# Трудный немецкий

Леонид Михайлович Ратнер

Этот текст был написан как предисловие к неизданному учебнику "Трудный немецкий" и предназначен тем, кто учит и уже чуть выучил этот язык. Для кого-то он (текст) может оказаться полезным, а кому-то стать предостережением! Удачи всем.

Предисловие русскоязычного соавтора

"Слушайте", - сказал я в Ташкенте узбеку - продавцу cамсы (пирожков с мясом и луком), - "у вас же тут один лук!" "Зачэм адин люк?", - обиделся тот, - "многа люк!")


"Wir heißen euch hoffen!" ("Мы велим вам надеяться!")


Goethe.


Уважаемый читатель!       1.    Позволю себе предположить, что если вы заинтересовались этой книгой, вы уже не только пробовали учить немецкий язык, но и непосредственно контактировали с немцами. То есть, скорее всего, вы принадлежите к многочисленному недавнему пополнению русскоязычной диаспоры в Германии, хотя, возможно, связаны с немецкоязычными странами бизнесом или являетесь студентом.    Действительно, наша книга - для тех, кому немецкий нужен как язык общежитейского и делового общения, для тех, кто (утрируя) стесняется говорить на уровне "Я тъебья льюбить", а если и скажет "Ich liebe dich" безупречно, все же затруднится (лингвистически ) сказать "Я не мог не полюбить тебя, Германия". То есть, для тех, кто хочет выражаться по-немецки правильно, а, если получится, и - "по-немецки": теми оборотами, которые немцы употребляют в письменной и устной речи. Пример? Пожалуйста: "Говорят, что он болен." Перевод: "Man sagt, dass er krank ist" (терпимо); "Man sagt, er wäre krank" (правильно, но есть варианты "повыше"); "Er soll krank sein" ("по-немецки").       Итак, мы начинаем не с нуля. Это, однако, не значит, что мы отвергаем новичков; напротив, для них (и тех, кто "знал, но забыл") в книге определяются необходимые грамматические понятия (и русские, в том числе). Хотя советуем иметь под рукой и полноценный грамматический справочник, например, И.П.Тагиля [1].    Эта книга - и не "регулярный" учебник, охватывающий "весь" немецкий. (Заявка на "полноту" - всегда лукавство: если не верите - посмотрите тысячестраничную "Немецкую грамматику" издательства "Duden" [2]). Важен точный выбор материала и - еще раз, - мы учим не просто возможности изъясняться, а - речевой культуре.    2.    Ниша пособий по немецкому для начинающих полна, если не переполнена, и многие из них обещают "легкую жизнь". Замечательные книги, например, А. Попова [3], [4], дают усердному новичку возможность высказываться по-немецки и кое-что понимать (увы, обычно не через "13 дней"). Более продвинутые учебники Носкова [5] уже декларируют необходимость серьезных и длительных занятий и по их усвоении, конечно, увеличивают объем знаний. Есть и фундаментальные курсы, в т.ч., выпущенные в Германии (а в ней сейчас 10% жителей - "иностранцы"). Увы, немецкие "всеядные" учебники не очень хороши для русскоязычных - в них нет учета нашего восприятия языка.(Например, какие проблемы у французов с артиклями?) Но странное дело, даже на этом уровне, оказывается, с трудом понимаешь телепередачи и прессу, не говоря уж о речи людей "с улицы".    Волею судеб я приехал жить в Германию и прошел многие круги этого ...: курсы "арбайтсамта" и "фольксхохшуле", многочисленные аудио-, теле-, компьютерные и просто учебники, занятия с частными преподавателями и мою - без дураков - учебу, учебу, учебу... А ведь, проштудировав еще в России "Немецкий для всех", я был уверен, что уж в стране-то "носителей языка" я, выпускник Ленинградского университета, неплохо владеющий английским и имеющий ученую степень, легко сделаю "последние" шаги к совершенству.    Друзья, врачи по образованию, встретившие мою семью во франкфуртском аэропорту, сказали: "Тебе повезло, программисты тут нарасхват. Наверное, сразу пойдешь работать?". "Да нет, - беспечно ответил я, - хочу годик немецкий поучить, благо такая возможность есть, чтобы меня немцы с трудом от своих отличали, а потом уж - работать." Почему-то мне бросилось в глаза, как мои собеседники недоуменно пожали плечами и обменялись сочувствующими взглядами. Эти пожатия и взгляды я понял примерно через полгода и до сих пор со стыдом вспоминаю (но ведь никто меня не предупреждал, как я вас!) собственную самоуверенность.    Я окончил курсы переподготовки при "Сименсе", начал работать, а удовлетворяющего меня немецкого все не было, хотя я упорно продолжал за него бороться.    Но однажды мне повезло: я попал на занятия к немецкому педагогу, главному автору этой книги г-ну А. Шнобеле, оказавшемуся "учителем моей мечты", - умному, тонкому, внимательному, знающему русский(!), который не только глубоко излагал отдельные темы, но и показал мне "глобус" великого немецкого языка.    Только тогда, например, я узнал, что напрасно искал в учебниках немецкой грамматики средства выражения совершенного и несовершенного вида: их в явном виде просто нет. (Ну, может, 'почти нет': с точностью до Perfekt Infinitiv ('Etwas scheint gelöst zu sein') или Futur II (Ich werde die Übung gemacht haben).)    Результатом моей ученической "влюбленности" в преподавателя и стала эта книга - переработанный конспект домашних заданий и материалов, предлагавшихся им в качестве упражнений на занятиях.    3.    Вы замечали, что немецко-русские словари порой на четверть толще русско-немецких? Странно, правда, если не признать из чисто арифметических соображений, что немецкий язык (увы нам!) лексически богаче нашего прекрасного выразительного русского языка, языка великих литературы и науки.    Конечно, свой вклад в копилку вносят и простота перехода в немецком некоторых частей речи друг в друга, например, субстантивация глаголов (превращение глаголов в существительные), и обыденность образования многосложных слов ("длинные" слова - это не страшно; притом - обратите внимание, что тексты - то немецкие, в целом, короче, и это несмотря на то, что в "звуке" бывает и две, и три, и четыре буквы).    Но главная причина, видимо, - историческая. Единое немецкое государство образовалось сравнительно недавно и в общий лексический котел попали слова и выражения из десятков княжеств, графств, общин, да и поныне самостоятельных немецкоязычных государств (Австрия, Швейцария, Люксембург, Лихтенштейн). А также, само собой, латинизмы, интернационализмы и заимствования у соседей, прежде всего - у Франции.    В результате, немецкий язык необычайно синонимичен (синонимы: "глаза" и "очи") и омонимичен (омонимы: "поле" ржи и "поле" книги), а потому - и "контекстен", ибо только по контексту, то есть смыслу окружающих некое слово слов, и можно определить, что же значит это самое некое слово. Разъяснение контекстов слов - одна из основных целей книги.    Отсюда также вытекает обилие диалектов, отличающихся порой (прежде всего, фонетически) друг от друга настолько, что вы не сразу поймете, что ваш собеседник говорит именно по-немецки. Мы кратко затронем и этот вопрос, но особенно волноваться из-за него не стоит: ваш "Hochdeutsch" ("высокий немецкий") поймут везде .    4.    Почему же немецкий язык труден для нас (в большинстве, учивших в школе английский)? Потому, что он очень отличается от русского синтаксически (т.е. правилами образования предложений и связи слов в предложениях) и морфологически (т.е. правилами образования и употребления самих слов).       Я назову (без какого-то особого упорядочивания по уровню важности или сложности) некоторые "трудности" немецкого, которые внимательно рассматриваются в книге. Подробный список изучаемого представлен в оглавлении, а здесь он, так сказать, эмоционально окрашен. Конечно, приведенные ниже особенности удивят скорее начинающего изучать немецкий, но и нашему основному, искушенному читателю пробежать этот обзор - не помешает.    - Отделяемые приставки глаголов. (Пример: "Ich mache die Tür zu"; представьте по-русски : "Я крываю дверь за"). Есть и неотделяемые приставки, а есть и такие, которые в одних словах отделяются, а в других - нет (не произвольно, конечно). Да и отделяемые приставки отделяются не всегда. А есть еще и такие глаголы, в которых "официальных" приставок нет, но начало глагола вполне может вести себя как отделяемая приставка и куда-нибудь отделиться.    - Увы, приставочки в немецком не только очень подвижны, но и очень "неверны": часто они меняют смысл корневого (базового) слова до неузнаваемости. (Пример: глагол "richten" сам по себе имеет с десяток значений: "судить", "приводить в порядок" и пр.; с предлогами и возвратным местоимением "sich" - еще с десяток: "направлять", "подражать" и пр. А с возможными для него тринадцатью различными приставками - еще три десятка: попробуйте узнать в "ausrichten" - "оплатить", а в "zurichten" - "изуродовать", особенно, если приставки отделились.    - То, что отделяемая часть приставки может "улетать" в конец предложения, это не исключительное качество приставок, а типичная для некоторых частей немецкой речи манера поведения. Туда же (в конец) попадают порой отрицательные частицы, неизменяемые части сказуемого, части сложных слов и пр. Так что в конце предложения, в том числе и весьма длинного, могут быть весьма разнообразные неожиданности. Потрясение для новичков: "Ich liebe dich ... nicht" - "Я люблю тебя ... не". Или: вы торопитесь и интересуетесь, заправлена ли ваша машина. В ответ слышите "Das Auto ist getankt" (машина заправлена), но ... после паузы могут добавить "... worden" (т.е., машину заправляли, а вот заправили ли - еще вопрос, требующий, вообще говоря, дополнительной оговорки).    - Одним из основных проявлений "стекания" важной информации к концу предложения является так называемая "рамочная конструкция".... Если вам начинают говорить "я имею", то ни в коем случае не следует сразу думать, что собеседник является обладателем чего - либо; скорее всего он что-то делал (или сделал) - купил, потерял, нашел и пр., а что именно - вы узнаете только из последнего слова (или нескольких последних слов) в предложении - неизменяемой части сказуемого. (Я совершенно убежден, что знаменитая немецкая вежливость является следствием прежде всего грамматической структуры немецкого языка, заставляющей дослушивать собеседника до конца предложения. Может, кстати, и говорят немцы очень быстро, чтобы слушатели не успели забыть, о чем идет речь :-).    - В отношении структуры предложения надо соблюдать не только "рамочную конструкцию" . Это в русском предложении практически всегда разрешено свободное размещение слов, а отношения между словами определяются с помощью флексий - окончаний слов (не считая трудных случаев, когда "Мать любит дочь" и неясно, кто же кого любит). В немецком порядок слов (точнее, грамматических категорий) жестко фиксирован, так что перевод "Die Mutter liebt die Tochter" совершенно однозначен. (Языку-то это плюс, а русскоязычным приучить себя к порядку - слов, разумеется ,- весьма непросто). Имеются жесткие правила по размещению в предложении или по отношению к другим частям предложения подлежащего и сказуемого, отрицания, местоимений, обстоятельств, дополнений и даже - признака возвратности глагола (см. ниже). Любое отступление от них вызовет сочувственный взгляд немца (но не больше - нация очень корректна ).    - Немецкая система времен отлична от нашей. Ладно, в немецком есть "прошлое в прошедшем" время (Plusquamperfekt) - логически оно позиционируется более-менее просто, но ведь есть и два различных (по способам образования глагольных форм) и почти равнозначных в смысловом отношении обычных прошедших времени! Видимо, чтобы оправдать их существование , одно (Präteritum) считается более высоким (литературным), а другое (Perfekt) - разговорным. И мешать их в речи или тексте, за редкими исключениями, не рекомендуется. Да и будущее время сильнее нашего будущего "слипается" с настоящим ("Ich komme" - это и "Я иду", и "Я приду").    - Есть вещи, которые надо просто учить, учить... Например, "неправильные" и "сильные" глаголы (то есть, глаголы, формы которых - Präteritum, Partizip II и некоторые другие, - образуются не по правилам, точнее, по иным правилам, чем для большинства глаголов). К сожалению, таких глаголов довольно много, в том числе и из наиболее употребительных. (В "Индексе немецких слов" все такие встречающиеся в книге глаголы отмечены).    - "Многословные" глагольные формы (в русском тоже есть, но попроще: "был найден", "будет сделан") образуются с помощью вспомогательных глаголов. Употребление этих глаголов, - haben - "иметь", sein - "быть", werden - "становиться", - которые активно используются и в своих основных значениях, в их личных формах (то есть, в 1-ом, 2-ом или 3-ем лице), с одной стороны, как уже отмечалось, может приводить к затруднениям, особенно при восприятии речи. С другой стороны, и правильный выбор одного из этих глаголов в качестве вспомогательного при письме и в речи также является "проблемкой", которая требует усвоения правил, внимания и тренировок.    - Как многословные воспринимаем мы поневоле и глаголы с местоимением sich, отчасти соответствующие русским возвратным глаголам "на -ся" (sich schДmen - "стесняться"). Причем sich не просто добавляет "возвратность", не меняя смысловой группы глагола, как в большинстве случаев это происходит с нашим "ся". Немецкий глагол с sich, как и в случае с приставками, иногда может улететь бесконечно далеко по смыслу от того же глагола без этой частицы (пример: decken - покрывать и т. п., sich decken - совпадать). И вдобавок, это sich, как упоминалось, очень спокойно может оказаться в предложении вдалеке от родного глагола, да еще и впереди него! Увы, это не все: sich может стоять в разных лицах и, в зависимости от глагола, в разных падежах - в винительном или дательном (Ich wasche mich. Du hörst es dir an)! А кроме того - играть в предложении самостоятельные роли: обозначая русские возвратные местоимения "себя", "себе" и т.п. ("Я купил себе..."), указывая значение взаимного действия (Sie sahen sich oft - "Они виделись часто") и др. "Возвратность" же в немецком скорее выражается "пассивом", чем с помощью "sich".    - Еще один сорт по большинству коротких словечек (иногда, впрочем и длинных или двойных, как у нас "вплоть до") может доставлять неприятные проблемы. Предлоги, соединяющие слова в предложении и выражающие отношения между ними (временные, пространственные и пр.), как правило, многозначны, и конкретное значение предлога зачастую зависит от соединяемых им слов. Предлоги управляют падежами (то есть требуют, чтобы зависящие от них существительные стояли в определенном падеже) не только следующих за ними существительных, но могут стоять после управляемого слова или даже стоять с обеих сторон от него (von Anfang an). Но это бы ничего, в русском тоже предлогов предостаточно и они тоже "управляют". "Беда" в том, что не только управление в немецком часто отличается от управления в русском, но и сами предлоги не отождествляются однозначно: "ваза стоит на столе", картина висит на стене" или "машина наехала на дерево" потребуют, соответственно, предлогов auf, an и gegen.    - Управление предлогов - это "беда", а вот управление глаголов (малозаметное у нас), т.е. требование с неким глаголом употреблять определенный (фиксированный для данного глагола) предлог или падеж - это беда без кавычек (загляните в справочник А.Попова "6000 немецких глаголов"[6]!). Примеры? Вот немного: fragen nach - "спросить о"; bitten um - "просить о"; stolpern über - "споткнуться о"; stoßen gegen - "ударять о"; denken an - "думать о"; erzählen von (или - über) - рассказать о; ausmachen (нет предлога!) - "договориться о").    - Как уже отмечалось, в немецком отсутствует понятие вида. То есть, наши "я выучил" (совершенный вид) и "я учил" (несовершенный) переводятся на немецкий одинаково, а чтобы отразить вид, нужны дополнительные слова, без которых обычно как-то обходятся. (Видимо считают, что если уж учил, то и выучил ). Попробуйте, кстати, перевести "Я учил немецкий и выучил".    - У нас сослагательное наклонение ("если бы, да кабы...") всегда "находится" в прошедшем времени (совершенного или несовершенного вида), а в немецком аналог этого наклонения - конъюнктив, - возможен во всех временах. То есть, когда немец говорит в настоящем времени по-русски "я делаю бы эту работу", он добросовестно "подстрочно переводит" немецкую фразу. Есть несколько вариантов (правил) образования конъюнктива, и области применения этих вариантов существенно различны. К трудностям также надо отнести то, что конъюнктив неправильных и сильных глаголов в Pretäritum, как правило, тоже "неправильный"; к счастью, эта форма активно используется только для небольшого числа важных глаголов, но с ними-то надо обязательно разобраться. ("Wenn ich das wüsste ..." - "Если бы я это знал ..." / точнее - " ... знаю ..." - наст. время.    - Кроме своей естественной роли конъюнктив играет в немецком еще одну важную: на нем построена система косвенной речи. Вторую часть предложения "Он говорит, что забыл права дома" корректные, но "недоверчивые" немцы скажут в сослагательном наклонении: может и забыл, это он так говорит: "Er sagt, er hätte seinen Führerschein zu Hause vergessen".    - В немецком более активно, чем в русском языке, употребляется Passiv (пассивный, - по-русски - страдательный, - залог глагола), когда действие исходит не от подлежащего, а, скорее, направлено на него ("Дом строится" - процесс; "Дом построен" - состояние). Passiv используется во всех временах и наклонениях. Глаголы в этом залоге принимают относительно сложные формы (например: Das Auto ist getankt gewesen - "Машина была заправлена"). Но это - хоть и сложная для освоения, но не "трудность". Сложнее (поймете, делая упражнения) прочувствовать разницу между процессом и состоянием. Еще одна проблема в том, что пассивный залог в немецком выражается и несколькими другими важными способами, например, в виде "Das Kind ist nach Haus zu bringen" - "Ребенка надо доставить домой" или "Die Tür lässt sich nicht öffnen" - "Дверь не открывается".    - Практически вначале большинство учебников объясняет, как обходиться в немецком с двумя глаголами в предложении ("Я собираюсь прочитать..."), то есть, так называемый "инфинитивный оборот с "zu"", Например то, что если во втором глаголе есть отделяемая приставка, то это "zu" въезжает после нее в середину глагола. А также то, что с модальными глаголами "zu" не употребляется ("хочу сделать"). Но существует еще одна важная группа глаголов, когда можно обойтись без "zu" - так называемый случай Aci ("Akkusativ mit Infinitiv): "Ich höre ihn kommen" - "Я слышу, что он идет (сюда)". Еще пример: "Ты не видел, как он пришел?" - "Hast du ihn nicht kommen sehen?"    - Предыдущее предложение - пример важной ситуации использования двух глаголов в Perfekt (и Plusquamperfekt): оба глагола употребляются в инфинитиве (т.е., не употребляется Partizip II). То же относится и к модальным глаголам и к глаголу lassen в этой ситуации. Пример: "Er hat sein Haus verkaufen müssen".    - Кстати, многоликий "lassen" рассматривается в книге со всех сторон, в том числе как средство описания несамостоятельного действия, как словообразующее и идиомообразующее средство и как средство выражения пассивного залога.    - Да и модальные глаголы вещь простая, пока вы не сталкиваетесь с ситуациями, увы, очень разнообразными, их "особого" использования. ("Sie kann viel gelesen haben" - "Она, наверное, много читала"; "Er soll krank sein" - "Говорят / полагают, что он болен"; "Und du willst krank sein?" - "И ты утверждаешь, что ты болен?"). Ничего, поработав с этой книгой, вы сможете правильно сказать по-немецки "Я никак не мог обойтись без знакомства с ней" (проверьте себя - перевод в соответствующем разделе).       Устали? Еще несколько "мелочей" скороговоркой.    - Эмфатические словечки, типа наших "же" и "ведь", выражающие эмоциональное отношение говорящего к его высказываниям, используются немцами значительно чаще, чем нами, (порой, речь немца просто пересыпана такими словами) и, на мой взгляд, более тонко и однозначно отражают шкалу этих эмоций.    - В немецком предложении может быть лишь одно отрицание: никаких "Я никак не мог не прийти" (кстати, это предложение мало кто переведет правильно - а мы еще разберем его). Более того, вообще может не быть явных отрицаний, если используется kein и т.п. А вот еще нюанс, связанный с "отрицанием". Краткие ответы "да" и "нет" на отрицательные вопросы в русском языке всегда звучат как согласие ("Ты меня не любишь?" - "Нет."; "Ты меня не любишь?" - "Да.") В немецком все четко: Liebst du mich nicht? - Doch! ("Люблю"), а Nein - это ясное "Нет".    - Знаете ли вы артикли? Или ужасный "Дердидас" Чуковского смотрит на вас с укоризной, когда вы говорите по-немецки? Отдельного раздела по артиклям мы не даем (в [1] есть справка по существительным, описывающая формализуемые случаи), но эта чрезвычайно важная тема тренируется исподволь на протяжении всей книги.    - В употреблении еs и das в качестве подлежащего есть нюансы.    - А играли ли вы в "кубики" с частями слов her-, hin-, ein-, aus-, auf-, rein и пр., описывающими движение по отношению к говорящему и окружающему пространству? Можете сказать "Он спустился ко мне по лестнице"? Поздравляю, если можете.    - Мы еще не говорили об устной речи, например, о редукции слов в ней. Вообще, в немецко-русском устном общении важно осознавать наличие акустической проблемы, причем "двусторонней", хотя при взаимном желании вы с немецким собеседником всегда как-то поймете друг друга ("мимо рта ложку не пронесешь", - говорила моя первая учительница немецкого). Если вы хотите быть правильно понятыми немцами, обращайте внимание на фонетику - произнесение немецких слов. Важную роль играет длительность гласных: в зависимости от нее произнесенное вами может носить совершенно разные смыслы. Например, в очень красивом и всем рекомендуемом для посещения Мюнхене, вы будете спрашивать насчет дороги, но c неправильно произнесенным - "кратким" "е"), а вопрошаемый может решить, что вы интересуетесь ... булочкой. Да и согласные, увы, произносятся, в основном, несколько иначе. По крайней мере, выходца из России мгновенно можно определить по тому, как он произносит "h" в слове "Bahnhof". Пример с булочкой можно воспринимать как шутку. Но вот в 'правилах по правописанию на немецком (новых)' читаем: за короткой гласной следует ss, за длинной гласной или дифтонгом - ß. Осталась малость: знать, когда гласная длинная, а когда нет. Так что, если вы не впитали немецкий с молоком матери (например не выросли в Казахстане в семье немецких переселенцев), слушайте и запоминайте. А если не полагаетесь на свой слух - учитывайте вышеуказанное правило при чтении и увидев слово Kuss не тяните: ку-у-у-с.             5.    Этот ряд особенностей, нюансов и подводных камней можно было бы продолжать и продолжать, но, полагаю, и перечисленного достаточно, чтобы согласиться с названием книги.       После знакомства с "ужасами немецкого языка" не стоит идти на демонстрацию за превращение немецкого в эсперанто, или - закрывать книжку и не мучиться. Немцы - великий народ, и их язык - мощный, выразительный, строгий и "трудный", есть какой есть. Хотите общаться с немцами как интеллигентные люди - старайтесь. Ведь даже по списку видно, что проблемы с изучением немецкого - вещь естественная. (А "что естественно - то небезобразно" учил немецкий философ Гегель). Так что, учитесь спокойно, без самобичевания из-за собственной "глупости". Не нам одним нелегко. Многие из "наших" трудностей имеют "зеркальное" отражение для изучающих русский немцев, а вдобавок, у них есть масса других, например, наша система флексий .       Словарный запас: объять необъятное нельзя (даже в родном языке). Но в ходе обсуждения грамматики книга вводит значительный объем полезной лексики. "Фишка" здесь в том, что слова по возможности описываются "в контексте", то есть, в ситуациях, когда они употребимы [7] (по поводу контекстов глаголов есть очень полезная книга [8]). Фактически, контексты слов и выражений тоже являются "правилами" языка и многие важные случаи таких правил мы разбираем. Но, как и в русском языке, "полное" чувство языка может прийти только после сотен прочитанных на нем книг.       Помимо контекста, в котором может употребляться то или иное слово, важной характеристикой является также частота "употребления" слова среди его синонимов и родственных слов, во многом отражающая "современность" слова. (Прекрасно знать "все" и читать Шиллера по-немецки, но мы ставим перед собой задачу представить читателю современный живой немецкий язык.)    Несколько раз в текстах в качестве примера представлен южно-немецкий диалект, ибо "Hochdeutsch" - это в некотором роде абстракция, которая (должна быть) всем понятна (как "дерево" вообще), но на улицах говорят "конкретно" ("ich" в Берлине звучит как "икь", а в Бадене - как "ишт").    Поскольку книга предназначена, в общем-то, не для новичков, в ней нет полного словаря встречающихся немецких слов, точнее, постраничные словники содержат мало "простых" слов, которые можно найти в словаре обычном. Зато есть удобные индексы, позволяющие легко найти введенное слово или выражение, точнее по слову попасть на страницы, где использовано соответствующее слово. А хороший словарь вам, в любом случае, необходим.       Немецкий - действительно трудный язык. В совершенстве овладеть им удается только особо одаренным памятью и музыкальным слухом взрослым (детям - проще). "Остальному" большинству освоиться в лабиринте непривычного можно только одним путем - интенсивной тренировкой, на которую и ориентировано наше учебное пособие.