# "Яков - человек-гастроном"

Олег Юрьевич Рувинский

Цикл: "рекламодатели на радио New York"

Яша - не высокий, уже не молодой и уверенный в себе человек, быстро стал на ноги в Америке.

У него отличная семья, жена не разу ему не сказала что он не прав, дети, внуки, он владелец магазина на Kings HWY. Яша все время на работе, ой вей.

Когда несколько лет назад Яша впервые появился в конце севыного утренего шоу, он что-то не внятно рассказывал о продуктах, язык его шелестел как смятый лист 11 формата. Эта первая передача, те выделенные ему 4 минуты казались такой малостью, таким не существенным временем, что Яша практически не готовился, он досконально знал, что есть у него в магазине и о чем следует говорить.

И вот время передачи подходит, волнение нарастает, вода выпитая не принесла желанного результата, язык все так же сух и клеек, это уже пятый стакан, жажда не уталяеться.... ЭФИР - все что он знал выпилил за 30 секунд, шпаргалка не помогала, это был дрожащий листок с незнакомыми ему буквами, что это за алфавит, что за язык, а впереди еще масса времени, целая вечность, что делать, во рту песок, но на выручку приходит Сева, он начинает задавать вопросы, появилось мгновение чтобы осушить еще стакан воды, - Яша расслабился и ответил на вопрос. Монолог перешел в диалог, еще мгновение и Сева говорит: "Заходите к Яше в магазин расположенный...."

Все, аутодефе закончилось. Потный, растерянный Яков застыл в ожидании, сейчас получит нагоняй от Севы, и тут его приятный голос так расслабивший его три минуты назад, - ну что, с дебютом, ничего страшного, нормально для первого раза, еще не такое бывало.

-Правда, - я думал ты меня будут ругать, зачем я в это полез, лучше бы отдал тебе текст, ты бы его и прочел... - чуть не плача, то ли от позора, то ли от подобострастного умиления, простонал Яша.

- Готовится надо, я же говорил, стань перед зеркалом и каждый день пол часа... До следующего эфира через неделю, - подвел итог Каплан. Яшу, вы можете слышать сейчас каждый четверг в конце 7-го часа, он свободно рассказывает о своем магазине, это уже литература, Гоголь позавидовал бы ему в минуты роковые.