# Старый хиппи

Семьдесят Семь Семьсот

Из цикла "Загадочные души".

"Старый хиппи"


Рассказывает Елизавета Александровна Горюнова, учительница:


"Всё началось с того, что московские детки покойного Николая Иваныча решили продать родительский дом-развалюху. Так у нас в Тишкове и появился этот Юра. Да, он очень необычно смотрелся: у него была огромная длинная борода, как у Льва Толстого, только не полностью белая, да такие же длинные, знаете ли, богемные волосы, собранные в хвост кожаным шнурком. Чем он занимался? Одному Богу известно. Ходил за грибами, на рыбалку, веники из леса таскал. А так... сидел на лавочке за домом целыми днями, в тельняшке с длинными рукавами, дырявых джинсах и калошах на босу ногу, ни с кем не разговаривал, курил... Очень своеобразная личность, скажу я вам. Я однажды заметила, что он фасад своего дома красит, ну и попросила его мазнуть пару раз трещину в кабинете математики. У нас школа маленькая: один этаж, пять классов, да учительская. Он пришёл, зашпаклевал полстены, покрасил, от бутылки отказался. А потом показал на таблицу формул приведения и говорит: "Вот здесь должен быть не синус, а косинус!" Я проверила - и точно!.. А потом он глобус увидел. Говорит, что между Австралией и Антарктидой есть Южный Океан. Я проверила по учебнику - нету. Откуда он это взял? А какие глаза у него! Не от мира сего, честное слово! С ним только Лёшка, батюшка наш, мог общаться, да и то - раз в месяц!"


Рассказывает Нина Николаевна Сергеева, пенсионерка:


"Юра-то? Да ничего он не делал! Курил у себя под окном всякую гадость круглые сутки. Внук Елены Тихоновны из Москвы приезжал, ходил к этому Юре как бы за топором. Сказал, что траву какую-то курит. Не помню, какую.

Сколько раз не пройду мимо, он всё сидит и курит. Кивнёт, поздоровается и опять курит... Вот только один раз мы Ольгой Ивановной видели, как он досками фронтон заколачивал. Там щели были - рука влезет! Быстро так заколотил и тут же покрасил белой краской. У нас так не красят. Но хорошо сделал, аккуратно. Потом стал туда лазить. Часов в семь вечера залезал. Сан Саныч на рыбалку в пять утра ехал, говорит, Юра с чердака слезал. Курит он там, что ли? На работу бы его! А то сидит и курит, как дурень!

Потом на почту пришла пенсия для этого Юры. У меня и то больше! Правда, он кроме чёрного хлеба, соли, сахара и чая ничего не покупал. Нет, вру: ещё он брал ведро картошки у Елены Тихоновны, и ещё двухлитровку молока он берёт по субботам у Ольги Ивановны. Вежливый такой, говорят. Только серьга в ухе, как у цыгана. Внук Елены Тихоновны сказал, что мужеложец этот Юра. Не знаю... Ленка-дачница к нему подходила несколько раз, а он - только "да" и "нет", поздоровался, даже разговаривать не стал. Может, и мужеложец... Если серьга. А почему вы о нём спрашиваете? "


Рассказывает Ольга Ивановна Ведяева, пенсионерка:


"Сколько ему было лет? Алла Ивановна с почты сказала, что пятьдесят один. Почему тогда пенсию дают? Больной, что-ли? Да нет, не похоже. Тут Сан Саныч на своём "Запорожце" в луже застрял, да попросил Юру помочь. Пока ещё одного мужика искал (сам-то Сан Саныч - одноногий!), Юра тот "Запорожец" и вытащил. Вытащил, а потом курить пошёл. Сан Саныч его в баню позвал, а тот отказался. Зря он!.. Своей-то у него нету. Не русский он, что ли? Видать, еврей. Если в баню не ходит. А, может, не еврей. А евреи едят чёрный хлеб? Надо у батюшки нашего Алексия спросить!"


Рассказывает Алла Ивановна Шварц, почтальон:


"А потом у него был пожар. Ольга Ивановна говорит, что приезжали к нему из города трое. А Юра-то на рыбалке был!.. Дом и загорелся. Хорошо Сан Саныч дома сидел, но пока он на своей ноге до колонки доковылял, пока шланг вставил... Хорошо, у Сан Саныча дома внучка была, потом внук Елены Тихоновны прибежал. В общем, успели потушить. Внук Елены Тихоновны говорит, что наркотики искали. А что там искать-то? У него дом-то пустой! Мы зашли, а там кровать самодельная, да стол самодельный, а на столе - полбуханки хлеба, две картошины в мундире, да вяленый лещ. Какие у него наркотики?.. А эти, городские-то, даже колосники из печки вывернули!.. А где Юра-то? Его нашли?"


Рассказывает Александр Александрович Бояринцев, инвалид войны:


"Нет, непростой он был человек!.. Непростой!.. Я за ним давно смотрю. Однажды пришёл ко мне топор подточить. Да, уже после "Запорожца". Я ему наждак включил, а он топор себе наточил, потом нож достал - длинный такой, узкий, у нас таких нет. Тоже наточил. А потом подарил мне метра три лески на поводки. Смотри, какая!.. Её и не видно. Это, наверно, ноль-ноль-восемь. А теперь попробуй, порви!.. Нет, ты сильнее дёргай!.. Осторожней!.. На тебе ватку!..

А однажды видел, как к нему какие-то "новые русские" приезжали. Крупные такие ребята, почти лысые. На джипе. Разговора на слышал, но видел, как эти новые русские что-то у него просили, а он им отказывал. Потом они ему мобильник протянули, он туда сказал несколько слов, они и уехали... А через месяц он и пропал.

Да, так когда его дом задымил, он на рыбалке был. Мы ещё не до конца потушили, а он прибежал - и на чердак. А там - картины, штук десять. И ещё лещи вялятся. В общем, он их стал в другой угол оттаскивать, а пока оттаскивал, на нём тельняшка загорелась. А под ней - вся спина в шрамах, плечи в шрамах и, вроде как, задница покалечена. Только бабам не говори про его там картины.. Про лещей говори, а про картины - не надо. И про шрамы не говори. Мало ли, чего у него там покалечено? Если сам не показывал, значит, так не хотел, чтобы знали. Так что про него слышно? У меня что-то с "Запорожцем". Два года работал, как часы... А тут - сдох... У меня сын - милиционер, его спрошу".


Рассказывает Катя Бояринцева, студентка училища имени Мухина:


"Я с детства рисую!.. А тут однажды готовилась в "Муху" поступать, этюды рисовала на берегу озера. Вдруг чувствую - шаги сзади. Оглянулась - Юра... В общем, он меня научил и кисточки размягчать, и краску для сосен с желтком и ацетоном смешивать, и густую акварель наносить. А потом на рыбалку пошёл... А Вы - его родственник?"


Рассказывает Елена Тихоновна Рыбакова, пенсионерка:


"Внук говорит, что этот Юра - художник. У него картин на чердаке - штук сто! Ну и что? Я сама видела, как он обухом топора Сан Санычу "Запорожец" починил. Сан Саныч в туалет отошёл, а Юра посмотрел под капот, тюкнул обухом, мотор-то и заработал! Механик он. Или шофёр какой-нибудь. У него руки, как у лесоруба. Какой же он художник? На бомжа больше похож, чем на художника!"


Рассказывает Лёша Рыбаков, студент:


"Я однажды на рыбалку ходил... Вдруг слышу - кто-то по-английски говорит. Подошёл поближе, а там - Юра. Голый, тельняшка и джинсы на кустах сушатся. Ходит, стихи по-английски читает. Весь в шрамах, живого места нет... Потом стал песни петь, в основном, из "Битлов". Прерывался только, чтобы покурить или леща очередного вытащить... Прикольный мужик! Я, кажется, его по телеку недавно видел. Может, и не его. В общем, мужик, похожий на Юру, съёмочную группу по Сингапуру водил, потом - по Египту. Что-то о рабстве и пиратах было. Но эта съёмка - трёхлетней давности..."


Рассказывает Елена Сокольская, дачница:


"Господи, да что за ерунду вы о нём говорите? Никакой он не художник, и не пират, и не механик, и не шофёр, и не педик, и не наркоман. В молодости он был учёным, был в экспедиции на Суматре, там его акула покусала. Нормальный мужик, только стесняется своих шрамов..."


Рассказывает отец Алексий, священнослужитель:


"Не надо его искать, не надо!.. Поймите, он настолько пресыщен этой жизнью, что ему нужен отдых. Его жизни на десятерых хватит. Он должен переварить свои мысли, а потом он обязательно вернётся к людям! Верьте!"


----------------


Рассказывает Сергей Александрович Бояринцев, майор милиции (по телефону):


"Профессор Екимов, Юрий Николаевич?.. Да, есть протокольчик... Да, убийство с особой жестокостью с целью ограбления. Перерезаны горло и вены, ноги перебиты жердями. Труп опознан, виновные найдены. Трое учащихся местного колледжа сельхозмашиностроения, находящихся с момент убийства в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, сознались в хищении двухсот рублей и ножа, которым он около получаса от них отбивался. Уголовное дело закрыто... "


Melbourne

26 July 2006