# Туда и Обратно

Олег Шмелев

Туда и Обратно


Эпиграф первый.


'Where is the elevator?' (Фраза, услышанная при выходе со станции Монтероссо).


Примерно посередине между Пизой и Генуей, сразу за портовым городом с ароматным имечком Ла Специя, горы, до этого жавшиеся несколько в сторонке, решительно набегают на море и обрываются в него отвесной стеной. Поезд, вздохнув, ныряет в длинный тоннель и остается под землей что-то около получаса. Лишь временами он на несколько секунд выскакивает на поверхность, чтобы глотнуть капельку воздуха. Если посчитать эти просветы, их окажется пять. Пять маленьких клочков земли, зажатых между горами и морем, пять крохотных городишек, пять полустанков. 'Пять Земель'. Чинкве Терре.

Популярность у этого района нешуточная. Он безнадежно захвачен богатыми иностранцами. И есть за что. Места необыкновенно красивые. Игрушечные домики, лепящиеся к скалам, маленькие бухточки, напоенный морем воздух. И - лестницы, лестницы, лестницы... Ровных дорог здесь практически нет. Вероятность пройти по горизонтали примерно такая же, как не быть потревоженным машиной в Москве. Лестница от города к пляжу, например, в Корнилии - аналог Мэйн-стрит, место, где все неизбежно встречаются, здороваются, знакомятся, договариваются, ссорятся, расстаются... Отсутствие всякого транспорта создает какую-то особую атмосферу всеобщего равенства, где богатый пришелец и абориген-огородник одинаково пыхтят по дороге из пункта А в пункт Б. Впрочем, и пунктов-то этих кот наплакал.

Вездесущие русские курортницы, конечно же, не пропустили и этих мест. Зайдите в места их кучкования в Интернете, и наверняка получите ворох рекомендаций. Когда лучше ехать, что брать с собой, куда сходить поесть, куда купаться, куда танцевать. И под конец, если вы будете настойчивы и везучи, вам вспомнят после некоторой паузы - да, есть же еще Голубая тропа. Она идет через все пять городов, по очереди, то спускаясь к самому морю, то взбираясь на головокружительные 170 метров высоты, полторы флорентийских колокольни. О ней слышали почти все, хотя сами ходили, конечно, немногие. Тут за день так накувыркаешься...

И все-таки это будет не все.

О чем не знают многоопытные русские туристки, так это о Красной тропе. Она протянулась намного выше моря, крыш, баров, пляжей, дискотек, выше городов, выше Голубой тропы, выше самых высоких дорог, вдоль самого гребня, отделяющего Чинкве Терре от соседних долин. Одни лишь аборигены, в расслаблении, после энной рюмки, устав задавать вопросы из серии 'а были ль вы', ностальгически вспоминают о старой верхней дороге и необыкновенной панораме, открывающейся с нее.

В эту таинственную мини-Шамбалу и отправился я в очередной выходной, после неплохо удавшейся разминки на Капри.


Эпиграф второй.


'А мы лезем...' (Тигра).


Как ни заманчиво выглядело пройти всю тропу целиком, между двумя ласкающими ухо точками Леванте и Порто-Венере - от этой идеи пришлось отказаться: долго и утомительно, и выезжать придется с ночи, а лазать сонным по горам - не самая умная идея. Меня вполне устраивал центральный кусок, переход из последней 'земли' в первую, или, перевалив на другую сторону, прямиком в Специю. Боковых ответвлений от главного пути на карте было показано в избытке, ну а к 'коррективам, внесенным жизнью', я тоже успел здесь привыкнуть. Подъем при таком варианте выглядел, правда, несколько крутоватым; ну что же, помучаемся.

Выйдя в Монтероссо, последнем и самой крупном из пяти городов, я совершил церемониальный променад вдоль пляжа, занявший всего несколько минут, и развернулся в сторону центра. Вскоре вбок отпочковалась первая лестница. С нее можно было кинуть прощальный завистливый взгляд на отдыхающую толпу, синюю водичку и башню у входа в бухту. С другой стороны, на горе, виднелся непременный францисканский монастырь. Нет, сегодня отвлекаться не будем. Предприятие затеяно серьезное, я даже фотоаппарат с зонтиком на этот раз дома оставил, чтобы быть максимально налегке. Дождя вроде не обещали. Поверим.

Центральная площадь была настолько крохотной, что стулья конкурирующих кафешек на противоположных ее сторонах практически смыкались в центре. Сбоку виднелся кусок не уместившегося на соседней площади собора. Мда, и это самый крупный из городов. Я зашагал вверх по главной улице, где с трудом разъехались бы два велосипедиста. Город кончался усиленно охранявшейся заставой, державшей оборону от нахальных и непонятливых автомобилистов.

Тропа начиналась тут же, за шлагбаумом. Первый и ошеломительный сюрприз: она была великолепно маркирована. Не хуже немецких. Откуда такие чудеса здесь, в Италии? Ни разу даже отдаленно подобного не встречал. Ну что же, по крайней мере, плутать не придется.

Поехали.

Тропа представляла собой нечто среднее между лестницей и 'просто так набросанными' между виноградниками камнями и щебенкой. Классическая мулаттерия, дорога мулов. Когда-то здесь ходили навьюченные ослики, а теперь иду я. Осликов гнали палками, я тащусь добровольно. Спрашивается, и кто из нас сапиенс?

Подъем действительно был крутым, к тому же солнце вышло на маршрут намного раньше, и почти с самого начала я стал умирать. А в этом тяжелом деле главное - правильная организация. Высокий каменный забор сбоку предоставлял чуточку тени для частого отдыха, и цивилизация мало-помалу стала оставаться внизу. Оглянувшись, я увидел монастырь на прибрежной скале уже под собой, а это означало, что по крайней мере порядка ста метров уже завоевано. Вот так, потихонечку и без паники.

Наверху стали слышны звуки моторов, и вскоре я добрался до первой, нижней, автодороги. Хорошее место перевести дух. Я присел на придорожный столбик. Из раздумья вывел звук колокола. Я поднял глаза - наверху виднелась еще одна церковь, к которой, судя по всему, тропа и направлялась. Особенно недоступной она отсюда не выглядела - минуточку, где карта? Это что же, я уже в районе 200 м? Ай да Пушкин.

Дальше дорога стала более пологой, и умирание прекратилось. Я начинал получать удовольствие. На одном из поворотов снова распахнулась панорама на море. Монтероссо со своим заливчиком казалось отсюда совсем крохотным. Только лодки с их белыми пенными следами производили некоторое впечатление жизни.

Навстречу стали попадаться люди. Еще несколько поворотов, и я удовлетворенно вполз на большую смотровую площадку около церкви. Здесь было довольно много народу. Не составляло большого труда догадаться, что я добрался до верхнего и последнего шоссе. Ну конечно, вон она, стоянка. Все старательно смотрели на море, поскольку больше делать было нечего. Я же косился на прилепившийся к парапету указатель высоты. 465 метров... так-так.

Полдела было сделано. Я добрался до главной линии Красной тропы. Залез на нее от нуля, честным трудовым образом, оставшись при этом вполне живым, довольным и азартным. Оставалась фигня - пробежаться до намеченной точки, спуститься обратно к морю и уехать домой. Явно не самое трудное. Единственное, что меня несколько беспокоило в тот момент - время. Подъем занял больше, чем было заложено в проекте. Поэтому задерживаться возле церкви я не стал, а бодро пустился вдоль призывных красных меток.

Дорога все еще шла несколько вверх, но по сравнению с начальным отрезком это было уже просто смешно. Я непрерывно крутил головой по сторонам - оно того стоило. В одном месте непроизвольно охнул и немедленно свернул на примкнувшую дорожку с 'кирпичом' и шлагбаумом, чтобы рассмотреть открывшийся вид. Сразу забылись и подъем, и тропа, и время, и место.

Монтероссо отсюда уже не было видно, как и весь его залив. Они остались глубоко внизу. Вправо и вниз уходил лесистый мыс, влево - еще один диагональный склон. А посередине, огромным бесконечным треугольником, прямо от меня, раскрывалось - что? Море, слившееся с небом в абсолютно одинаковой дымке, полное отсутствие границы, какая-то новая, незнакомая еще стихия. Я никогда не видел моря с подобной высоты. Разве что с самолета - но там совсем другое, 'ненастоящее' ощущение. А тут... Я привстал на цыпочки - 'оно' накренилось и стало заваливаться навстречу, мне через голову. Удивительное чувство. Как... как во сне.

Не помню, сколько я там проторчал. Говорят, в ясную погоду оттуда можно увидеть Корсику... Но погода не была идеально ясной, да и время тикало.

Дорога, посчитав свою задачу выполненной, распалась на два рукава, дружно скользнувших вниз по обе стороны гребня. На развилке ожесточенно спорили два до зубов экипированных велосипедиста. Я полез выше, по совсем уже маленькой здесь тропке с красными отметками.

Тут, по соседству с шоссе, навстречу попадались и другие тропоходы. Я с некоторым недоумением смотрел на их преувеличенно серьезное снаряжение. Настоящие Шляпы Туриста, тяжелые ботинки, длинные палки в руках. Видно было с полпинка, что люди занимаются Серьезным Спортом. Я в своих развратно-пляжных брючках и с вечной сумочкой через плечо, наверное, выглядел совершенно неуместным в этих местах.

Пройдя через небольшую горку, начисто выбритую, судя по всему, ураганом (внизу грустно и безнадежно притулилась табличка 'Продается'), добрался до очередной развилки. Вправо предлагалось совершить восхождение на некую мелковатую вершину местного значения. Тратить время на подобную ерунду было жалко. Я свернул влево, по главной тропе. Небольшой спуск, еще одна совсем уже местная дорога (машины начинали отчаянно гудеть еще за три поворота), и начался очередной долгий и тяжелый подъем. На нем я умер во второй раз.

Было тихо и сумрачно. Вокруг расстилался лес, напоминавший чем-то красноярские Столбы. Тропинка скользила по скалам возле самого края. С другой ее стороны из камней торчали засохшие сыроежки. Я сидел на камушке, ухватившись для страховки за ствол дерева, и размышлял о своем положении. Что-то было не так. На этой части пути уже не должно встретиться ничего серьезного. Этот подъем сейчас кончится, или я совсем больше ничего не понимаю.

Но он не кончался. Тропа петляла, прыгала через камни и стволы, иногда почти пропадала, но упорно лезла наверх. Может быть, я все-таки слетел? Да нет, вот же она, маркировка, никуда не делась. Я пытался разозлиться и ускориться на адреналине, но отрезки между вынужденным отдыхом становились все короче и короче.

А хуже всего было то, что портилась погода.

Когда я высаживался на станции, небо было почти идеальным. Потом стали пробегать облачка, но это было еще несерьезно. Теперь же они заволокли все небо. Стало темно, как перед грозой. Птицы дружно заткнулись. Я сидел и грустно смотрел на здоровенного жука, отчаянно пытавшегося зарыться в землю. Этот гад тоже чует какую-то грядущую неприятность.

Если пойдет дождь, я не просто промокну до костей без зонтика. Вокруг глина, и когда она пропитается водой, спуститься по ней не удастся. Да меня просто смоет отсюда нафиг. Вон в ту ложбиночку.

Я вскочил и из последних сил бросился по тропе. Еще один поворот, последнее усилие... Я ничего не понял, только почувствовал вдруг, что подъем прекратился. Еще через пару секунд перестал что-либо видеть вообще. В первый момент мелькнула мысль, что лес горит и наполнен дымом. Но гарью не пахло.

Честно признаюсь, в тот момент я так и не осознал, во что вляпался. Лишь задним числом, в спокойной обстановке, среди карт, удалось свести концы с концами. Но тогда - тогда я только смотрел и недоумевал. Хотя все было проще простого.

Мальпертузо - самая высокая гора во всей этой местности. Чтобы найти нечто подобное, надо передвинуться довольно далеко к северу или востоку. Там, на главной линии Апеннин, встречаются вершины и повыше, раза в полтора-два. А для побережья это был предел. Я видел, конечно, точку с отметкой 815 на карте, но был почему-то абсолютно уверен, что тропа ее обойдет, причем с почтительным запасом.

Вот так, нечаянно, я стал альпинистом.


Эпиграф третий.


'Мы не можем слезть! Мы не можем слезть!' (Крошка Ру).


По крайней мере одна забота теперь отпала. Прогноз не соврал: никакого дождя в этот день не было. Не тучи гонялись за мной, это я сам влез в облака. И если на внутреннем склоне они просто закрывали солнце, то со стороны моря их стена была плотнее и ниже. Не было видно ни черта, как в густом тумане. Собственно, это и был густой туман.

Торчать здесь не было никакого смысла. Землю-то под ногами видно еле-еле. Идти можно было только вниз, и дыхание с восторгом это одобрило. Я рванул по тропе с давненько не показываемой скоростью.

Проходило время, снижение от вершины было уже метров пятьдесят, вокруг снова светило солнце, а тропа все вилась и вилась по склону. Странно, куда же подевались все боковые ответвления? Их тут должно быть немало. В тумане проглядел?

Наконец показался перекресток. Я в восторге уставился на установленный около него пульт с кнопками - вызов экстренной медицинской помощи и связь с пожарниками. Культура, однако! Потом перевел взгляд на нумерацию. Положительно, день был богат на сюрпризы. Я прошел лишь что-то около трети намеченного расстояния. Опять все время сожрал подъем. Теперь мне никак не успеть было в этот день в Специю. Дойти-то я дойду, но стемнеет даже раньше, чем я начну спускаться.

Нужно было сворачивать. Вариантов много. Я решил пройти по тропе еще с полчасика, до поворота в Корнилию. Он выглядел удобным и коротким. По лесу я в общем уже нагулялся, дальше до самого конца будет примерно одно и то же, да и голод дает о себе знать. Спускаюсь, обедаю, на станцию, и домой. Отличный получился походик.

Еще два перекрестка, и я добрался до нужного места. До свиданья, Красная тропа. Было здорово.

Перед тем, как повернуть, взглянул на указатели. До места, где я собирался сворачивать изначально - три часа. Ясно, что не успеваю, оттуда ведь еще спускаться сколько, да на теневую сторону, а уже четыре, а темнеет в семь. А вот и моя ветка в Корнилию. Что-о? Полтора часа? Они что тут, часы не заводят? Это же рядом совсем!

А, ясно. Наверняка время считали, когда вверх шли по этой дороге. А я вниз пойду. Эх, как сейчас с ветерком...

Несколько поворотов, и мне стало не по себе. С ветерком не получалось. Узкая тропочка, просто козья. Камни, камни... Ноги скользят и подворачиваются. Нет, тут быстро нельзя, если хочешь остаться целым.

Через несколько минут пришлось садиться и отдыхать. Запыхался не хуже подъема.

Время шло, я спускался и спускался вниз по крутому склону, и конца этому не было видно. За очередным поворотом лес кончился, и снова во всю свою мощь показалось море. Теперь туда передвинулось солнце, и его блики на синей-синей воде были невыносимо прекрасны. Вот только ближе они нисколько не становились.

Еще через некоторое время я снова остановился и, переводя дух, повис между небом и землей. Это начинало надоедать. Единственное, что утешало - мне хватило везения не спланировать себе в этом месте подъема.

На этом спуске я умер третий раз за день.

Время шло. Я медленно полз вниз.

Все когда-нибудь кончается.

Мелькнуло шоссе, за ним другое. Стали попадаться люди.

Уже в городе, на лестнице, мне встретилась парочка в полной горной упаковке. На лицах читалась гордость - ведь они шли по Голубой тропе!

Последняя развилка. Пляж направо, станция налево. Народ дружно тянулся в сторону моря.

Я, не задумываясь, свернул налево. Море я сегодня уже видел.

Оттуда.

2005