# Via Dolores (дорога смерти)

Валерий Семенович Романовский

Новый год не настает...


Стройный красивый замурзаный бомжик лет 9 от роду пересчитал тоненькими черными пальчиками копейки, собранные в трамвае за исполнение жалостливой песенки. Как раз набиралась гривня и десять коп.

Это аккурат на сдобную булочку, подумал он.

На его мужественном печальном личике даже не промелькнуло тени радости, хотя с утра в его желудке еще не было и крошки съестного...

...Есть ему почему-то не особо хотелось. Он постоял возле продуктового киоска и двинулся дальше.

Во рту было горько, болело воспаленное горло, слезились покрасневшие глаза...Ужасно ныли замерзшие пальцы ног. Изношеные ботинки постоянно промокали, и потому плохо грели. Пальцы правой ноги, там внизу так замерзли, что он их почти не чувствовал.

На улицах Города несмотря на мировой кризис ощущалось праздничное новогоднее настроение. Весело горели лампочки в витринах магазинов, сверкала иллюминиесценция на фасадах домов. В окнах многоэтажек за занавесками или тюлью то там, то сям блистали разноцветными гирляндами наряженные елки. Слышался задорный детский смех, лилась веселая музыка...

Но Стасу было не до этого. Вернее туда, в этот прекрасный и недостижимый праздничный мир, конечно же, безумно хотелось, но еще больше мечталось отлежаться, согреться и выспаться.

У мальчугана кружилась голова, ему давило виски. Он, видно, крепко простыл...

Животные, которым грозит опасность, часто идут спасаться к своим лютым врагам - людям. Вот и он, ощущая безвыходность, направил свой неверный шаг в ближайшую ментовку, к своим извечным преследователям и надзирателям - служителям правопорядка...

Беды Стаса начались с того, что он поссорился с Братком, огромным 14-летним дылдой, под началом которого было около десяти беспризорных. Из-за этого конфликта Стас вобщем-то и оказался на улице. Там в подвале, возле теплых труб теплоцентрали, было уютно. Сухо, тепло и "мухи не кусали"... Там неплохо жилось. Вместе с другими маленькими бродягами Стас голодал, вместе делили радости и печали. Добыв еду пировали тоже все вместе. То был его дом, его семья...

Но Стас слишком мало выклянчивал денег для общака. И Браток однажды наехал. Пригрозил выгнать. Но его угроза все откладывалась, не осуществлялась. Стас уж было понадеялся, что пронесло... Но нет, не тут-то было!!

...Случилось это вчера, когда надышавшись из целофанового кулька клеем и выпив на закуску две банки пива, Браток выполнил свою давнюю угрозу: вышвырнул из насиженного гнезда Стаса.

А мелюзга дворовая, все его корефаны, дружки липовые, с которыми Стас не раз делился добычей, только стыдливо вжимали головы в плечи и делали вид, что ничего не замечают... Никто не вступился за Стаса, когда вожак тащил его за шиворот как нашкодившего кота вон из берлоги. И от этого было особенно больно. В горле Стаса стоял слезный комок .

...В отделении милиции сидел деловой мент. Его Стас сразу разглядел за перегородкой из оргстекла. Мент с лычками сержанта на погонах бодро что-то тараторил, давал кому-то ценные указания по громкой связи. Наверное, общался с патрулями.

Стас приблизился к окошку для разговора с дежурным. Стал ждать, когда этот "Гондон в мундире" (так мысленно окрестил Стас мента) обратит внимание.

- Тебе шо, хлопчина? -услышал он вскоре голос милиционера.

- Дяденька, помогите, мне очень плохо! - как можно жалостливее заголосил Стас.

- Ты шо, потерялся?

- Нет, я давно бичую, бомж я, только очень маленький и больной. Папка нас бросил, а мамка - пьяница. Помогите! Не дайте загинуть!

- Таких як ты и ломом не прыбыты! Хватит театра мне тут казать, милостыню тоби не дам... От саранча, спасу от вас нема - проворчал дежурный.

И после паузы: - В приемник-распределитель пидеш, кацо?

- Да,- оживился Стас. - Хоть в тюрьму, лишь бы не замерзнуть...

Дежурный сделал несколько безуспешных звонков по телефону. Мент говорил вежливо, почти ласково, слащаво даже. А кладя трубку всякий раз грязно матюкался от досады.

Стас и без окончательного ответа Гондона понял: дело - дрянь.

- Нет мест, пацан, шо робыты, новогоднии свята...,- развел руками дежурный милиционер.

- Дяденька, да мне хоть куда, - не сдавался Стас, хватаясь за последнюю соломинку...

- Достал ты, хлопчына. Кажу ж тоби: местов нема!

По-руськи кажу: НЭМА! Ты шо глухой? Може подлечить?

Эй, Петро, допоможи маленькому !

- Я сам, - пулей выскочил из дежурки Стас. Не хотелось ему получить ментовской дубинкой по черепку или ребрам. Доводилось уже...

...Смеркалось. В декабре с этим быстро. Еще пяти вечера нет, а уже не видать ни хрена, хоть глаз выколи.

Стас решил отыскать себе теплое безопасное хоть на одну ночь местечко в ближайших многоэтажках. Пальцы руки, которыми он все это время сжимал булку, совсем окоченели. Он сунул посиневшие кулачки в карманы, но это мало помогало.

Из парадного выскочила веселая группка каких-то детишек. Сытые, согретые, они вызвали в его детской душе острую зависть. Стас почти как на богиню посмотрел на окликнувшую их тетю, наверное, заботливую маму кого-то из них, красивую, к тому же шикарно одетую. Женщина в дорогой шубке подошла к иномарке, отключила сигнализацию. Стас заставил себя подойти к ней на плохо гнущихся ногах и жалобно скривив рожицу попросить: тетенька, дайте доллар, я голодаю!

Но холеном лице женщины появилось брезгливое выражение: "Ты из нашего дома, дружок? - строго спросила она.

- Нет, я рядом проходил. Тетя, спасите, я замерзаю.

- Так что я должна теперь дать тебе ключ от своей квартиры?

Стас не знал, что она иронизирует, повторяя коронную фразу незабвенного Остапа Бендера. Стас, принял ее слова за чистую монету и доверчиво ждал чуда.

Ей, как педагогу, хотелось прочитать нотацию наглецу, но метать биссер перед свиньями, то бишь перед этим нищим заморышем?.. Нет, это уж слишком! Женщина хлопнула перед его носом дверцей машины, показывая, что разговор окончен, и завела мотор.

...В ухо Стаса больно угодили снежкой. Это сделал один из той шумной ватаги оболтусов. Мальчик строил рожи и прятался за спины других детей...

Но разбираться с обидчиком не было никаких сил.

Измученный Стас хотел попросить у этих озорников помощи, чего никогда раньше не делал. Со взрослыми как-то привычнее попрошайничать...

Открыл было рот и ...получил снежкой по зубам. От боли и досады из его глаз хлынули слезы. Но кто разглядит слезинки на мокрой от снега сморщенной мордочке?..

Дети вошли в раж, они начали настоящую охоту на нахального забредшего в их двор бомжика. Если бы не простуда Стас бы быстро ретировался. Но силы были на исходе, он лишь с большим трудом успевал уворачиваться и закрываться от очередной снежки. Дети ржали и орали: Пошел вон, пошел вон! Приблудный Ду-ра-бон!

...В каком-то полузабытьи добрел похожий на снеговика Стас к какому-то заброшенному двору. Здесь было потише. Одно слово, спальный район... Вязаную шапку Стас потерял, но возвращаться назад и искать ее не было никаких сил. К тому же там его опять могли поджидать эти юные любители играть в снежки.

Стас осмотрелся. В раскрытом парадном не было престижного домофона: заходи, кто хочет... Стас проник в подъезд, спустился по ступенькам вниз. Двери в подвал, увы, были закрыты амбарным замком.

Словно сомнамбула в непроходящем оцепенении обошел он несколько подъездов. И везде искал место для ночлежки. Наконец, ему повезло. Дверь в подвал дома оказалась незапертой. Стас юркнул в темноту и случано в полумраке задел ведро. Оно с грохотом покатилось. Стас застыл. Прислушался. Кажись пронесло. Мальчик нащупал теплую трубу у стены и схватив ее стал греть пальчики. Их он почти уже не ощущал. Хотел было подсушить и заледенелые ботинки. Но на это уже сил не было.

- Попозже, - подумал он, - успеется...

Стас прилег на деревянном поддоне и тут же уснул.

...Внезапно его кто-то окатил кипятком. От ожога лица в мозгу что-то ярко вспыхнуло. Болевой шок на миг парализовал его. Постепенно слух и зрение восстановились. До него донесся вопль какой-то не на шутку взбешенной старухи. Он понял, именно эта поганка ошпарила его и предусмотрительно отбежала к выходу из подвала. Сделала она это с завидной для ее возраста прытью.

- Сцут здесь всякие, подкидыши приблудные! Будьте вы прокляты, засранцы! Сцикуны! Убирайся, падла, а нето милицию позову! - размахивала своим опустевшим чайником бабка.

Стас и сам хотел попасть в милицию, да не брали. Он застонав от боли, сел и горько, по-взрослому...ухмыльнулся. Протер глаза. Убедился, что не ослеп. Стас не успел толком согреться. Наоборот, стало еще хуже: он был насквозь мокрым в прелой сочащейся влагой одежонке. Рядом из него накапала целая лужа!..

- Эй ты там! Наркоман! Оглох что ли!? - донесся угрожающий рык волосатого, похожего на бурового медведя грозного дядьки в замусоленой майке. Он тряс в проходе огромным пузом и ручищами-клешнями.

- Уходи-ка, мерзавец, по добру по здорову, пока кости твои карликовые не переломали.

- Гадят тут, суки позорные! - подзадоривала соседа еще какая-то возмущенная женщина в фартуке и "справедливом" негодовании..

- Воруют, пидоры, детей насилуют! Колются!

- Не буди во мне зверя, щенок!!! - вторил ей обросший рыжими волосами толстяк-громила.

Стас не стал мешкать и быстро под улюлюканье сбежавшихся на скандал соседей мышкой прошмыгнул между ног жильцов, получив уже возле выхода из папродного на лестнице коварный, достаточно чувствительный и унизительный удар носаком ботинка в бок. Мальчик кубырем выкатился во двор. Вскакивая он больно потянул сухожилие на ноге. От обиды и бессилия Стас всхлипывал. Минут пять он убегал подальше от злополучного места, волоча ногу. Потом громко по-волчьи завыл...

...На снегу Стас немного отлежался. Боль в боку, под коленом и на лице малость улеглась.

...В доме напротив, в квартире на первом этаже дети водили хоровод возле елки. Цветомузыка из окна вспышками освещала спящий черный двор словно прожктора театральную сцену разноцветными бликами.

... Стас все меньше понимал, где он. Его глаза слезились и слипались. На щеке саднил примороженый ожог. Стас с трудом поднялся и доплелся до заледенелой лавки. Он уже почти не ощущал холода.

...Еще в одной квартире напротив работал на полную громкость телевизор.

Президент поздравлял народ с Новым годом. Отчитывался и о том, сколько и чего хорошего сделано... Обещал преодолеть последствия мирового кризиса...

До ушей маленького загнанного бродяжки долетали обрывки малопонятных взрослых, далеких от его повседневных забот и бед выражений, типа "добробут", "забота про людей", "пидвыщення ривня жыття".

Это бубнение еще больше навевало сон.


Стас отогнал дворового пса, который попытался лизнуть обоженное место на лице этого свернувшегося на дворовой лавке клубком мальчугана. Стас отмахнулся. Собака, обиженная в лучших чувствах, недовольно зарычала, но пребывая, видимо, под влиянием общего радостного настроя, быстро оттаяла и завиляв хвостом потрусила по своим делам...

...Стас засыпал и в полубреду видел, как огромный настоящий (!) Дед Мороз зовет его:

- Стасик, сынок, иди к нам!

Потом Дед Мороз садит Стаса в сказочную карету, где полным полно подарков: машинки, конфеты, бутыдки Кока-Кола, еда из Мак-Дональдса, заводные роботы, игрушечные пистолеты, мини-самолеты и вертолеты...

А вперед радостно манит таинственный волшебный мир в переливающемся всеми цветами радуги мерцающем тумане... Ржат и бьют копытами о снег нетерпеливые прекрасные рысаки.

Лошади вдруг в алюре несутся вперед... Скрипят полозья, обжигает холодом встречный ветер.

Карета словно самолет или ракета-шутиха взлетает в каком-то замысловатом вираже.

Они мчатся по облакам, по небу...

И растворяются в зыбком тумане...

...Окоченевший трупик малолетнего бродяги, найденный во дворе дома, опознал дежурный районного отделения милиции, сержант Петр Наливайко...


- Шо, Петро, просрав Новый рик? - услышал мент насмешливый голос сменщика, - ну иды вже догуливай. Спасибо! На наступный Новый год я отдежурю...

- Та ладно, ни за що, ми ж жребий тянули. Усе по чесному. В журнале по району за добу два вбийства, три изнасилования, п'ять хулиганств з мордобоем. Да, и ще, одного бомжика знайшли. Замерз блохастый. Ну усе, щасты! Будь здоров. Не болий, Коля, у Новому роци!.


Именно к этому сержанту милиции Петру Наливайко по иронии судьбы замерзший мальчонка приходил за помощью накануне.

Сердце мента не дрогнуло. Ему было не до того. Все мысли сержанта были заняты совсем другим. Он очень любил своих детишек. И в радостном предвкушении праздника представлял, как эти сорванцы будут прыгать возле новогодней елки или накрытого стола и хлопать от счастья в ладошки! Какие умильные рожицы будут у них, когда малыши развернут упаковочную бумагу, и увидят папкины подарки!

Не зря в отделении все считали Петра самым заботливым папашей и отменным семьянином...

Петр пожал руку сменщику, взял пакеты с подарками и поспешил на выход.


Проходя мимо труповозки с мертвым Стасом милиционер Петро представлял, как скоро скажет малышам на своем обычном суржике:

- Я ни до чого, дитоньки, это вам от Дида Мороза та Снегуроньки...

При этом на лице мента блуждала счастливая идиотическая улыбка. От хорошего настроения он стал тихо насвистывать мелодию песни из знаменитого советского фильма, где были и такие слова: "Новый год настает..."