# Инженеры могут все! v.1.02

Борис Александрович Рыскин

Как ты все-таки попал в экспедицию?

Часто спрашивают, а как ты все-таки попал в Антарктическую экспедицию?   Ответ, конечно, know-how. Думаю, пришла пора открыться.


ПАРТОРГ      -Алло..ооО-О!? -Мы с тобой летом в Якутии грузчиками в экспедиции работали, помнишь меня?   -Да.   -Есть шанс поехать поработать в Анголу!   Ты, что там упал? Не молчи! Это Африка! Да-да, Африка, не Африканда! Доктора Айболита - читал?   -Да.   -Ты как и прежде - инженеры могут все!? Он помнил мой девиз.   -Да.   Что ты заладил, да-да-да?!   Тебе придется выучить португальский язык и   произвести приятное впечатление на зрительный нерв посла.   Встречаться будем в пивном баре...   Я отпросился у начальства подучить тебя португальскому языку.   Мне дали оплаченных две недели.   С этого телефонного разговора с парторгом все и началось.      ПОРТУГАЛЬСКИЙ ЯЗЫК      Своему начальству в ГГО (Главная геофизическая обсерватория)   парторг привел стальные аргументы:    - Португалия и Испания на карте рядом, как Украина с Россией.   Языки, стало быть сходные, но надо на пару недель его - парторга - от работ освободить.   Зачем? Школьные знания испанского освежить и   товарища-специалиста подготовить к визиту правительственной делегации из Анголы.   Вот мы и сидим в пивном баре - языки освежаем пивом.   Мы немного выпили, но языки, как и Чапаеву, даются туго. Четкого плана еще нет.   - Сказать на португальском пару заученных фраз я, пожалуй, смогу,   но вот поймут ли нас?   Парторг успел поработать на Кубе и подцепить там, помимо прочего, революционный оптимизм.   Незнание португальского языка его не смущает.   Он сам многое умеет и может увлечь кого угодно своей харизмой.   - У тебя два крупных недостатка для наших дел - полу еврей и не пьешь, как следует!   Придется португальский язык взять на себя. - Говорит он.   - Ты фотографируешь - значит, тебе остается зрительный нерв посла. Согласен?   - Так легче.   - Договорились.      ПЛАН      Посла из Анголы привезут к Вам в Информационный центр погоды.   Будешь говорить, как умеешь, по-русски, про свою любимую радиолокацию.   Расскажи за что тут деньги получают. Упор на обслуживание аэропорта.   Наши хотят всучить ему метеорологический радиолокатор такой же как у тебя.   По моему знаку речь прекращай. Свое лицо-противогаз меняй на улыбку!   Переводить на португальский буду Я!   - Радиолокацию за мной переводить на португальский?! - Это круто!   Восхищаюсь я его авантюризмом.   - Кому нужна твоя радиолокация?! Я переведу что-нибудь вечное.   Например, из моего любимого Ходжи Насредина.   Женщины и радиолокация его любимая тема.   Ты, главное, останавливайся по моему сигналу.   Старайся понравиться, жестикулируй, помогай руками, улыбайся чаще.   По-португальски кроме посла никто не понимает - это и есть наш шанс!      ПОСОЛ      Посол был похож на спелый баклажан. Такой черный, что даже синий.   Войдя в аппаратное помещение, посол поморщился,   видимо, я не смог скрыть своего удивления его чернотой.   Его сопровождали крепкие белые ребята с рублеными лицами и   люди с приятными манерами.      Говорить о радиолокации мне легко и просто - приходилось обучать новеньких.   Парторг меня быстро остановил и начал переводить.   Баклажан посмотрел на меня заинтересованно. Я улыбнулся в его белки.      Потом с серьезным видом я продолжил.   Рассказал тактико-технические данные - парторг перевел.   Баклажан открыл рот, который потом и не закрывался.   Посол смущенно смеялся. Его белоснежные зубы сверкали.   Радиолокация не такой предмет, где можно обхохотаться.   Я говорил серьезно, но он прыскал стоило мне только ввернуть специальный термин.   Лекция была короткой - зачем утомлять гостей.   Парторг переводил так, что интерес к нам заметно рос.   Представители МИД и охрана не успели соскучиться в помещении с обилием кнопок,   когда все было закончено.   Друзья познаются в биде - напомнил мне внутренний голос.   Маленькая экскурсия по зданию Центра закончилась в мужском туалете.   Доверительно слив остатки протокола личным примером,   мы по-товарищески делегировали друг другу кусочек хозяйственного мыла.   Умыв руки, показали важному гостю, где у нас выход.   Парень из Анголы чувствовал себя легко и был явно к нам расположен.   Икарус с занавесочками укатил.      АНКЕТЫ      Вскоре нас вызвали на собеседование в соответствующие органы   и стали осторожно выяснять, чем это мы так поразили посла,   он настойчиво требовал только нас.   - Партия скажет надо! - Начал парторг...   - Комсомол ответит - есть! - Я знал как продолжить.   Творчество Ходжи Насредина, судя по всему, посол в Лиссабоне не изучал.   Несколько анекдотов о женщинах в связке с техническими терминами звучали комично -   к этому сводился заученный перевод парторга   Серьезный вид, с которым говорились смешные вещи, вполне убедил посла, что перед   ним классный тандем специалистов.   Нам было предложено заполнить пространные анкеты для работы за границей.   Так мы взяли один барьер в собственной стране.   Предстояла работа по контракту в Африке в составе технической помощи   правительству Анголы.      ОБЛОМ      Парторг уехал а н г о л и т ь первым.   Вскоре я получил открытку с изображением африканских детей.   Они ждали моей помощи,а мой паспорт был еще не готов.   Погоня за новыми зрительными ощущениями тормозилась.   Моя фамилия была не -ов, и не -ев. Анкеты шли иным путем.   Я регулярно звонил куда следует.   Наконец, вежливый голос пригласил меня на собеседование где и сообщил, что   предпочтения ангольских товарищей внезапно изменились.   Независимые баклажаны с трудом отличали белых колонизаторов - португальцев   от белых интернационалистов.   Стреляли и в тех и в других. В Африке не классы, а расы.   К проблеме подошли творчески - специалистов из России сменили кубинцами.   - А вас, голубчик, ждут в ААНИИ - и протянули мне бумажки.   - Вот тебе бумажки подтереть... А-А в НИИ - усмехнулся внутренний голос.   Просто удивительно - откуда этот мастер неглубокого каламбурения все знал?!      ААНИИ.      ААНИИ. (Арктики Антарктики научно-исследовательский институт).   Направление было на собеседование к доктору географических наук Артемьеву.   Он возглавлял 24 Советскую Антарктическую Экспедицию.   Похоже, он знал обо мне главное и задал всего один вопрос.   - Я знаю, Вы внедряли МРЛ-2 - метеорологический радиолокатор, а что Вам надо   для ремонта радиолокатора Метеорит-2 для зондирования атмосферы?   Ну, что доктору географических наук сказать, чтобы снять озабоченность?   Два одинаковых локатора, уже, две большие разницы - как говорят в Одессе.   А тут локаторы разного назначения. В любом свыше миллиона деталей.   Отказ любой - это поиск одной плохой детальки среди миллиона исправных.   Потом задача - где взять исправную деталь для замены? Затем ремонт.   Короче, все не так страшно для тех, кто знает основные принципы и посещал   кружок "Умелые руки" при районном Доме пионеров.      Отвечаю коротко:   - Электричество, принципиальные схемы и сам локатор.      Он мне - Вы нам подходите!   Заполняйте. Поедите со мной в Антарктиду, там локатор сломался.   Дает чистый бланк с визой - "Оформить в состав 24 САЭ! Артемьев"   Ангола - жарко. Антарктида - холодно.   Прохладу я любил даже чуточку больше, зачем отказываться?!   Так я влетел в аэрометеотряд.   В Африку одной ногой я все-таки попал, по дороге из Антарктиды.   Это была Южная Африка и Конго.      АЭРОМЕТЕОТРЯД      Должность была "радиолокаторщик".   Предстояло работать в составе группы аэрологов из трех человек. Приготовления напоминали эвакуацию.   Комаров Анатолий Нилыч - старший аэролог. Нилыч был назначен старшим в отряде.   Он только-только вернулся из Антарктиды.   Зимовал на ст. Молодежной, выглядел усталым.   По какой-то чрезвычайщине Нилыча припахали зимовать с нами на ст. Мирный.   Все вопросы - как там в Антарктиде? Он, словно, не слышал, отворачивался,   чтобы не показать лицо.   Мне казалось, он что-то от нас скрывал.   Так и вышло, но об этом мы узнали уже на судне, в Атлантическом океане.   Он нас не хотел огорчать(!)   Мы были чрезвычайной заменой составу, который попал в авиакатастрофу   и весь побился в лепешки.      Совсем не так я представлял отбор зимовщиков в Антарктиду.   Мы все были случайными людьми из разных организаций.   Нас никто не готовил.   Выпуск радиозонда видели только в кинохрониках и на фотографиях.   Поднять нашу квалификацию до полярных аэрологов Нилыч обещал по дороге, на судне.   Первое занятие состоялось после пересечения экватора,   второе - после выхода из Монтевидео (Уругвай).   Думать раньше об Антарктиде бывалый полярник считал бесполезным   и вредным для здоровья.   Действительно, праздник пересечения экватора многое стер и   открыл новые страницы в памяти.      ПОВЫШЕНИЕ КВАЛИФИКАЦИИ.      Больше всего Нилыча беспокоил неисправный локатор.   Выяснилось - технику Нилыч совсем не знал.   Зимовать шесть раз(!) приходилось только с техническими ассами, которые к   аппаратуре и близко ни кого не допускали, опасаясь сбить тонкие настройки.   Механика очень сложная, сопровождать зонд в ручную, на нервах, просто каторга для   локаторщика - мало кто выдерживает, пояснил Нилыч.   Потом он осторожно поинтересовался - знаю ли я технику? - Ему сказали, что с ним в   Антаркиду пойдут ассы из особого кадрового резерва.      Два кекса Нилыч уже видел. Они смотрели ему в рот и ловили каждое слово о   зондах. Ясно было сразу какие они аэрологи   Я простодушно ответил, что тоже не умею включать локатор,   но вот взял с собой учебник, где кое что   сказано про закон Ома, и работу локатора. Бывалый побледнел.   Желая успокоить его, я повертел перед ним книжкой и выразил уверенность,    что успею ее прочитать.   Нилыч решил, что я пошутил и просил меня больше так не делать,   мол, с юмором у него с некоторых пор плохо,   и сердце от моих слов закатилось в пятки.      Судно торопливо продолжало движение на Юг - подгоняла Антарктическая осень.   Вот так я и попал в Антарктическую экспедицию.      Нас - избранных, белую кость, голубую кровь, царей природы, смелых героев - ждала   фантастическая полярная ночь с красавицей - Антарктидой.   Эту дурь старая белая ведьма вскоре жестоко выбила из нас!   Кто пережил эту порку, поняли - любить и беречь живым надо только друг друга!   А разные титулы, звания и должности перед лицом природы, не имеют никакого значения.


(c) Июнь 2004-2009 Борис Рыскин e-mail: kargin2006@mail.ru       ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

========================

ТРАНСПОРТНЫЕ ОПЕРАЦИИ.


Транспортные операции и сдача нам имущества мною описаны (см. "Наш ботик отвалил",  "Как ты попал?" ) -  Транспортные операции, смена зимующих - это то, что научились делать в Антарктической экспедиции за многие годы .


НАЧАЛО ЗИМОВКИ.


Починить и освоить в сжатые сроки оборудование было непросто.

Потребовалось большое напряжение сил, чтобы устранить все накопленные неисправности.

Это предстоит описать отдельно. Школьникам и технарям опыт может пригодиться.

Антарктида - предел обитания живого. Тут нет лишних знаний - все знания и навыки важны. Не знаешь - плати! Плати здоровьем, а иногда и самым дорогим - жизнью.

Низкий поклон всем моим учителям и педагогам.

Очень повезло, что старшим с нами был бывалый Нилыч.(см. "Будем пить" )

Его бесценный жизненный опыт выживания в Антарктиде  помог нам адаптироваться и

выбраться из Антарктиды с минимальным ущербом для здоровья.

Сам он уже не мог вынести обратной адаптации и продолжал жить только в высоких широт.

Нам повезло, что с нами был аэрологом Леонид Васильев (см. "Хоровой кружок")

Его двадцатилетний походный опыт на байдарках с женой - Ганой пригодился в Антарктиде.

Невольно он принес целую языковую культуру, которая исключала обиды, гасила конфликты на всей станции.

Cемейная любовь Леонида и его жены - Ганы - были образцом для всей станции.

Леонид, один из немногих, кто вернулся в свою прежнюю жизнь и больше его в Антарктиду не отпустила умная женщина

Наш третий - Эрик Бауман - метеоролог и дерзкий шахматист,  стал опытным аэрологом.

Будучи человеком большого трудолюбия и высокой ответственности прекрасно дополнял нашу команду.

Его память могла запоминать длинные комбинации.

Однажды он меня удивил - включил сам настроил и подготовил к выпуску оборудование в

точности повторяя все мои телодвижения без всякого физического понимания, что за ними

кроется. И у него получилось!

Некоторые ручки- он признался - крутил отверткой просто "туда-сюда".

Мы чуть не потеряли зонд, но сделал он так, чтобы дать мне выспаться лишний часок.

Эрик, ау?! Привет! Я помню и благодарен тебе за это!

После зимовки Эрик покончил со старой жизнью, оставил Питер, семью и начал все заново на Кр.Севере.


БУДНИ ЗИМОВКИ


Будни зимовки затронуты в миниатюрах:


"Холодный склад"

"Дышать хочется"

"Информационный удар"

"Тонкая материя"

"Голландская подлива"

"Белая мгла"

"О! Счастливчик!"

"Крутой маршрут"

"Будем пить"

"Хоровой кружок"


Их список можно продолжить, чтобы описать опыт 66 человек зимующего состава, пса и кота

рядовой Советской Антарктической Экспедиции, которые и ныне ежегодно продолжаются под

именем РАЭ - Российская Антарктическая Экспедиция.


ВОЗВРАЩЕНИЕ И ОБРАТНАЯ АДАПТАЦИЯ


Пока только один рассказ


"Зубы"


Как оказалось это самый трудный период для тех кто зимовал. Опыт обратной адаптации описан мало.

Судьбы зимовщиков, привлекаемых из разных городов России, интересно бы проследить.

Надеюсь они откликнуться и помогут крупицами своего опыта осветить наиболее трудные моменты обратной адаптации,

которые могут быть достойным примером для многих.

(c) 2007-2009 Борис Рыскин e-mail: kargin2006@mail.ru