# Над Бабьим Яром памятников нет

Александр Шойхет

А.ШОЙХЕТ. " НАД БАБЬИМ ЯРОМ ПАМЯТНИКОВ НЕТ..."

Светлой памяти великого русского поэта Евгения Евтушенко.

В прошедшую субботу, первого апреля 2017 года в США скончался великий российский поэт 20-го века Евгений Александрович Евтушенко.

" Я с детства любил мирить людей, и мне иногда крепко доставалось, да и достается. Меня все время пытаются перетянуть на одну какую-то сторону, а я вот такой уж уродился, я на стороне всех, но н и к о г д а на с т о р о н е ф а ш и з м а, какой бы демократией он ни прикрывался...".

Евгений Евтушенко всегда был против фашизма, не обращая особого внимания на цвет знамен, под коими этот фашизм прятал свое мурло. И первой публичной акцией против советского варианта фашизма было стихотворение "Бабий Яр", появившееся в " Литературной газете" в 1961-м году. Для нас, тогдашних москвичей -" инвалидов пятой группы", это стихотворение было, как удар молота по камню. " Над Бабьим Яром памятников нет..."!

Кто вообще осмеливался произнести тогда вслух нечто подобное? Ни любимый всей советской передовой интеллигенцией выкрест Пастернак, ни обласканный Сталиным И. Эренбург, ни фронтовик Б. Слуцкий и М. Светлов, своими глазами видевшие рвы с расстрелянными евреями, да и никто из литературных " генералов" тех лет даже не заикался о массовом уничтожении нацистами целого народа. Само появление этого стихотворения казалось чудом на фоне тогдашнего государственного антисемитизма. Но чудо произошло, правда редактор " Литературной газеты" ,В. Косолапов, проявивший невиданную смелость, был уволен за "крамолу".


Еще бы! С Нюренбергского процесса, осудившего главных нацистских палачей прошло пятнадцать лет, а со смерти главного антисемита СССР, Сталина, - всего восемь , и у власти в СССР оставались все те же партийные бонзы, что вместе с " великим вождем" подписывали смертные приговоры невинным людям и раскручивали " дело врачей". О еврейской трагедии старались забыть, ибо не только рыло в пуху, но и руки в крови были и у "вождей", и у многих граждан " коренных национальностей". Еще совсем недавно антисемитский смерч прокатился не только по нацистской Европе, но и по социалистическому СССР, в виде организованной Сталиным погромной травли евреев. Страх пронизывал как советского обывателя, так и творческую интеллигенцию, несмотря на объявленную "оттепель".

Поэтому стихотворение, где в п е р в ы е говорилось не только о гибели евреев в Холокосте, но и в о о б щ е о страданиях еврейского народа и его трагической истории, было, как гром с ясного неба. Впервые представитель русского народа ,его лучшей, творческой части - открыто, во весь голос сказал о том, о чем говорить было не принято - о массовом уничтожении не мифических " советских граждан", а именно евреев.

Нынешние поколения россиян не помнят, не знают, какая ненависть обрушилась тогда на молодого поэта со стороны так называемых " русских патриотов" и партийных чиновников. Печально известный в ту пору поэт Алексей Марков организовал травлю Евтушенко через СМИ и даже угрожал ему физической расправой. Вся эта травля ,естественно, была срежиссирована КГБ, которому костью в горле были публичные чтения стихов у памятника Маяковскому и, использовав спровоцированную " марковцами" драку со сторонниками Евтушенко на площади Маяковского, поэтические выступления " на открытом воздухе" прекратили, арестовав многих участников сходки.

Евгений Александрович проявил тогда гражданскую смелость и этого ему не могли простить. И всю жизнь его сопровождали грязные сплетни и клевета. Уже после его смерти какая-то гнида написала в интернете, что, якобы, Евтушенко присвоил авторство "Бабьего яра", а заодно и чужую славу. Но известно из воспоминаний поэта и его товарищей по перу( Виктор Некрасов, Анатолий Кузнецов),как был написан " Бабий яр". Евтушенко приехал в Киев по приглашению В. Некрасова и пришел к месту расстрела евреев вместе с А. Кузнецовым. Он был потрясен тем, что на месте гибели тысяч евреев нет никакого памятника, а вместо этого там увидел городскую свалку мусора. И тогда Евтушенко написал это великое стихотворение за одну ночь. И не был Евгений Александрович ни " агентом Хрущева", ни "шестеркой КГБ". Те, кто распространяют подобные слухи, не имеют никакого понятия о той эпохе конца 50-х - начала 60-х, которую почему-то назвали " оттепелью". На самом деле - это было время жестокой борьбы "наследников Сталина" с зарождающимся тогда в СССР инакомыслием. Это было время "новочеркасского расстрела", разгромного выступления Хрущева на выставке в Манеже, и на " идеологическом пленуме", где "царь Никита" громил поэтов-шестидесятников. И так уж случилось, что именно они были авангардом этой борьбы с наследием "Дракона".

Мы , первое послевоенное поколение, благодарны поэтам 60-х и прежде всего Евгению Евтушенко за то, что они показали нам пример гражданской смелости, научив нас не бояться адептов "тайной полиции" и презирать их наглые замашки " хозяев жизни".

Но " Бабий яр" - это было только начало. Потом была поэма "Братская ГЭС" и в ней глава -" Диспетчер света Изя Крамер". И снова тема Холокоста и еврейской беды перед лицом равнодушного мира. О том, что еврей всегда остается один на один со своим горем. Евтушенко не прощали ни его любви к еврейскому народу, ни смелости по отношению к коммунистической власти. Отсюда все грязные сплетни о его " бесталанности" и "политической коньюнктуре", о том, что благодаря " Бабьему яру" он сделал себе имя и т.д.

Тем, кто сегодня повторяет все эти "гебешные" гадости, могу напомнить , что Евтушенко был известен и до скандала с "Бабьим яром". Он был автором таких стихов, ,как " Москвичи" ( В полях за Вислой сонной...), " Хотят ли русские войны", " Ах, кавалеров мне вполне хватает...", " А снег идет, а снег идет...", которые стали народными песнями. А потом были " Вальс о вальсе", " Со мною что-то происходит", поэма " Голубь над Сант-Яго", и многое другое.

Но самое главное в его творчестве- гражданская поэзия и смешными кажутся дешевые разговоры о его "преданности Советской власти" и " договоре" с КГБ. И не только поэзия. Он, один из немногих, поддержал тогда оплеванного Пастернака, выступал в защиту Синявского и Даниэля, помогал И. Бродскому и Солженицыну. После вторжения армий Варшавского договора в Чехословакию он пишет стихотворение " Танки идут по Праге в закатной крови рассвета. Танки идут по правде , которая не газета... ", и пишет письмо протеста против оккупации Чехословакии. Эта публичная акция запросто могла стоить Евтушенко свободы, но гебешники только щелкнули зубами - слишком Евтушенко был известен в мире и " они" не посмели. А потом были поэмы "Казанский университет" и " Монолог песца со зверофермы"- уже явная антисоветчина. Арестовать его не посмели, шеф КГБ, г-н Андропов, был достаточно умен для этого. Но травили его умело - снимали с поездов и самолетов, когда он выезжал с выступлениями за границу, вычистили из редколлегии ж-ла "Юность", практически сделали " невыездным".


А потом в СССР грянула перестройка. И первыми, кто воспользовался свободой и демократией, были русские нацисты, устроившие антисемитский погром в ЦДЛ. И когда вся демократическая Москва вышла на антифашистский митинг 24-го января 1990 года, то первым, кто выступил перед собравшимися на Манежной площади, был Евгений Евтушенко, единственный из шестидесятников, кто остался борцом с коммунноидно-фашистским режимом. " Мы все за свободу, но не за свободу фашизма!" - гремел его голос над Манежной площадью и нам всем, собравшимся на митинг, тогда показалось, что демократия в России близка к победе и тирания коммунистов доживает последние дни.

Кто-то из тогдашних журналистов "Комсомолки" назвал " бархатную революцию" 1989- 91-го - " революцией сорокалетних". Это была точная характеристика , так как именно поколение сорокалетних было костяком демократического движения. Нас воспитали поэты-шестидесятники. Увы! Мы были наивны, как и они, наши старшие братья. Мы " гэбню" уже не боялись. Но недооценили "их" опыт и мерзкую мимикрию. Как и кумир нашей юности, Евгений Александрович Евтушенко. Он бросился в общественную деятельность - общество " Мемориал", писательская организация "Апрель"...Потом были баррикады у Белого Дома. Но в итоге Евтушенко уехал из России. Ибо, может быть раньше многих понял, что из-за спин наивных борцов за демократию, упрямо лезет национал- монархическое мурло, и та печально известная " организация", коей он противостоял всю жизнь, тихой сапой прибирает к рукам только что вставшую на дрожащие ножки российскую демократию.

Великому поэту простительна наивность и детская вера в окончательную победу Добра над Злом. Уже после его кончины в интернете появилось множество гадких "комментов" по поводу его творчества и жизненной позиции. Российский обыватель верен себе, он обязательно должен кинуть комок грязи на могилу гения. Помните легенду о горящем сердце Данко? Российский обыватель -тот самый " осторожный человек", что наступил на горящее сердце Данко ногой. Но для нас, бывших советских и российских евреев, Евгений Евтушенко был и останется Праведником Мира, поставившим вечный памятник над жертвами " Бабьего яра". Памятником, который нельзя ни разбить, ни загадить. Зихроно ле браха, Евгений Александрович!