# Первое мая

Юлия Сергеевна Шенкман

Первое мая.

Удачи сказочной мечта gо жизни нас сопровождает... Всё время по усам течёт, а в рот, увы, не попадает!

Сергей Саган.

Завтра - первое мая! Там, в России этот праздник набил оскомину: демонстрации, при том обязательные, длинные, пламенные речи коммунистов, вечерний салют...

Здесь 1 мая - тоже праздник! Но "праздник" чего? Гоша не понимал...Но в календаре - красный! Значит: праздник! И магазины не работают...

И он решил съездить в Дюссельдорф посмотреть, чем немцы в это день занимаются.

Задумано - сделано!

Он встал чуть свет, одел новый чёрный костюм и розовую рубашку, хорошо побрился. Полюбоваться на себя не смог по причине того, что убрал все зеркала. Он не хотел видеть себя постаревшим!

Погода с утра была прекрасная! Второй день стояла жара после продолжительных дождей и холодов. В воздухе носился запах цветущих деревьев и кустов. Гоша отправился на вокзал, вдыхая аромат природы.

Сел в поезд. Народу в вагоне было на редкость мало. Обычно, в праздники немцы прячутся в свои гнёзда. Улицы становятся безлюдными и- тишина, как на кладбище!

Билет теперь Гоша не брал. "Билет выходного дня" стоил сорок марок на пять человек. А где ему набрать столько? А на одного - дорого!

И он опять ехал "зайцем"! Поэтому, был на чеку!

Контролёры, как и вся Германия отдыхали. И он благополучно добрался до места.

Дюссельдорф не встретил его шумом! Выйдя на привокзальную площадь, Гоша несколько минут раздумывал: направиться к Рейну или погулять по старому городу, который всегда его поражал своей красотой и необычайностью. После посещения этих мест у него хорошо писались романы о "старине".

Но вспомнил про "ленинградского" приятеля, у которого был только однажды. Но адрес помнил.

Дойдя до его дома, долго стоял у парадной, так как забыл фамилию друга. "Стареть стал"! - подумал он с горечью. На его счастье у дверей появилась фрау с собачкой. И он вошёл в дом!

В квартиру тоже попал не сразу: на звонки никто не реагировал , и он хотел уже уходить, когда за дверью у слышал шаркающие шаги. И дверь открылась!

На пороге стоял мужчина "кавказской национальности" в одних трусах и босиком. Густые седые волосы, прямой нос и большие поблекшие глаза под густыми чёрными бровями подсказывали его восточную принадлежность.

Открыв дверь, он продолжал что- то жевать.

-А, это ты.., - проходи, раз пришёл, - неприветливо пробормотал тот.

Гоша прошёл в светлую, полупустую комнату. Книжный шкаф с книгами на русском языке занимал основную часть пространства. Небольшой стол и два кресла завершали убранство комнаты.

В углу, за портьерой находилась крохотная кухонька без окна. Ещё была маленькая спальня, куда влезала только кровать.

Но Карлу нравилась его квартира! Он был одинок. Жена умерла перед отъездом в Германию, так и не дождавшись "сытной" жизни.

В женщинах недостатка не было, но серьёзных намерений он не имел.

Он много читал. Сюда перевёз почти всю библиотеку из Петербурга. Прекрасное знание немецкого языка давали ему возможность читать книги в подлиннике, но... у него не было на то желания. Он читал только русскую литературу! Это чтение сглаживало тоску по России, которая с годами, проведёнными в Германии делалась всё сильнее и сильнее! Это чтение напоминало ему его молодость, его дорогую, маленькую жёнушку, с которой руку об руку он прошёл двадцать пять лет жизни.

Гоша прошёл к столу, на котором был разложен нехитрый завтрак:

-Хочешь позавтракать со мной? - спросил приятель, подвигая к незваному гостю яйца и колбасу.

-Не откажусь, - сказал Гоша, усаживаясь поудобнее.

Некоторое время жевали молча.

-Может: выпить хочешь? - спросил хозяин, надеясь, что гость откажется.

-Не откажусь, - услышал он ответ.

Гоша не был любителем спиртного, но на "халяву" пил всегда.

Когда допили бутылку, беседа пошла оживлённее.

-Вообще то я собирался уходить, - сказал хозяин, - ты ведь не предупредил, что приедешь...

-Куда?

-Хочешь, пойдём вместе. Там будет чаепитие с танцами в честь праздника.

-Не откажусь...


Выйдя на улицу, направились , чуть покачиваясь, к трамвайной остановке.

-Куда нам? - спросил Гоша, забыв обо всём.

-В Зюд парк.

-А! - вспомнил вдруг Гоша, - а танцы прямо в парке?

-Нет! В ресторане, СDU устраивает. Знаешь такую партию?

-Я знаю только партию "зелёных".

-Это же партия Коля! Как же ты не знаешь? А "зелёные" тоже танцы устраивают?

-Нет, не был, не знаю... - засомневался Гоша. И - заволновался, что его любимая партия прошла мимо такого важного мероприятия, как чаепитие с танцами.


Пройдя парком минут пятнадцать, они были на месте. Парк на Гошу впечатления не произвёл. Ресторан, куда они пришли, тоже не понравился.

Они заняли столик у окна. Оглянулись: бабуси, дедуси...И - снова: дедуси, бабуси...Несколько молодых пар с детьми.

-Публика не интересная, С кем танцевать то? - разочаровался Гоша.

-Найдёшь! - сказал приятель, - посмотри направо! Какая очаровашка лет 60, -воскликнул Карл, найдя для себя партнёршу для танцев.

-Фу! Старая! - сплюнул Гоша.

-А ты - молодой?

-Я не молодой, но ХОЧУ молодую!

Вскоре дама, ведущая праздник, объявила начало. Это была высокая немка, лет 70. Крашеные волосы были коротко подстрижены, а одета она была в чёрное, мрачное платье и такие же чёрные чулки и туфли.

Были песни, кофе с кюхен, потом объявили выступление танцгруппы.

Вышли девчушки лет по 13 и неплохо протанцевали под звуки магнитофонной записи. Их руководительница: высокая , стройная девушка, лет 20, с очень красивым лицом и выразительными глазами произвела на Гошу ошеломляющее впечатление.

-Их балетмейстер! - уточнил Карл, проследив взгляд приятеля. - Что ты пожираешь её глазами? - толкнул он Гошу в бок, видя, что тот его как бы не слышит...

-У неё римский профиль, а я сейчас подбираю героиню для нового романа из времён Юлия Цезаря.

-Но у неё чисто немецкая внешность!...Пожалуй, с примесью русской.

-Нет! Ты - не поэт! Ты не понимаешь тонкостей искусства! - и мужчина вновь уставился на юную руководительницу танцев.

Следующий номер на долго выбил Гошу из спокойного русла!

Вышли девушки постарше: лет по 16. Пройдя в танце круг, скинули с себя блузки.

Пройдя ещё оборот: сняли брюки...

Под бурные аплодисменты они продолжали танец в купальниках .

Гоша тут же забыл про девушку с "римским" профилем. Он не мог оторвать взор от нежных, юных тел, двигающихся в такт музыке.

-Ой! - сказал он, хотел что - то добавить, но не мог! Перед его глазами мысленно появилась картина, когда эти юные особы снимают с себя остаток одежды...Ему уже казалось, что , обнажённые, они кружатся вокруг него, касаются тёплыми , девичьими телами его ноги...Руки... Истома пошла по всему телу! Вот: одна, самая юная и высокая обвила его шею руками и они слились в поцелуе..., а подруги её прижимаются к нему, он чувствует всем телом их наготу...Ближе, ближе...

-Ох!- громко выдохнул он. Он уже забыл, что явь, что мечты...

Карл тряс его за плечо:

-Я спрашиваю: налить ли тебе ещё кофе?

-А? - очнулся приятель, но всё ещё под впечатлением видения пробормотал:

-Горячи!

-Уже остыл, давно чайник на столе стоит..., - не понял Карл.

Гоша с трудом вернулся на землю.

В центре зала танцевали пары вальс. Аккордеонист играл русские мелодии. Гоша увидел Карла, танцующего с женщиной, на которую тот указал ему раньше.

-Я пойду, - сказал он приятелю, закончившему танец, - достойной партнёрши для меня нет.

-А дорогу найдёшь? - И друг подробно объяснил ему путь следования до трамвая.

-Чус! - и Гоша направился к выходу.

Он был ещё под впечатлением, произведённом на него стриптизёрками.

Водка, выпитая у приятеля, юные тёплые тела танцующих девушек, будоражили его кровь. Душа требовала приключений!

Когда он дошёл до подвесного перехода в конце парка, его догнали две молодые турчанки. В длинных, чёрных пальто, закутанные до глаз в платки, они показались ему таинственными и соблазнительными...Сквозь чёрные балахоны просматривались стройные фигурки.

-Лох! - сказала одна из них, сверкнув чёрными, как смоль глазами. Подумав, добавила: "штрассе"...

Гоша даже не понял, на каком языке к нему она обратилась. Он далёк был в этот момент от повседневных мелочей жизни. Опять у него сильнее забилось сердце и кровь прилила к...

Он молча пошёл рядом, даже не делая попытку понять сказанное.

-Лох! - ответил он и протянул руку к девушке.

Он рядом с собой увидел нежные розовые пухленькие губки, сложенные трубочкой...

Она отпрянула от него , и обе засмеялись звонким смехом. Но - пошли быстрее.

Он не отставал!

Они ускорили шаг, он - тоже!

Они уже бежали. Вокруг - ни души!

Гоша бессознательно следовал за ними. И твердил себе, как бы в оправдание:

Эти глаза позвали меня!

Он не замечал, что в "этих глазах" уже страх! Он усиленно их преследовал!

Прошло не менее 15 минут марафонского бега по пустынным улицам.

У дверей одного из домов появилось трое парней. Парни были: высоченные, геркулесовского телосложения.

Девушки кинулись к ним:

-Помогите! Нас преследует маньяк!

Парни направились к Гоше. Самый большой и толстый, Муромец, как сразу окрестил его он, сказал:

-Что вам надо от девушек?

-А вам что надо? - уточнил в свою очередь испуганный мужчина.

-Нам от них ничего не надо! - ответил верзила, - но вы нас заинтересовали...

И все трое двинулись на несчастного мужчину, который рядом с ними выглядел напёрстком. От страха Гоша перестал соображать! "Если от девушек им ничего не надо, а я их заинтересовал, то значит..., о, Боже! Они - голубые..." - пронеслось в его пьяной голове.

Ноги стали непослушными, краска отлила от лица и он стал белее бумаги...А Муромец подошёл к нему так близко, что он почувствовал его дыхание.

-Аааа! - закричал Гоша, глаза его закатились и он потерял сознание.


Очнулся на тротуаре. Над ним склонились три мужски фигуры:

-Вам плохо? Вызвать скорую? - услышал он участливый голос самого страшного, громадного великана.

"Уже изнасиловали"..., - решил он. И снова сознание покинуло его.

Вновь он очнулся на том же месте, но около него уже стояла толпа зевак и все давали советы: как с ним поступить. Наконец, он окончательно очнулся, и первое, что бросилось в глаза: табличка с надписью "Лохштрассе".

Он покраснел до корней волос, поняв, что турчанки спрашивали всего лишь про улицу...

И ребята оказались не плохими!

Он, вдруг, вспомнил, что по-немецки "лох" - дыра!

Парни подняли его, с трудом поняв, что ему надо на вокзал.

Они отвезли его на своей машине к поезду на Кобленц, и долго смеялись над его рассказом, что "лох" он понял, как призыв к любовной игре!

Долго махали руками на прощанье, вспоминая забавного русского.

13 мая 2001 г

Yulia Shenkman