# 15-я глава Самозащита как право

Лев Шкловский

Рабочий черновик.

15-я глава

Самозащита как право

Это было с объявлением оружия в ноябре 1918 года

политика, которая, согласно человеческой предвидениям, медленно ведет к полному представлению

было. Исторические примеры подобного рода показывают, что

Люди, которые сначала создали свое оружие без веских причин, предпочитая самые большие унижения в последующие годы

Шантаж, как возобновленная апелляция

попытаться заставить изменить свою судьбу.

Это по-человечески объяснимо. Умный победитель

его требования, если это возможно, всегда по частям

Навяжите побежденные. Тогда он может быть бесхарактерным

становятся людьми - и каждый из них является добровольным

подчиняясь - ожидайте, что в каждом из этих

Единое подавление уже не является достаточной причиной

чувствует, чтобы снова взять оружие. Более

Но вымогательство таким образом охотно принимается, тем более необоснованным оказывается тогда мужчины

из-за нового, казалось бы, индивидуального, но всегда повторяющегося угнетения, наконец

чтобы сразиться, особенно когда в целом все большее и большее несчастье терпеливо и терпеливо терпеливо. Смерть Карфагена - самое ужасное представление

такое медленное самозанятое исполнение

людей.

Поэтому в его «Трех конфессиях» также применяется

Клаузевиц недвусмысленно выражает эту мысль и крепко запихивает его на все времена, говоря:

«То, что небрежное подчиненное подчинение


ГЛАВА XV

ТЯЖЕСТЬ ПОЛОЖЕНИЯ И ВЫТЕКАЮЩИЕ ОТСЮДА ПРАВА

Сдавшись на милость победителя в ноябре 1918 г., Германия вступила на

путь политики, которая по всякому человеческому разумению неизбежно

должна была привести к полному подчинению врагу. Все исторические

примеры говорят за то, что если данный народ без самого крайнего

принуждения сложил оружие, то он в дальнейшем предпочтет уже

претерпеть какие угодно оскорбления и вымогательства, чем снова вверить

свою судьбу силе оружия.

По человечеству это можно понять. Если победитель умен, он сумеет

предъявлять свои требования побежденному по частям. Победитель

правильно рассчитает, что раз он имеет дело с народом, потерявшим

мужество, а таким является всякий народ, добровольно покорившийся

победителю, то народ этот из-за того или другого нового частичного

требования не решится прибегнуть к силе оружия. А чем большему

количеству вымогательств побежденный народ по частям уже подчинился,

тем больше будет он убеждать себя в том, что из-за отдельного нового

вымогательства восставать не стоит, раз он молча принял на себя уже

гораздо большие несчастья.

Гибель Карфагена - классический образец такой медленной казни целого

народа, такой гибели, в которой, однако, виноват сам этот народ. Пример

этот не может не отпугивать всякий народ, который попадает в аналогичное

положение.

Эту мысль несравненным образом разработал в своей книге "Три принципа"

Клаузевиц, который навеки запечатлел ее в следующих словах:

"Позорного пятна трусливого подчинения не отмыть никогда,


760


Трусливое подчинение не принесло милости


размытие; что капля яда в крови

Люди в потомстве проходят и власть

позднее парализовать и подорвать гендерные аспекты »; что

С другой стороны, «падение этой свободы само по себе

восстание в кровавой и почетной борьбе

уверяет людей и является ядром жизни, из которого

как только новое дерево попадет в безопасный корень ».

Конечно, бесчестный и бесхарактерный

Нация не заботится о таком учении. Для тех, кто прислушивается к этому, он не может опуститься так низко, но он ломается

только вместе, кто забывает или не хочет больше знать.

Поэтому можно с носителями бесхарактерного

Не ожидайте подчинения, чтобы они внезапно вошли в

действовать по-разному на основе разума и всего человеческого опыта. Напротив, прямо сейчас

они будут отвергать всю такую доктрину далеко, поэтому

долго, пока ни люди не завершили свое рабское ярмо

используется или до тех пор, пока лучшие силы не вытолкнут на поверхность, злой Вердербер, насилие со стороны

Побить руки. В первом случае эти люди не склонны чувствовать себя так плохо, так как они умные

Нередко победители могут быть переведены на должность рабовладельцев, которые затем переносят эти бесхарактерные натуры

практиковать своих людей более беспощадно, чем

любого чужого зверя, наложенного самим врагом.

Развитие с 1918 года показывает нам, что

в надежде получить благодать победителей посредством добровольного подчинения, к сожалению, в

роковая политическая проницательность и

Определено действие широкой массы. Вот почему я хочу

акцент делается на акцент массы,

потому что я не могу признаться в осуждении,

что выполнение и разрешение правителя нашего народа

чтобы быть отнесенным к тому же разрушительному заблуждению.

С конца войны управление нашими состояниями, которые теперь полностью раскрыты, может быть осуществлено евреями

один действительно не предполагает, что только ошибочное признание

Это причина нашей беды, но нужно быть в


760


Трусливое подчинение не принесло милости


- говорит

Клаузевиц, - эта капля яда отравит кровь и будущих поколений данного

народа, она подорвет силы и парализует волю ряда поколений". "Другое

дело, - говорит Клаузевиц, - если данный народ потерял свою

независимость и свободу после кровавой, но почетной борьбы. Сама эта

борьба обеспечит тогда возрождение данного народа. Подвиг борьбы сам

по себе послужит тем зернышком, которое даст в свое время новые

богатые ростки".

Бесчестная и бесхарактерная нация конечно не сочтет нужным усвоить

себе такие уроки. Те народы, которые помнят такие уроки, вообще не могут

так сильно пасть. Лишь те, кто забывает о них или не хочет их знать, -

терпят полный крах. Вот почему от защитников такой безвольной

покорности нельзя и ожидать, что они внезапно прозреют и решатся

действовать по-иному. Напротив, именно эти люди всегда будут руками и

ногами отбиваться от нового учения, до тех пор пока данный народ


окончательно привыкнет к рабскому игу или на поверхности появятся новые

лучшие силы, которые сумеют покончить с проклятым угнетателем. В

первом случае люди, привыкая, перестают даже чувствовать себя особенно

плохо. Умный победитель нередко даже удостоит таких лишенных

характера людей должности надсмотрщиков за рабами, которую они охотно

возьмут на себя, выполняя эту должность в отношении собственного

народа еще более безжалостно, чем это сделала бы чужая бестия,

поставленная победителем.

Ход событий с 1918 г. показывает, насколько в Германии распространена та

тщетная надежда, будто, добровольно подчинившись милости победителя,

мы добьемся известной пощады. Именно эта распространенная надежда в

сильнейшей мере влияет на политические настроения и политические

действия широких масс нашего народа. Я подчеркиваю это, поскольку речь

идет именно о широких слоях народа, потому что вожаки-то руководятся

конечно другими соображениями. Руководство судьбами нашей страны со

времени окончания войны находится в руках евреев, которые теперь не

особенно даже стараются прикрыть свою роль. А раз это так, то ясно, что

тут перед нами совершенно сознательное намерение погубить наш народ, а

вовсе не та или другая ошибка


От 7 лет до 1813 - 7 лет до Локарно


761


Вопреки убеждению, что сознательное намерение является нашим

Люди уничтожаются. И как только один из этих

Исходя из очевидного безумия внешнеполитического руководства нашего народа, он раскрывает

как высокоочищенная, ледяная холодная логика на службе

Еврейское мировое завоевание мысли и борьбы.

Поэтому также представляется понятным, что в тот же период,

которой хватило с 1806 по 1813 год, чтобы выполнить полностью рухнутую Пруссию с новой жизненной энергией и решимостью бороться, сегодня не только не скончался, но, наоборот, все больше и больше

Ослабление нашего государства.

Через семь лет после ноября 1918 года был подписан Договор Локарно!

Процесс был, как уже указывалось выше: как только вы подписали постыдное перемирие, вы не принесли ни энергии, ни

Мужество внезапно сопротивляться постоянно повторяющимся репрессивным мерам противников. Они были слишком умны, внезапно слишком много

требовать. Они всегда ограничивали шантаж

в той степени, по их мнению, и

наше немецкое руководство - прямо сейчас

было бы сносно, что взрыва популярных настроений не нужно было опасаться. Более

но были подписаны и задушены такими индивидуальными диктовками, тем меньше было оправдано, из-за дальнейшего вымогательства

или внезапно потребовал деградации сделать это

которого никто не делал из-за многих других: сопротивление

себе позволить. Это именно «капля яда», о которой говорит Клаузевиц: первое отсутствие характера,

Необходимо постоянно увеличивать себя и постепенно

отягощенный как худшее наследие любого будущего решения.

Это может стать грозным весом свинца

Тогда вряд ли можно избавиться от людей, но

который он, наконец, разрушен

рабская раса.


От 7 лет до 1813 - 7 лет до Локарно


761


А раз это так, то ясно, что

тут перед нами совершенно сознательное намерение погубить наш народ, а

вовсе не та или другая ошибка. Если под этим углом зрения присмотреться

к руководству нашей внешней политикой, то мы убедимся, что перед нами

не просто метание из стороны в сторону, а совершенно обдуманная,

рафинированная, хладнокровная политика, направленная к тому, чтобы

сыграть на руку мировым завоевательным идеям евреев.

Когда в начале XIX в. Германия потерпела страшнейшее поражение, то

семи лет, протекших с 1806 по 1813 г., оказалось достаточно, чтобы

Пруссия вновь стала подыматься, обнаружив громадную энергию и

решимость к борьбе. А вот теперь, после нашего поражения в мировой

войне, прошел такой же срок, и мы не только не использовали это время, но

напротив, пришли еще к гораздо большему ослаблению нашего

государства.

7 лет спустя после событий ноября 1918 г. мы подписали Локарнский

договор!

Ход вещей был именно таков, как мы это изобразили выше: подписав

однажды позорное перемирие, мы уже потом не могли найти в себе

достаточно сил и мужества противостоять все новым и новым

вымогательствам со стороны противника. Противники же были слишком

умны, чтобы потребовать от нас слишком много сразу. Они всегда

дозировали свои вымогательства так, чтобы они не казались чрезмерными,

дабы не приходилось бояться немедленного взрыва народных страстей. И

в этом отношении их мнения всегда сходились с мнениями наших

руководителей. Один диктаторский договор следовал за другим, и каждый

раз мы утешали себя тем, что так как мы приняли уже целую кучу других


грабительских договоров, то не стоит уж слишком огорчаться по поводу

отдельного вымогательства и прибегать к сопротивлению. Вот вам та

"капля яда", о которой говорит Клаузевиц: проявив первую

бесхарактерность, мы постепенно втягиваемся и унижаемся все дальше.

Перед тем как принять какое бы то ни было новое решение, мы

систематически ссылаемся на бремя, которое мы уже раньше взваливали

на свои плечи, и на том успокаиваемся. Такое наследие является

настоящей свинцовой гирей на ногах народа, благодаря которой народ

окончательно обрекается на существование рабской расы.


762


Преследование нежелательных предупреждений


Таким образом, разоружение и разоружение также изменились в Германии

Постановления о эскалации, политическая диффамация и экономическое разграбление, наконец

порождать морально тот дух, который в Dawesgutachten

удачливый и успешный в Договоре Локарно

можно видеть. Разумеется, тогда можно, начиная с более высокой

Подождите, из одного счастья в этом

Говорить о страданиях, удача, что можно было бы обмануть людей, но не смогла подкупить небо. Из-за этого

Не было никакого благословения: с тех пор страдания и беспокойство были постоянными

Станьте компаньоном наших людей, и наш единственный

верный союзник - страдание. Судьба тоже

в этом случае не стал исключением, но дал нам то, что мы заслужили. Поскольку у нас больше нет чести

по крайней мере, нас учат свободе на

Оценить хлеб. Люди теперь ищут хлеб

уже научились призывать к свободе, но они стали

Все еще молится.

Настолько горьким и очевидным является крах нашего

Люди в годы после 1918 года были так определены

В то время они преследовали самых жестоких из всех, кто находился под властью, чтобы пророчествовать, что было позже. Так жалко плохо

руководство нашего народа было так же тщеславным

она тоже была, и особенно когда дело доходило до победы над неприятными, неприятными предупредителями. потому что

вы можете испытать это (и вы все еще можете сделать это сегодня!)

что крупнейшие парламентские соломенные, настоящие

Крестный отец-шорник и производитель перчаток - не только

по профессии, которая ничего не сказала бы - вдруг

поднялся на пьедестал государственного деятеля на фон

вниз, чтобы откусить маленьких смертных. это

сделал и не сделал ничего такого, что такое

«Государственный деятель» в основном в шестой месяц своего искусства

как самый ветреный Мурксер, насмешек и насмешек над всем

остальной мир, разоблаченный, ни в белом, ни в белом

и поставил безошибочное доказательство его полной некомпетентности! Нет, это не имеет значения


762


Преследование нежелательных предупреждений


В течение ряда лет на голову Германии сыпятся все новые приказы о

разоружении, о лишении самостоятельности, о репарациях и т.п. В конце

концов в Германии родился тот дух, который в плане Дауэса видит счастье,

а в Локарнском договоре - успех. Одно только утешение можно найти в этом

несчастии: людей обмануть можно, но бога не обманешь. Благословения

божия все эти дни не получили. С тех пор как народ наш пошел по пути

самоунижения, он не выходит из нужды и забот. Единственным нашим

надежным союзником является сейчас нужда. Судьба не сделала и в

данном случае исключения: она воздала нам по заслугам. Мы не сумели

защитить свою честь, и вот судьба учит нас теперь тому, что без свободы и

самостоятельности нет куска хлеба. Люди научились у нас теперь кричать о

том, что нам нужен кусок хлеба, - придет пора и они научатся также кричать

о том, что нам нужна свобода и независимость. Неслыханно тягостно было

положение нашего народа после 1918 г. Но как ни горько было положение в

то время, "общественное мнение" преследовало самым безжалостным

образом всякого, кто осмеливался предсказывать то, что затем неизбежно

наступало. Наши руководители были столь же жалки, сколь и

самонадеянны. Их самомнение не знало пределов особенно тогда, когда

дело шло о развенчании неприятных пророков. Полюбуйтесь на этих

соломенных парламентских кукол, полюбуйтесь на этих седельщиков и

перчаточников (я говорю тут не о профессии, что в данном случае не имело

бы значения), ведь эти политические лилипуты всерьез взбираются на

пьедестал и оттуда поучают всех остальных простых смертных. Нужды нет,

что этакий "государственный деятель" уже через несколько месяцев

оскандалится настолько, что за границей над ним все смеются. Все кругом

видят, что этот "деятель" совершенно запутался и никакой дороги сам не

знает; но это не мешает ему по-прежнему оставаться на своем месте и

высоко держать голову. Чем более никудышными оказываются эти

парламентские деятели современной республики, тем бешенее преследуют

они всех, кто чего-нибудь от них еще ожидает, кто констатирует

бесплодность их "просвещенной" деятельности и в особенности тех, кто

осмеливается предсказать, что эта деятельность и в дальнейшем ни к чему

хорошему не приведет. Но когда этакий парламентский фокусник

окончательно пригвожден и когда он не может уже больше скрывать

полного фиаско своей деятельности, тогда он непременно найдет тысячу

причин, долженствующих извинить его неуспех. Одного только никогда не


признает такой "государственный деятель" - а именно того, что главной

причиной всех несчастий является прежде всего он сам.


Неизбежная военная цель Франции


763


кстати, наоборот: чем больше парламентских

Государственные деятели этой республики в реальных достижениях

сломанные, тем более яростные они преследуют тех, кто

ожидать выгоды от них, провал их

предыдущей деятельности и наслаждаться

Неспособность их будущих прогнозов. Но если вы гвоздь

Как только такой парламентский почетный человек окончательно утвердится, и государственный художник может тогда действительно

Невозможно отрицать крах всей его деятельности и ее результатов, тогда они находят тысячу и один

но тысячи причин извинения за их провал и не хотят признавать ни одного

они сами являются главной причиной всего зла.


Не позднее зимы 1922/23 года было бы необходимо понять в общих чертах, что Франция, даже после заключения мира, стремилась с железной консистенцией, что его оригинальная

но все же для достижения ожидаемой цели войны. потому что

Никто не поверит, что Франция была в самой решительной борьбе за свою историю в течение четырех с половиной лет

кровь его народа, которая сама по себе не была слишком богатой, только

чтобы впоследствии получить ущерб, ранее вызванный репарациями. Даже Эльзас-Лотарингия

одна не будет энергией французского

Объясните войну, если ее еще нет

часть действительно великой политической программы будущего французской внешней политики. это

Но целью является: Расторжение Германии в Gemengsel

малых состояний. Это то, что шовинистская Франция

воевал, но это его люди в истине, как

Ландскнехты проданы мировому еврею.

Эта французская военная цель уже прошла через войну

достичь сами по себе, если, как вы изначально тоже

Париж надеялся, что бой будет на немецкой земле. Представьте себе, что кровопролитные бои мировой войны не состоялись на Сомме, во Фландрии,

в Артуа, перед Варшавой, Ивангороде, Коуно, Риге


Неизбежная военная цель Франции


763


Зимою 1922/23 г. уж во всяком случае все должны были понять, что

Франция и после заключения мира продолжает с железной

последовательностью добиваться тех целей, которые она поставила себе с

самого начала и которых при заключении Версальского мира полностью не

добилась. Кто в самом деле поверит, что четыре с половиной года Франция

приносила тягчайшие жертвы и не жалела своей крови только для того,

чтобы после этого взыскать соответствующие репарации за причиненный

ей ущерб. Вопрос об одной Эльзас-Лотарингии не мог пробудить такой

энергии у французов. Нет, если они воевали с таким напряжением сил, то

это только потому, что проблема Эльзас-Лотарингии была для них только

частью той большой политической программы, которую пишут на своем

знамени иностранные политики Франции. В чем заключается эта большая

программа? Ясно в том, чтобы раздробить Германию на ряд маленьких

государств. Вот за что действительно боролась шовинистическая Франция -

что, однако, не мешало ей на деле превратить свой собственный народ в

ландскнехта интернационального еврейства.

Франция и действительно достигла бы этой своей цели, если бы, как на то в

Париже вначале надеялись, вся борьба разыгралась на немецкой

территории. Представим себе только на одну минуту, что кровавые

сражения мировой войны разыгрывались бы не на Сомме, не во Фландрии,

не в Артуа, не вокруг Варшавы и Нижнего Новгорода, Ковно, Риги и т.д.


764


Неизменная политическая цель Франции


и где бы все происходило повсюду, но в

Германия, на Руре и на Главном, на Эльбе

Ганновер, Лейпциг, Нюрнберг и т. Д., И вы будете в порядке

должны согласиться с тем, что возможность уничтожения Германии была бы предоставлена. Очень сомнительно, является ли нашему молодому федеральному государству четыре с половиной года

долгое время испытывал тот же стресс-тест, что и

что на протяжении столетий плотно централизовано и только после

бесспорный центр Парижа, видя Францию.

То, что эта самая могущественная раса народов находится за пределами

Границы нашей родины вышли не только

бессмертная заслуга единственной древней армии, но

также величайшая удача для будущего Германии. Это мое

рок твердый, меня иногда почти репрессивный внутренний

Убежден, что в другом случае сегодня уже давно

нет немецкого рейха, но только более «немецкие государства»,

есть. Это также единственная причина, по которой кровь

По крайней мере, не нашим павшим друзьям и братьям

полностью потекла.

Все было по-другому! Вероятно, Германия ворвалась в No-

1918 в одно мгновение. Но когда катастрофа произошла дома, армии

Feldheeres все еще глубоко во враждебных землях. Первая проблема

В то время Франция была не роспуском Германии, а скорее, как привести немецкие армии

как можно скорее из Франции и Бельгии? и

так была первой задачей для правительства Парижа

Прекращение мировой войны, разоружение немецких армий и, по возможности, принудительное возвращение их в Германию; и только вторично вы могли бы

посвященный исполнению первоначальной и фактической цели войны. Однако Франция уже была в этом

парализована. В Англии с разрушением Германии как колониальной и коммерческой власти и ее подавлением в ранг государства второго сорта

война действительно закончилась победоносно. Интерес к

полное уничтожение немецкого государства

не только нет, но и имеет все основания, один


764


Неизменная политическая цель Франции


- и тогда мы должны будем

признать, что в таком случае раздробление Германии было бы вовсе не

исключено. Большой вопрос, смогло ли бы наше молодое федеративное

государство в течение четырех с половиной лет выдерживать такое

испытание, которое оказалось по плечу Франции с ее единственным

крупным центром - Парижем и с ее многовековой централизацией. Что эта

величайшая борьба народов разыгралась вне границ нашего отечества, - в

этом бессмертная заслуга нашей старой армии и великое счастье для всего

нашего немецкого будущего. Я твердо убежден, что если бы это было не

так, то мы теперь не имели бы уже Германии, а имели бы только кучку

отдельных "немецких государств". С содроганием сердца думаю я часто,

что такая перспектива была возможна. Только когда прикинешь умом, к

чему все это могло бы привести, приходишь к выводу, что кровь наших

павших друзей и братьев пролилась все-таки не совсем напрасно.

Цель, которую преследовала Франция войной, таким образом не

осуществилась. В ноябре 1918 г. Германия, правда, потерпела

молниеносное крушение. Однако в момент, когда внутри страны у нас


разыгралась катастрофа, немецкие армии все еще стояли на территории

враждебных государств, проникнув близко к их жизненным центрам. Первой

заботой Франции в тот момент было не столько полное раздробление

Германии, сколько вопрос о том, как бы поскорее освободить территории

Франции и Бельгии от немецких армий. Первой заботой парижского

правительства по окончании войны таким образом стало разоружение

германских армий и отправление их как можно скорее в пределы Германии.

Лишь во вторую очередь французское правительство могло подумать о том,

как бы достигнуть тех целей войны, во имя которых и начата была вся

борьба. Но в этом последнем отношении Франция была до известной

степени парализована. Англия со своей точки зрения могла уже в этот

момент считать, что она своих целей войны полностью достигла, ибо она

добилась уже того, что Германия потеряла свое колониальное и торговое

могущество и стала державой лишь второго ранга. Англия отнюдь не была

заинтересована в том, чтобы совершенно уничтожить без остатка

Германию, как единое государство.


Неизменная политическая цель Франции


765


Соперники против Франции в Европе на будущее тоже

хотят. Таким образом, только в решительной мирной работе французская политика должна была продолжать то, что началась войной, и заявление Клемансо о том, что для него тоже

Мир был только продолжением войны, он стал более важным.

Постоянно, каждый раз приходилось это делать

Разрушить имперскую структуру. Навязывая всегда

новые записки о разоружении, с одной стороны, и посредством этого

с другой стороны, надеялся на экономическое вымогательство

в Париже, медленно ослабить империю.

Чем больше национальная честь умерла в Германии, тем лучше

скорее, экономическое давление и вечная потребность могли бы

вызывают политически разрушительные последствия. Такая политика политического гнета и экономического разграбления, проводимая в течение десяти и двадцати лет, должна

постепенно разрушают даже самый лучший государственный орган и

может растворяться. Но это французский

Наконец, цель войны.

Это нужно было сделать задолго до зимы 1922/23

признанный намерением Франции. Но это осталось

осталось только две возможности: можно надеяться

ни затормозить французскую волю от упорства немецкого национального органа, или, наконец, сделать то, что не может потерпеть неудачу, а именно

в любом особенно вопиющем случае, налог

Обернуть Рейхсфиффа и барана против

Повернуть врага. Это означало, однако, что

Борьба за жизнь и смерть, а перспектива к жизни была только

если это удалось, Франция до сих пор

изолировать, что этот второй бой больше не является борьбой

Германия против мира должна была быть, но защита Германии от Франции постоянно нарушала мир и представляла мир.

Я подчеркиваю это и твердо убежден, что это

второй случай должен прийти и прийти так или иначе

есть. Я никогда не верю, что намерения Франции могут измениться с нами, потому что они лгут


в самом глубоком смысле только в смысле самосохранения

Французская нация


Неизменная политическая цель Франции


765


Напротив, Англия не могла не желать,

чтобы в лице Германии на континенте все же остался достаточно сильный

соперник Франции. Вот почему французскому правительству пришлось с

помощью решительной политики в мирный период добиваться тех же

целей, которые ставила война. Вот почему заявление Клемансо, что для

него мир означает только продолжение войны, не было пустым словом.


Французы решили, что им остается только один путь: систематически и

неуклонно они будут потрясать наше государство всякий раз, как к этому

представится возможность. Постоянными требованиями все более

окончательного разоружения Германии, с одной стороны, и грабительскими

экономическими требованиями, с другой, французы систематически

подкапываются под наше государственное единство. Чувство национальной

чести в Германии постепенно отмирает и на этом фоне экономический гнет

и вечная нужда могут повести к особенно опасным политическим

последствиям. Если бы такой политический гнет и экономический грабеж

продолжались 10-20 лет, то это должно было бы неизбежно погубить даже

самый сильный государственный организм. И вот на этих путях цель,

которую преследовала Франция войной, была бы тогда осуществлена.

Зимою 1922/23 гг. эти подлинные намерения Франции были уже до конца

обнажены. Германии оставались только две возможности: либо наш

государственный организм окажется настолько стойким, что зубы

французов должны будут притупиться, либо мы решимся на активное

сопротивление, воспользуемся для этого особенно убедительным поводом,

перевооружим наш государственный корабль (что раньше или позже все

равно неизбежно) и ударим против врага. Этот последний исход,

разумеется, означал бы борьбу не на жизнь, а на смерть. Сохранить себе

жизнь мы могли бы лишь в том случае, если бы нам удалось

предварительно настолько изолировать Францию, что эта вторая война


являлась бы уже не войной Германии против всего остального мира, а

защитой Германии против Франции, ставшей угрозой для всего мира.

Так стоит вопрос. И я твердо убежден, что раньше или позже наступит

именно этот второй случай. Никогда я не поверю, чтобы намерения

Франции по отношению к нам могли измениться. Не поверю потому, что

намерения эти в последнем счете вполне соответствуют интересам

самосохранения французской нации.


766


Финальная конфронтация с Францией


в самом глубоком смысле только в смысле самосохранения

Французская нация. Если бы я сам был француженцем и был бы

Таким образом, я люблю величие Франции так же, как Германия для меня священно, поэтому я не мог и не хотел делать иначе

действовать, как в конце концов, клементо. что не

только в его населении, но особенно в его расовой

лучшие элементы, медленно умирающие

В конечном итоге его значение в мире сохраняется только в результате разрушения Германии. Французский

Политика может сделать тысячу обходов, где-то в конце

всегда является этой целью как выполнение последних пожеланий и

самое глубокое желание присутствовать. Но это неверно

полагать, что чисто pas s i v r, только желая быть самодостаточным, будет не менее мощным,

но сопротивляться в долгосрочной перспективе

мог. S o l n g e d e w e g e c o n f l i c t i n s w o rk s

Германии и Франции только в

Форма защиты Германии от

Французская атака проводится,

он никогда не будет решен, хорошо

но Германия становится веком

один век после первого и второго. Следуйте походам

Граница германского языка с двенадцатого века началась сегодня, и вы вряд ли будете больше на

Успех отношения и развития строят нас

уже нанесли большой урон.

Только когда полностью понимается в Германии

становится, так что одна воля к жизни немецкой нации

больше не отставали в пассивной защите, а в конечном итоге активно взаимодействовали с

Франция собирается вместе и превращает ее в окончательную битву принятия решений с самыми великими конечными целями немцев: только тогда можно будет сделать вечное и

довести до конца так бесплодные кольца между нами и Францией; но при условии, что Германия в уничтожении Франции

действительно видит только средства, а затем нашим людям

наконец, дать возможное расширение в другом месте

мочь.


766


Финальная конфронтация с Францией


Если бы я сам был французом и

величие Франции было бы мне, стало быть, столь же дорогим, сколь

святым является для меня сейчас величие Германии, я в конце концов

поступал бы так же, как поступает Клемансо. Франция постепенно теряет

свое народонаселение; Франция теряет свои лучшие в расовом отношении

элементы. При таких обстоятельствах вымирающая французская нация

может сохранить свое значение на земле лишь в том случае, если Франции

удастся раздробить Германию. Французская иностранная политика может

тысячу раз меняться, но в конце концов самыми кружными путями она

неизбежно придет все к тому же: план раздробления Германии не может не

оставаться предметом ее самых страстных и заветных стремлений. И вот

при таких обстоятельствах, по нашему мнению, совершенно неправильно

думать, будто чисто пассивная тактика, направленная только на то, чтобы

самим как-нибудь продержаться, при каких бы то ни было обстоятельствах

может надолго оказаться целесообразной, раз Франция активно и

неуклонно продолжает проводить свою линию. До тех пор пока вечный

конфликт между Германией и Францией будет разрешаться нами только в

форме обороны, он никогда на деле разрешен не будет. Результат может

получиться только один: с каждым столетием Германия будет терять одну

за другой все новые и новые позиции. Присмотритесь к тем изменениям,

какие претерпели наши языковые границы с XII века, и вы убедитесь, как

трудно рассчитывать на успех такой установки, которая стоила нам уже

таких громадных потерь.

Нужно, чтобы Германия полностью и до конца поняла, что ее жизненная

воля не должна ограничиваться только пассивной обороной.

Нужно понять, что мы должны наконец собрать все свои силы для активной

борьбы с Францией, для последнего решительного боя. Нужно, чтобы мы,

немцы, точно и ясно сформулировали те великие конечные цели, которые

мы будем преследовать в этом бою. Только тогда сможем мы

действительно довести дело до конца и прекратить вечную бесплодную

борьбу между нами и Францией, стоившую нам столь многих жертв. Все

это, разумеется, при том предположении, что в уничтожении Франции

Германия увидит только средство, которое затем должно открыть нашему

народу возможность завоевать себе новые территории в другом месте.

Ныне мы имеем только 80 миллионов немцев во всей Европе! Нашу

иностранную политику можно будет назвать правильной лишь в том случае,

если в течение нескольких десятков лет на нашем континенте будет жить


уже не менее 250 миллионов немцев и при том жить не в тесноте, как

фабричные кули, работающие на другие государства, а как крестьяне и

рабочие, взаимно дополняющие друг друга в творческом труде.

В декабре 1922 г. взаимоотношения между Германией и Францией снова

обострились в угрожающей степени. Франция решила прибегнуть к новым

чудовищным вымогательствам, и для этого ей понадобилось в виде залога

захватить еще ряд других наших территорий. Раньше чем произвести

очередной экономический грабеж Франции нужно было оказать на нас

новое политическое давление. Чтобы легче покорить "непокорный"

немецкий народ под новое ярмо, французы сочли необходимым захватить

один из наиболее важных наших нервных узлов. Захват Рурского бассейна

имел задачей не только окончательно сломить Германии хребет в

моральном отношении, но и создать для нас такие хозяйственные

затруднения, которые побудили бы нас взять на себя любые, хотя бы

самые тяжелые обязательства. Согнуть или сломить Германию - такую

задачу ставила себе Франция. И что же? Германия сначала согнулась,

чтобы со временем окончательно сломиться!


Занятие Рурской области


767


наконец, дать возможное расширение в другом месте

мочь. Сегодня мы подсчитали восемьдесят миллионов немцев в

Европа! Только тогда эта внешняя политика будет правильной

быть признанным, когда, едва ли сто лет, двести пятьдесят миллионов немцев на этом континенте

жить, а не сжиматься как заводская

кулис другого мира, но: как крестьяне и рабочие, жизнь друг друга через свою работу

предоставить.

В декабре 1922 года ситуация между Германией и Францией, похоже, снова резко угрожала. У Франции был новый огромный шантаж им

Глаз и необходимые обещания. Экономическому грабежу должно предшествовать политическое давление и

только сильное схватывание в нашем нервном центре

На протяжении всей немецкой жизни французов, казалось, было достаточно, чтобы сделать наших «непослушных» людей более серьезными

Уметь взять ярмо. С помощью e x t e s

Во Франции это не только надеялись на

Моральная основа Германии, наконец, прорваться, но и экономически в затруднительном положении

в котором мы каждый, даже самое тяжелое обязательство

волей-неволей придется взять на себя.

Он изгибался и ломался. И Германия повернулась

прямо в начале, позже в полном объеме

Перерыв до конца.

С занятием Рурской области судьба

снова предложил немецкому народу руку подняться снова. Для того, что сначала казалось серьезным несчастьем, при ближайшем рассмотрении, заключил бесконечно многообещающую возможность полностью прекратить немецкие страдания.

Внешняя политика, руарская оккупация Франция

Впервые Англия была действительно отчуждена изнутри, а именно

не только круги британской дипломатии,

Французский союз сам по себе только с трезвым глазом

холодный компьютер закрыт, просмотрен и поддерживается

но и самые широкие круги английского народа.


Занятие Рурской области


767


Ныне мы имеем только 80 миллионов немцев во всей Европе! Нашу

иностранную политику можно будет назвать правильной лишь в том случае,

если в течение нескольких десятков лет на нашем континенте будет жить


уже не менее 250 миллионов немцев и при том жить не в тесноте, как

фабричные кули, работающие на другие государства, а как крестьяне и

рабочие, взаимно дополняющие друг друга в творческом труде.

В декабре 1922 г. взаимоотношения между Германией и Францией снова

обострились в угрожающей степени. Франция решила прибегнуть к новым

чудовищным вымогательствам, и для этого ей понадобилось в виде залога

захватить еще ряд других наших территорий. Раньше чем произвести

очередной экономический грабеж Франции нужно было оказать на нас

новое политическое давление. Чтобы легче покорить "непокорный"

немецкий народ под новое ярмо, французы сочли необходимым захватить

один из наиболее важных наших нервных узлов. Захват Рурского бассейна

имел задачей не только окончательно сломить Германии хребет в

моральном отношении, но и создать для нас такие хозяйственные

затруднения, которые побудили бы нас взять на себя любые, хотя бы

самые тяжелые обязательства. Согнуть или сломить Германию - такую

задачу ставила себе Франция. И что же? Германия сначала согнулась,

чтобы со временем окончательно сломиться!

В момент занятия французами Рурского бассейна судьба в сущности опять

протянула немецкому народу свою руку, открыв нам известные

возможности к возрождению. На первый взгляд занятие Рурского бассейна

было для нас громадным несчастьем; но при ближайшем рассмотрении

оказалось, что это событие, в сущности говоря, таило в себе

многообещающую возможность - раз навсегда положить конец всем

страданиям немецкого народа.

Занятие Францией Рурского бассейна впервые действительно привело к

внутреннему отчуждению между Англией и Францией. Это событие вызвало

недовольство не только в кругах британской дипломатии, которая и вообще

всегда относилась к союзу с Францией с холодным расчетом, но и в

широчайших кругах английского народа.


Занятие Рурской области


Особенно английская экономика чувствовала себя с плохо замаскированным дискомфортом, это дальнейшее невероятное укрепление

континентальной французской властью. Потому что не только это

С чисто военно-политической точки зрения Франция теперь заняла позицию в Европе, так же, как Германия ранее

не владел им, он также получил экономически

Документы, которые почти экономически сочетали его политическую конкурентоспособность с монопольным положением.

крупные железные рудники и угольные месторождения в Европе

объединенных в руки нации, которая имеет свои жизненные интересы, во многом в ущерб Германии, до сих пор

как определено как активист,

и их военная надежность в большой

Привело войну миру в новую память. С

Занятие Рурских угольных месторождений Францией стало

Англия все свои успехи в войне снова с

Ручная рана, и победитель больше не был

добросовестной и активной британской дипломатии, но маршал

Фоха и его Франции, представленной им.

В Италии тоже настроение против Франции,

которая с конца войны не совсем была розовой,

теперь в формальную ненависть. Это был великий исторический момент, когда союзники прошлых лет

Могли быть врагами завтрашнего дня. Если только он отличается

и союзники не внезапно враждались между собой, как во Второй балканской войне, тогда

Это было связано только с тем, что Германия

не было Энвер-паши, но Рейхс

Канцлер Куно.

Не только внешняя политика, но и внутренняя политика была для Германии гибелью французов

величайшей будущей возможности. Значительная часть

нашего народа, благодаря постоянному влиянию его

Фол-пресса, Франция по-прежнему считалась борцом за прогресс и щедрость, внезапно излечилась от этого заблуждения. Как и в 1914 году

Мечты о международной солидарности людей

испугали наших немецких рабочих, и они внезапно вернулись в мир вечной борьбы, поскольку

Повсюду один питается другим и смерть другого

Слабее означает жизнь наиболее приспособленных, так что

весной 1923 года


Занятие Рурской области


Хозяйственные круги Англии были

особенно недовольны этим происшествием и почти не скрывали того, что

они чрезвычайно встревожены новым, совершенно невероятным усилением

французских позиций на континенте. Ведь Франция получала благодаря

занятию Рурского бассейна такую военную позицию в Европе, которой не

имела раньше и сама Германия. Но мало того, Франция получала еще

благодаря этому такие могущественные экономические позиции, которые

почти обеспечивали ей положение монополиста. Франция получала теперь

в свои руки самые крупные угольные шахты и железные рудники во всей

Европе. Это придавало Франции громадное могущество, ибо все знали, что

Франция в отличие от Германии всегда привыкла вести очень активную

иностранную политику. А что касается военных доблестей французов, то в

ходе мировой войны Франция опять напомнила всему миру, что сражаться

она умеет. После того как Франция заняла угольные бассейны Рура, Англия

неизбежно должна была почувствовать, что все успехи, достигнутые ею в

ходе мировой войны, начинают улетучиваться, как дым. Победителем в

действительности оказывался маршал Фош, а вовсе не британская

дипломатия со всем ее трудолюбием и энергией.

В Италии тоже переменилось против Франции настроение, которое со

времени окончания войны и без того было не очень розовым. Теперь

неприязнь уступила место настоящей ненависти. Приближался тот великий

исторический момент, когда вчерашние союзники могли назавтра

превратиться в настоящих врагов. К сожалению у нас не повторилось то,

что мы видели на Балканах, когда союзники во второй балканской войне

внезапно оказались по разные стороны баррикады. Если у нас дело

обернулось не так, то это потому, что у Германии не оказалось своего

Энвера-паши, но зато оказался рейхсканцлер Куно.

Захват французами Рура открывал нам благоприятные перспективы не

только в области внешней, но также и в области внутренней политики.

Значительная часть нашего народа, которая до сих пор под влиянием

лживой прессы верила в то, будто Франция все еще является поборницей

прогресса и свободы, теперь освободилась от этого обмана. Весною 1923 г.

повторилось нечто похожее на июльские дни 1914 года.


Что должно было быть сделано после оккупации Рура?


769


Лич вернулся в мир вечной борьбы, так как сам

Повсюду один питается другим и смерть другого

Слабее означает жизнь наиболее приспособленных, так что

весной 1923 года.

Когда француз осуществил свои угрозы и, наконец, на низком немецком угле

осторожный и осторожный, начал расстраиваться, как и для

Германия проделала большой, решающий судьбоносный час. Если в этот момент наши люди

Изменение сознания, связанное с изменением

предыдущее отношение, то область немецкого Рур может

для Франции стать наполеоновской Москвой. Было

да, только одним из следующих способов: E n t w e d e r m a n

это было также приятно и

ничего, или вы создали немецкий народ,

с учетом области светящихся

пищу и тлеющие печи, в то же время

яростная воля, этот вечный позор

закончить и скорее ужас

Чтобы взять момент, чем

терпеть бесконечные ужасы.

Чтобы обнаружить третий путь, была «бессмертная заслуга» тогдашнего канцлера Куно и

восхищаться и участвовать в нем, «более славным» в нашем буржуазно-партийном мире.

Мне нужен второй путь здесь, как можно короче

можно рассмотреть:

С оккупацией Рурской области Франция

сделал вопиющее нарушение Версальского договора.

Это также контрастировало с серией

полномочий гаранта, но особенно Англии и

Италия. Любая поддержка этих государств для

его эгоистический собственный рейд Франция не могла

надеяться на большее. Приключение, и это было сначала, должно было быть счастливым окончанием в себе

принести. Для национального правительства Германии это могло бы

дать только один путь, а именно тот, который чтит

предписаны. Это было точно, что вы не начали с активной


Что должно было быть сделано после оккупации Рура?


769


Все мы хорошо

помним, как к моменту начала войны мечта об интернациональной

солидарности народов внезапно улетучилась из голов немецких рабочих.

Все мы помним, что немецкие рабочие стали тогда в общие ряды, чувствуя,

что только при сплочении наших сил мы не падем жертвою более сильного

врага. Нечто подобное могло повториться и в момент занятия Рурского

бассейна французами.

Когда французы начали осуществлять свою угрозу и сначала робко и

осторожно стали продвигать свои полки на наши территории, для Германии

пробил великий решающий час. Настроение в Германии менялось с минуты

на минуту. И если бы в этот момент наш народ сумел претворить эти

настроения в серьезные действия, то Рурский бассейн смог бы стать для

Франции тем, чем в свое время стала Москва для Наполеона. Для

Германии создались только две возможности: либо покориться судьбе и

подчинится всем требованиям, либо приковать взгляд всей Германии к

горящим горнам и дымящим печам Рура и вызвать во всем нашем народе

пламенную волю раз навсегда покончить с этим позором и лучше взять на

себя все ужасы временной борьбы, чем бесконечно сносить ожидающие

нас ужасы, покорно подставляя спину.

Тогдашнему рейхсканцлеру Куно принадлежит сомнительная честь

открытия третьего пути, а буржуазным партиям Германии принадлежит еще

более сомнительная честь - что они устремились по этому третьему пути и

объявили его чуть ли не гениальным. Но давайте сначала остановимся еще

вкратце на втором пути. Заняв Рурский бассейн, Франция самым

очевидным образом нарушила Версальский договор. Франция тем самым

поставила себя во враждебные отношения к целому ряду держав, в свое

время гарантировавших Версальский договор, и в особенности к Англии и

Италии. Франция не могла теперь рассчитывать больше на какую бы то ни

было поддержку со стороны этих государств целям ее эгоистического

грабительского похода. Франции оставалось только на свой собственный

страх и риск довести до счастливого исхода предпринятую ею авантюру -

ибо вначале занятие Рура было только авантюрой.

Если бы у нас в Германии к тому времени существовало действительно

национальное правительство, у него оставалась бы только одна дорога -

дорога чести.

Разумеется, мы не могли тогда с самого начала оказать

вооруженное сопротивление Франции.


770


Что должно было быть сделано после оккупации Рура?


Сила оружия Франция могла бы противостоять; только это

Необходимо было понять, что все ведет переговоры

без силы за ней быть смешным и бесплодным

будет. Это было бессмысленно, без возможности активного

Устойчивость к позиции: «Мы идем

без суда », но все равно было много бессмысленно

затем, наконец, пойти в суд, без вас

между тем, чтобы создать власть.

Не так, как если бы можно было предотвратить занятие Руром средствами массовой информации. только

сумасшедший мог принять такое решение

думаю. Один под впечатлением от этого действия Франции и в период его исполнения мог и

нужно быть осторожным, независимо от

Потертый Францией договор Версаля, сам

для обеспечения тех военных устройств, которыми управляют

может позже дать переговорщикам на их пути.

Потому что с самого начала было ясно, что на один день

эта область, занятая Францией на любом

Будет решено провести конференционный стол. Но также

должно быть ясно, что даже самые лучшие

Переговоры могут добиться небольшого успеха, пока земля, на которой они стоят, и стул на

они сидят, а не щит своего народа.

Слабый портной не может спорить со спортсменами, а беззащитный переговорщик все же должен был

меч Бреннуса на вражеской шкале

если бы у него не было собственного баланса. Или не жаль

смотреть на комедии с

1918 всегда предшествовал соответствующим диктатам.

исчезли? Это унизительное зрелище, которое

предлагаемый всему миру, как будто насмехаясь над нами, в первую очередь пригласил нас на стол для конференций, а потом мы уже давно подготовились

Решения и программы, о которых можно было бы поговорить, но которые с самого начала

необходимо было рассмотреть. Конечно, наши переговорщики были едва выше в одном случае


770


Что должно было быть сделано после оккупации Рура?


Но надо было прежде всего понять,

что вступать в переговоры, не имея за собою никакой реальной силы, было

и смешно и бесплодно. Не имея возможности оказать активное

сопротивление, было нелепо становиться на ту точку зрения, что "мы-де ни

в какие переговоры не вступаем". Но еще куда более бессмысленно было

начинать переговоры, не создав себе предварительно никакой реальной

силы.

Мы отнюдь не говорим, что в тогдашней обстановке мы могли помешать

занятию Рурского бассейна при помощи военных мероприятий. Только

безумец мог бы посоветовать такие шаги. Однако одно мы могли сделать:

мы должны были воспользоваться тем впечатлением, какое произвел факт

захвата Рурского бассейна, и пока Франция осуществляла свой план, мы

могли и должны были, не считаясь с версальскими запретами (поскольку

Франция сама разорвала Версальский договор), создать себе ту военную

силу, которая составила бы позднее реальный аргумент наших

представителей на будущей конференции. Ведь с самого начала было

ясно, что раньше или позже судьбы захваченного Францией бассейна будут

решаться на той или другой конференции. Неужели трудно было

догадаться, что если мы пошлем на такую конференцию даже самых

гениальных представителей, они все равно ничего не сумеют достичь, если

за ними не будет реальной силы?

Слабенький портняжка не может успешно состязаться с атлетом. Раз наши

уполномоченные являются на конференцию совершенно безоружными,

ясно, что они не выйдут из состязания с какими бы то ни было

достижениями. Разве не позором являлись все те комедии, которые

разыгрывались на пресловутых конференциях, начиная с 1918 г.? Нас

приглашали на ту или другую конференцию и издевательски предъявляли

нам уже заранее приготовленные решения. Нам предоставлялось

поговорить об этих решениях, но все знали, что разговоры напрасны и что

мы должны будем в конце концов подчиниться продиктованной воле. Разве

эти позорные комедии, разыгравшиеся перед лицом всего мира, не были

недостойны? Представителями на эти конференции мы всегда посылали

людей средних и заурядных.


Что должно было быть сделано после оккупации Рура?


771


самый скромный средний и в основном оправданный

слишком много наглого заявления Ллойд-Джорджа, перед лицом этого

бывший министр Рейха Саймон ухмыльнулся,

«Что немцы не понимали друг друга, люди духа

выбирать в качестве лидера и представителя ». Один, даже гении

учитывая определенную волю к власти

враждебные и жалкие беззащитность своих людей во всех отношениях могут добиться мало.

Но весной 1923 года оккупация Франции Руром стала поводом для восстановления военных

Он должен был дать нации духовное оружие, укрепить силу воли

и разлагающие эту самую ценную национальную силу

уничтожить.

Так же, как он отомстил за себя в 1918 году, что один

1914 и 1915 годы не перешли к марксизму

Давайте сокрушаем вашу голову навсегда, вот так

Он должен был отомстить даже самым неудачным, если один

весной 1923 года не воспользовались случаем, марксистские предатели и убийцы людей, наконец,

Проложить корабль.

Каждая мысль о реальном сопротивлении

Франция была чистой глупостью, если бы не объявляла войну силам, которые боролись с властью пять лет назад

Немецкое сопротивление на полях сражений изнутри

сломался. Только умы среднего класса могли

чтобы достичь невероятного мнения о том, что теперь марксизм стал другим, и что

создатели канонских лидеров 1918 года, которые

когда два миллиона мертвых были холодно растоптаны до смерти

Поднимитесь на различные правительственные кресла

теперь в 1923 году внезапно национальный

Совесть отдавать дань. Невероятная и действительно бессмысленная мысль, надежда, что

Предатели прошлых лет внезапно стали борцами за одного

Немецкая свобода стала бы! Они так не думали

это! S o w e i n e H y e n e v o m A a s e s t e, s o

маленький марксист из измены.

самый скромный средний и в основном оправданный

слишком много наглого заявления Ллойд-Джорджа, перед лицом этого

бывший министр Рейха Саймон ухмыльнулся,

«Что немцы не понимали друг друга, люди духа

выбирать в качестве лидера и представителя ». Один, даже гении

учитывая определенную волю к власти

враждебные и жалкие беззащитность своих людей во всех отношениях могут добиться мало.

Но весной 1923 года оккупация Франции Руром стала поводом для восстановления военных

Он должен был дать нации духовное оружие, укрепить силу воли

и разлагающие эту самую ценную национальную силу

уничтожить.

Так же, как он отомстил за себя в 1918 году, что один

1914 и 1915 годы не перешли к марксизму

Давайте сокрушаем вашу голову навсегда, вот так

Он должен был отомстить даже самым неудачным, если один

весной 1923 года не воспользовались случаем, марксистские предатели и убийцы людей, наконец,

Проложить корабль.

Каждая мысль о реальном сопротивлении

Франция была чистой глупостью, если бы не объявляла войну силам, которые боролись с властью пять лет назад

Немецкое сопротивление на полях сражений изнутри

сломался. Только умы среднего класса могли

чтобы достичь невероятного мнения о том, что теперь марксизм стал другим, и что

создатели канонских лидеров 1918 года, которые

когда два миллиона мертвых были холодно растоптаны до смерти

Поднимитесь на различные правительственные кресла

теперь в 1923 году внезапно национальный

Совесть отдавать дань. Невероятная и действительно бессмысленная мысль, надежда, что

Предатели прошлых лет внезапно стали борцами за одного

Немецкая свобода стала бы! Они так не думали

это! S o w e i n e H y e n e v o m A a s e s t e, s o

маленький марксист из измены.


Что должно было быть сделано после оккупации Рура?


771


самый скромный средний и в основном оправданный

слишком много наглого заявления Ллойд-Джорджа, перед лицом этого

бывший министр Рейха Саймон ухмыльнулся,

«Что немцы не понимали друг друга, люди духа

выбирать в качестве лидера и представителя ». Один, даже гении

учитывая определенную волю к власти

враждебные и жалкие беззащитность своих людей во всех отношениях могут добиться мало.

Но весной 1923 года оккупация Франции Руром стала поводом для восстановления военных

Он должен был дать нации духовное оружие, укрепить силу воли

и разлагающие эту самую ценную национальную силу

уничтожить.

Так же, как он отомстил за себя в 1918 году, что один

1914 и 1915 годы не перешли к марксизму

Давайте сокрушаем вашу голову навсегда, вот так

Он должен был отомстить даже самым неудачным, если один

весной 1923 года не воспользовались случаем, марксистские предатели и убийцы людей, наконец,

Проложить корабль.

Каждая мысль о реальном сопротивлении

Франция была чистой глупостью, если бы не объявляла войну силам, которые боролись с властью пять лет назад

Немецкое сопротивление на полях сражений изнутри

сломался. Только умы среднего класса могли

чтобы достичь невероятного мнения о том, что теперь марксизм стал другим, и что

создатели канонских лидеров 1918 года, которые

когда два миллиона мертвых были холодно растоптаны до смерти

Поднимитесь на различные правительственные кресла

теперь в 1923 году внезапно национальный

Совесть отдавать дань. Невероятная и действительно бессмысленная мысль, надежда, что

Предатели прошлых лет внезапно стали борцами за одного

Немецкая свобода стала бы! Они так не думали

это! S o w e i n e H y e n e v o m A a s e s t e, s o

маленький марксист из измены.


Что должно было быть сделано после оккупации Рура?


771


Ллойд-Джордж не был неправ, когда он

однажды грубо издевательски заметил, что "немцы не умеют выбрать себе

даже умных вождей и представителей" (слова эти были сказаны по адресу

нашего тогдашнего рейхсканцлера Симона). Однако мы должны заметить,

что если бы мы даже посылали на эти конференции настоящих гениев, то

при нашей безоружности и при той стальной воле, которую обнаруживали

враги, мы все равно ничего не могли бы достигнуть.

Но если бы весною 1923 г. Германия захотела воспользоваться занятием

Рурского бассейна, как поводом для воссоздания своей военной силы, она

прежде всего должна была бы дать нашей нации духовное оружие в руки;

она должна была бы прежде всего укрепить волю немецкого народа и

уничтожить тех, кто систематически разлагает нашу национальную силу.


Всякая мысль о действительном сопротивлении Франции была бы

чистейшей бессмыслицей, если тут же не объявить непримиримую борьбу

против тех, кто 5 лет тому назад нанес нашей армии удар с тыла и помешал

ей победоносно закончить борьбу на фронтах. Только буржуазные дурачки

могли додуматься до той невероятной идеи, будто марксизм теперь стал

чем-то другим и будто в тех канальях, которые в 1918 г. совершенно

хладнокровно растоптали ногами два миллиона трупов, теперь в 1923 г.,

после того как они забрались на правительственные кресла, внезапно

проснулась национальная совесть и т.п. Но наша буржуазия, как это ни

невероятно, носилась именно с этой бессмысленной идеей. По ее расчетам

прежние изменники теперь внезапно должны были превратиться в бойцов

за немецкую свободу!


На деле господа марксисты об этом конечно и не помышляли.


772


Неудачное урегулирование с марксизмом


Один остается с самым тупым возражением,

что так много рабочих однажды и для Германии

кровоточили. Немецкие рабочие, да, но потом

они больше не были международными марксистами. было

в 1914 году немецкий рабочий класс

Отношение после исчезновения марксистов, это было бы

война закончилась через три недели. Германия

рухнул бы перед первой ногой солдата

только через границу. Нет, это было время

Германский народ все еще сражался, доказал, что марксист

Безумие еще не съедает себя до последней глубины

был в состоянии. Однако в той же степени, в

войны немецкий рабочий и немецкий солдат

вернулся в руки марксистских лидеров,

как он был потерян для отечества. было

один в начале войны и один раз во время войны

Двенадцать или пятнадцать тысяч этих ивритовых портиков были спрятаны под ядовитым газом, как сотни тысяч наших лучших немецких рабочих из всех слоев общества

и занятия должны были выдержать на местах, это было бы

Миллионы жертв фронта не пропали даром. в

Напротив: двенадцать тысяч мошенников в нужное время

спас бы, пожалуй, миллион достойных, ценных для будущей жизни немцев. Но это также принадлежало буржуазному «государственному правлению», без

моргнув глазом, доставляя миллионы на поле битвы до кровавого конца, но десять или двенадцать тысяч предателей, ползунков, ростовщиков и мошенников

считаться драгоценным национальным святилищем и, следовательно,

открыто заявить о своей неприкосновенности. Вы знаете

да, не то, что больше в этом буржуазном мире,

Похотливость, слабость и трусость

и потерянным духом. Это действительно одна из

Судьба, чтобы потопить определенный класс, который, к сожалению, только

весь народ с ним в бездну разрывается.

Но это была та же ситуация, что и в 1918 году

в 1923 году. Независимо от того, какое сопротивление

было решено, что первым условием всегда было

Выведение марксистского яда из нашего национального органа


772


Неудачное урегулирование с марксизмом


Как гиена

добровольно не расстанется с падалью, так марксист не перестанет

предавать родину. Обыкновенно в таких случаях приводят то возражение,

что ведь многие немецкие рабочие в свое время охотно отдали свою жизнь

за дело Германии. Глупейшее возражение! Немецкие рабочие - конечно! Но

не интернациональные марксисты! Если бы немецкие рабочие в 1914 г. по

своим убеждениям оказались марксистами, то мы проиграли бы войну уже

спустя три недели. Германия потерпела бы тогда крушение еще раньше,

чем первый наш солдат перешел бы чужую границу. Нет, тот факт, что

немецкий народ в 1914 г. оказался еще способным к борьбе,

свидетельствовал только о том, что язва марксизма не успела еще

проникнуть слишком глубоко. Но именно в той мере, в какой в дальнейшие

месяцы и годы немецкий рабочий и немецкий солдат опять начали

возвращать свои симпатии марксистским вождям, дело Германии

становилось все хуже.

Если бы в начале войны мы решились задушить ядовитыми газами 12-15

тысяч этих еврейских вожаков, губящих наш народ, как гибли впоследствии

от ядовитых газов сотни тысяч лучших наших немецких рабочих различных

профессий на фронтах, - тогда миллионные жертвы, принесенные нами на

полях войны, не оказались бы напрасными. Напротив, если бы мы вовремя

устранили бы каких-нибудь 12 тысяч мошенников, то этим мы быть может

спасли целый миллион честных немцев, жизнь которых в будущем

принесла бы ценнейшие плоды нашей родине. Однако наша буржуазная

"государственная мудрость" и тут показала себя в обычном свете.

Буржуазные государственные деятели хладнокровно, не моргнув глазом,

отправляли на поля смерти миллионы и миллионы немцев, но покончить с

10-12 тысячами изменников, спекулянтов, ростовщиков и обманщиков - на

это их не хватило. Жизнь этих негодяев в их глазах являлась национальной

святыней, во всяком случае чем-то неприкосновенным. Поистине не

знаешь, чему больше удивляться в этом буржуазном мире, - тупости,

слабости и трусости или насквозь прогнившим "убеждениям". Класс этот

действительно обречен судьбою на гибель; жаль только, что класс этот

тянет за собою в пропасть целый народ.


В 1923 г. мы стояли перед повторением той же ситуации, что и в 1918 г. К

какой бы форме сопротивления Германия ни решилась прибегнуть, все

равно первой предпосылкой успеха являлось - уничтожить марксистский яд

в нашем народном организме.


Неудачное урегулирование с марксизмом


+773


Выведение марксистского яда из нашего национального органа. И это было, на мой взгляд, в то время

очень первая задача подлинно национального правительства,

Искать и находить полномочия, которые были определены

провозгласить войну за уничтожение марксизма и

затем дать этим силам свободу; это была ее

Обязанность не поклоняться бессмыслице «мира и порядка» в тот момент, когда внешним врагом является тот, кому он является единственным, кто

Отечество нанесло самый разрушительный удар и скрылось в предательстве на каждом углу улицы. Нет, один

действительно национальному правительству в то время пришлось испортить

и хотят беспокойства, если только под их смятением

наконец, принципиальное урегулирование с марксистами

Смертельные враги нашего народа стали возможными и имели место.

Если вы опустите это, тогда каждая мысль об этом была

Сопротивление, любого рода, чистое безумие.

Такой рассказ о реальных, всемирно-исторических

Однако размер не происходит по схеме любого тайного совета или старой, иссохшей министерской души, но согласно вечным законам жизни

этой земли, которые борются за эту жизнь и сражаются

остаются. Нужно было понять, что из

самые кровопролитные гражданские войны часто являются сплошными, здоровыми

Народные тела возникли, а из искусственно поддерживаемых состояний мира не раз гнилость к небу

до бака. Судьбы людей не используются с ледяными перчатками. Так что в 1923 году был самый жестокий

Захватите ручки, чтобы достать сумматоры

съели наш национальный орган. Преуспеть в этом, тогда только

подготовка смысла активного сопротивления.

В то время я часто и часто говорил хрипло

и я попробовал, по крайней мере, так называемые национальные

Уточняйте круги, что сейчас поставлено на карту,

и что с теми же ошибками, что и в 1914 году, и

следующие годы, неизбежно и конец

придет, как в 1918 году. Я неоднократно просил ее дать судьбе свободу и

возможность спора с

Давать марксизм;


Неудачное урегулирование с марксизмом


773


С моей точки зрения первейшей задачей

всякого действительно национального правительства Германии в тот

момент являлось - прежде всего найти те силы, которые решились бы

объявить истребительную войну марксизму. Этой силе надо было прежде

всего очистить дорогу. Подлинно национальное правительство не могло

видеть свою задачу в том, чтобы по-прежнему повторять глупую фразу о

"тишине и спокойствии" в момент, когда внешний враг наносил отечеству

уничтожающий удар, а внутренний враг продолжал свою подрывную работу

внутри страны на каждом шагу. Нет, подлинно национальное правительство

в такой обстановке искало бы беспорядка и беспокойства, лишь бы только в

этой беспокойной обстановке народу действительно удалось окончательно

посчитаться со своими смертельными марксистскими врагами. Раз

правительство не сделало этого, то всякая мысль о каком бы то ни было

сопротивлении являлась чистейшим безумием.


Покончить такие счеты, имеющие действительно всемирно-историческое

значение, никогда конечно нельзя по схеме наших тайных советников или

наших старых министров с искушенными душами. Такие вещи делаются в

борьбе и только в борьбе, ибо борьба есть вечный закон нашей жизни на

земле. Германия должна была отдать себе отчет в том, что из самых

кровавых гражданских войн зачастую рождается здоровый стальной

народный организм, между тем как искусственно взлелеянный мир очень

часто приводит к гниению и злокачественному разложению. Судьбы народа

нельзя разрешать в лайковых перчатках. Главная задача в 1923 г.

заключалась в том, чтобы самым жестоким образом задушить марксистскую

ехидну, систематически разъедающую силы нашего народа. Если бы это

удалось, тогда и только тогда можно было сказать, что подготовка

активного сопротивления Франции действительно имеет смысл.

Напрасно старался я тогда убедить по крайней мере так называемые

национальные круги в том, что на карту поставлено сейчас все будущее и

что если мы повторим теперь ошибки 1914 г., то неизбежно повторится

также и развязка 1918 г. Напрасно спорил я с людьми до хрипоты. Я

умолял, чтобы нам дали возможность открыто сразиться с марксистами и

тем очистить дорогу.


774


Неудачное урегулирование с марксизмом


Давать марксизм; но я проповедовал глухие уши. они

Поймите все лучше, включая начальника вермахта, пока они, наконец, не окажутся перед самой жалкой сдачей

всех времен.

В то время я понял, что это

Немецкая буржуазия стоит в конце миссии и

дальнейшая задача не называется. В то время я видел

как и все эти партии, только из конкурентной зависти

поссорился с марксизмом, без него вообще

серьезно захотеть уничтожить; все они были внутри

давно смирился с разрушением отечества,

и то, что их двигало, было только большим беспокойством, само по себе

для участия в похоронах. Только для этого

«Они все еще сражались».

В течение этого времени я откровенно признаюсь в этом - я взял

глубокое восхищение крупного человека к югу от

Альпы, горячая любовь к своим людям с внутренними

Враги Италии не заключили пакта, но их уничтожение

стремились всеми силами и во что бы то ни стало. какие

Муссолини присоединится к великим из этой земли,

это решимость не вступать в брак с Италией с марксизмом

но, разделяя интернационализм

Уничтожение показало, что он пытался спасти от него свое отечество.

Как выглядят несчастные карликовые наши

Немецкие государственные деятели тоже, и как отвращение

задушить, когда эти нули помечены самым озорным воображаемым

подавать критику в тысячу раз больше; и как больно думать, что это в одном

Земля бывает, всего полвека назад

даже Бисмарку было позволено называть его проводником! -

С таким отношением буржуазии и сохранения

Но в 1923 году марксизм был судьбой каждого активного

Рурское Сопротивление решило с самого начала. против

Франция хочет сразиться с смертельным врагом в

собственные ряды, была легкой ерундой. Что еще тогда

сделанные, в лучшем случае могут быть зеркалированием, перечислены,

что-то о националистическом элементе в Германии тоже

удовлетворить, успокоить «кипящую народную душу» или

обманывать в реальности.


774


Неудачное урегулирование с марксизмом


Но люди были глухи. Все они, включая тогдашнего

шефа наших военных сил, изображали дело так, будто они знают другую,

лучшую дорогу. Прошло немного времени, и они конечно кончили

капитуляцией - страшнейшей из капитуляций всех времен.

Всеми фибрами своей души понял я тогда, что миссия немецкой буржуазии

закончена и что она неспособна больше разрешить ни одной крупной

задачи. Тогда мне стало совершенно ясно, что все эти буржуазные партии

спорят с марксистами только из соображений конкуренции, а на самом деле

всерьез уничтожить марксизм не хотят. Все они внутренне давно уже

примирились с той мыслью, что отечество умерло. Их действиями

руководило одно только желание - принять соответствующее участие в

поминках. Только из-за этого способны были они еще вести "борьбу".

Я должен открыто признать, что именно в эту пору я проникся особенно

глубоким уважением к тому великому человеку, который в горячей любви к

своему народу не стал мириться с внутренними врагами Италии, а решил

добиться и добился уничтожения этого врага всеми средствами и на всех

путях. Муссолини завоевал себе выдающееся место среди самых великих

людей человечества именно своею решимостью не делить своей власти

над Италией с марксистами. Уничтожив интернационализм, Муссолини спас

свое отечество от марксистской опасности.

Как жалки наши ничтожные государственные карлики, по сравнению с этим

действительно великим деятелем! Как противно слышать, когда эти

политические нули самым невоспитанным образом грубят человеку,

который стоит в тысячу раз выше их! И как больно сознавать, что все это

происходит в стране, во главе которой еще полвека тому назад стоял такой

вождь, как Бисмарк!

Ввиду таких настроений буржуазии и ввиду того, что правительство решило

пощадить марксистов, судьба какого бы то ни было активного

сопротивления в Руре была в 1923 г. предрешена заранее. Вести борьбу

против Франции, имея в своих собственных рядах смертельных врагов,

было бы чистейшим безумием.

Показная борьба, которую тогда

предприняли, была чистейшим фокусничеством. Она предназначена была

только несколько удовлетворить националистические элементы Германии,

успокоить "кипящую народную душу" и попросту обмануть малоискушенных.

Если бы эти господа всерьез верили в то, что они делают, они не могли бы

не понять, что сила народа прежде всего не в его оружии, а в его воле к

борьбе, и что раньше чем побеждать внешнего врага, необходимо

уничтожить врага внутреннего. Иначе горе тому народу, который не

одержал победы уже в первый день борьбы. Если внутренний враг не

уничтожен, то как только на горизонте обнаружится первая тень возможного

поражения во внешней борьбе, внутренний враг подымает голову, разложит

нашу собственную силу и поможет внешнему врагу окончательно победить

нас.

Уже весною 1923 г. было совершенно ясно, чем все это кончится. Пусть не

говорят нам, что военный успех нашей борьбы против Франции стоял под

большим вопросом. Если бы результатом германского подъема и нашего

выступления против захвата французами Рурского бассейна было только

уничтожение марксистов внутри Германии, то и то можно было бы сказать,

что успех склонился на нашу сторону.


Не оружие, а воля решает.


775


обманывать в реальности. Если бы они серьезно поверили в то, что они делали, им пришлось бы осознать

что сила народа не в первую очередь в его

Оружие, но лежит в его завещании, и что перед вами

враги побеждены, сначала враг внутри

должны быть уничтожены; иначе горе, если не победа

уже наградил бой в первый день! Как и только

тень поражения на одном внутри не

Если враг свободен от своих врагов, его сила сопротивления сломается, и его противник, наконец, победит.

Это можно было предсказать уже весной 1923 года. Не говорите о сомнительности одного

военный успех против Франции! Потому что если

Результат немецких действий против гибели французов только уничтожение марксизма

было бы внутри, тогда это был бы успех на нашей стороне. Германия, от

искупив этих смертельных врагов его существования и его будущего, обладал способностями, которые ни один мир не мог бы задушить. A n d e m t a g e, d a u n d e u s c h a n d d e r

Марксизм нарушен, ломается

W o r h e i t f o r th e s s o o rk e s s Потому что мы никогда не находимся в нашей истории благодаря нашей силе

Противники были побеждены, но только нашими собственными

пороки и враги в нашем собственном лагере.

Поскольку правительство Германии не смогло вернуть себе такой героический поступок в то время, оно

в основном только первый способ может пойти

NEN, то есть ничего не делать вообще, но

Чтобы все пошло так, как они были.

В один только час небо - немецкое

Люди также дали большой человек, мистер Куно. он

на самом деле не был государственным деятелем или политиком по профессии

и гораздо меньше, конечно, по рождению, но он

таким образом, был своего рода политическим последователем, который просто

необходимых для выполнения определенных задач; в противном случае

он был фактически более разбирающимся в бизнесе. Проклятие

для Германии, потому что этот политизирующий бизнесмен теперь также охватывает политику как экономическое предприятие.

и соответственно утвердил свои действия.


Не оружие, а воля решает.


775


Если бы Германия была освобождена

от этих смертельных врагов всего ее существования и всего ее будущего,

то такая Германия представляла бы силу, которой никто в мире не смог бы

уже задушить.

В тот день, когда Германия сломит марксистов, она в

действительности сбросит свои цепи навсегда. Ибо никогда в истории враг

не побеждал нас своими собственными силами, всегда мы гибли только

благодаря своим собственным грехам, благодаря преступным усилиям

врагов в наших собственных рядах.


Тогдашнее немецкое правительство не нашло в себе сил для этого

героического акта. Из этого с неизбежностью вытекло то, что ему пришлось

пойти по первому пути, т.е. предоставить все ходу вещей, не предпринимая

ровным счетом ничего.

Но этого мало. Небо подарило еще нашему народу в тот момент "великого"

государственного деятеля, г. Куно. Человек этот ни по профессии, ни тем

более от рождения не был государственным деятелем или политиком. Это

был совершенно случайный человек, оказавшийся подходящим только для

определенных надобностей. По сути это был простой коммерсант. И

именно это последнее обстоятельство стоило Германии особенно дорого,

потому что этот политиканствующий купец и к большим вопросам политики

подошел именно как к коммерческому предприятию.


776


Cunos way


Он также рассматривал политику как экономическое предприятие и, соответственно, организовал свою деятельность.

«Франция занимает Рурскую область; что находится в Рурской области? Уголь. Таким образом, Франция занимает площадь Рура

из-за угля? »Что более естественно для г-на Куно, чем идея начать забастовку сейчас, чтобы французы не получили никакого угля, а затем, после

По мнению г-на Куно, в один прекрасный день в Рурской области

в результате невыгодного характера компании. Вот как прошел ход мысли

«Значительный», «национальный» «государственный деятель», которому принадлежит

Штутгарт и другие места в теме

и что этот народ восхищался блаженством.

Разумеется, марксисты также были нужны для забастовки, потому что в первую очередь рабочие должны были ударить.

Поэтому это было необходимо для рабочего (и это было в

Мозг такого буржуазного государственного деятеля всегда

синонимом марксиста) в единый фронт

принести со всеми другими немцами. В то время действительно нужно сиять свет этих буржуазных партийно-политических племенных культур перед лицом таких гениальных

Видел лозунг! Национальные и изобретательные в то же время -

Наконец, у них было то, что они внутри

все время искали! Мостом к марксизму было

и национальный мошенник теперь был включен, с выражением «тевтонское» и национальными фразами

для того, чтобы протянуть постоянную руку международному предателю. И это ударит как можно быстрее. Потому что

Куно своим «единым фронтом» марксистскими лидерами

нуждался, но нуждался в марксизме

Направляйте деньги Cunosche. Это было тогда и то и другое.

помог. Куно получил свой единый фронт, сформированный из

национальных бабблеров и антинациональных преступников и

Международные мошенники могли, с государственной оплатой, выполнять свою высочайшую боевую миссию, т.е.

разрушить национальную экономику, и на этот раз даже

за государственный счет. Бессмертная мысль, через

заплатил всеобщую забастовку, чтобы спасти нацию, по каждому

Но пароль, в котором даже самый безразличный никчемный может согласиться с полным энтузиазмом.


776


Путь Куно.


Франция заняла Рурский бассейн. Чем богат этот бассейн? Углем! Значит,

Франция заняла Рурский бассейн ради угля. Так рассуждал этот

"государственный" деятель. И вот г. Куно набрел на "гениальную" мысль:

организовать забастовку, дабы французы не могли получить угля. Все

предприятие французов, рассуждал Куно, окажется тогда нерентабельным

и в один прекрасный день французы сами очистят нам Рурский бассейн.

Приблизительно таков был ход мыслей этого "выдающегося",

"национального" "государственного деятеля", выступавшего тогда с речами

к "своему народу" в Штутгарте и в ряде других мест, причем народ со

счастливой миной выслушивал глубокомысленные открытия своего "вождя".

Но для того, чтобы организовать стачку, необходимо было конечно

обратиться к марксистам, ибо участвовать в стачке должны были ведь

рабочие. Раз это так, то надо было создать единый фронт рабочих со всеми

остальными немцами. Ну, а рабочий в представлении такого буржуазного

государственного деятеля всегда отождествляется с марксистом. Надо

было видеть восторженные физиономии буржуазных политиков, когда они

выслушивали этот гениальный лозунг "вождя". Куно в их глазах был

величайшим национальным деятелем, прямо гением. Наконец-то они

получили того "вождя", которого они все время искали!


Мост к марксистам

был построен, "национальные" мошенники теперь с удобством могли

драпироваться в тогу патриотизма, на деле протягивая руку

интернациональным изменникам отечества. Господа марксисты конечно

охотно пошли навстречу такой тактике. Г-ну Куно марксисты нужны были

для того, чтобы он мог создать свой "единый фронт", а марксистским

вожакам нужен был г. Куно потому, что через него можно было добыть

деньжонок.

Вот почему обе стороны могли быть довольны. Куно добился

своего "единого фронта", состоявшего, с одной стороны, из национальных

болтунов, а с другой из антинациональных мошенников. А

интернациональные обманщики могли теперь за государственный счет

выполнять свою "высокую" миссию разрушения национального хозяйства,

получая за это теперь специальную оплату из государственной казны. Идея

спасти нацию при помощи оплаченной всеобщей стачки была поистине

бессмертной идеей. Еще более бессмертен был этот лозунг, встреченный с

энтузиазмом всеми, вплоть до самых равнодушных к политике невежд.


«Единый фронт»


777


Но пароль, в котором даже самый безразличный никчемный может согласиться с полным энтузиазмом.

Это не освобождает людей, молясь

вы знаете, вы знаете в целом. Если вы

но он, возможно, не сможет свободно лазить;

протестировать исторически. Был бы сэр

Куно в то время, вместо того, чтобы призвать к платной всеобщей забастовке, и это как

создать основу «единого фронта», каждого немецкого - всего два часа

который требует больше работы, то

Головокружение этого «единого фронта» на

сделанные сами по себе на третий день.

Никто не освобождает людей, ничего не делая,

но жертвой.

Однако это так называемое пассивное сопротивление длилось недолго. Потому что только один идеальный

Иностранец из войны мог вообразить, занимая

Отпугнуть армии такими смехотворными средствами. Но это само по себе могло быть целью действия

чьи расходы пошли на миллиарды, а

значительно помогли, национальная валюта к дну

уничтожить его.

Конечно, французы могли с определенным

внутреннее заверение на данный момент в Рурской области

которые они сопротивляются такому

Пила означает работать. Вы только что прошли через нас

лучшие рецепты в ваших руках, как сделать упрямый

Приводит гражданское население к разумности, если их поведение представляет серьезную угрозу для оккупационных властей. Как быстро молниеносно было девять лет назад

Наемники из бельгийского франка были связаны, и гражданское население стало известно о серьезности ситуации, поскольку немецкие армии подвергались риску подвергнуться серьезному ущербу в результате своей оккупации. Как и пассивный

Рурское сопротивление Франция действительно стала опасной

были бы оккупационными силами в ходе

даже восемь дней в игре не облегчают это

полное детское зло - жестокий конец.


«Единый фронт»


777


А

интернациональные обманщики могли теперь за государственный счет

выполнять свою "высокую" миссию разрушения национального хозяйства,

получая за это теперь специальную оплату из государственной казны. Идея

спасти нацию при помощи оплаченной всеобщей стачки была поистине

бессмертной идеей. Еще более бессмертен был этот лозунг, встреченный с

энтузиазмом всеми, вплоть до самых равнодушных к политике невежд.

Что народ нельзя освободить при помощи просьб и унижений, это было уже

более или менее общеизвестно. Но что народа нельзя освободить и при

помощи бездельной стачки, это предстояло еще доказать на специальном

историческом примере г-ну Куно. Если бы вместо призыва к оплаченной

стачке г. Куно призвал тогда немцев проработать сверхурочно в пользу

нации всего каких-нибудь два часа, то все это мошенничество с "единым

фронтом" рассеялось бы как дым уже на третий день. Народы

освобождаются не при помощи безделия, а при помощи тяжелых жертв.

Такое пассивное сопротивление, конечно, не могло продолжаться долго.

Только совершенно чуждый военному делу человек мог вообразить, будто

такие смешные средства могут заставить удалиться армии оккупантов. А

какое же в самом деле другое назначение могла иметь подобная "акция",

стоившая миллиарды и в корне подорвавшая денежную систему страны?

Когда французы убедились, что все сопротивление немцев сводится только

к этим смешным мероприятиям, они совершенно успокоились и стали

устраиваться в Рурском бассейне, как дома. В свое время мы сами

показали французам образцы того, как приводить к спокойствию

гражданское население оккупированных территорий, если это население

начинает причинять серьезные неприятности оккупационным властям.

Девять лет тому назад мы ведь очень быстро справились с партизанскими

бандами бельгийцев и довольно легко убедили бельгийское гражданское

население в том, что при наличии оккупационных немецких отрядов на

бельгийской территории ему очень опасно связываться с партизанами.


778


Пассивное сопротивление


даже восемь дней в игре не облегчают это

полное детское зло - жестокий конец.

Потому что это всегда последний вопрос: что вы хотите сделать,

если противник имеет пассивное сопротивление в конце

действительно нервничает, и теперь он сражается

с другой стороны, занят кровавой грубой силой? Это один

затем решил продолжать сопротивляться? Раз так,

нужно взять на себя самые тяжелые, самые кровопролитные гонения, к лучшему или к худшему. Но с этим вы видите, где

один из них также обладает активным сопротивлением, а именно

борьба. Поэтому каждое так называемое пассивное сопротивление имеет только внутренний смысл, когда за ним

Определение ждет, если необходимо, в открытом бою

или в тайной партизанской войне, чтобы продолжить это сопротивление. В общем, любая такая борьба с

Осуждение возможного успеха. Когда-то осажденная крепость, жестоко сражавшаяся противником

Вынужденная отказаться от последней надежды на облегчение, она практически отдает себя, особенно

то, если в таком случае защитник вместо

вероятная смерть все еще заманивает безопасную жизнь. вы

ограбить экипаж закрытого замка веры в возможное освобождение, и все силы обороны рухнут с ним внезапно.

Поэтому также было пассивное сопротивление Рурскому

в отношении конечных последствий, которые он имеет с

Если бы он был действительно успешным, он мог только и иметь смысл, если бы был за ним

построил активный фронт. Тогда, однако, можно было бы получить неизмеримые вещи от наших людей. бы

каждый из этих Вестфальцев знал, что их родина была одной

Создана армия из восьмидесяти или ста дивизий

Французы наступили бы на шипы. Для успеха

но все более мужественные люди готовы пожертвовать собой,

как для кажущейся бесполезности.

Это был классический случай, национал-социалисты

резко, против так называемого национального лозунга

Прокомментировать. И мы тоже это сделали.


778


Пассивное сопротивление


Если бы пресловутое пассивное сопротивление действительно показалось

сколько-нибудь опасным Франции, ее оккупационные армии в течение

нескольких дней с легкостью положили бы ужасный конец всему этому

ребяческому предприятию.

Казалось бы прежде всего необходимо было поставить себе вопрос: а что

мы будем делать, если наше пассивное сопротивление действительно

подействует на нервы противника и он решится прибегнуть к кровавой

физической расправе? Будем ли мы и тогда оказывать дальше

сопротивление? Если да, то мы так или иначе должны решиться пойти

навстречу самым тяжким кровавым преследованиям.

В этом случае мы

приходим к тому же, к чему пришли бы при активном сопротивлении, т.е. к

необходимости настоящей борьбы. Какое бы то ни было пассивное

сопротивление имеет внутренний смысл лишь тогда, если за ним стоит

решимость в случае надобности прибегнуть и к открытой борьбе или по

крайней мере к прикрытой партизанской войне. Чтобы такая борьба была

серьезной, нужна уверенность в возможности успеха. Осажденная

крепость, потерявшая надежду на то, что ей удастся прогнать осаждающих,

уже тем самым на деле сдалась неприятелю, в особенности, если

противник обещает осажденным сохранить жизнь. Тогда эту приманку

осажденные всегда предпочтут смерти, которая ожидает их в случае

продолжения сопротивления. Стоит только окруженную врагами крепость

лишить веры в то, что ей придут на помощь и освободят, как сила

осажденных тем самым уже сломлена.

Вот почему пассивное сопротивление в Руре могло быть успешным и

вообще имело какой бы то ни было смысл лишь в том случае, если бы мы в

то время готовили фронт активной борьбы. В этом случае народ наш мог

бы сделать чудеса. Если бы каждый немец в оккупированных частях знал,

что родина готовит армию в 80 или 100 дивизий, тогда путь французских

оккупационных войск действительно не был бы устлан розами.

Люди

бывают склонны приносить жертвы лишь тогда, когда они могут

действительно ждать успеха, а не тогда, когда бесцельность этих жертв

очевидна.

Перед нами был классический случай, когда мы, национал-социалисты,

должны были самым решительным образом высказаться против подобного

национального лозунга. И мы исполнили свой долг.


Заявление национал-социалистов


779


В эти месяцы меня не затронули люди

весь их национальный дух является просто смесью

Глупость и внешние проявления, которые все только воскликнули, потому что они поддались приятной щекотке, внезапно смогли сделать это на национальном уровне без опасности. У меня есть

этот несчастный из всех объединенных фронтов как один из

смешные явления и история

доказал, что я прав.

Как только профсоюзы почти наполнили свою казну средствами Куно, а пассивный

Сопротивление дошло до решения, от ленивых

Оборонительная защита от активной атаки, сломала

красные гиены мгновенно из национального стада овец

и стали тем, кем они всегда были.

Санг - и бесцеремонно г-н Куно вернулся на свои корабли, но Германия была богаче и опытнее

беднее для большой надежды.

К концу середины лета было много офицеров, и

они, конечно, не были худшими, внутренне

такого позорного развития не чувствовало. Они все надеялись, что, если не открыто, то в тишине,

будут сделаны приготовления к этому

Вторжение Франции в поворотный момент немецкого

Быть историей. Также в наших рядах давали

есть много людей, которые, по крайней мере, уверены в рейхшире

СБ И это убеждение было настолько живым, что она

больше всего действовало действие и особенно образование бесчисленных молодых людей.

Но когда произошел позорный крах и

один после жертвования миллиардами активов и

многих тысяч молодых немцев - глупый

было достаточно, обещания лидеров

Серьезно относиться к царству - настолько разрушительно

позорная капитуляция сдалась, так как возмущение сожгло

против такого рода предательства нашего несчастного

Люди вспыхивают. В миллионах умов

вдруг ярко и ясно убеждение, что только один

радикальная ликвидация всей существующей системы

Германия сможет сэкономить.


Заявление национал-социалистов


779


В эти месяцы я лично

подвергся многочисленным нападкам со стороны людей, национальные

убеждения которых представляли собою только некую смесь явной

глупости и пустых фраз. Все эти господа кричали только потому, что их

чувство приятно щекотало сознание безопасности патриотических криков в

данной обстановке. Этот жалкий единый фронт я считал смешной

нелепостью. История показала, что я был совершенно прав.

Когда кассы профсоюзов достаточно наполнились за счет даяний г-на Куно

и когда пассивное сопротивление подошло к той грани, за пределами

которой надо было решиться от простого ничегонеделания перейти к

активному нападению, красные гиены внезапно дезертировали из

общенационального стада баранов и еще раз показали себя тем, чем они

всегда были. Покрыв свою голову позором, г. Куно вернулся к своим

торговым кораблям; Германия же приобрела еще один ценный урок и

потеряла еще одну большую надежду.

До самого конца лета многие наши офицеры (это были во всяком случае не

худшие элементы) в душе все еще не верили, что возможен такой позорный

исход всего начинания. Все они надеялись, что если нельзя открыто

вооружаться, то Германия по крайней мере втихомолку сделает все

необходимые приготовления, дабы это новое нападение Франции

превратить в поворотный пункт германской истории. В наших рядах тоже

было немало людей, которые продолжали возлагать некоторые надежды по

крайней мере на войско. И это убеждение было настолько прочно, что оно

оказывало немалое влияние на поведение и особенно на занятия большой

части нашей молодежи.

Затем наступил момент позорного крушения. Теперь все убедились, что

миллиарды денег были выброшены зря и что тысячи и тысячи молодых

немцев, которые были достаточно глупы, чтобы взять всерьез обещания

руководителей государства, погибли напрасно. Чудовищно позорная

капитуляция вызвала взрыв возмущения со стороны несчастного народа,

убедившегося в том, что его предали. В это именно время в миллионах

голов созрело прочное убеждение, что спасти положение может только

радикальнейшее устранение всей господствующей системы.


780


Ноябрь 1923 г.


радикальная ликвидация всей существующей системы

Германия сможет сэкономить.

Никогда еще не было зрелого времени, да, она кричала более властно

такое решение, как на данный момент, на

С одной стороны, обнаженная измена родины была бесстыдно раскрыта, а с другой, народ был экономически выгодным

был поставлен медленный голод. Потому что государство

даже все законы добросовестности с вашими ногами

который оклеветал права своих граждан, миллионы его

его самые верные сыновья обманывали своих жертв, а миллионы других воровали из последних пенни, он не имел права

больше, чем ожидать ненависти от своих родственников. И эта ненависть к спойлерам людей и

В любом случае, отечество требовало разгрузки. Я могу

На данный момент указывается только на последнее предложение

последняя речь в великом испытании весной 1924 года:

«Судьи этого государства, как и мы, спокойно

осудить действие прошлого, историю как богиню

более высокая истина и лучшее право, они

Тем не менее, однажды, это решение будет разбито на улыбки

чтобы освободить всех нас от вины и вины ».

Но тогда он также потребует их до своего суда, сегодня, обладая властью, законом и справедливостью

Направляйся на закон, который привел наших людей к нищете и гибели, а также к несчастью Отечества для их

собственное эго, ценимое выше, чем жизнь целого.

На этом этапе я не хочу следовать описанию тех событий, которые произошли 8 ноября 1923 года

и кто решил его. Я не хочу этого из-за меня

Я не обещаю ничего полезного в будущем, и

потому что, прежде всего, бесполезно разорвать открытые раны, которые

сегодня почти не поврежден; потому что, кроме того, он бесполезен

говорить о вине у людей, которые, возможно, в

все они с той же любовью в самом низу сердца

к их людям, и только к общему пути

пропустил или не понял его.

Перед лицом большого общего несчастья нашего

Отечество, я больше не хочу этих

оскорбить и, возможно, отключить это когда-нибудь

В будущем великий единый фронт сердца

действительно лояльные немцы должны будут сформироваться против общего фронта врагов нашего народа.


780


Ноябрь 1923 г.


В этот момент бесстыдное предательство интересов отечества было

очевидно для всех; а с другой стороны, стало очевидно, что создавшееся

экономическое положение неизбежно обрекает наш народ на медленную

голодную смерть. Вся обстановка созрела, как никогда. Она повелительно

требовала именно радикального решения вопроса. Всем было ясно теперь,

что современное германское государство растоптало ногами всякую веру во

все святое, что оно надсмеялось над правами своих граждан, что оно

обмануло миллионы своих самых преданных сыновей, украв у других

миллионов своих граждан последнюю копейку. Всем было ясно, что такое

государство не может рассчитывать ни на что другое, кроме как на

ненависть со стороны своих граждан. Эта накопившаяся ненависть к

губителям народа требовала выхода. Я лучше всего обрисую тогдашние

настроения, процитировав здесь заключительный отрывок из моей

собственной речи на большом судебном процессе весною 1924 г.


"Мы совершенно спокойно относимся к приговору, который вынесут нам

судьи нынешнего государства. Недалеко время, когда история, эта богиня

высшей справедливости и действительной правды, с улыбкой разорвет ваш

приговор и будет считать нас целиком и полностью оправданными".

Но история кроме того еще потребует к суду тех, кто ныне стоит у власти и

пользуется ею, чтобы топтать ногами закон и право: она потребует к суду

тех, кто привел наш народ к пропасти, тех, кто в годину несчастья родины

интересы своего собственного "я" ставит выше, нежели жизнь общества.

Я не буду распространяться здесь о тех событиях, которые привели к 8

ноября 1923 г. и предопределили этот исход событий. Я не делаю этого

потому, что не вижу в этом никакой пользы для будущего и считаю это

совершенно бесцельным для данного момента. К чему бередить едва

зажившие раны? К чему окончательно пригвождать тех людей, которые в

глубине души своей, быть может, также полны любви к своему народу, но

не поняли нас и не сумели пойти с нами по одной дороге!

Перед лицом общего громадного несчастья нашей родины я не хочу

оскорблять тех, кто быть может в свое время все-таки примкнет к единому

фронту немцев и покажет себя подлинным сыном немецкого народа.


Наши мертвые, как напоминания об обязанности


781


Перед лицом большого общего несчастья нашего

Отечество, я больше не хочу этих

оскорбить и, возможно, отключить это когда-нибудь

В будущем великий единый фронт сердца

действительно лояльные немцы должны будут сформироваться против общего фронта врагов нашего народа.

Потому что я знаю, что время наступит однажды, даже там

те, кто был враждебен нам в то время, в честь

страх перед теми, кто отмечает свой немецкий народ

пошел горьким путем смерти.

Эти шестнадцать героев, которым я первый том

В конце второго я хочу сделать работу

Последователи и сторонники нашей доктрины как те герои

осознавать это, в самом ясном осознании себя

все пожертвовали. Вы должны преодолеть непостоянство

и слабый всегда к исполнению его

Обязанность перезвонить, чтобы они сами в лучшем случае

Поверьте, и к последнему последствию хватило. и

среди них я также рассчитываю на человека, который является одним

Лучшее в его жизни - это пробуждение его, нашего

Посвящается людям в поэзии и в мыслях и на

Конец действительно:

Дитрих Эккарт


Наши мертвые, как напоминания об обязанности


781


Ибо я

знаю, что придет пора, когда даже те, кто был нам враждебен эти дни,

благоговейно преклоняться перед памятью наших друзей, пожертвовавших

жизнью в интересах нашего отечества.

Я посвятил первую часть моего сочинения восемнадцати погибшим героям.

В заключительных строках второй части своего сочинения я хочу еще раз

напомнить великие образы этих людей и сказать всем сторонникам и

борцам нашего учения, что они должны идти по стопам этих героев,

пожертвовавших собою в полном сознании величия наших целей. Эти герои

послужат примером всем поколебавшимся, всем ослабевшим.

Их дела зовут каждого из нас к исполнению долга, как умели выполнить

свой долг до самого конца эти передовые бойцы. К этим героям причисляю

я также и того лучшего человека, кто сумел послужить делу возрождения

нашего народа как поэт и как мыслитель и в последнем счете так же как боец. Его имя - Дитрих Эккарт.