# Инцидент

Боря Ройтблат

Они начали играть. Турок √ если это был турок! √ играл задумчиво, но уверенно. Бобруец √ тоже был уверен, и делал ходы быстро. При этом он говорил: - Тут на каждом шагу кондитерская. Удивляюсь, зачем немцы так много едят это тесто? Оно плохо переваривается. Как они потом ходят в туалет? У них, наверное, всегда запоры. Как и у меня!

Боря РОЙТБЛАТ

ИНЦИДЕНТ

рассказ

1.

Если житель Москвы - это москвич, то как назвать человека из Бобруйска?

Бобрыч? Бобруч? Бобруйчанин?

Тут все подходит. Но я не уверен в правильном варианте. Поэтому человека из Бобруйска на всякий случай называю так: бобруец.

К человеку, о котором рассказ, это слово подходит больше всего. Именно к этому человеку. Бобруец. Боец. Мишигене копф.

Иногда я встречал его на шахматной площадке в немецком дворцовом парке. Внешне этот бобруец совершенно не примечателен. Разве что слегка длинноватый нос и туманные глаза слегка подвыпившего мужчины. Это при том, что он всегда трезв. Слегка пьяным его делает не алкоголь, а натура. Собственная натура.

На шахматной площадке - большие деревянные фигуры на каменных клетках - он бывает редко. Играет он тоже редко. Он то сидит на скамейке, то прохаживается рядом. Орлиным, проницательным взором смотрит на передвижение фигур. И вдруг - зычно кричит по-немецки кому-то из игроков:

- Жертва Чернобыля, куда ты поставил слона?!

Никто не вздрагивает. На этой площадке каждый - мишигине копф. Привыкли. Пока они сюда идут - они еще полностью нормальные. Но на самой площадке к ним вдруг приходит бешеный темперамент - и они теряют рассудок. Что немцы, что иностранцы из местных. Без разницы.

Однажды я тут хотел сыграть партию. Сто лет не играл - так почему не попробовать? Крайняя площадка была свободна. Я подошел к одному и спросил:

- Может сыграем?

Он внимательно посмотрел в мое лицо - и равнодушно ответил :

- Нет.

Так я подходил еще к нескольким, и каждый отвечал: "Нет". Наконец, я спросил:

- А почему так?

- А потому, что ты не шахматист, - таким был ответ.

С тех пор я здесь только наблюдатель. Не смог возвеличить себя в ранг игрока.

Бобруец тоже не особенно рыпается. Он уже свободно говорит по-немецки. На вид ему 45 лет. Разница между нами обоими такая: со мной никто не хочет играть, а с ним - готовы, но он пока боится.

Как-то, в субботу, он присел на скамейку рядом со мной. Заинтересованно присел. Я приготовил себя к большому концерту.

- Играть не умеют, - сказал он мне по-немецки. - Стыдно смотреть. Ты согласен?

- Да, - ответил я.

- Вот у нас в Бобруйске я был чемпионом завода, - продолжал он. Там - люди играли! Гроссмейстеры! Там - была жизнь! Ты слышал про город Бобруйск?

- Нет, - ответил я.

Вероятно, он принимал меня за немца. А может, за пакистанца. И он решил мне патриотично объяснить, что такое город Бобруйск.

- Это большой город, - сказал он. Немножко меньше Москвы, понял? Кафе, рестораны, море, пароходы. Курорт, понял?

Это меня чуть-чуть удивило. Я бывал проездом в Бобруйске - но моря там почему-то не заметил! Как и пароходов! Черт возьми, там не было ни пароходов, ни курорта!

Но для этого бобруйца я теперь был немцем или пакистанцем. И я с восторгом кивнул.

- Значит, понял, - сказал он. - Там такая жизнь была! У меня там дом был - три этажа! Понял?

Я опять кивнул с большим восторгом. Мне хотелось что-то спросить. Но по моему акценту он сразу понял бы, что я не совсем пакистанский немец. Наш акцент скрыть почти невозможно. Поэтому я сказал с усиленным английским произношением:

- А кто ты тут? Наверное министр?

Он открыл рот, чтобы ответить: "А как же!" Но в этот момент к нему обратился толстый турок в черной шляпе:

- Сыграем партию? Поле свободно.

А может, это был не турок? Но бобруец вздохнул и ответил:

- Расставляй фигуры. Белые. Так и быть, беру себе черные! Это тебе фора!


2.

Они начали играть. Турок - если это был турок! - играл задумчиво, но уверенно. Бобруец - тоже был уверен, и делал ходы быстро. При этом он говорил:

- Тут на каждом шагу кондитерская. Удивляюсь, зачем немцы так много едят это тесто? Оно плохо переваривается. Как они потом ходят в туалет? У них, наверное, всегда запоры. Как и у меня!

- Да, да! - вдруг сказал турок. - Не спи, коллега. Я беру твоего коня.

И снял у бобруйца коня. Бобруец - позеленел от злости. Он так сильно позеленел, что подряд потерял еще и две пешки. Но при этом - напал на ферзя. Турок ухмыльнулся. Не спеша поправил своего коня.

- Молодец! - закричал бобруец. - Ты тронул коня! Теперь ходи конем!

Толстый турок в ответ - побагровел от злости.

- Почему конем? - тоже закричал он. - Я его только поправил!

- Э, нет! - сказал бобруец. - Ты сказал, что поправляешь коня? Не сказал. Поэтому - ходи конем, и твой ферзь у меня в кармане!

Они стали спорить. Когда спорят бобруец и турок - вы можете себе представить? На шум начала прибегать публика. В каждой стране публика сердечно любит чужие скандалы. Все шумели, а турок орал не своим голосом:

- Я только поправить хотел! Успокойте этого русского бандита!

На слово "бандит" из-за спины публики вдруг вынырнули два молодых полицейских: парень и девушка. Полицейский вежливо спросил:

- Почему такой шум?

Толстый турок мрачно кивнул на бобруйца и сказал:

- Если бы это было сто лет назад - я бы его зарезал кинжалом!

- При чем тут кинжал?! - удивилась полицейская девушка.

- Если бы это было сто лет назад - я бы его повесил в собственном туалете! - ответил бобруец на вопрос полицейской девушки.

На обоих полицейских эти клятвы произвели впечатление. Они потребовали у турка и бобруйца:

- Предъявите документы!

- А почему?! - возмутился бобруец. - Мы тут мирно играем в шахматы. Я бы хотел...

Что он хотел, он сказать не успел, потому что полицейская девушка уже скрутила ему руки за спину. Это заставила бобруйца наклониться перпендикулярно. Другой полицейский шагнул к турку - но тот успел вытащить свой аусвайс.

- Что происходит, люди? закричал перпендикулярно согнутый бобруец. - Госпожа полицейская, вы умеете играть в шахматы?

- Нет.

- А вы, господин полицейский?

- Я - да, - ответил полицейский. - А почему вы не захотели предъявить документы? Где ваш аусвайс?

- В кармане пиджака! Девушка, отпустите меня, а то я сейчас вас всех уничтожу!

И на слово "уничтожу" сзади подъехала патрульная машина. Оттуда вышли двое полицейских.

Для бобруйца наступила последняя секунда свободы. За угрозу посягнуть на жизнь полицейского - сами знаете, что полагается.

Но тут вмешался какой-то молодой немец. Он сказал:

- Надо разобраться. Когда люди играют в шахматы, они сами не знают, что говорят. Кроме того, сегодня жарко. Я медик, и знаю, что при жаркой погде человек может умереть от инфаркта!


3.

Полицейские тоже не хотели скандала. Тем более - не хотели, чтобы бобруец умер от инфаркта. Девушка отпустила его руку. Проверила его аусвайс.

Наступила странная пауза. Полицейские думали, как поступить. Либо на всякий случай отвезти бобруйца в отделение, либо просто сделать ему замечание. Полицейские уже поняли, что дело выеденного яйца не стоит. Они явно склонялись к варианту устного замечания.

И тут неожиданно подал голос турок. Он сказал:

- На шахматной площадке собрались четверо полицейских. А там, на другом конце парка, в это время насилуют женщину!

- Какую женщину?! - изумленно спросила полицейская девушка.

И бобруец, которому в этот момент надо было тихо молчать в тряпочку, с пафосом ответил:

- Несовершеннолетнюю девочку!

Вероятно, этот чемпион бобруйского завода родился для того, чтобы делать громкие заявления в самый ненужный момент.

Не прошло и пяти секунд - и на турка с бобруйцем надели наручники. Полицейские хотели знать ответ на два вопроса. Первый: где именно в настоящий момент происходит зверское изнасилование? Второй: откуда бобруец и турок заранее знают об этом преступлении?

- Это я так сказал! - закричал турок.

- А я совсем ничего не говорил! - клялся бобруец.

Но дело уже пахло керосином. Турка быстро посадили в машину - и повезли куда-то в другой конец огромного парка. Чтобы он показал, где насилуют несовершеннолетнюю девочку. А бобруйца первые два полицейских пока держали на площадке - и вызвали по рации другую патрульную машину на помощь.

- Это я так пошутил только! - клялся бобруец. - Вы не поняли меня! Он сначала коня потрогал, и я ему сказал: "Ходи конем, а я беру ферзя!" Но он конем ходить не захотел!

- Что вы знаете об изнасиловании? - настаивала полицейская девушка.

- При чем тут изнасилование?! Я вам говорю про ферзя!!!

Подъехала вторая полицейская машина - с еще двумя полицейскими. Они поняли из разговора по рации, что речь идет об опасном преступлении. Поэтому сразу выбежали из машины.

- Демократия! - закричал бобруец. - Нарушение прав человека! Я никого не трогал. Я спокойно играл в шахматы! Я пошутил!!! Что за изнасилование?! Про что разговор?!

Но его тоже посадили в машину и увезли. Чтобы он показал на месте: где, кто и кого насилует.

Публики собралось уже много. Целая толпа. Но никто не мог понять, что происходит. При этом все понимали, что задержаны два опасных преступника. Потому что речь шла твердо об изнасиловании!

Первые двое полицейских остались на шахматной площадке и начали опрашивать свидетелей. Меня - в том числе. Потому что я был самым первым свидетелем начала всей этой заварухи.

- Началось это с белого коня, - сказал я. Жаркая погода. Опасность инфаркта. Два жарких человека. Даю вам слово, что никакого изнасилования не было, нет, и быть не может!

Пока разбирались - обе патрульные машины вернулись назад. С турком и бобруйцем. С турка ручьями тек пот. А бобруец держался за штаны и кричал, что хочет в туалет.

- А почему вы говорили про изнасилование?! - сурово настаивала полицейская девушка.

- Случайно!!! - отвечал бобруец. - Я хочу пи-пи! Нет сил!

Но все кончилось мирно. Полицейские сделали бобруйцу и турку внушение. Дали понять, что оба уплатят штраф за введение в заблуждение.

Обе патрульные машины уехали, а двое пеших полицейских - ушли.

Бобруец посмотрел на турка и сказал по русски:

- Люди! Из-за него я чуть в тюрьму не попал!

На это турок что-то ответил по-турецки. Вероятно, в том же стиле.

- Я что тебе говорил? - сказал бобруец турку по-немецки. - Тронул коня - ходи конем!

- Никогда! - ответил турок. - Не отдам ферзя! Это мой ферзь, а не твой! Они стали спорить - и опять запахло керосином. Тут опять пришли те самые двое пеших полицейских.

- Это что - казино? - спросил полицейский. - Вы на деньги играете?

- Нет!

- А почему вы так ругаетесь? Что тут особенного? Тронул коня - ходи конем!

- Но я так и говорю! - сказал бобруец.

- Это неправильно, - возразил турок. - Я только хотел поправить коня!

- Ох, Господи! - вздохнула полицейская девушка и посмотрела на бобруйца.

- Не надо! - закричал бобруец. - Мне рука до сих пор болит! Ну вы тут разбирайтесь - а я побежал в туалет!

И побежал, наконец, в туалет.

- Куда ты побежал! - воскликнул турок. - Туалет - вот, рядом!

- Нет, я в другой туалет! - на бегу откликнулся бобруец.

И побежал еще быстрее.


4.

Я тех пор я никогда больше не видел его на этой шахматной площадке.

Он убежал в туалет - навсегда. Вероятно, он до сих пор сидит в туалете. Но с тех пор и я сижу на этой площадке только молча.

Никому не предлагаю сыграть партию. Эти шахматисты - это мишигине копф! Лучше их не трогать: себе дороже!

Мишигине копф!..

г. Штутгарт,

Германия