# Редакция

Боря Ройтблат

Комедия-гротеск на тему душевной опустошенности современного немецкого общества

Действующие лица:


Христос

Шеф

Госпожа Биби

Репортёр Бэби

Секретарша

Господин Фуфэ


Действие пьесы происходит в европейской стране.


На сцене - кабинет главного редактора

Суперпопулярной газеты "Длиб".

За столом сидит Шеф и что-то пишет.

Входит госпожа Биби: молодая, эффектная дама.


Биби : Шеф! Вы меня вызывали?

Шеф: Да. Присаживайтесь госпожа Биби.

Биби (садится, нервно): Если Вы меня вызвали по поводу скандала с пятью

Одновременными убийствами, то сразу заявляю: я тут - не при чём !

Шеф: А кто, если не Вы? Я уезжал всего на неделю. Вы - мой первый заместитель. Вы

Всю эту неделю руководили работой редакции. И кто же теперь должен отвечать:

Я - или Вы?

Биби: Шеф, я всё объясню! (Встаёт и нервно ходит по кабинету). Утром Бэби позвонил мне из морга.

Шеф: С того света?

Биби: Все в морге были уже на том свете, а Бэби - на этом. Кстати, Бэби - это Ваш любимый репортёр. Вы сами неоднократно называли его королём репортажа. Между прочем, это Ваш протеже!

Шеф: Вы уже давно метите на моё место, госпожа Биби! Вы делаете всё, чтобы стать хозяйкой этого кабинета!

Биби: Шеф, это интриги! Я абсолютно счастлива, что работаю под Вашим руководством.

Шеф: А почему Вы попрекаете меня репортёром Бэби? Почему Вы называете его моим любимым репортёром? Я демократ. Я родился и работаю в демократической стране. Я защитник водителей. Я своей грудью защищаю низкие цены на бензин и сигареты. Я защитник интеллекта и молодёжи. Ни один пенсионер не сядет утром пить кофе без газеты "Длиб". Почему Вы только что назвали меня гомосексуалистом?!

Биби: Шеф, это интриги!

Шеф: Нет! Вы только что, буквально секунду назад, назвали меня гомосексуалистом!

Биби: Нет! Я так не говорила!

Шеф: Нет, Вы именно так сказали! О-О-О! Меня назвать гомосексуалистом! У меня жена и дети. Я с детства католик и лютеранин. Я самый примерный семьянин в стране. После свадьбы у меня не было ни одной женщины!

Биби: А жена?!

Шеф: У меня и с женой ничего не было!

Биби: А откуда дети?!

Пауза.


Шеф: (задумчиво): Действительно - откуда дети? (Утирает пот с лица).

Извините, я увлёкся. Вы же знаете, я очень люблю дискуссии. Как только начинаю дискутировать - забываю всё на свете.

Но и мужчин у меня никогда не было


Пауза.


.

Биби: Охотно верю! Я бы тоже не согласилась.


Странная пауза.


Шеф: О, как Вы меня разволновали этой дискуссией! Ну, и что натворил этот мерзавец Бэби? Он позвонил Вам из морга?

Биби: Да. Он сказал, что произошло убийство пяти человек. Шеф, я не могла ему не поверить. Всё-таки это Ваш любимый протеже, а не мой.

Шеф: Бэби никогда не был моим протеже! Это Вы с ним переспали, а не я!

Биби: Это интриги!

Шеф: У меня есть видеозапись. Хотите, покажу?

Биби: Это фальшивка! Это была не я!

Шеф: Ах, не Вы? А кто в постели уговаривал Бэби, чтобы совместными усилиями отправить меня на пенсию? Бэби мне всё рассказал честно и подарил мне эту видеозапись.

Биби: Мерзавец.

Шеф: (ласково смеётся): Вот как надо делать дела, госпожа Биби.

(достаёт из стола видеокассету): А теперь, что Вы скажете? Кто хозяин в редакции? Вы - или всё-таки я?


Входит Христос в белой одежде.


Христос: Доброе утро.

Шеф: Кто Вы?

Христос: Христос.

Шеф: Я Вас не вызывал, господин Христос. Подождите за дверью, в приёмной. У нас важный разговор.

Христос: Извините. (Уходит).

Шеф: Что за нахальство! Ко мне, главному редактору самой популярной газеты, входят уже просто так, без приглашения! Госпожа Биби, за одну неделю моего отсутствия Вы превратили редакцию в Бордель.

Биби: Не понимаю, как могла его пропустить ваша секретарша? Просто так? Без предварительного согласования с Вами?

Шеф: А что тут удивительного? За одну неделю Вы развалили в редакции порядок и дисциплину. Вы устроили тут анархию. Сегодня утром, в коридоре у моего кабинета, я увидел сразу несколько арбузных корок. Зачем Вы это сделали, госпожа Биби? Чтобы я поскользнулся? Чтобы я упал? Чтобы я получил сотрясение мозга - надолго, на всю оставшуюся жизнь?! Да?!

Биби: Какие арбузные корки?

Пауза


Шеф: (задумчиво): Действительно - при чём тут арбузные корки? Разве я говорил про арбузные корки?

Биби: Только что! Секунду назад!

Шеф: Извините. Вы же знаете, как я люблю дискутировать. Кстати, Вы не хотите подать в отставку?

Биби: Пока нет. Меня устраивает моя должность.

Шеф: Ничего страшного. Сейчас мы разберёмся в этом скандале, и это поможет Вам принять правильное решение. Итак, Бэби позвонил Вам из морга и сообщил, что обнаружил там пятерых убитых?

Биби: Да.

Шеф: Что Вы ему ответили?


Входит Христос.


Шеф: (к Биби): Кто это?

Биби: Понятия не имею!

Шеф: А по-моему, госпожа Биби, это Ваш очередной манёвр. Вы поняли, что Бэби - это порядочный человек, который не будет участвовать в заговоре против меня. И тогда, госпожа Биби, Вы специально наняли этого сумасшедшего (кивает на Христа), чтобы он уже сегодня постепенно довёл меня до инфаркта. Не так ли?

Христос: Ещё раз извините, но я не знаком с госпожой Биби.

Шеф: Господин... как Вы сказали?

Христос: Христос.

Шеф: Не вмешивайтесь, господин Христос. Вас не спрашивают. Я беседую с госпожой Биби, а не с Вами. Итак госпожа Биби, зачем Вы наняли этого сумасшедшего алкоголика?

Христос: Но....

Шеф: Я уже попросил Вас: не вмешивайтесь! Не мешайте мне дискутировать с госпожой Биби! Итак, госпожа Биби, зачем Вы наняли этого маньяка? Чтобы он уничтожил меня и морально и физически?

Биби: Я его в первый раз вижу!

Христос: Поверьте, эта дама никогда лично не обращалась ко мне за помощью! Ещё в раннем детстве она выбрала совсем другую дорогу.

Шеф: Ну во! Я так и знал! Оказывается, вы оба знакомы с раннего детства. Что Вы теперь можете на это ответить, госпожа Биби?

Биби: Даю Вам честное слово: я этого человека никогда не знала! Среди моих знакомых его никогда не было!

(К Христосу): Кто Вы такой, чёрт возьми?!

Христос: Христос.

Биби: А по профессии?

Христос: Столяр.

Биби: У меня никогда не было знакомых столяров! А где Вы живёте?

Христос: На небе.

Пауза.

Шеф нервно ходит по кабинету.

Биби держится руками за голову.


Шеф: Неплохо! Да-да-да, это совсем неплохо задумано, госпожа Биби! У меня уже начинается предынфарктное состояние. Я даже не рискую вызвать сюда мою секретаршу, чтобы выяснить, почему она во второй раз подряд нагло пропустила в мой кабинет этого террориста!

Пауза


Я уверен, что моя секретарша войдёт сюда с пистолетом или даже бомбой в руке! Ну, да-да-да! Убивайте меня! Разрывайте меня на кусочки! Но: я погибну на своём боевом посту, во имя своей любимой газеты!!!

Пауза


Госпожа Биби, не забудьте отметить это в некрологе по поводу моей героической гибели!


Пауза


Христос: У меня такое впечатление, что Вы уже давно нуждаетесь в моей помощи.

Шеф: Кто? Я?!

Христос: Вся ваша редакция. Но Вы - особенно.


Пауза


Биби: Послушайте, кто Вы такой?!

Христос: Христос.

Шеф: А как Вы очутились в моём кабинете?

Христос: Вошёл в дверь. Просто открыл дверь, и вошёл.

Шеф: А моя секретарша Вас видела?

Христос: Не знаю. Спросите у неё.

Шеф: (нервно берёт телефон): Госпожа Длибски!


Пауза


Госпожа Длибски, почему Вы не отвечаете?!

(Хватает другой телефон, медленно кладёт его на место):

Что происходит? Неужели все телефоны... отключены?! Это что - революция? Когда-то русские большевики захватили телефонную станцию в Петербурге, и это помогло им свергнуть царя. А кого теперь свергают? Меня?!

Биби: Шеф, никто Вас не свергает. Успокойтесь! Сейчас я всё выясню.

(Пробует набрать номер со своего хэнди). Шеф ... мой хэнди, кажется, тоже ... отключен.


Трудная пауза


Шеф: (к Христосу): Кто Вы такой?!

Христос: Христос.

Пауза


Шеф: Вы... коммунист?

Христос: Нет.

Шеф: А что Вы здесь делаете, в моём кабинете?

Христос: Я услышал крик помощи - и вошёл в дверь.

Шеф: А кто тут кричал?

Христос: Вы и госпожа Биби. Скажу Вам откровенно: сейчас уже весь мир кричит о помощи. Но лично меня зовут редко. Многие давно перестали принимать меня за спасителя. Но Вы и госпожа Биби буквально умоляли меня прийти, и ваши голоса надрывались от крика. Это был не крик даже, а истошный вопль. Вопль души.

Биби: Ничего подобного. Мы не кричали. Мы говорили в спокойном тоне.

Христос: Да, Но ваши души - кричали и вопили о помощи.

Шеф: А где моя секретарша?

Христос: Там, где она должна быть.

Биби: На том свете?! Вы уничтожили её?!

Христос: Нет.

Шеф: Слушайте, что Вы мне сказки рассказываете? Какая душа? При чём здесь душа? Что Вы мне тут мистику устраиваете? Я спрашиваю, я хочу знать: почему отключены телефоны? Почему Вы ворвались в мой кабинет? Госпожа Биби не стройте удивлённую физиономию, этот террорист - Ваш сообщник! Госпожа Биби, клянусь Вам: на этот раз Вы не выйдете сухой из воды! Я погибаю гордо! Но не могу понять, за что Вы оба убили мою секретаршу? Это была невинная женщина, которая отдала жизнь за газету "Длиб".

Вечная память погибшим героям!


Входит Секретарша.


Секретарша: Шеф, извините, но я не совсем поняла Ваше распоряжение.

Шеф: Вы ... живы?

Секретарша: Да! А почему я должна быть мёртвой? Только что Вы мне позвонили приёмную и сказали: "Хочу!". Но я не поняла, что именно Вы хотите? Второй завтрак, или только кофе, или меня?

Биби: Это меня интригует. Шеф, Вы это прямо с утра делаете? Секретарша - вместо второго завтрака?

Секретарша: Вы не поняли, госпожа Биби. Шеф никогда не хочет меня в том ужасном смысле, как Вы подумали. Он просто хочет моего присутствия, чтобы дать подробное распоряжение. Это лучше делать лично, Ане по телефону

Биби: И где это надо делать? Прямо на письменном столе?

Секретарша: Почему обязательно на письменном столе? Можно и стоя.

Биби: Ах, вот как! Да, это даже экстравагантно!

Шеф: Интриганка! Вы всё переворачиваете в свою пользу! Какая мерзость: так думать обо мне и госпоже Длибски! Кстати, я не звонил сейчас госпоже Длибски!

Секретарша: Госпожа Биби, Вы меня оскорбили. Я подам на Вас в суд. Я потребую с Вас Не меньше одного миллиона. Да-да-да! Вы будете плакать горькими слезами. Вы всю жизнь будете со мной расплачиваться за эти оскорбительные намёки! Я высоко ценю нанесённый мне моральный ущерб!

Биби: А если я покажу на суде видеозаписи?

Секретарша: Какие ... видеозаписи?! Вы с ума сошли! О каком суде идёт речь? Я никогда не собиралась подавать на Вас в суд!

Шеф: Ах, вот оно что! Госпожа Биби , Вы превратили нашу тихую, спокойную, нежную редакцию в шпионское гнездо. Нам надо поговорить тэт-а-тэт и найти компромисс. Срочно. Так! Всех остальных прошу немедленно покинуть мой кабинет.

Христос: Я - это тоже остальные?

Шеф: Да-да-да! Вы здесь посторонний.


Пауза


А кстати, госпожа Длибски, кто этот человек? Почему Вы пропустили его ко мне в кабинет?

Секретарша:Кого? Этого? Я его первый раз вижу! Когда я вошла сюда и увидела его, то сразу подумала: откуда он тут взялся? Я решила, что это мойщик окон. Вероятно, он залез через окно?

Шеф: Нет. Он вошёл в дверь. Дважды!

Секретарша: (к Христосу): Кто Вы такой?

Христос: Христос.

Пауза


Секретарша: Странно. В списке посетителей такая фамилия не значится. Господин Христос, я вынуждена повторить свой вопрос: кто Вы такой? Араб?

Христос: Нет, я еврей. По маме.

Пауза


Шеф: О, мне только этого не хватало! Меня и так обвиняют во всех смертных грехах. А теперь меня будут обвинять ещё в антисемитизме! Да-да-да! Госпожа Биби, это Ваша провокация? Конечно! Да-да-да! Я в этом уверен! Вы хитроумным способом усыпили бдительность моей секретарши. Вы тайно провели в мой кабинет еврея, да ещё и в национальной одежде! Я спрашиваю: зачем? Отвечаю: чтобы он устроил мне тут грандиозный скандал! Я спрашиваю опять: а зачем? Отвечаю: в разгар скандала Вы намеривались вызвать полицию. Я в третий раз спрашиваю: а зачем? Отвечаю: чтобы полиция составила протокол о служебном антисемитизме с моей стороны. Именно так Вы хотели занять моё кресло главного редактора!

Биби: Шеф, поверьте, я бы сама до этого не додумалась. Но Вы сами только что подарили мне эту идею. Может вызвать полицию прямо сейчас ?

Шеф: Госпожа Биби, я всегда уважал Вашу честность и порядочность. Будьте благородной до конца. Зачем Вам нужна полиция? Давайте лучше вместе устроим тут ...ну, что, я не знаю, что ... ну, хотя бы еврейский Новый Год, или Песах, какая разница! Шоло-о-ом! Шоло-о-ом! Шоло-о-ом! Прямо в моём кабинете!


Холодная пауза Биби.


Биби: Шеф, у меня к Вам скромный вопрос. Кто ТЕПЕРЬ хозяин в редакции?


Пауза

Шеф: Вы меня убедили, госпожа Биби.

Секретарша: Стоп, стоп, стоп! Он сказал, что он еврей только по маме. А по папе? (Пауза) Господин Христос, кто ваш папа?

Христос: Бог.

Пауза


Шеф: М-да! Конечно. М-да. Спасибо, что всего лишь Бог, а не раввин. (Пауза). Госпожа Длибски, пожалуйста, принесите нам три кофе. И, кстати, выясните, почему у нас неисправны телефоны. (секретарша уходит). Итак, мы теперь можем спокойно обсудить все проблемы. Прошу Вас, присаживайтесь.


Все садятся. Госпожа

Биби садится в кресло главного редактора.


Биби: Итак, с чего начнём.

Шеф: Может с господина Христоса, чтобы его не задерживать? Я уверен, что господин Христос - это очень занятой человек, и у него ещё много других еврейских забот.

Биби: Господин Христос, Вы торопитесь?

Христос: Нет.

Биби: В таком случае - почему бы не совместить приятное с полезным? Вы прибыли издалека, и Вашего папу, как я поняла звать Бог. Вы новый, совершенно случайный человек в нашей образцовой редакции. Не согласитесь ли Вы стать третейским судьёй в нашем конфликте? Так сказать, свежим взглядом абсолютного дилетанта.

Шеф: Забавная идея!

Биби: Вас не спрашивают. С господином Христосом говорю я, а не Вы.

Христос: Пожалуйста. В чём суть конфликта?

Биби: Видите ли, в нашей большой, нравственно чистой редакции есть репортёр Бэби.

Законченный мерзавец. Мошенник. Бабник. Ленив - как полковник после обеда. Но некоторые нравственно неопытные редакторы (смотрит на шефа) гордо называит его королём репортажа. На прошлой неделе, в среду, этот Бэби позвонил мне из морга. Он сообщил мне, что обнаружил в морге пятерых одновременно убитых людей. Пообещал мне сногсшибательный репортаж. Господин Христос, ответьте мне: могла я ему не поверить?!

Христос: Людям надо верить.

Шеф: А проверить?!

Христос: Можно и проверить. Но сначала - надо всё-таки поверить. Вы знаете, я не согласен с моим Папой в том смысле, что перед свиньями бисер не мечут. Я считаю, что можно и перед свиньями бисер метать.

Биби: Интересно! А как я могла это проверить?!


Входит секретарша с кофе.


Шеф: Надо было в морг съездить.

Биби: Я?! В морг?! А почему?!

Секретарша: Извините, госпожа Биби, но телефоны опять работают. А список посетителей почему-то исчез. Вместо него - новый список посетителей с единственной фамилией: господин Христос. Какие будут распоряжения?

Биби: (к Шефу): О-о-о! Вы уже давно мечтаете увидеть меня в морге! Вы уже давно заготовили некролог обо мне! Но это у Вас - не получится!

Шеф: Это интриги! Да-да-да! Интриги!

Секретарша: Кроме того, мне только что позвонил некий господин по фамилии Бог.

Христос: Да, это мой Папа. Он что-то хотел сообщить мне?

Секретарша: Он попросил передать Вам, что Вы вели себя более современно, в стиле эпохи, и чтобы Вы перестали наконец-то, метать бисер.

Христос: Спасибо, госпожа Длибски.


Взбешенные Биби и Шеф ходят по кабинету.


Секретарша: Может... вызвать врача? Шеф, на Вас просто страшно смотреть! Таким Вы бываете только после обеда!

Биби: Срочно вызовите сюда репортёра Бэби!

Секретарша: (сквозь зубы): Слушаюсь и повинуюсь новым лидерам. (Уходит).

Биби: Ну! Что Вы скажите, господин Христос? Так сказать, свежим взглядом?

Христос: А, чёрт возьми, кофе дьявольски горяч! От него запах - как из помойного ведра! Где вы нашли такой дерьмовый кофе? Сплошная химия! (Пауза). Надо разобраться, госпожа Биби. Кстати, Вам не жарко?

Биби: Жарко.

Христос: Чтобы стало свежее - снимите платье!


Биби снимает платье.


Биби: Действительно! Свежее стало!

Шеф: Может, и мне... раздеться?

Христос: Без костюма и галстука - Вы способны показать что-то грандиозное?

Шеф: Не... уверен.

Христос: Тогда не надо. Госпожа Биби, Вы совершенно очаровательны. В такой одежде Вы запросто могли бы стать звездой кабаре!

Биби: Не хамите, господин Христос!

Христос:Первый раз меня упрекают в хамстве. Но если мой Папа так хочет - пожалуйста! Я согласен.


Входит репортёр Бэби.


Репортёр: Доброе утро! Извините, что я выгляжу слегка усталым. Всю ночь был на пожаре. К сожалению, сгорел мой дом, я уже пишу репортаж. Это будет гвоздь завтрашнего номера! Вы меня по этому поводу вызывали?

Биби: Сядь, мерзавец! И сиди по стойке "смирно"!

Репортёр: Я всегда с наслаждением выполняю приказы не совсем одетых дам (садится).

Биби: Бэби! Ответь, наконец, честно: почему ты на прошлой неделе подложил мне эту свинью?

Репортёр: Какую именно свинью?

Биби: Пятерых одновременно убитых!!!

Репортёр: Ах, это! С наслаждением отвечаю вам. Во-первых, я оказался в морге случайно. Не по служебному, а по личному вопросу. Кто-то позвонил мне и сказал, что моя тёща лежит в морге. К сожалению, это оказалось неправдой. (Пауза).Во-вторых, эта неправда так огорчила меня, что я решил задержаться в морге и терпеливо подождать.

Шеф: Не понимаю! Кого можно ток терпеливо ждать в морге?!

Репортёр: Тёщу. У меня была надежда, что её туда всё-таки привезут. (Пауза). В-третьих, в моём присутствии туда привезли ещё пятерых. Но моей тёщи среди них почему-то не оказалось. Я уже собирался уйти с пустыми руками и разбитым сердцем. Но в это время мне позвонил какой-то неизвестный. Он сообщил, что в городе произошло одновременное убийство пятерых японцев.

Биби: Японцев?!

Репортёр: Да.

Шеф: При чём тут японцы?!

Биби: Бэби, в пятницу ты мне рассказывал совсем иначе!

Репортёр: Правильно. А теперь - совсем иначе. Потому что мой репортаж был напечатан в четверг. А скандал начался в прессе только в субботу. Поэтому в пятницу я ещё не мог рассказывать о японцах. В конце концов, у каждого талантливого журналиста бывают свои маленькие тайны. Как я мог в пятницу рассказывать о японцах, если даже в субботу я ещё не был уверен, что это были японцы?!


Пауза


Христос: А почему Вы не были в морге?

Репортёр: Когда?

Христос: В среду.


Пауза


Репортёр: А кто Вы?

Христос: Христос.

Репортёр: Странная фамилия. Вы иностранец?

Христос: Да.

Репортёр: В таком случае, почему Вы вмешиваетесь во внутренние дела суверенного государства.

Христос: Извините ... я не понял.

Репортёр: Повторяю: почему Вы иностранец, вмешиваетесь в интимные дела суверенного государства?

Христос: Опять я ... не понял. Какого именно государства?

Репортёр: Нашего. Этого.

Христос: Редакция газеты "Длиб"? Это и есть суверенное государство?

Репортёр: Да! Почему Вы так нахальничаете, господин Христос? Я не понимаю вообще: как Вы тут очутились? Тут, в этом святом кабинете? Как Вы осмелились упрекать меня, будто бы в прошлую среду я не был в морге?

Христос: А разве Вы там были

Пауза


Репортёр: (к Шефу и Биби): Надеюсь, вы ещё не забыли того типа, который проник в нашу редакцию, а потом написал об этом книгу, полную клеветы? Вам захотелось повторения?

Биби: Какой ужас! Неужели опять?! Проникнуть сюда под видом бородатого еврея, а потом... (закрывает лицо руками). После этого я уже абсолютно точно стану антисемиткой!

Шеф: Господин Христос, я надеюсь, Вы...

Христос: Нет, нет! Успокойтесь. Я не собираюсь писать про вас книгу. Что с Вами? У вас троих лица вдруг позеленели, ... неужели от злости? (пауза). Ничего страшного. Сейчас я вас успокою, и вы придёте в себя.


Христос делает плавное движение рукой.

На сцене вдруг появляется туман.

Шеф, Биби и репортёр исполняют "Танец маленьких лебедей" из балета "Лебединое озеро".

Музыка медленно и плавно стихает. Туман уходит.

Биби медленно и плавно садится в кресло главного редактора и кладёт ноги на стол.


Биби: (медленно и романтично): О, какое счастье! Пруд. Лебеди. И я - посреди пруда, как маленький лебедь!

Шеф: (медленно и романтично): Как жаль, что я изменил жене! О, я больше не буду этого делать! Сегодня ... нет, завтра ... нет, лучше в следующий понедельник ... я наконец-то уволюсь из этой редакции. Я стану птице. Да-да-да! Я стану маленьким цыплёнком ... нет, лучше орлом, иначе меня просто сожрут! И я полечу в облака, и сверху сделаю грандиозное пи-пи на всех вас!

Репортёр: (медленно и романтично): О, как я вас понимаю! Ну, за что я так не люблю тёщу. За что?. Она прекрасный человек. Особенно, когда она подарила мне новенький кабриолет - о, как я был ей благодарен! Я был даже готов с ней переспать - и целовать её, целовать, целовать! А может, пригласить её на дискотеку? Да-да, пригласить её туда, где я сам не был 15 лет, и где она вообще никогда не бывала? И там - упоённо танцевать с ней в окружении молоденьких сопляков и соплячек! Это будет мой прозрачный намёк на её молодость и весьма красивое тело! А может жениться на неё?!


Пауза


Христос: Стоп, стоп! Кабриолет поехал не туда. Но, я надеюсь, вы хоть немного успокоились?

Биби: О, как это было прекрасно! (пауза) . Шеф, Вы сами напишите заявление о своей отставке? Или - я сама за вас напишу, а Вы подпишите?

Шеф: Что за разговоры? Какая отставка? Кстати, почему Вы сидите в моём кресле? Встаньте и немедленно оденьтесь! Я не позволю устраивать бордель в моём кабинете!


Шеф выталкивает Биби из своего кресла и садится.

Биби задумчиво танцует.


Биби: Танец маленьких лебедей! Танец маленьких лебедей!

Шеф: Бэби, наденьте на неё платье.! (Бэби надевает платье на госпожу Биби и усаживает её). Что происходит в моем кабинете?! Господин Христос, что Вам здесь надо?

Христос: Я уже объяснял. Меня позвали ваши души.

Шеф: Прекратите эту мистику! Я не слабонервный. Конечно, я вынужден признать: у вас талант гипнотизёра. Но Вы ведь пришли сюда не для того, чтобы гипнотизировать нас?

Христос: Я был уверен, что вам нужна моя помощь.

Шеф: Какая помощь? Вы не газетчик. Хотите устроиться на работу? Я не согласен. У нас нет вакантных мест. Бэби, похлопайте госпожу Биби по щекам, она до сих пор в трансе! (Бэби выполняет это, госпожа Биби приходит в себя). Итак, господин Христос, я Вас больше не задерживаю! Позвольте нам самим, наконец, разобраться в этом скандале! Очень извиняюсь, но Вы тут лишний.

Христос: Нет, я здесь останусь ещё.

Шеф: Зачем?

Христос: Я решил стать репортёром вашей редакции.


Пауза. Репортёр молча хохочет.

Биби: Нонсенс!

Репортёр: Шеф, а почему бы не принять его на работу? Среди наших репортёров не было ещё ни одного гипнотизёра.

Биби: Да! Он может загипнотизировать кого угодно. И мы будем иметь потрясающие репортажи! Под гипнозом можно из любого человека выкачать какую угодно информацию. Шеф, это идея! Скандал в каждом номере. Мы поднимем свой тираж с 12 миллионов до 80 миллионов. Нас будут читать даже грудные младенцы. С восторгом.

Репортёр: Нет, я протестую!

Биби: Бэби, тебя смущает опасный конкурент?

Репортёр: Я так не сказал.

Биби: Но это у тебя на лбу написано! Господин Христос немедленно станет любимцем шефа. А ты окажешься где-то на задворках.


Пауза


Шеф: (задумчиво): А почему им обоим не поработать в дуэте? Репортёр Бэби и гипнотизёр Христос. Замечательный дуэт, не правда ли? Бэби, ты уже не протестуешь?

Репортёр: Это было бы любопытно.

Шеф: Да! Господин Христос будет выкачивать информацию, а ты будешь писать репортажи. Наша газета станет всемирной. Всекосмической. Нас даже на луне будут читать. Да-да-да! Господин Христос, отныне Вы - репортёр газеты "Длиб"! Поздравляю Вас!

Все жмут руку Христосу.


Репортёр: Это фантастика! Блестяще!

Биби: Это была моя идея!

Шеф: Но решение принял я, а не вы, госпожа Биби! (Пауза). Кстати, господин Христос, почему бы Вам не начать своё первое гипнотическое интервью с госпожи Биби?

Биби: Это насилие! (вскакивает).

Шеф: Господин Христос, меня интересует, почему госпожа Биби подложила мне эту свинью с репортажем о пяти одновременно убитых? Пусть она расскажет о своих тайных мыслях, связанных с этим скандалом.

Биби: Это садизм! Я женщина! Господин Христос, не делайте это! Умоляю Вас! Я стану безработной на всю оставшуюся жизнь!

Шеф: Господин Христос, можете приступать к своему первому редакционному заданию.


Пауза


Христос: Шеф, а может начнём с Вас?

Биби: Да-а-а! С него начинайте, с него, господин Христос! Он это заслужил!


Пауза


Шеф: (внезапно): Нет!!!

Репортёр: (деловито кладёт на стол диктофон и блокнот): Шеф, а почему Вы так нервничаете? Будьте джентльменом. Пусть сначала госпожа Биби узнает всё про вас. А потом Вы узнаете всё про неё. Два гипнотических сеанса подряд. Правда и только правда. В результате будет найден компромисс. Мне даже не придётся писать эти два репортажа. Потому что вы оба не захотите их публиковать. То есть, Вы, шеф, не захотите публиковать репортаж про себя. А госпожа Биби ни за что не напечатает правду о себе.

Христос: Нет. Я настаиваю на правде.

Репортёр: Не напечатают! (Пауза). Вы новичок в этой редакции. Вы ещё не разбираетесь в специфике.

Шеф: Бэби, неужели Вы согласны писать обо мне такой репортаж?! Сколько я сделал для Вас! Сколько я вытаскивал Вас из скандалов! Скольких адвокатов я Вам подарил! Я Вам даже охранников дарил, чтобы Вас не растерзали на кусочки за клевету!

Христос: Бэби, Вы ещё и клеветник?

Бэби: Ничего подобного. Сейчас я Вас коротко введу в нашу специфику. (Пауза). Шеф! Госпожа Биби! Оставьте нас ненадолго вдвоём. Шеф, гарантирую Вам: максимум через 5 минут я всё улажу. А вы пока побудьте с госпожой Биби в приёмной, и подумайте о кандидатуре нашего первого с господином Христосом сенсационного репортажа.

Биби: Надеюсь, это буду не я!

Шеф: И не я! Можете быть уверены! Бэби, это исторический момент, Бэби, я доверяю Вам судьбу редакции!

Шеф и госпожа Биби уходят.


Репортёр: Наконец-то! Меня тошнит от них обоих. Слушай, Христос, будем на "ты"?

Христос: Будем. Я не привык, чтобы ко мне обращались на "Вы".

Репортёр: Отлично, я сам такой. Слушай, парень, откуда тебе известно, что я не был в морге?

Христос Мне всё про тебя известно.

Репортёр: Ты частный детектив? Работаешь на этих пятерых убитых, которые клянутся, что они живы?

Христос: Нет.

Репортёр: Странно. Смотрителя морга я купил в прошлый четверг. А когда ты сумел его перекупить?

Христос:Не перекупал. Я с ним даже не беседовал. Я просто знаю твои мысли, знаю каждый твой шаг. Ты хотел рассказать мне что-то серьёзное?

Репортёр: Ты солидный парень. Ты мне нравишься. Скажу тебе откровенно: в юности я мечтал работать в нормальной Редакции. Но попал почему-то сюда. Вероятно, это рок, судьба, что-то в этом роде.

Христос: А может это наказание?

Репортёр: Может, и наказание. Наказание за то, что я дал согласие тут работать. Но сейчас мы будем работать в дуэте. С тобой. Значит ты тоже наказан. Хочу тебя попросить: не обижай Шефа и госпожу Биби. Поверь, это самые порядочные люди в нашей редакции. Остальные ещё хуже. Шеф и Биби часто спорят и грызутся между собой. Но у них есть хорошая черта: они оба - не агрессивны.

Христос: Я знаю.

Репортёр: Пусть они так грызутся ещё сто лет. Но если сегодня они будут оба вынуждены подать в отставку, то газета "Длиб" станет ещё ужаснее.. И тогда начнётся взвинчивание самых низких страстей, которые есть в человеке. Наши читатели и без того больны полным отсутствием интеллекта. Это патология: жить в демократической стране - и читать газету "Длиб". Сегодня эта масса людей находится в полусонном состоянии. Но если завтра на них вылить немножко бензина, то они станут пылающим пропеллером. И этот пропеллер уничтожит всё хорошее, что есть в нашей стране. А пока, под руководством Шефа и Биби, это просто бульварная газета для полусонных дураков. Пусть так будет и дальше. Это всё-таки лучше, чем 12 миллионов пылающих пропеллеров. Согласись Христос, наша страна отнюдь не самая плохая, правда?

Христос: Да. Лучше многих других. Но плох весь мир, Бэби, и твоя страна тоже. Весь мир плох. По большому счёту, люди ни во что не верят. Не думают о Боге. Иногда делают вид, что веруют и даже молятся. А потом выходят из церкви, и - запросто делают подлости. Если б ты знал, Бэби, сколько молитв обращено к Богу с просьбой о деньгах! Бессмысленные просьбы бессмысленных молитв. Скандалы знаменитостей вызывают ажиотаж, а на Библии лежит слой пыли. И эту пыль протирают иногда только из чувства аккуратности, а не для того, чтобы заглянуть в Книгу Книг. Люди слушают политиков - но не слышат Бога. Люди смотрят в телевизор - но не в собственную душу. Чем чаще я бываю среди людей, тем острее и пронзительнее чувствую своё одиночество. (Пауза). Я очень одинок, Бэби. (Пауза). Самое страшное одиночество приходит ко мне в декабре, когда начинается праздник торговли. В этом декабрьском снегопаде подарков нет ни Бога, ни искренности души, ни самого виновника торжества. Важно только, чтобы гусь был вкусным, и чтобы в нём было меньше холестерина. (Пауза). Я очень одинок Бэби.


Пауза


Репортёр: Чем я могу тебе помочь?

Христос: Ты? (Пауза). Не знаю. (Пауза). Но однажды, когда-нибудь, твоя душа закричит от боли. И тогда ты позовёшь меня. Но это будет не скоро.

Репортёр: Кто ты? У виновника декабрьского праздника точно такая же фамилия, как у тебя.

Христос: Только фамилия ?

Репортёр: Ты хочешь сказать, что он -это ты? (Смеётся). Я давно не верю в бабушкины сказки. Ты ловкий гипнотизёр. Вероятно ты экстрасенс и телепат. Ты талантливый человек, Христос. Я с удовольствием буду с тобой работать в репортёрском дуэте. Ты всё говоришь правильно. Но, пожалуйста, не убеждай меня больше, будто бы декабрьский виновник торжества - это ты. Он живёт где-то на небе, а мы с тобой на Земле. Мы оба - репортёры бульварной газеты. Врать и передёргивать факты -конечно, это не самая радостная работа. Но эта работа даёт мне хлеб, мясо и пиво. У меня дом, отличная жена и двое детей. У меня очень хорошая, добрая тёща, которая никогда не дарила мне кабриолетов, потому что работает простым почтальоном. Но в этой газете всегда надо врать, иначе тебя выгонят с работы. Тут надо работать короткими фразами, чтобы тебя поняли даже самые глупые люди. Из хаоса фактов надо выдёргивать один жареный факт, а на остальные - не обращать внимания. У этой газеты два главных критерия: сентиментальность унитаза и меткий плевок в душу. Чтобы уметь это делать, надо быть великолепным репортёром. Надо иметь талант циника и мастерское перо. Надо уметь вылизывать языком чужой унитаз. За это хорошо платят, и летом я повезу жену и детей на Гавайи. (Пауза). Христос, ты новичок, и я тебя проинструктировал. Можно позвать этих двух клоунов?

Пауза

Христос: Можно

Бэби открывает дверь.


Репортёр: Шеф! Госпожа Биби! Можете войти. Мы соскучились без Вас.


Осторожно входят Шеф и Биби.


Биби: Ну как? Всё нормально?

Репортёр: Полный порядок. Господин Христос проникся к вам любовью и уважением. Он не будет вас гипнотизировать с целью дачи правдивых показаний.

Шеф: Наконец-то! А мы так волновались! Бэби, я всегда верил вашему таланту. Кстати, господин Христос, почему дверь моей приёмной наглухо закрыта?

Христос: На другой стороне двери висит плакат с надписью: "В помещении идёт ремонт." Телефоны отключены. Звонить сюда может только мой Папа... если ему это понадобиться. Вся редакция знает, что Шеф и госпожа Биби улетели на симпозиум в Японию и вернуться сюда завтра утром.

Шеф: За одни сутки?! Туда и назад?! Да ещё и поучаствовать в симпозиуме?

Репортёр: Может, написать репортаж о ваших японских впечатлениях?

Шеф: Не надо!!! Я согласен, что мы уже в Японии!

Биби: Я тоже. (Пауза). Согласна. Если в Японию лететь на космической ракете, то это совсем рядом!

Входит секретарша с конвертом в руке.


Секретарша: Шеф! Только что под дверь приёмной подсунули какое-то письмо.

Шеф: Читайте вслух.

Секретарша: (читает письмо): "Мы, пятеро одновременно убитых самураев, требуем выдать нам репортёра Бэби - живым или мёртвым. Если живым, то мы в очень доброжелательной форме поможем ему стать клиентом морга. А если мы получим его уже мёртвым, то похороним за свой счёт. Ждём ответа. Банзай!"

Шеф: Госпожа Длибски, диктую мой ответ: "Уважаемые господа самураи! Примите мои глубочайшие соболезнования по поводу Вашей одновременной гибели. Цветы на Ваши похороны уже посланы, стоимость цветов вместе с доставкой - 1241 евро 19 центов. Кроме того, примите мою глубочайшую радость в связи с тем, что Вы опять живы. По этой причине требую вернуть стоимость цветов в 5-кратном размере, т.к. наши 12 миллионов читателей оплакали Вас ещё в четверг, а сегодня уже понедельник. Из-за слёз наших читателей в стране случилось наводнение, в результате чего государству нанесён ущерб на сумму 113 миллиона евро 91 цент. Не забудьте оплатить эту скромную сумму, наши адвокаты уже работают. Что касается репортёра Бэби, то он у нас давно не работает. В прошлом году он погиб во время пожара в собственном доме, когда героически пытался вытащить из огня своего любимого попугая. По этой причине Вы будете бесплатно получать газету "Длиб" в течение года. Поздравляю Вас, желаю счастья и радости всем пятерым. Банзай! С глубочайшим уважением к Вам - главный редактор лучшей в мире газеты "Длиб", счастливыми подписчиками которой Вы только что стали!"

Бэби: Великолепно! Просто, сентиментально и гордо! Видите, господин Христос, как надо работать с простым народом? Главное - это забота о простых людях.

Христос: Может, пригласить их сюда?

Пауза


Биби: Кого?!

Христос: Этих пятерых одновременно убитых.


Пауза


Шеф: Э-э-э... не волнуйтесь, господин Христос. Завтра эти пятеро сами пришлют нам свои извинения.

Биби: А послезавтра мы напечатаем репортаж о том, как они счастливы, что стали бесплатными нашими подписчиками. Мы не боимся скандалов, господин Христос. Каждый новый скандал - это бесплатная реклама нашей газеты.

Секретарша: Шеф! Я могу идти?

Шеф: Пожалуйста, принесите нам бутылку красного вина. Надо отметить нашу очередную блестящую победу. Ну, и что-нибудь перекусить тоже. Мы немного проголодались.

Секретарша уходит.


Биби: Господин Христос, мы нашли для Вас и Бэби хорошую кандидатуру для первого совместного репортажа. Это была моя идея!

Шеф: Но решение принял я.


Пауза


Биби: M-да. (Пауза). Вы недостойно себя ведёте, шеф. Я женщина! А Вы - всего лишь немолодой мужчина!

Шеф: Я понимаю, что молодые мужчины нравятся Вам больше. Но, госпожа Биби, я никогда не делал Вам сексуальных намёков. Потому что я никогда не воспринимал Вас как женщину.

Бэби: (негромко): Ну, опять завелись, как испорченный мотор!

Биби: Шеф, а за кого Вы меня принимали до сих пор? За динозавра?!

Шеф: Нет. За танкиста.

Биби: За кого?!

Шеф: Особ женского пола я делю на три категории: домохозяйки, стервы и танкисты.

Христос: Это что-то новое! Таких классификаций я ещё никогда не слышал. А чем различаются эти три категории?

Шеф: Могу объяснить. Домохозяйка - это высший сорт женщин. Она уютна, умеет хорошо готовить, прекрасная мать и бабушка. Лучший пример - это моя жена. Она хорошо одевается, регулярно ходит в парикмахерскую, всегда при маникюре и педикюре. Она читает романы про любовь и детективы. В постели она совершенна не капризна, ей хватает одного раза в неделю. Она понимает, что муж - это занятый человек, который в целях укрепления своей карьеры обязан иметь любовниц. Тип домохозяйки - это лучшая жена для серьёзного мужчины.


Секретарша приносит вино закуску, и уходит.

Бэби разливает вино по фужерам.

Госпожа Биби презрительно улыбается.


Шеф: Категория N2 - это стерва. Женщина второго сорта. Она хороша в постели, но жениться на ней - это большое несчастье. Она цинична, безнравственна, часто обманывает и любит толкаться локтями, даже в постели, когда мужчина хочет наконец уснуть. Это ужасно!

Биби: Как это похоже на вашу секретаршу! Вероятно, от её толчков локтями на вашем теле - сплошные синяки.

Шеф: Не говорите то, чего не знаете. Госпожа Длибски - это редчайший в природе тип домохозяйки, которая хорошо зарабатывает.

Христос: Меня чрезвычайно интересует третья категория женщин.

Шеф: Э не женщины. И не мужчины. Это - танкисты! Они делают карьеру! Их танковый мотор всегда включён. Эти танкисты страшнее самих танков, честное слово! Они проламывают любые стены. Они всегда в атаке. В постель с мужчиной они ложатся только с деловыми намерениями. Они шагают по трупам и не обращают внимания на стоны раненых. На женщин они похожи по внешнему признаку, и только! Стервы по сравнению с ними - это детский лепет. У танкистов не бывает женственности. У них нет элементарного бабского чувства сочувствия. Они не хотят рожать детей. Они ненавидят семейный уют и неспособны создавать уют. Если бы я был парламентом, я бы принял закон о том, чтобы посылать этих танкистов солдатами в горячие точки планеты. Туда, где идёт война. Пусть они там живут: под бомбами и снарядами!

Биби: Хорошо, что Вы - не парламент!

Шеф: Жаль, что я не парламент! Иначе я давно отправил бы Вас на войну!

Биби: Ничтожество! Бывают галстуки в чемоданах. Но бывает наоборот: чемоданы в галстуках! Это именно Вы!

Пауза


Бэби: Ну ничего, это бывает. Поговорить о женщинах - это любимая тема мужского разговора.

Биби: А я никогда не говорю о мужчинах. Ни плохо, ни хорошо. (тихо): Мне не везёт в жизни. (Пауза). Я всегда мечтаю хоть один раз в жизни встретить мужчину. Настоящего, а не с пенисом вместо сковородки. Честного, сильного и благородного. Ради такого мужчины я готова стать и домохозяйкой, и даже горничной, лишь бы он был рядом. Я готова чистить его туфли и стирать его носки. Не в стиральной машине, а вручную!

Бэби: Настоящие мужчины сами чистят свои туфли и стирают свои носки. Женщина нужна таким мужчинам не для унижений, а для любви.


Пауза


Биби: Да. Ты прав. Бэби. (Пауза). Господин Христос, в какой-то момент мне показалось, что Вы - настоящий мужчина. Но после того, как Вы согласились работать в нашей редакции... Вы меня разочаровали! Настоящие мужчины не имеют права заниматься такой работой.

Пауза


Христос: Извините, госпожа Биби. (Встаёт на одно колено и целует Биби руку). Я рад, что Вы заговорили искренно. Спасибо. (Пауза). Я этого ждал. (Пауза). Я сочувствую вашей боли. Однажды, не сегодня и не завтра, но однажды Вы вспомните обо мне. И тогда Вы поймёте, кто я. Это произойдёт ночью, в вашей одинокой квартире. Вы будете одна. На полу будут валяться осколки разбитого вами фужера и разбитой вами об стенку бутылки вина. И тогда Вы обратитесь ко мне. И я помогу Вам.

Биби: Как я смогу обратиться к Вам? Ведь я буду в квартире одна!

Христос: В ту ночь Вы будете знать, как это сделать. И я обязательно помогу Вам.


Пауза


Шеф: Странные разговоры. (Пауза). Мы начали с того, что нашли первую кандидатуру для репортажа. А потом мы неожиданно ушли в сторону от этой темы. (Пауза). Вероятно, в этом виновата моя любовь к дискуссиям.


Пауза


Бэби: Да. Странно.

Пауза


Христос: (пьёт вино): Неплохое вино. Почти без химии. Шеф, а почему бы нам сначала не сделать пробное интервью. Как репетицию. Без публикации в газете.

Шеф: С кем?

Христос: С Вашей секретаршей.

Шеф: Нет!!!

Христос: И без интимных подробностей.

Биби: ( с раздражением): Вы хотите использовать эту женщину вместо подопытного кролика?

Христос : Нет. Это исключено.

Шеф: Моя секретарша совершенно неинтересна как личность.

Христос: Но это единственный человек, о котором я ничего не знаю. Я готов её понять. Если, конечно, она согласится на это интервью. Надеюсь, Вам тоже это будет интересно.

Шеф: Ну если Вы так настаиваете... хорошо. Я попробую с ней поговорить.


Пауза


Биби: Сейчас он попробует! Он попробует её уговорить, чтобы она держала язык за зубами. Он ужасно боится, что она проговориться об интимных отношениях с ним. Хотя об этом давно уже знает вся редакция. Особенно уборщица, которая почти каждый вечер находит под этим письменным столом использованные презервативы. Шеф так устаёт от интима, что забывает выбрасывать свои презервативы в унитаз. Чемодан в галстуке!

Бэби: Биби, не сходи с ума. Его можно понять. Он тоже человек. Ему совсем не нужно, чтобы его жена устроила скандал и подала на развод.

Биби: Но, как я поняла, она разрешает ему иметь любовниц!

Бэби: Не говори глупостей. Не принимай мечту Шефа о домохозяйках за реальность. Это не так.

Пауза


Биби: А кстати, почему ты подарил шефу видеозапись нашей встречи в отеле?

Бэби: Просто так. Для равновесия.

Биби: Но я не просила тебя делать эту видеозапись!

Бэби: В редакции идут споры: есть ли у тебя видеозаписи интимных встреч шефа с секретаршей?

Биби: Есть.

Бэби: А почему ты до сих пор не подарила телевидению эти кассеты?

Биби: Не захотела.

Христос: А почему, госпожа Биби, Вы не захотели это сделать?


Пауза


Биби: Мне... жаль его.


Пауза


Христос: Браво, госпожа Биби!


Пауза


Биби: Спасибо. Кстати, Бэби, я хочу понять: там в отеле, я тебе не понравилась как женщина?

Бэби: Там не было никакой женщины. Там был только голый танкист с красивыми грудями.

Биби: А твоя жена - не танкист?

Бэби: Нет. Она домохозяйка, которая очень гордится тем, что её муж - известный журналист. Она вырезает мои репортажи из газеты и вклеивает их в большой альбом, на котором написано: "О, как я его люблю!" А над этой надписью, на обложке альбома, моя фотография с нарисованными вокруг розовыми ангелами.

Биби: Дура!

Бэби: Ты ей завидуешь?


Пауза


Биби: Да, Дурам почему-то всегда живётся лучше, чем танкистам.

Христос: Вы признаёте себя танкистом, госпожа Биби?

Биби: Я делаю карьеру, господин Христос. Мне наплевать, кто я: танкист или таракан. Но я никогда не стану сентиментальной, глупой домохозяйкой. Девятнадцатый век был в позапрошлом веке, господин Христос. Но даже тогда первые женщины становились профессорами математики стокгольмского университета.

Христос: Чтобы стать профессором, не обязательно быть танкистом. Можно быть одновременно и женщиной, и профессором.

Биби: НЕ получается. Нет мужчин, которые способны это сделать. Мужчины трусливы. Они боятся тех, кто сильнее. Поэтому они боятся танкистов. Поэтому они боятся увидеть в танкисте женщину. Просто женщину.

Бэби: Когда на человека идёт танк, то поневоле становиться страшно. Так и хочется прижаться к земле, чтобы танк проехал мимо. Авось не задавит!

Биби: Вот и люби свою дуру!.

Бэби: Я так и делаю.


Входят шеф и секретарша.

Секретарша выглядит совершенно растерянной.


Шеф: (торжественно): Вот! Она согласна!

Секретарша: А почему я?!

Христос: Если не хотите, то это совсем не обязательно. Вас никто не заставляет. Подопытным кроликам всегда больно, когда люди проводят на них свои эксперименты. Я никогда не был сторонником жестокости, даже если эта жестокость пошла бы на пользу людям. Поверьте, госпожа Длибски, Вы для меня - не подопытный кролик. Вам не будет больно. Я просто хочу понять Вас, потому что Вы и ваша душа закрыты для меня. Но Вы, конечно, можете отказаться.

Секретарша: Нет, гипноза я не боюсь. Но я первый раз в жизни должна дать интервью. Но под гипнозом я могу сказать что-то.... Лишнее.

Репортёр: Интимных вопросов - не будет. (Пауза). К сожалению.

Биби: Госпожа Длибски, что Вы так смущаетесь? Это интервью не будет опубликовано. Это всего лишь пробный вариант.

Секретарша: Но Вы, госпожа Биби, почему-то не спешите давать интервью под

гипнозом!

Биби: Ну вот, очередной скандал! (К шефу): Ваша секретарша ненавидит меня даже ещё больше, чем Вы! Госпожа Длибски. Я занимаю в этой редакции высокую должность. А вы, извините, никто. НОЛЬ!

Секретарша:Вы так уверены в этом? (Пауза): Хорошо. Я согласна дать интервью! Принципиально!

Пауза


Репортёр: Одна женщина - это головная боль для мужчины. Две женщины - это принципиальная дискуссия, в которой обе стороны признают себя победителями. Всегда!

Христос: Без женщин стало бы лучше, Бэби?

Репортёр: О, нет. Лучше пусть они будут. Жизнь без женщин похожа на дырявую кастрюлю. В этой кастрюле мужчины даже концентратный суп не смогли бы сварить.


Пауза


Шеф: Итак? Можно начинать, господин Христос?


Христос кивает. Делает рукой плавное движение.

Появляется туман.


Христос: Кто Вы, госпожа Длибски? В каком роддоме Вы появились на свет?

Секретарша:Это был не роддом. Я вылупилась из большого деревянного яйца, которое стояло в подвале дома Шефа.

Шеф: Госпожа Длибски, я же Вас просил не говорить об этом!!!

Секретарша:Это яйцо было похоже на гроб овальной формы. Когда я вышла из этого гроба, у меня в руке было три документа: паспорт, диплом университета и удостоверение доктора философских наук. Роды принимал Шеф. Он стоял у гроба, в левой руке он держал в букет цветов. В правой руке у него был топор. Этим топором он разрубил мой гроб, чтобы я могла оттуда выйти. Это был прекрасный день моего рождения на свет. Мы поднялись в гостиную комнату и отметили это событие бутылкой шампанского. Гроб мы разрубили на дрова для камина. Теперь никто не может сказать, что я родилась искусственным путём.

Биби: Я так и думала!!!

Репортёр: Госпожа Длибски, а где была в это время жена Шефа?

Шеф: Я протестую! Это интимный вопрос!

Секретарша: Я не считаю этот приятный вопрос интимным. Жены Шефа там не было. С тех пор, как дети стали взрослыми, она предпочитает проводить время в жарких странах. Раз в год она возвращается домой на один день. Молча смотрит на Шефа, а потом опять уезжает. Сейчас она находится на острове Мадагаскар. Кажется, она работает там прокурором. Во всяком случае, Шеф почему-то боится провести свой отпуск на Мадагаскаре. Он клялся мне, что не поедет на Мадагаскар даже в сопровождении батальона морской пехоты.


Биби аплодирует.

Шеф держится руками за голову.


Христос: Теперь мне понятно, почему я до сих пор ничего не знал о Вас. (Пауза). Итак Вы доктор философии. Чем Вы занимаетесь в этом направлении?

Секретарша: Я регулярно публикую свои научные статьи в журнале, который Шеф издаёт в единственном экземпляре. Я - единственный автор этого журнала, а Шеф - его единственный читатель. Моя задача: разработка философских пидиграмм для конструктивной седуктивизации астролябной букетивизации межпланетного пидиграммизма.

Ошеломительная пауза.


Репортёр: Чего, чего? Седу... пиди... Извините, я не понял, госпожа Длибски!

Секретарша: А что тут непонятного? Моя философия уникальна. Это философия крубардизации пидиграммной микровизаноструктивности.


Ошеломительная пауза.

Христос утирает салфеткой пот с лица.


Биби: Это... авангардизм?

Репортёр: Делать вид, что мы понимаем авангардизм - это признак хорошего вкуса. Нет ни одного интеллектуала, который хоть что-то в этом понимает. Но никто не хочет в этом признаться! (Пауза). Я тоже. Но теперь я не знаю, какие ещё вопросы задавать госпоже Длибски. Господин Христос, а Вы?

Христос: Я... тоже...не знаю.(Пауза). Впрочем, ещё один вопрос я хотел бы задать. Госпожа Длибски, как Вы относитесь к Богу?

Секретарша: Охотно отвечу на Ваш вопрос. Бог - это инредедуктивизация пидиграммизма на основе крумбордивиронизации.


Пауза.

Христос опять утирает пот с лица.


Христос: Спасибо, госпожа Длибски. У меня больше нет вопросов.


Туман медленно исчезает.


Шеф: (хлопает в ладоши): Браво! Будем считать, что пробное интервью прошло успешно. Госпожа Длибски, благодарю Вас. Вы свободны.


Секретарша уходит.


Биби: Конечно... да... может быть. Но такого авангардизма я ещё никогда не встречала. Шеф, кто мог знать, что у Вас такая гениальная секретарша! Кстати, почему Вы печатаете её научные статьи только в одном экземпляре? Почему Вы не думаете об интеллектуалах, которые читали бы этот философский журнал с огромным наслаждением? Почему Вы засекретили госпожу Длибски? О, на такое способны только мужчины!

Шеф: Госпожа Биби, что Вы опять на меня напали? Человечество пока не готово к восприятию такой уникальной философии. Даже я ничего не могу в этом понять. Хватит с меня того, что я каждый вечер вынужден читать статьи моей секретарши, причём вслух!

От её гениальности у меня каждый вечер болит голова! И вообще, не вмешивайтесь в мою личную жизнь!

Репортёр: А почему бы не печатать статьи госпожи Длибски в нашей газете?

Шеф: Зачем? Что бы никто не понял?

Репортёр: Да, но это внесёт в нашу газету хоть какую-то интеллектуальность. Другие редакции просто помрут от зависти!

Пауза


Шеф: Да? Хм-м. Хорошо, я подумаю. Неплохая идея.

Христос: А что это изменит?

Шеф: Мы будем казаться умнее, чем на самом деле. Авангардизм - это светлое будущее всего человечества. Интеллектуалы перестанут фыркать и крутить ироническими носами в адрес нашей газеты. Да! Это великолепная идея!

Христос: А зачем казаться умнее, чем на самом деле? Не проще ли попробовать стать умнее?

Биби: Господин Христос, Вы новичок в нашем деле. В нашем деле важнее не быть, а казаться. Но до сих нам и это ни разу не удавалось. А теперь - получится! Это очень интересная идея! Шеф, я впервые говорю Вам: Бравою

Шеф: Я польщён, госпожа Биби.

Христос: Мне странно.

Репортёр: Что Вам странно, господин Христос? Всё нормально. Вы же сами захотели тут работать.

Христос: Мне странно, что я продолжаю метать бисер. Несмотря на то, что мой Папа попросил меня не делать это. Я мечу тут бисер, но с ужасом начинаю понимать, что это действительно бессмысленно. (Пауза). Хотите, расскажу Вам притчу?

Биби: Сказку?

Христос: Если хотите, можете называть это сказкой. Один человек очень любил бананы, но только гнилые бананы. Он их ел с утра до вечера. Однажды мимо проходил бродячий монах. Он долго смотрел, как человек ест гнилые бананы. Затем монах спросил у этого человека: "Почему ты ешь гнилые бананы и морщишься, как от зубной боли? Ты всех уверяешь, будто тебе нравятся именно гнилые бананы. Но если бы это было правдой, ты бы не морщился. Зачем ты сам себя обманываешь?" А человек ответил монаху: " Да, у меня достаточно денег, чтобы купит свежие бананы. Но если я это сделаю, то денег у меня станет чуть меньше. А я очень люблю по вечерам подсчитывать деньги, которые я сэкономил за счёт гнилых, никому не нужных бананов." Тогда монах задал второй вопрос: "разве ты обеднеешь, если будешь покупать свежие бананы?" А человек ответил монаху: "Конечно, я не стану от этого бедным. Но чем больше я экономлю денег за счёт гнилых бананов, тем чаше мне кажется, что я становлюсь сильнее". Тогда монах задал третий вопрос: "Ты пришёл в этот мир без денег, но надеешься уйти с деньгами? Зачем ты сам себя обманываешь?". А человек в ответ бросил в него гнилой банан и закричал: "Уплати мне за то, что я не съел этот гнилой банан!" Монах молча пожал плечами, дал человеку мелкую монету - и ушёл. (Пауза). Вот и вся притча.


Пауза


Репортёр: Это про кого сказка? (Пауза). Про нас?

Шеф: Я никогда не ем гнилых бананов, господин Христос! Эта сказка - не про меня.

Биби: А я вообще не люблю бананов. У меня от них аллергия.

Шеф: Вы себя странно ведёте, господин Христос. Какие-то странные намёки. То на Бога, то на гнилые бананы. Если ваша фамилия Христос, а вашего папу звать Бог, то это ещё не значит, что так на самом деле. Вы просто однофамильцы. К вашему сведению, господин Христос, я глубоко религиозный человек. Каждый раз, когда я прохожу мимо церкви, в моих глазах появляются слёзы умиления. И каждый раз в таких случаях всё тело охватывает приятное волнение. И я думаю каждый раз: "Как хорошо, что всё идёт хорошо! Как хорошо, что Бог и Христос так хорошо заботятся обо мне!" Господин Христос, не смейте мне больше плевать в душу своими странными намёками! Да-да-да!

Христос: Даже так? Хорошо. Извините, что я Вас побеспокоил своим присутствием. Я ухожу.

Шеф: Стоп, стоп, стоп! Вы же обещали! Мы уже приготовили для Вас кандидата на первое интервью. Не пробное, а настоящее. Мы уже лелеяли на это интервью самые светлые надежды! Да-да-да! А Вы - бросаете нас, господин Христос! Это неприлично! Порядочные люди так себя не ведут. Да-да-да!


Пауза


Христос: Хорошо. Я останусь на это интервью.

Биби: Останетесь? Тут, в этом кабинете? Вы не совсем поняли, господин Христос. Кандидатом для этого интервью мы выбрали депутата парламента господина Фуфэ. Сначала Бэби договориться с ним о встрече. Неизвестно, согласиться ли господин Фуфэ на это интервью. Может, и нет.

Христос: Почему нет?

Биби: Дело в том, что он враг нашей редакции. Три года назад он заявил в одном интервью, что газета "Длиб" - это повидло, которое плавает в уксусе. Вскоре после этого, в другом интервью, он заявил следующее: "Газету "Длиб" надо занести в список особо ядовитых химикатов, которые опасны для природы человека". Естественно, что с тех пор мы отвечаем ему взаимностью.

Христос: В таком случае - зачем он вам понадобился для интервью?


Пауза


Биби: Трудно беседовать с репортёром, который никогда не работал в газете.

Пауза


Шеф: Я объясню Вам, господин Христос. Умные люди крайне редко позволяют себе публичные резкие выпады против нашей газеты. А господин Фуфэ сделал это, причем дважды!

Христос: Вы хотите сказать, что он - дурак?

Шеф: К сожалению, нет. Но теперь, с Вашей помощью, мы получим возможность выудить из этого умного чистюли что-то сокровенное. Проще сказать - компромат, направленный против него самого. Например, любовница, или страсть к алкоголю, или наркотики. То есть, то, что он скрывает. То, о чём никто пока не знает. Это ещё раз напомнит всем остальным умникам, как мы сильны.

Христос: Нет, спасибо. Такой вариант меня не устраивает.


Пауза


Репортёр: А что Вас устраивает.

Христос: Услышать от него, почему он так не любит газету "Длиб". Надеюсь и вам было бы любопытно.

Пауза


Шеф: Я понимаю. Но у меня большой опыт. Я умею работать с людьми. (Пауза). Госпожа Биби и Бэби, пожалуйста, оставьте нас ненадолго вдвоём. Ровно через пять минут вы можете вернуться сюда.


Биби, Репортёр уходят. Пауза


Шеф: Господин Христос, за кого Вы меня принимаете? За мерзавца, у которого не души? Вы думаете, я не устал от любовницы, глупость которой каждый вечер приносит мне головную боль? Вы думаете, я цепляюсь за это кресло из боязни потерять высокую зарплату? Нет. У меня уже достаточно денег, чтобы до конца жизни спокойно сидеть с удочкой на берегу красивого озера или заниматься разведением зимних лимонов. Но я деловой человек. Я привык всегда что-то делать, чем-то заниматься, кем-то руководить. И это обязательно должна быть РАБОТА, а не хобби. РАБОТА, господин Христос, Вы понимаете? Да-да-да! Есть люди, которые играют в шахматы... или в карты. Без этой игры мне стане скучно - и я умру. Просто умру.


Пауза


Христос: Это любопытно.


Пауза


Шеф: Конечно, Вы можете морализировать в мой адрес. Да-да-да! Вы можете меня упрекать. Вы можете надо мной смеяться. Не спорю. Я это заслужил. Но скажу Вам откровенно: Вы мне симпатичны, господин Христос.

Христос: Чем?

Шеф: Вы не играете в жизнь, господин Христос. Вы живёте, а не играете. У Вас это получается. А у меня - нет.


Пауза


Христос: Кто мешает Вам не играть в жизнь, а жить?

Шеф: У меня нет другой работы. Я ничего другого не умею, кроме этой работы. (Пауза). Вы не хотите выуживать компромат из господина Фуфэ? А как Вы хотите построить это интервью?

Христос: На его откровенных мыслях. В вашем присутствии. Он придёт сюда, в этот кабинет. Вас это не устраивает?

Шеф: Не понимаю! Зачем я должен выслушивать то, что сам прекрасно знаю?!

Христос: Вероятно, Вы знаете не всё.


Пауза


Шеф: Вы так думаете? (Пауза). Ну... хорошо. Я согласен. Я согласен узнать то, чего я не знаю о своей газете. Знаете, почему я даю согласие на это? (Пауза). Вы мне просто интересны, господин Христос. (Пауза). Кстати, Вы не родственник ТОГО Христоса?

Христос: ТОТ Христос - это я!

Шеф: Ну вот! Вы опять шутите!


Входят Биби, Репортёр и Секретарша.


Секретарша: Шеф! Только что под дверь кто-то просунул ещё одно письмо.

Шеф: Читайте вслух.

Секретарша: (читает): "Мы, пятеро одновременно убитых, требуем ультимативно: либо вы выдаёте нам репортёра Бэби на растерзание, либо мы немедленно подаём в суд. Первый вариант устраивает нас больше, чем второй. Мы хотим лично растерзать этого бандита в туалете вашей редакции. После этого мы согласны сесть в тюрьму. Кроме того, мы требуем, чтобы вы перестали называть нас самураями. Мы не японцы, в Японии никогда не были. Банзай - с намёком на остров Мадагаскар! Может, хоть этот намёк поможет Вам принять правильное решение!"


Пауза


Шеф: Госпожа Биби, пожалуйста, продиктуйте мой ответ этим мелким шантажистам.

Биби: Нет проблем. Госпожа Длибски, диктую: "Многоуважаемые господа пятеро одновременно убитых самураев! Спасибо за радостную новость! Нам очень приятно, что Вы решили, наконец-то, подать иск в суд. Наши адвокаты уже аплодируют Вам и подсчитывают свои будущие гонорары. Суд будет продолжаться месяцами и даже годами. Сначала вам придётся доказать, что вы не японцы и не самураи. Хотя нам самим не понятно, при чем тут японцы. Кроме того, Вам придётся очень долго доказывать, что Вы никогда не видели репортёра Бэби. А вот он вас видел, и вы это не сможете опровергнуть. В результате Вы останетесь без денег, но ничего не докажете. Зато наши адвокаты успешно докажут, что Вы являетесь агентами спецслужб острова Мадагаскар. От всей души желаем Вам провести сегодня приятный вечер в японском ресторане! Будьте счастливы, господа самураи! Наша газета всегда готова вам помочь. Банзай!" Шеф, Вы хотите что-то дополнить?

Шеф: Нет, Вы хорошо справились. Спасибо. Моя школа не проходит для Вас бесследно, госпожа Биби.

Секретарша: А если они начнут дверь ломать?

Шеф: Кто?

Секретарша: Ну, эти пятеро убитых!

Шеф: Ничего страшного. Надеюсь, госпожа Длибски, Вы защитите нас своей грудью.

Секретарша: Я одно - против пятерых озверевших убитых?!

Шеф: Никто не будет ломать дверь. Успокойтесь! Потому что на двери с той стороны написано, что в помещении идёт ремонт. Госпожа Длибски, Вы свободны! (Секретарша уходит). Кстати, Бэби, я тоже не могу понять: при чём тут японцы?

Репортёр: Понятия не имею! В прошлую субботу я был в Испании.

Христос: Где? В Испании?!

Репортёр: А что?


Пауза


Шеф: Испания - это серьёзное алиби. Будем считать, что скандал с пятью одновременно убитыми закончен.

Биби: Но, Бэби, ты же сегодня сам что-то говорил про каких-то японцев!

Репортёр: Я?! Про японцев?! Никогда этого не говорил!

Христос: Нет, я тоже слышал!

Репортёр: Про японцев?! Ах, про японцев! (Пауза). Нет не помню. Кстати, я вообще не писал тот репортаж.

Христос: А кто писал?

Репортёр: Госпожа Биби!

Биби: Я?! Никогда этого не было! Я даже не читала тот репортаж. Что, мне больше делать нечего, кроме как читать собственную газету?!

Шеф: Это вечная болезнь журналистов. Ни один солидный журналист никогда не читает собственную газету!

Христос: А Вы - тоже солидный журналист?

Шеф: Разумеется!


Пауза


Христос: Куда я попал?! (Пауза). Объясните наконец при чём тут японцы?! Себе

объясните, а не мне!

Репортёр: Объясняю со всеми подробностями. Итак: в среду я был в морге.

Христос: В морге? Ты там был?

Репортёр:Конечно, не был! В четверг я был на открытии выставки японской живописи. Репортаж уже был опубликован утром. Како-то японский журналист спросил у меня: "Вы не заметили в морге, кто были эти пятеро одновременно убитых? Может это были японцы?" Я сначала тоже не понял: при чём тут японцы?! Поэтому на всякий случай я дипломатично ответил: "Хорошо". При этом я сам не понял, что ответил. Но в пятницу в японской газете появилось сообщение о том, что пятеро одновременно убитых были японцами. А уже в субботу начался международный скандал. Наша полиция изо всех сил искала пятерых убитых японцев, но нашла почему-то пятерых живых наших соотечественников. Откуда взялись эти пятеро одновременно живых - понятия не имею!

Христос: Куда я попал?! (Держится за голову).

Репортёр: В редакцию.


Пауза


Шеф: (Хлопает в ладоши): Браво, Бэби! И так, наконец мы выяснили, что наша газета тут не при чём. (Пауза). Вернёмся к делу. Господин Христос, каким образом Вы намерены пригласить в мой кабинет депутата парламента господина Фуфэ?


Пауза


Христос: Молча.


Христос делает плавное движение рукой.

Появляется туман, и вместе с туман появляется господин Фуфэ.


Шеф: Господин Фуфэ собственной персоной!

Биби: Господин Христос, я начинаю подозревать, что Вы самый гениальный иллюзионист всех времён и народов! Добрый день, господин Фуфэ! Рада Вас приветствовать в кабинете главного редактора газеты "Длиб", которую Вы так страстно ненавидите.

Депутат: Почему ненавижу? Вы так в этом уверены?

Шеф: Госпожа Биби, ну зачем Вы так спешите устроить очередной скандал? Потерпите немного. Скандал будет в любом случае, и нам даже не придётся ничего сочинять от себя.

Христос: Господин Фуфэ, готовы ли Вы дать абсолютно откровенное интервью газете "Длиб"?

Депутат : Готов. Абсолютно откровенно.

Шеф: (негромко): Да. Сейчас он выскажется. Сейчас он достанет из кармана пистолет и всех нас перестреляет.

Репортёр: Шеф, пожалуйста, не делайте острых замечаний. У меня очень чувствительный диктофон. Я могу не заносить ваши слова в свой блокнот, но на диктофоне останется каждый шорох. А ведь потом эту запись надо будет предъявить в суде!

Шеф: Бэби, не учите меня азам журналистики! Я ничего плохого не сказал!

Биби: Но Вы только что сказали, что сейчас он всех нас перестреляет! Это хорошо или плохо?!

Шеф: Это было бы плохо для нас, но хорошо для дела. Я готов умереть за любимую газету! Я не боюсь никаких диктофонов! Пусть мои гордые слова услышит вся страна! Весь мир! Пусть интеллектуалы лопнут от зависти!!!


Пауза


Христос: Шеф, Вы успокоились? Можно продолжить интервью? (Пауза). Итак, господин Фуфэ, мой первый вопрос: Вы считаете себя интеллектуалом?

Депутат: Да. Несомненно!

Христос: Что в Вашем понимании означает слово ИНТЕЛЛЕКТУАЛ?

Депутат: Это умный, хорошо образованный человек, у которого всегда есть собственное мнение.

Христос: Как по-вашему, умный человек должен веровать в Бога?

Депутат: Нет . Интеллектуал - это сам себе Бог?

Христос: Значит, Вы тоже сам себе Бог?

Депутат: Конечно!

Христос: В таком случае, можете ли Вы подарить себе вечную жизнь на земле?


Пауза


Депутат: Э-э...нет, это затруднительно.

Христос: То есть, Вы как бы не совсем Бог?

Депутат: Э-э... нет, не совсем. Но я сам решаю все свои проблемы! В этом смысле - я абсолютный Бог. Кстати, я знаю тут в лицо всех, кроме Вас. Кто Вы?

Христос:Извините, что я сразу не представился. Перед вашим приходом у меня тут было очень необычное утро. Меня звать Христос.

Депутат: Вы однофамилец ТОГО Христоса, из Назарета?

Христос: Не однофамилец. Я ТОТ самый Христос.


Пауза


Шеф: Господин Христос, пожалуйста, ближе к делу! На суде, после прослушивания этой записи, нас могут упрекнуть, что Вы сознательно вводили господина Фуфэ в заблуждение. Может, Вы отдохнёте, а вопросы господину Фуфэ будет задавать Бэби? Бэби - это всё-таки профессионал, он хорошо умеет задавать правильные вопросы.

Христос: Спасибо, но я пока не нуждаюсь в помощи профессионала. Я задаю вопросы, которые меня интересуют. Мне хорошо известно, что господин Фуфэ никогда не был наркоманом, коррупционером, и любовницы у него нет. Я прав, господин Фуфэ?

Депутат: Это так.

Репортёр: В таком случае, зачем надо было приглашать сюда господина Фуфэ?!

Биби: Я тоже не понимаю! Господин Христос, нам нужен скандал, а не беседа праведника с пастором. Тут не церковь, а редакция. Ваши вопросы откровенно скучны! Наши читатели не привыкли к такой демагогии!

Христос: Да, я сегодня самый скучный человек на Земле. Я не придумываю скандалов. Не рассказываю анекдотов. Во мне нет зависти и мстительности - тех качеств, которые делают жизнь многих людей необычайно весёлой. Я не играю в жизнь. Жизнь - не рулетка и не игральный автомат. Если Вам скучно - Вы можете уйти.


Пауза


Шеф: Нет... мы останемся тут.

Христос: В таком случае, позвольте мне спокойно побеседовать с господином Фуфэ.

Депутат: Нет проблем. Знаете, господин Христос, за три года работы в парламенте я видел многих мистификаторов. Из одного случайного слова оппонента они могут сделать совершенно мистический скандал на всю страну. Но до сих пор никто из них не объявлял себя Христосом. Я понимаю, что Вы тоже мистификатор. Хорошо! Предположим, Вы действительно ТОТ Христос. Могу ли я Вам задать некоторые вопросы?

Христос: Пожалуйста.

Депутат: Господин Христос, почему Вы и Бог не можете прекратить военные конфликты, терроризм, убийства, грабежи, наркоманию... ну, и так далее? Почему? Ведь Бог всесилен, а Вы так безгранично добры? Почему каждый день, каждую секунду на Земле происходят ужасы? Почему?

Христос: Зайдите в церковь, поговорите со священником, и он Вам ответит то же самое, что и я. Люди сами виноваты во всём, что происходит.

Депутат: Неправда! Люди хотят жить мирно и счастливо!


Входить секретарша, её никто не замечает.


Христос: Хотят. Я согласен. Но души многих людей закрыты от Бога. Люди охотно впускают в свои души ненависть - но не Бога. Люди думают о карьере, о деньгах, о развлечениях - но не о Боге. Люди верят своим лидерам - но не Богу. Как может Бог войти в душу, которая закрыта для него? Это нереально.

Депутат: А что плохого в успешной карьере, в туго набитом кошельке, в развлечениях?

Христос: В этом нет ничего плохого. (Пауза). Вы, господин Фуфэ, не верите в Бога. Вы сейчас говорите со мной абсолютно откровенно, потому что этого хочу я. Но можете ли Вы заявить то же самое в обычном интервью, или с трибуны парламента, или на встречах с избирателями?

Депутат: Нет.

Христос: Почему?

Депутат Так я могу потерять часть голосов. Если я публично заявлю, что я сам себе Бог, меня назовут нескромным человеком. Или просто хвастуном. Есть люди, которым не нравиться излишняя правда.

Христос: Что означает излишняя правда? Это правда, которая больше, чем 100 процентов? Излишняя правда - это правда на 143 процента? Можно говорить правду на 17 процентов, или на 91 процент? Бог - это 100 процентов правды. Всегда. А у Вас бывает правды больше, чем у Бога? На сколько процентов, господин Фуфэ? Вы уже подсчитали?

Депутат: (смеётся): Вы занимаетесь демагогией!

Христос: О. да! Сейчас Вы мне начнёте объяснять поучительным тоном , что политик не имеет права говорить ВСЮ правду. Почему? Потому что это может навредить интересам его партии, фракции, государства. Вы это хотели мне, неграмотному, объяснить?

Депутат: Но это действительно так!

Христос: Но так может сказать любой человек: почтальон, бизнесмен, столяр, министр.Так может думать отдельно муж и отдельно жена. В таком случае, зачем надо было жениться или выходить замуж? Чтобы каждый мог говорить правду на 17 или на 91 процент? Проценты платят банки, а не жизнь. Какой смысл жить на 17 или на 91 процент?

Депутат: (смеётся): Люди не любят тех, кто говорит правду на 100 процентов. Вы наивны, господин Христос. В мире людей есть такое понятие: страх. За 100 процентов правды вам могут устроить моббинг, уволить с работы или даже убить. Бог не защищает правдолюбцев от расправы над ними. Бог палец о палец не ударяет, чтобы спасти их. Страх получить семейный скандал. Страх получит пулю в лоб. Вы зануда, господин Христос. Мне скучно давать Вам интервью.


Пауза


Шеф: Господин Христос, я Вас очень прошу: разрешите Бэби задавать вопросы господину Фуфэ!

Христос: Не надо. Сейчас господину Фуфэ будет уже не скучно отвечать на мои вопросы. (Пауза). Господин Фуфэ, 9 лет назад Вы попали в автокатастрофу. Через минуту Вы потеряли сознание. Помните, о чём Вы шептали и о чём Вы думали в ту единственную минуту, когда ещё были в сознании?


Пауза


Депутат: Помню.

Христос: Процитируйте, пожалуйста.


Пауза


Депутат: Сначала я успел машинально прошептать: "Мама!!!" Но я понял, что мама не спасёт меня. И тогда я прошептал: "Господь, помоги мне! Клянусь тебе, я не буду больше грешить! Спаси меня, Господь, умоляю, только ты можешь меня спасти!" Это было во мне, пока я не потерял сознание.


Пауза


Христос: Вам уже не скучно беседовать со мной, господин Фуфэ?

Депутат: Я... не ожидал... этого вопроса.


Пауза


Христос: Четыре года назад ваша дочь неожиданно тяжело заболела . Ночью ей делали в больнице срочную операцию. Что Вы делали в ту ночь во внутреннем дворике больницы, где никого не было?


Пауза


Депутат: Там была трава. Я встал на колени и долго шептал: "Господь, спаси мою дочь! Господь, спаси мою дочь! Забери лучше мою жизнь, чем её! Господь, спаси мою дочь!" (пауза), Врачи сумели спасти её.

Христос: Да, её оперировал великолепный хирург. Кстати, что он Вам сказал в 6 часов утра, когда операция успешно закончилась?


Пауза


Депутат: Вы и это знаете?! (Пауза). Он был очень усталым. Он сказал мне: "Знаете, господин Фуфэ, во время операции был момент, когда я понял, что уже бессилен что-то изменить. Я понял, что Ваша дочь умирает. Но именно в этот момент я нашёл правильное решение. Это было как внезапное озарение, как чудо!" А потом он сказа: "Такое редко бывает, но всё-таки бывает."


Пауза


Христос: Три года назад Вы стали депутатом парламента. И почти сразу, в двух интервью, Вы критически высказались о газете "Длиб". Вы иронически назвали эту газету повидлом, которое плавает в уксусе... ну, и так далее. Почему Вы это сделали?

Депутат: Я сказал то, что думал. Ну и, конечно, мне хотелось быть оригинальным и смелым. Я хотел утвердить свой имидж среди интеллектуалов. (Пауза). Но я был тогда ещё неопытным политиком. Опытные коллеги по фракции дружески сказали мне: "Слушай, Фуфэ, не делай себе интересную жизнью Парламент - это не кабаре, а газета "Длиб" - это не официант, который боится потерять работу. Дорогой Фуфэ, интеллектуалов мало, а всех остальных - много. В этот раз эти остальные голосовали за твои обещания. Но в другой раз могут не проголосовать: ни за тебя, ни за нашу партию. А газета "Длиб" уже никогда не простит тебе эту неосторожность." Так они сказали мне. И я понял, что так нельзя больше говорить. Я был просто неопытным, господин Христос. Это была моя ошибка. Но с тех пор я ничего плохого не говорил про газету "Длиб". Честное слово! Надеюсь, редакция "Длиб" это учтёт и... не испортит мне следующую избирательную компанию!

Христос: Вы опять хотите стать депутатом парламента, ещё на 4 года?

Депутат:Да, это прекрасная работа! И хорошая зарплата. Раньше я зарабатывал столько же. Но тогда я обязан был приходить на работу каждый день, а в парламенте это не обязательно. Раньше, когда я работал на фирме, я обязан был много думать. А теперь, в парламенте, я очень редко думаю. Как решила фракция - так и надо голосовать. Кроме того, можно бесплатно ездить по стране, и за границу. Иногда меня даже показывают по телевизору! Быть депутатом - это прекрасная работа. Я не против поработать так ещё 4 года... а может, и ещё 4, и ещё!


Пауза


Репортёр: Идиот.


Пауза. Шеф и Биби тихо смеются.


Христос: Теперь, господин Фуфэ, Вы уже иначе относитесь к газете "Длиб"?

Депутат: Теперь? (пауза). Видите ли, мне часто бывает скучно. Дочь вышла замуж, а жена вообще перестала обращать на меня внимание. Она адвокат, и у неё много работы. По вечерам я хожу на прогулки с собакой. Иногда я вижу, как из мусорного ящика в пустом скверике торчит смятая газета "Длиб". Ну, я беру её, прячу под одежду, чтобы жена не увидела. А потом читаю "Длиб" дома... в туалете.

Христос: Но эту газету можно выписать с доставкой на дом! Или - покупать в киоске!

Депутат: Что Вы! Если кто-то увидит или узнает, меня потом засмеют! Эти интеллектуалы, чёрт бы их побрал, Вы же знаете, как они умеют иронизировать! Поверьте, я самый скромный депутат парламента. Вероятно, я там единственный, кто ничего не делает. Но это такая приятная работа!


Пауза


Репортёр: Ну, Фуфэ, я тебе устрою! На следующих выборах ты ни одного голоса не наберёшь!


Шеф и Биби негромко хохочут.


Христос: Господин Фуфэ, а почему Вам вдруг понравилась газета "Длиб"?

Депутат: Мне просто... скучно. В моей жизни не бывает скандалов, я самый тихий депутат парламента. Но иногда так хочется почитать про чужие скандалы! Это будоражит кровь и делает меня даже сексуальным!


Пауза


Христос: Спасибо за интервью, господин Фуфэ. Вы сегодня были абсолютно откровенным. Всего хорошего!


Христос делает плавное движение рукой.

Господин Фуфэ медленно исчезает в тумане.

Пауза.


Шеф: Это фантастично, господин Христос!

Бэби: Нет слов! Блестяще! Браво!

Репортёр: О, если бы я так умел! Шеф, я сейчас же отстучу это интервью на компьютере!

Шеф: Да-да-да! Срочно! В завтрашний номер!

Христос: Это интервью никогда не появится в прессе.


Пауза


Репортёр: Как?! Почему?!


Пауза


Христос: Господина Фуфэ тут не было и быть не могло. Сейчас он в составе делегации парламента находится в Греции.

Пауза


Биби: Но он только что был здесь!

Христос: Его тут не было. Вы называете это гипнозом? Значит, вы сами были под гипнозом. Кстати, Бэби, на твоём диктофоне нет записи этого интервью. И в твоём блокноте - тоже ничего нет.

Репортёр: Что за чертовщина?! (Проверяет диктофон, смотрит в блокнот). Да. Пусто, Ничего нет


Пауза


Шеф: Но я его своими глазами только что видел! И своими ушами слышал! Только сто!

Секретарша: Шеф, извините, я не хотела мешать, я только присутствовала. На Ваше имя пришёл факс с острова Мадагаскар.

Шеф: Какой к чёрту факс?!

Секретарша: От вашей жены. (читает факс): "Прокуратура острова Мадагаскар приняла в работу жалобу от пяти одновременно убитых самураев. Просим главного редактора газеты "Длиб" срочно прилететь на остров Мадагаскар для дачи показаний. По прибытии в аэропорт Вы будете арестованы. Вам грозит пожизненный срок в лучшей тюрьме острова Мадагаскар. Мой дорогой, я буду тебе регулярно приносить в тюремную камеру апельсины и куриный бульон. Только так тебя можно оторвать от любимой работы. Прими мой нежный поцелуй! Твоя жена." (Пауза). Шеф, что ответить?


Пауза


Шеф: Диктую ответ: " Моя дорогая, лучше ты сама приезжай! Честное слово, с тобой мне было намного веселее! По крайней мере, ты хоть не убивала меня своей философией. Нежно целую. Твой любящий муж."


Пауза


Христос: Ну, мне пора уходить. Надеюсь, я тут не потерял время зря. Всего доброго!


Христос идёт к двери.


Секретарша: Господин Христос, а куда Вы уходите?

Христос: На небо. К Папе.

Секретарша: Можно, я пойду с Вами?!

Христос: На небо? (Пауза). Ну, пойдёмте, госпожа Длибски.


Секретарша берёт Христоса под руку, и они оба уходят.

Пауза.


Репортёр: Я подозреваю, что ... это был действительно ТОТ Христос из Назарета.


Пауза


Шеф: Пожалуй... да.

Биби: Неужели это был ОН?


Пауза


Репортёр: Может, я ... сделаю об этом... репортаж?


Пауза


Шеф: Бэби, ты дурак. Никто не поверит. (Пауза). Наконец-то я избавился от своей секретарши! А моя жена почему-то на острове Мадагаскар. Если она вернётся, я буду вынужден подать в отставку. Кстати, госпожа Биби, Вы действительно не читали репортаж о пяти одновременно убитых самураях?

Биби: Нет. А Вы?

Шеф: Тоже.


Пауза


Репортёр: (смотрит на часы): Вообще, пора бы нам пообедать. Между прочим, я тоже не писал тот репортаж про пятерых самураев. Но и в газете этого репортажа, кажется не было.

Пауза


Шеф: Да. Пора обедать. Пойдёмте.


Все трое идут к выходу.


Биби: Неужели это был ОН? (Останавливается).

Шеф: Да-да-да! Он! Или не он! Какая разница, мы всё равно попадём в ад, а не в рай. Между прочим, в завтрашнем номере у нас нет ни одного скандала! Бэби, сделай репортаж про... ну, про этого Фуфэ.

Репортёр: А что именно?

Шеф: Ну, придумай что-нибудь.

Биби: Бэби, напиши, что депутат парламента господин Фуфэ утонул в Адриатическом море во время чтения газеты "Длиб".

Шеф: Прекрасная идея!

Репортёр: Хорошо. Сделаю после обеда. Я так проголодался!

Биби: Неужели это был ОН ?!?! Тот, из Назарета ?!

Шеф: Он или не он, а зарплату актёрам не мешало бы добавить. Я сегодня, перед спектаклем, даже не успел поужинать! (Пауза). Мне так жаль господина Фуфэ, который утонул в Адриатическом море! (Пауза, к публике): Дамы и господа, спектакль окончен. Всего Вам доброго! Бэби, напиши сентиментально про утонувшего в Адриатике Фуфэ! Он так любил нашу газету!...


Все трое уходят.

Занавес.