# Старый осколок холодной войны

Геннадий Александрович Разумов

Генеральная Ассамблея ООН в очередной раз приняла резолюцию, призывающую США снять эмбарго с Кубы. Но если, например, в 1992 году за это проголосовало 59 стран, то теперь 184. С каждым годом все яснее становится, что антикубинская политика Вашингтона нелепа, абсурдна. Куба давно уже не та, что была когда-то, и ее бывший бравым команданте, тоже совсем уже не тот.

СТАРЫЙ ОСКОЛОК ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ


Генеральная Ассамблея ООН в очередной раз приняла резолюцию, призывающую США снять эмбарго с Кубы. Но если, например, в 1992 году за это проголосовало 59 стран, то теперь 184. С каждым годом все яснее становится, что антикубинская политика Вашингтона нелепа, абсурдна. Куба давно уже не та, что была когда-то, и ее бывший бравым команданте, тоже совсем уже не тот.


Моя первая встреча с Фиделем Кастро состоялась, когда он приехал в Москву по приглашению Хрущева. На нем был военный френч, фуражка и большая борода - ее он поклялся сбрить только после полной победы кубинской революции. Мы встретились глазами, и мне показалось, он слегка улыбнулся.

Я сидел в кресле, а он, чернобелый, стоял напротив, крепко вцепившись в деревянную трибуну. Между нами была линза - плоская стеклянная колба, наполненная водой. Она увеличивала его фигуру, позволяя рассматривать звездочки на коротких овальных погонах.

По правде сказать, я никак не мог врубиться в смысл того, что он говорил. Но сама его речь, тембр голоса, манера говорить притягивала, завораживала. Наверно, также в свое время гипнотизировали толпу Муссолини и Гитлер, Троцкий и Роза Люксембург.

Потом был ужасный Карибский кризис, чуть было не закончившийся переходом холодной войны в горячую 3-юю мировую. Хрущев завез тогда на оплот социализма в западном полушарии большую партию баллистических яблок раздора с кодовым названием "цитрусы".

Зимой 1979 года я нанес Фиделю ответный визит. Он встретил меня прямо в аэропорту Гаваны. На этот раз его глаза смотрели не на меня, а куда-то вдаль, в только ему известное будущее. Он был статичен, монументален, величественен. Ретушер немало потрудился над его щеками, отливавшими здоровым стальным румянцем.

Но в общем его внешний вид почти не изменился - тот же френч и фуражка защитного зеленого цвета, те же погоны, портупея. И все та же борода, вопреки своему обещанию он так ее и не сбрил. Наверно, кубинская революция все еще до конца не победила, так как лозунги на многочисленных уличных плакатах, висевших рядом с его портретами, предлагали кубинцам на выбор:

" SOCIALISMO О МUERTE!"

Но жизнелюбивые кубинцы, вряд ли, готовы были предпочесть смерть тому социализму, который сменил у них сытый и веселый капиталистический батистовский режим. Вряд ли им могли нравиться пустые полки магазинов, полуразваливающиеся нищенские дома с обшарпаными фасадами, карточная система с мизерной нормой мяса, яиц, молока и риса по талонам.

Сомнительно, чтобы они были довольны дорогостоящим строительством с помощью СССР двух больших атомных электростанций. В них дальновидный команданте видел не только источники электроэнергии, но и атомные бомбы, которые он грозился взорвать, если американцы посмеют напасть на Кубу.

Мы проехали тогда вдоль северного побережья острова от Гаваны до Сантяго де-Куба. Повсюду щетинились колючей проволокой окопные траншеи, и приземистые железобетонные доты зорко вглядывались пустыми бойницами в безлюдные просторы Флоридского пролива.

А на набережной Гаваны двенадцатилетние девочки с завязанными глазами соревновались на скорость разборки и сборки вслепую автоматов Калашникова.

Однако, было несправедливо не заметить на "острове свободы" многоэтажных больниц и поликлиник, оборудованных по последнему слову медицинской техники, и многочисленных аптек с дефицитными даже в Москве того времени лекарствами.

А еще мы не могли не быть в восторге от золотистых пляжей и рифовых островков Варадеро, от белоснежных утопающих в зелени вилл и отелей. И особенно от ярких, цветастых, многоголосых карнавалов, шествий, парадов и фестивалей.

Правда и то, что все это было только напоказ и так же недоступно простым кубинцам, как и спецмагазин в Гаване, где по специальным сертификатам мы отоварились дешевой водкой, кубинским ромом и сигарами.

Именно тогда, во время тех наших встреч, я понял, что Фидель позер и фронда. Но то, что его антивашингтонская риторика тоже показуха, стал догадываться только на стыке 80-х и 90-х годов. После развала СССР, когда караваны советских судов перестали швартоваться в порту Гаваны, коммунистическая окраска речей кубинского лидера сильно поблекла. Вынутая из почившего в бозе "лагеря социализма", брошенная Россией на произвол судьбы, Куба осталась один на один со своим сахарным тростником, всеобщим запустением и продовольственными проблемами

Вот тут-то и можно было взять ее голыми руками. В ту трудную минуту Ф.Кастро, наверняка, не отказался бы от поддержки со стороны богатого северного соседа, пусть и империалистического - не такой уж он был упертый коммунист. Но недальновидная политика госдепа США, лобируемая ненасытной кубинской эмиграционной верхушкой, не прекратила противостояние властям Гаваны. Попрежнему оставалась запретной торговля с Кубой, и "американским гражданам не рекомендовалось" ездить на курорты острова.

С тех пор прошло уж столько лет. И что сегодня? Также продолжают звучать заплесневевшие призывы к борьбе с "нарушениями прав человека", с тоталитарным режимом и прочими символами холодной войны. Также седанам и джипам Форда, макам и чипсам Макдональдса не дано встречаться с прохожими на улицах Гаваны.

Но ведь давно уже всем ясно, что Куба далеко не та, какой была раньше, и бывший бравый команданте, совсем не тот молодец, что был полвека назад, хотя так и не сбрил бороду. Вот и Генеральная Ассамблея ООН 30 октября в 16-ый раз проголосовала за призыв к США отказаться от торгового эмбарго Кубы. Из 192 членов ООН, против этого были только 4 страны: США (!!), Израиль (?), Маршальские острова (!) и Белау (кто знает такое государство?).

Старый осколок холодной войны режет сердца людей по обе стороны Флоридского залива. Разлученные семьи, разорванные судьбы вряд ли заслуживают меньшего внимания, чем некие "права человека", вопрос о которых десятки лет будируется кубинскими дессидентами. Причем, история показала, что торговое эмбарго мало что дает для его решения. От экономических санкций страдают не коммунистические правители, а простые кубинцы. Им не до умных разговолров - им кушать хочется. По подсчетам экспертов за 45 лет эмбарго потери Кубы составили почти 200 млрд. долларов. Эти деньги позволили бы в течении всех прошедших лет полностью обеспечивать население острова продуктами и промтоварами.

Однако, сами США за время действия антикубинских санкций потеряли значительно больше. Особенно в результате лишения возможности контролировать кубинские нефтяные и газовые месторождения. Из-за запрета на экономические связи, их разведкой занялись не северо-американские, а испанские геологи, и то лишь с 2004 г. В результате их исследований на северном шельфе Кубы были обнаружены большие запасы дорогой высокосортной нефти (до 9 млрд. баррелей) и газа (около 800 млрд. кубометров). На разработку этих богатств со всех сторон накинулись нефтедобывающие компании, в частности, из Канады, Китая, Индии. Только перед американскими нефтяниками как тогда, так и сегодня опущен "железный занавес" - эмбарговый шлагбаум.

И с политических позиций сохранение кубинского противостояния от года к году делается все более абсурдным. США катастрофически быстро теряют свое влияние в Латинской Америке. На южном континенте, как грибы, вырастают новые агрессивные левые правительства. Чего стоит один бесноватый венесуэльский экстремист У.Чавес.

Пора бы Капитолию и Белому дому посмотреть реально на создавшееся положение, проявить большую гибкость и первым протянуть руку для примирения с Кубой. Неужели у государственных, политических и дипломатических огранов США нет воли и умения это сделать?