# Внучки

Маргарита Леонидовна Рупперт

ВНУЧКИ    Во внучках есть что-то таинственное. Все, что они знают, удивляет. Откуда это? Разговаривая с "детьми - взрослыми", удивляешься, когда они чего-то не знают. Как это можно не знать? Все, что говоришь внукам, понимаешь, что они воспринимают это по-своему, тем более, говоря с тобой на разных языках. По независимым от нас причинам, мы способствовали увеличению численности подданных бельгийского короля Альберта Второго. Невестка - фламандка и, соответственно родной язык внучек нидерландско - фламандский.   Кларе три года. Рассердилась на бабушку: "Бабушка нет молодец. Бабушка нет хорошая девочка". Спрашиваю, кто же хорошая девочка. - "Клара - хорошая девочка". А еще кто хорошая девочка? - "Мама - хорошая девочка", а еще - "Папа - хорошая девочка". Трехлетняя Астрид часто повторяет, что "крапива - плохая девочка". Значит, "девочка" для них пока совсем другое, чем для нас.   Кларе четыре года. Просит: "дай мне болочку". Что такое болочка? Булочка? Полочка? Оказывается, воздушный шарик - Ball. Суффикс прибавила сама. Аналогично, головку называет "копфочка".   Астрид три года. Идет гулять и приговаривает: "Хорошая девочка. Не балуется. Идет гулять.".   Обе, когда у кого-то что-то не получилось, торжествующе: "Не праильна!". Астрид с большим апломбом любит повторять "это - правильно, это - неправильно". Назидательно говорит сама себе и другим "нельзя". Для нее есть четкие можно - нельзя. Некая бинарность мышления.   Пятилетняя Клара сложнее. Вопросы жесткого "нельзя" уже не обсуждаются. Они за скобками. Видимо, я говорю в нежелательных случаях "не надо". Она это называет "не можно".   Клара говорит о себе, что она умница. Не помню, чтобы я что-то говорила такое о ее уме. Спрашиваю, где у тебя ум, наверно, здесь, показывая на мягкое место. Нет, здесь, отвечает, показывая на "копфочку". Откуда она это знает?   Странно растут нынешние дети. Механизированное хозяйство утрачивает представление о некоторых элементарных бытовых операциях. Так, я догадалась, что пятилетняя Клара не подозревает, как можно что-то постирать руками. Обычно, вечером перед купанием, вся одежда снимается, бросается в корзину, дальше мама ее сортирует, бросает в стиральную машину, нажимает какие-то кнопки... и все чисто. Я предложила ей постирать кукольные платья. Всех кукол раздели, собрали белье, налили в таз горячей воды, положили порошок и все постирали, выкрутили. Дальше налили в большой таз холодной воды и все прополоскали. Чистые вещи повесили сушиться. Это произвело большое впечатление. Клара с удовольствием во всем принимала участие, а когда пришла мама, подробно ей рассказала, как надо стирать.   Пою про Чижика-Пыжика. Что за Чижик-Пыжик? Где такая Фонтанка? Что за водку он пил? Кажется, из всех слов они знают только слово "пил". Какой образ строится на основе этого одного слова? Тем не менее, поют. И что-то при этом себе представляют.   Читаю Чуковского. Иллюстрации хорошие. Стараюсь читать с "выражением". Рыдаю, когда Муха взывает о помощи. Падаю в обморок вместе с испугавшимися зверями. Надрываюсь, вытаскивая бегемота из болота. Нравится. Никогда не отказываются от "почитать". Яростно делят колени. Цитируют, и к месту. Значит, понимают.   Наверно, у детей, в отличие от взрослых, раньше наступает запоминание, а потом понимание. Вспоминаю себя. "Телефон" Чуковского знаю с незапамятного детства. Но какой был телефон во время войны? Какие газели в блокадном Ленинграде? Где можно было увидеть того же бегемота? Это были только слова, которые вошли в память, а потом, через многие годы неожиданно наполнялись действительным содержанием.   Трудности с русской речью несомненны, тем любопытней встречать ее неожиданные проявления. Позвонила по телефону. Не говорящая по-русски мама поторопилась передать трубку трехлетней Астрид. Та сразу меня узнала, закричала "бабушка", потом "дедушка", и, не зная, как нас пригласить, стала кричать "дедушка, сюда!".   Любопытно использование грамматических форм детьми из другого языка. Внук наших друзей, мужественно отказываясь от порции мороженого, сообщает, что ему нельзя - он вчера "гекашлял".   "Дети", в отличие от "внуков", так или иначе, реализовались. Их жизнь с какими-то ошибками экстраполируется. Внуки - это тайна. Какими они будут? Умными? Образованными? Добрыми? Успешными? Или, может быть, станут обыкновенными тетками, заземленными, корыстными, ограниченными? Какая жизнь им уготована? Мир? Война? Общественные потрясения?   Эти вопросы встают перед философствующей бабушкой, решившей сделать своим фламандским внучкам подарок - в виде русского языка и русской культуры.