# Три мгновения бесконечности

Олег Юрьевич Рувинский

Он стоял у решетки моста над highway, и ни как не решался это сделать, решетка проржавела в этом месте, нужно было только приложить некоторое усилие, чтобы разжать её, закрыть глаза, а дальше все пойдет по закону инерции и тяготения. Ну, решайся наконец, хуже не будет, будет просто ни как. Он представил себе это: полет удар, еще удар, еще, еще, много ударов, но боли уже не будет, мертвое не болит. Так он и сделал, положил руки на прутья, закрыл глаза, напрягся... тело повисло в невесомости, это было даже приятно. Клипами, замелькали картинки жизни, а сердце отсчитало первую секунду Рррр-детство, родители, друзья, друзья, девушка, первая девушка, первая...аааа - все зависло и заслезило, он долго не решался, почему сам не знает, ведь она тоже этого хотела...зззз - какая она длинная секунда, длинная и тягучая, как кровь на линолиуме в кухне... Первый поцелуй, потом пошло все быстрее, какая она мягкая и упругая, он гладил и немного сжимал, от этого было приятно тогда и сейчас, какая же она теплая и влажная, как её звали? Он трогает её волосы, тело, чувствует её запах, тогда они стали жить вместе, зачем, не надо было этого делать, но они оба хотели, что бы это продолжалось всегда. А так не бывает. Всегда - это никогда, нет не так, всегда не бывает, бывает только никогда и ничего и сейчас это случиться. Какое же оно липкое и вязкое, это время. ВРЕМЯ - это воск, оно течет пока горит свеча, но огонь гаснет, воск начинает остывать, вокруг темно и холодно, воск твердеет, тьма такая густая, она обволакивает и охлаждает все быстрее. Он понял, время - это и есть он, еще немного и все пропадет, пропадет время, он и его воспоминания и пропадет все вокруг. А значит пропадут и чувства, по этому не будет жалко, никому, ничего, все станет бесконечностью и он ее часть, нет он и есть бесконечность, прядь бесконечности свитая вместе, а вокруг прозрачный шампунь с пузырьками. Зачем же так много пузырьков, что это за пузырьки, на них что-то написано, надо только присмотреться, нет это не буквы, это лица, они что-то говорят, нет, молчат, они что-то сказали, но теперь молчат, но то, что они сказали можно потрогать, да этот звук можно потрогать и он мягче чем воск времени который застывает вокруг него и вместе с ним. Ддддвввваааа - второй удар сердца, вторая секунда. Где он сам, тело не чувствует веса, значит он еще летит, только не открывать глаз, не открывать, кому нужно это любопытство, все равно открыл, ничего не изменилось. Только сейчас он понял, что сказали эти лица-пузырьки, они сказали КОКАИН, нет, они не сказали, звука же не было, просто появилось слово, как улыбка чеширского кота, оно пульсирует, переливается, меняет форму, растекается, разрывается и опять соединяется, слово было из белых полупрозрачных кристалликов кокаина. Тут он понял все, понял смысл и истину, а истина была в том, что слово кокаин, должно быть кокаин, как слово воздух, должен быть воздух, - предмет и есть слово, вот в чем истина, как это просто, почему это никто не знал раньше, до него. Потому что, с него все и началось, но им и закончиться, и он опять закрыл глаза. Вода закипела в ложке, осадок на дне, две капли лимона и осадка не стало. Вот где...один из пузырьков был Горбачев. Слово Горбачев надо писать с крапинкой на лбу, рядом порылась собака....Он улыбнулся, как все просто. А она выпустила пузырек из шприца, зажала его губами, потом посмотрела на его вену - "класс,- сейчас будет хорошо, только не вставай сразу, пробьет на энергию, потом уже не ляжешь". "Контроль" - это такое красное облачко в прозрачной жидкости шприца. Она сказала "зажми", зажми - надо писать одним пальцем в сгибе руки... и уложила его осторожно в постель, нежно поцеловала. Её поцелуи, она писала их лепистками цветка на губах, а кокаин целовал внутри. "Скажи, что ты меня любишь", "Л Ю Б Л Ю", прошептал он бесзвучно, одними губами, но она поняла. Он почувствовал, что такое любовь, она, огненно розовая, теплая и мягкая, с легким прохладным ветерком и терпким запахом, вот как пишется слово ЛЮБОВЬ, почему он не знал этого раньше? Поцелуи спускались медленно вниз, губы обхватили его... ....Где же третий удар, пусть будет два с половинной... все стало мокрое и липкое, как время, как вечность... Он еще раз сделал над собой усилие и открыл глаза, все тот же мост, тот же highway, та же ржавая решетка с надписью на табличке "Опасно для жизни"! Там должно было что-то остаться, быстро надо домой, там должно было что-то остаться....