосфера встречи была довольно мажорная и юморная. По очкам обе команды шли вплотную друг к другу. А когда подошел конкурс капитанов, нашего капитана срочно понесло в туалет от выпитого за занавесом в достаточном количестве самогона, и на сцену вытолкнули меня, также слегка поддатого от спиртного. Такая тогда была практика поддержки у команды бойцовского уровня.

Итак, вышел я на сцену, помню, что увидел комиссию с парторгом, председателем месткома и комитета комсомола и помню, что пришла очередь задавать вопрос от нашей команды противнику. Я, не долго думая, со смелостью от мною выпитого ранее самогона за занавесом сцены задаю капитану команды литейного цеха следующий вопрос: "О дорогой дружище! Скажите мне любезнейший, пожалуйста. Так что же есть самое быстрое на свете, А?". Капитан литейного цеха подумал и говорит: " Наверное, это скорость света!". Я говорю: "Нет дорогой, Вы высказали уже раннее известную всем версию от "Русского радио", подумайте ещё". Капитан говорит: " Наверное, самым быстрым на свете - это будет мысль!". Я говорю ему, немного покачиваясь на ногах с кавказским акцентом: " Ы нет дарагой! Ви сказал мисль ыменно грузинский радио! А правильный ответ, как раз и будет толко у армянский радио - самий бистрий на свете ест - толко панос, не успэл помислыть, а штани вже и полные, да и как каращо!".

Зал замолчал от услышанного всего, и комиссия тоже, потом наступил смеховой шок минут на десять, у членов комиссии были даже на глазах слезы. А нашей команде за этот вопрос сняли очки, и мы проиграли литейному цеху. Но все были на подпитии и не очень расстроились от результата встречи. Этот анекдот армянского радио быстро облетел все службы завода и долго не сходил с уст многих сотрудников.


ГЛАВА 4. ПРОДУКЦИЯ НА ЭКСПОРТ

Очередной отпуск мне выпал летом, я его нормально отгулял и во время него отпустил шкиперскую бородку. Вышел я в конце августа на работу, вид у меня экстра класса: брюки светлопесочные, шведка, как теперь говорят - помаранчевая, а на лице шкиперская бородка. Тело покрыто загаром, короче говоря - вид иностранца. Сотрудники отдела, увидев меня, громко ахнули, а мой руководитель Феодосий Феодосьевич сказал мне сесть на свое рабочее место и никуда не уходить, на территорию завода пока не выходить. Я, конечно, не понял, почему мне дали такие указания, сел на рабочее место и стал проверять чертежи. Через некоторое время вызывает к себе меня главный конструктор Владимир Николаевич и дает при мне указание Феодосию Феодосьевичу, что мне надо срочно сбрить бороду, так как ему позвонили из партбюро и обратили внимание, что такой вид его работника не красит вид молодого специалиста. Но давай пока с этим повременим, мы его бороду используем для других целей. Пусть пока никуда не высовывается и сидит только в конструкторском отделе. На следующий день меня снова вызывает к себе главный конструктор и интересуется моими "глубокими" знаниями английского языка. В то время они были неплохие, я в институте посещал кружок английского языка, а в школе участвовал даже в спектаклях на нем. Владимир Николаевич мне говорит следующее: "Завтра ты кубинец, будешь представлять кубинскую фирму заказчика флотомашин. Говорить не спеша, с грузинским акцентом, сможешь, если понадобиться в цехе обогатительного оборудования при руководстве и рабочих цеха?". "Смогу", ответил я. Дальше он продолжил: "Завтра оденься во все нарядное, как в театр и приходи на работу к 10-00 прямо на проходную, там тебя встретит Феодосий Феодосьевич."

А Феодосию Феодосьевичу он дал указание снабдить меня красивой кожаной папкой и проинструктировать меня, что мне завтра можно говорить в цехе, а что нельзя. Инструктаж мною был получен и раньше с работы в 15-00 меня отправили домой готовиться к завтрашнему перевоплощению в кубинца.

На завтра к 10-00 я подошел к проходной завода с видом иностранца в белой шведке с ярким галстуком и темных брюках. То есть, у меня тогда был вид типового работника партаппарата того времени, но с бородкой, которая мне и придавала вид иностранца.

На проходной меня оформили, конечно, под вымышленными данными: как сейчас помню, меня назвали - Гонзалес Ромальдо. И мы с Феодосий Феодосьевичем двинулись в цех обогатительного оборудования. Но вопрос состоял в следующем, почему мне назначили время прибытия на завод не к 8-00, а к 10-00 и почему в цех желательно было нам попасть примерно к 10.30-ти? Ответ на это довольно простой, в те времена была специфика тогдашнего рабочего класса завода - гегемона страны. Завод находился в окружении частного сектора, а это значит то, что вокруг гнали самогон. Поэтому многие рабочие завода начинали свой рабочий день с ментального состояния тех времен: "Будьмо" - говорили они, и трудовой день начинался сначала с умеренного "шнапса", а приступали они к конкретной работе, именно, к 10-00. Поэтому конструктора в цех ходили решать все производственные вопросы только после 10-00, а то гегемоны хорошо подальше пошлют инженера нахлебника. А если добавить к этому, что в те годы практиковалась при приеме на работу ещё и кумовство, родственные связи, то управлять такими коллективами было далеко не просто!

А вот для чего понабилось меня сделать кубинцем, да ещё в такие сжатые сроки? Ответ тут довольно прост. На заводе для Кубы изготавливалась экспортная продукция, а цеха срывали сроки поставки. Руководство завода решило мною напугать цеха и сократить этим срок изготовления заказа за счет увеличения интенсивности труда у ряда работников цеха.

Итак, мы с Феодосией Феодосьевичем в цехе обогатительного оборудования. Рабочие, увидев нас, быстро свернули свои "тормозки" (завтраки) и разбежались по своим рабочим местам. Мастера пролетов подошли к нам и в невпопад начали оправдываться о задержке выполнения кубинского заказа. Моя экипировка под иностранца делала мне честь, меня ведь не приняли за болгарина, венгра, ведь заказы на заводе были и от этих стран. Я с грузинским акцентом в медленном темпе по заранее подготовленной мне инструкции спросил на русском языке собравшихся работников цеха: "Где можно увидеть собранные флотомашины для Кубы и когда их можно принимать?". Мастера замерли с каменными лицами, они ведь не ожидали увидеть "живого кубинца" в конце месяца, да ещё так понятно говорившего на русском языке. Но один из мастеров нашел вариант, как выкрутиться из создавшегося положения. Он дрожащим, но громким голосом сказал следующее: "Дорогой кубинский товарищ! Весь наш коллектив с большим воодушевлением выполнил Ваш заказ. Он сейчас находится в покрасочных камерах и скоро будет готов к отправке". Феодосий Феодосьевич нажал мне незаметно своим туфлем на большой палец правой ноги, так как мы с ним стояли почти лицом друг к другу через верстак. Я по инструкции сказал следующее: "Дорогие советские друзья, кубинский народ очень ценит братскую помощь советского народа в борьбе с американским империализмом и я, как его представитель на Вашем заводе, надеюсь принять кубинский заказ и отправить его на Кубу. А в перспективе продолжить сотрудничество с Вашим предприятием". Все рабочие, стоявшие вокруг дружно громко захлопали. Феодосий Феодосьевич, наклонившись ко мне, тихо меня поблагодарил за находчивость и высказанные слова в адрес завода. Это была пятница и, естественно, приемка продукции переносилась на понедельник. Таким образом, "кубинца" нужно было где-то размещать до понедельника и не оставлять его одного, а заниматься его культурным досугом в выходные дни. Феодосий Феодосьевич объявил рабочим, что конструкторская служба завода берет на себя представителя Кубы, и попросил закончить покраску флотомашин и подготовить их к отгрузке в понедельник. Я пожал мастеру руку и попрощался, но не тут то было: полтора десятка рабочих захотели мне пожать руку и выразить свою любовь к кубинскому народу. Мы с почетом ушли из цеха, а рабочие, вдохновленные такой встречей, принялись интенсивно работать, чтобы выполнить заказ в срок.

Далее мы пошли к главному конструктору, и я получил следующее наставление: "Сейчас идешь домой, в понедельник сиди дома до нашего звонка, восьмерку в табель мы тебе поставим. На заводе тебе появляться запрещено". Почти весь понедельник я отсидел дома, а в 16-00 мне позвонил Феодосий Феодосьевич и сказал, чтобы я как обычно выходил на работу, но обязательно сбрил бороду. Завтра из Москвы на завод приезжает настоящий кубинец, а флотомашины находятся уже на складе готовой продукции завода, начальство тебя благодарит за проявленную смекалку и внешний вид, но бороду приказало сбрить! Что я конечно и сделал. Вот так, дрогой читатель, моя шкиперская бородка спасла завод от штрафных санкций за недопоставку продукции в срок да ещё экспортной продукции на Кубу!

В дополнение к этому событию кубинской ориентации хочу познакомить читателя ещё с одной историей, связанной с моим пребыванием на заводе в те годы. Сейчас есть такая замечательная книга Михаила Веллера "Легенды Невского проспекта". В этой книги изложены различные юморные истории советского периода 70-80-х годов. В одной из них описывается один студент-спортсмен, одного из филологических вузов Ленинграда, который был послан во Францию в Париж по обмену студентами и он даже возглавил группу советских студентов. Но! Когда он попал во Францию и от увиденного, забыв о советских инструкциях по поведению в капстранах, он перелез через забор торгового представительства, где студенты временно пребывали, и отправился по кабакам Парижа наслаждаться жизнью. В первом из них у него не хватило средств расплатиться, и за него заплатила француженка зрелого возраста. Таким образом, он на учебу не вернулся, а с ней провел два года учебы, а наши руководители во Франции все это покрывали. Он хорошо освоил французский язык, общаясь с истинными французами, а когда он вернулся в институт, его оставили на кафедре работать со студентами из-за хороших знаний французского языка. Я рекомендую читателю прочесть эту книгу. Но эта история очень жизненна. Аналогичная история случилась на Кубе с одним из рабочих завода Виктором, он тогда служил в морской пехоте и попал на Кубу в 1962 в период Карибского кризиса. Все наши военные тогда были в штатском. Когда молодые солдаты увидели кубинок, то у них "крыша поехала", некоторые из них перелезли через забор и прямо в публичный дом. Их всех затем направили в штрафной батальон, и они врукопашную дрались с американскими "зелеными беретами". Наш герой даже поломал негру ребра. Но финал их был не выигрышный в сравнении с дисциплинированными солдатами. Карибский кризис Хрущев и Кеннеди остановили. Всех наших военных посадили на теплоход и круизом вокруг Африки, Индии через Владивосток вернули на Родину в Союз, при этом им была дана валюта, и они в семьи привезли много импортных вещей. А что было со штрафниками по женской части? Их посадили на самолет и прямо к месту службы на губу. Виктор, рассказывая мне эту историю, тепло вспоминал Кубу и, особенно, красоту кубинских женщин. Он мне показал фотографию жены, она у него была стройная, пышногрудая, с большими глазами и похожая на кубинку, но украинка.

Вот так у меня сложились производственные отношения с сотрудниками и руководством завода, который практически дал мне путевку в дальнейшую жизнь инженера-конструктора, а позднее и изобретателя СССР.

P. S. В дополнение к этой зарисовки я хочу рассказать, как три молодых специалиста захотели в те времена вступить в партию. После обеда я, Борис и Виталий пошли в партком завода, нам всем тогда было до 28 лет, то есть, возраст хорошо подходил для вступление в ряды КПСС. Мы постучались в кабинет парторга и попросились к нему на прием. Парторг нам не отказал. Мы зашли в кабинет, нас парторг пригласил сесть за Т-образный стол и поинтересовался по какому вопросу мы пришли. Мы ему ответили, что хотим вступить в партию. Наступила небольшая пауза, затем парторг подошел к входной двери кабинета и закрыл её на ключ, а из тумбочки взял три пивных кружки и налил в них пива и сел на свое место во главе стола. Мы молча пили пиво и смотрели на парторга. Он поинтересовался нашими производственными показателями труда и затем сказал следующее: 'Ребята в партию принять я Вас не могу. На каждого инженера, желающего вступить в партию, нужно, чтобы в партию подали заявление о вступлении в партию три рабочих, а таких заявлений от них у меня нет. Вот такие дела ребята. Идите и продолжайте трудится'. Мы поблагодарили парторга за пиво и с улыбками покинули партком, а парторгу пообещали наш визит никому не рассказывать, что и сделали. Вот такая была в стране ситуации по приему молодежи в партию, практически инженеры такой возможности вступить в КПСС не имели.