# Все мы немножечко колумбы

Геннадий Александрович Разумов

Каждый из нас когда-то открывал для себя Америку. Все мы - немножечко Колумбы. Перебравшись с того континента на этот, мы переселились не просто в другую страну, а в другой мир, в другую эпоху. И каждого из нас Америка чем-то восхищает и радует или же, наоборот, чем-то несказанно удивляет и даже горько разочаровывает. Наши мнения и сомнения, конечно, во многом зависят от длительности пребывания в эмиграции, от умения и желания внимательно вглядываться в окружающую действительность.

КАЖДЫЙ ИЗ НАС НЕМНОЖЕЧКО КОЛУМБ


Каждый из нас когда-то открывал для себя Америку. Все мы - немножечко Колумбы. Перебравшись с того континента на этот, мы переселились не просто в другую страну, а в другой мир, в другую эпоху. И каждого из нас Америка чем-то восхищает и радует или же, наоборот, чем-то несказанно удивляет и даже горько разочаровывает.

Наши мнения и сомнения, конечно, во многом зависят от длительности пребывания в эмиграции, от умения и желания внимательно вглядываться в окружающую действительность.


Мнение того, кто приехал недавно

Бывшего советского человека так настойчиво убеждали в преимуществах социалистической морали над буржуазной, что он уже в это не верил. Но вот он попал в "проклятый капитализм" и нашел здесь ту же павликоморозовскую психологию, оправдывающую предательство "во имя идеи".

Разве может его не покоробить, что со школьной скамьи маленький американец приучается к доносительству? Он не считается ябедой, когда указывает учителю на своего однокашника, списывающего с чужой тетрадки ответ арифметической задачи. Его никто не осуждает, когда он выдает своего товарища, пользующегося шпаргалкой на устном экзамене по истории.

А разве не озадачивает поведение какого-нибудь доброхота, сообщающего (да еще, говорят, за определенное вознаграждение) кое-куда, кое-что, о кое-ком? Например, о том, что некто, получая вэлфер, подрабатывает частным извозом, уроками вождения, музыки или стрижкой волос.

И уж совсем здесь не кажется зазорным донос на соседку, развесившую на балконе белье, или на водителя, бросившего из автомобиля на дорогу окурок.

Все это бывший "совок" не может ни понять, ни принять. Даже если это делается с самыми благими намерениями борьбы с укрывательством налогов, загрязнением окружающей среды, обманом учителей и так далее. Ведь ему хорошо известно, что может произойти, если допустить, чтобы цель оправдывала средства. Он знает, как просто оправдать стукачество, как может оно быть использовано для шельмования невинного, расправы с соперником, мести сослуживцу или соседу.

Доносительство отвратительно, но не смертельно. А вот кое-что другое не только аморально, но и чревато трагическим исходом. Например, идет по улице наш человек и прямо перед ним на тротуаре грохается об землю пожилая женщина (то ли споткнулась, то ли с сердцем стало плохо). Он, естественно, бросается к ней, хочет помочь подняться. Но другой прохожий, истинный американец, хватает его за руку: нельзя, не прикасайся - не дай Бог что, она и в суд на тебя подать может. Вот приедут три красные пожарные машины, тогда старушке и помогут. А ты не специалист, не профессионал и не суйся не в свое дело.

Что это, отрыжка частно-собственнической психологии?

Ну, ладно, можно еще понять, что cчитается неприличным на улице погладить чужого ребенка или потрогать чужую собачку. Но когда идет речь о здоровье, а, может быть, и о жизни человека, то не оказать ему первую помощь - настоящее преступление.

Мнение того, кто приехал давно

Для бывших пионеров и комсомольцев страны Советов простое обращение к менеджеру дома по поводу разбитого мальчишками окна может показаться доносительством. Но ведь так и свидетелей автомобильных эксидентов можно посчитать доносчиками.

Да, маленьких американцев с ранних лет приучают к честному самостоятельному труду, создают нетерпимую обстановку жульничеству и списыванию с чужих тетрадок. И это правильно. Также, как то, что нечестных взрослых американцев хватают за руку, когда они пытаются обмануть общество, скрыть доходы и не платить налоги. Кстати, если бы граждане России стали такими же законопослушными, как в США, может быть, и дела там пошли получше.

Как быть с окурком, брошенным из машины на обочину дороги? Нет, нельзя допускать, чтобы из-за этой, мягко говоря, небрежности, например, разгорелся пожар или произошли какие-либо другие нешуточные неприятности.

Верно, разная ментальность, разный образ жизни диктуют и разные нормы поведения. Там, в Союзе, каждый владелец жигуля должен был разбираться в устройстве карбюратора. И тот муж признавался хорошим, который умел починить утюг. Оказание первой помощи пострадавшим тоже входило в джентльменский набор способностей, которыми должен был обладать каждый советский человек.

Здесь ничего этого не надо. Автомобиль ремонтирует автомеханик в мастерской, неисправный утюг вообще никто не чинит, а сдает обратно в магазин (если не истек срок гарантии). И тем более никому не следуете лезть со своей неумелой помощью к больному человеку, ведь действительно можно навредить. Это там у нас скорую помощь нельзя было дождаться, а здесь она приезжает в считанные минуты.

Мнение того, кто приехал недавно

А вот еще одно явление, которое своей неожиданностью и размахом у каждого, вырвавшегося из бывшей "тюрьмы народов" в свободную Америку, может вызвать настоящий шок.

Люди, пережившие унижение только за то, что родились не теми, кем считает себя большинство, с удивлением обнаруживают здесь ту же дискриминацию. Оказывается в этом свободном мире, свободно действуют такая же дикая и глупая система предвзятого отбора претендентов на рабочие места, в офисы, банки, госпитали, на учебу в университеты и даже школьные классы.

Люди, бежавшие от антисемитизма, от страха за будущее своих детей, с изумлением замечают, что и здесь на работу берут далеко не в первую очередь тех, кто умнее, толковее и порядочнее. А того, кто больше подходит для соблюдения какого-то кем-то считающегося "приличным" соотношения мужчин и женщин, черных и белых.

Недавно некий молодой доктор наук послал свое Резюме в один из калифорнийских университетов, где была профессорская вакансия. По всем обьективным показателям он, казалось бы, вполне мог расчитывать на занятие этой должности. Однако две позиции оказались не в его пользу: пол и цвет лица - на кафедру взяли женщину, дополнительной привилегией которой была черная кожа.

Другой наш соплеменник, прекрасный специалист по компьютерам, тщетно пытался устроиться на какую-то должность в одно из правительственных учреждений. Ему тоже предпочли человека с более темной кожей тела. Может быть, это случайности, частности, которые не стоят обобщения? Но что-то они слишком уж заметны, особенно, когда заходишь куда-нибудь в государственное учреждение с непыльной работой.

Мнение того, кто приехал давно

Это вполне понятно, что у новых эмигрантов из бывшего СССР больше всего отрицательных эмоций вызывает кажущаяся им повсеместной "дискриминация белых". Им, верившим в свое время, что в Америке чуть ли не ежедневно линчуют негров, представляется по меньшей мере странным обилие черных лиц во многих университетах и учреждениях.

Им невдомек, что это как раз и есть выражение той повышенной совестливости и ответственности за прошлое праправнуков бывших плантаторов, которое возможно лишь в истинно свободном демократическом обществе. Конечно, им, усвоившим с юности большевистский принцип так называемого "демократического централизма" - главенства прав большинства, трудно понять, почему это самое большинство так заботится о "каких-то там нацменах". Им кажется удивительным, что в рамках программы "Аffirmative action" черным американцам давалось предпочтение в приеме на учебу и работу. Таким путем считалось возможным хотя бы как-то преодолеть их многовековую отсталость от других слоев населения.

Мнение того, кто приехал недавно

И вот еще что приходит в голову новому эмигранту, когда он сравнивает ту свою жизнь с этой. Как его там всегда "доставали" назойливыми призывами к патриотизму, национальной гордости, преданности Отечеству! Как досаждали лозунгами, призывами, клятвами, присягами! И вот он снова на каждом шагу встречает знакомые свидетельства всеобщего преклонения идолам государственности.

Он приходит за внуком в детский сад и видит реющий над ее крышей государственный флаг. Он садится слушать музыку в Hollywood Bowl, и симфонический оркестр перед сонатой Брамса исполняет американский гимн. Он также с удивлением наблюдает ритуал начала разных совещаний и конференций, когда седовласые мужи прежде чем взяться за дело, кладут руку на грудь и дают перед флагом клятву верности законам и Конституции.

Представители старшего поколения наших людей помнят, как встречали входившего в зал вождя всех времен и народов. "Бурные аплодисменты, переходящие в овацию, - писали газеты. - Все встают". Ныне эти же пожилые советские эмигранты включают свои "тивисеты" и широко раскрывают глаза: Джордж Буш-младший появляется в зале Сената на Капитолийском холме. Раздаются бурные аплодисменты, переходящие в овацию, все встают. Неужто это американский "отец родной"?

Мнение того, кто приехал давно

Флаги, гимны, призывы... Не нравится, надоело? Но где найти страну, которой не дорожат и не гордятся живущие в ней люди, если даже они и поругивают ее иногда? Так же, как трудно встретить человека, который не любит и не ценит свой отчий дом, где он родился и провел лучшие годы.

Поэтому не надо под патриотизмом, если он только не переходит в крайний национализм, понимать что-либо иное, чем присущую всем людям любовь к родному очагу, родному дому. И ни к чему считать предосудительным естественную привязанность людей к символам этой любви - знаменам, лозунгам, клятвам, присягам.

То же можно отнести и к реакции американцев на появление президента в зале конгресса и на его речи. Ведь президент страны - такой же ее символ, как флаг или гимн. Поэтому граждане США аплодируют не конкретному Бушу-младшему или старшему, а величию, силе и славе своей державы. Кстати, американцы вообще склонны к публичному бурному выражению чувств. Это не трудно заметить, придя на представление в театр, на концерт или даже на какое-нибудь общественное мероприятие, митинг или собрание.


Перед нами два разных мнения, два противоположных взгляда на некоторые стороны американской действительности. Насколько они жизненно важны для наших земляков - эмигрантов из бывшего СССР ?

И только ли две точки зрения имеют право на существование, возможно, есть третья?