# Иранская атомная бомба - "бумажный тигр"

Геннадий Александрович Разумов

Иранская атомная угроза стала все реже занимать первые страницы газет. Международное агенство МАГАТЭ, не добившись успехов в контроле над атомными разработками Ирана, почти сняло свои опасения по поводу их угрозы. Мировая общественность вздохнула с некоторым облегчением. А тут еще российский президент В.Путин заявил, что у него ╚нет информации о готовности Ирана производить атомное оружие╩. И всед за этим весь мир увидел, как крепко он обнимает в Тегеране иранского президента. Неужели, действительно, можно успокоиться, поверив, что иранская атомная угроза √ примитивный шантаж, надувание щек, ╚бумажный тигр╩, как называл атомное оружие незабвенный Мао Дзедун.

Геннадий Разумов


ИРАНСКАЯ АТОМНАЯ БОМБА - "БУМАЖНЫЙ ТИГР"


Иранская атомная угроза стала все реже занимать первые страницы газет. Международное агенство МАГАТЭ, не добившись успехов в контроле над атомными разработками Ирана, почти сняло свои опасения по поводу их угрозы. Мировая общественность вздохнула с некоторым облегчением. А тут еще российский президент В.Путин заявил, что у него "нет информации о готовности Ирана производить атомное оружие". И всед за этим весь мир увидел, как крепко он обнимает в Тегеране иранского президента.

Неужели, действительно, можно успокоиться, поверив, что иранская атомная угроза - примитивный шантаж, надувание щек, "бумажный тигр", как называл атомное оружие незабвенный Мао Дзедун.

Но именно в таком виде представляла иранскую угрозу каррикатура, опубликованная в одном из номеров "Лос-Анджелес таймса". На ней был изображен накачанный культурист с дубинкой и с бородатой физиономией иранского президента М.Ахмадинаджада. Напротив него стоял маленький безбородый Э.Барадей из ооновского атомного агенства и протягивал ему баночку для анализа мочи. "Сделай сюда пи-пи", - просил он.

Эта картинка устарела еще до своего появления. Иранский фюрер, на все просьбы МАГАТЭ, призывы и санкции ООН давно уже пи-пи наделал. Причем не вялой аденомной струйкой, а широким потоком грозного наступательного оружия. Это мощные торпеды, несущиеся с небывалой скоростью, невидимые самолеты и ракеты Фаджры, дальнобойные ракеты Шахабы, преодолевающие двух- тысячекилометровое расстояние. И, главное, наполовину готовый к использованию, обогащенный уран - начинка для атомных бомб.

Нет, не хочет Ахмадинаджад выглядеть надувной резиновой куклой, хотя и надувает щеки и накачивает мускулы. А раздует ли он вслед за этим пожар третьей мировой, атомной, войны? Наверно, он и сам еще не знает. Но сможет, когда заимеет эти самые бомбы.

Однако, если по поводу мировой войны, пока еще ясности нет, то в отношении развязывания Тегераном локальной региональной бойни, вряд ли, можно сомневаться. Ведь совсем рядом, в самом сердце мусульманского мира, обманув весь остальной мир мнимым холокостом, сионистской занозой засел ненавистный Израиль. Стереть его с лица земли, освободить от оккупантов палестинский народ - главная внешняя задача иранского государственного исламизма. Причем, сделать это, по словам Ахмадинаджада, очень просто - нужно "только толкнуть гнилое дерево, оно и упадет". Вот именно для этого святого дела и нужна оснащенная атомным зарядом дубинка.

Но, может быть, все-таки это излишнее преувеличение? Может быть, на самом деле, не стоит невинное желание надеть на мундир саблю с портупеей принимать за намерение пустить ее в ход. Впрочем, и размахивание этой саблей еще не означает ее использование по прямому назначению. Вон Индия и, что особенно важно, мусульманский Пакистан, имеют атомное оружие, но не применяют его. Да, и этот самый Израиль с его атомной Демоной. Почему к Ирану надо применять другие стандарты? Тем более, он уверяет, что у него нет намерений создавать атомное оружие, и урановые научные разработки преследуют только мирные цели. А обладание Ирана огромными нефтяными ресурсами не должно, мол, мешать развитию его атомной энергетики.

Кроме того, хотя мнения разных экспертов не сходятся, но есть предположение, что программе обогащения урана в Иране еще далеко до завершения. Пока запущено в работу лишь около 170 центрифуг, а для промышленного производства нужно иметь 1500 - достигнуть этого можно не ранее, чем через 5 лет. А за такое время тегеранские власти либо поправеют, либо сменятся.

Увы, все это ложные представления и иллюзорные мечты. Атомная бомба слабо похожа на офицерский кортик в красивых ножнах. Скорее, это длинный острый кинжал, готовый вонзиться в любого неугодного, а, если попадется, и в совершенно постороннего. И робкие надежды на дальность сроков разработки атомной бомбы, увы, несостоятельны - по мнению многих специалистов она может быть изготовлена уже в будущем году.

Кроме того, Ахмадинаджад далеко не Саддам Хусейн, поддававшийся уговорам и в свое время почти уже сложивший лапки перед самым вторжением американцев в Ирак. Тот тоже сначала ерепенился, сопротивлялся конторолю, выгонял ооновских инспекторов, а потом сдался целиком и полностью. С Тегераном иракский вариант не пройдет, его никакими кнутами-пряниками не возьмешь.

В отличие от Ирака, всегда раздиравшегося межконфессиональными и этническими противоречиями, в Иране почти все население крепко сцеплено фанатичным мусульманским фундаментализмом. Корпус стражей исламской революции зорко следит за всеми и за каждым, держит народ в страхе и строго наказывает за несоблюдение религиозных обрядов. Советские специалисты, работавшие в свое время в Иране, рассказывали, что за несколько пропусков намаза в мечети правоверному отрубали фалангу пальца. А многократное повторение такого преступления оставляло человека совсем беспалым.

Когда аятола Хомейни, вернувшись из французского изгнания, сначала осторожно и выжидающе проехал по Ирану, он быстро понял, как легко прибрать к рукам этот темный нищий народ простыми понятными лозунгами. Вроде тех, российских, тоже предреволюционных, например, "Бей жидов, спасай Россию!". Поэтому призыв стереть Израиль с карты мира, устроить евреям настоящий, а не мнимый холокост - стала одной из главных идеологических основ исламской революции. После падения просвещенной монархии шаха вот уже 28 лет этот лозунг греет сердца простых иранцев и обьединяет их вокруг аятол и мулл.

Но в те годы мировой исламский фашизм мог рассчитывать, пожалуй, лишь на камни в руках палестинских подростков (у нас тоже был "булыжник - оружие пролетариата"). Немного позже средством массового поражения стали и шахидские пояса - средневековое оружие арабских халифов.

Ныне положение совсем иное. Теперь смелый замысел уничтожить "раковую опухоль сионизма" и побить "большого Сатану" выходит из идеологического поля. Он становится практическим руководством для нанесения атомного удара по территории Израиля, а заодно и по расположенным на Ближнем и Среднем Востоке американским военным базам.

Для того, чтобы избавить мир от новой страшной угрозы самоубийственной атомной бойни, нужны срочные превентивные меры. Какие? Тягомотные бесплодные переговоры давно уже зашли в тупик, а ооновские санкции и разные строгие предупреждения большого результата не дают. Трудно поверить, что изготовившийся к прыжку тегеранский (вовсе не бумажный) тигр не преодолеет поставленные на его пути ооновских эмбарговские заборчики.

Так что же, значит, война? Но ведь давно известно, Восток победить нельзя. Его можно расколоть, расщепить, разделить, как это получилось в Ираке. В нем можно увязнуть, быть проглоченным, пережеванным и выплюнутым, что произошло в свое время с Наполеоном и Гитлером в России. Но выиграть войну нельзя.

Оптимисты с надеждой разглядывают портреты израильских ассов, разбомбивших в 1981 году иракский атомный реактор в Осираке, рассматривают боевые характеристики высокоточных американских крылатых ракет. Но вряд ли в данном случае точечные удары могут полностью разрушить иранские предприятия по производству оружейного плутония. В отличие от тех давних иракских они расположены не компактно в одном районе, а чуть ли не в 20 разных местах, и точное попадание в них с воздуха весьма проблематично. А неизбежные жертвы среди местного населения могут привести к большим неприятностям.

Не дело, конечно, дилетантам давать какие-либо советы по профессиональным вопросам. Но иногда бывает, что иному стороннему наблюдателю кое-что оказывается виднее, чем специалисту, взгляд которого нередко бывает зашорен узостью многолетнего опыта. Вот с этих позиций кажется странным, что ни американское ЦРУ, ни израильский Мосад, повидимому, не предпринимает достаточных усилий, чтобы диверсионным путем, изнутри, ликвидировать страшную угрозу атомной катастрофы. Неужели нельзя организовать разрушение иранских атомных обьектов простым их подрывом, разрушением?

Как хотелось бы верить, что это возможно!