# Хоть и селёдочки жутко хотелось...

Ицхак Скородинский

Хоть и селёдочки тоже жутко хотелось, но...


Как-то раз, возвратившись домой после бурного и продолжительного заседания Беер-Шевского литературного объединения, и будучи под влиянием легчайшего наркотического опьянения, потому что... Почему что?! Эх, сколько раз говорили мне окружившие меня люди, чтобы я не писал с бодуна прозу, а чтобы только стихи...

Ага, вспомнил! Потому что хлопнул по дороге литровую баночку пива Голдстар, и, самое главное, находился в некоторой прострации оттого, что никак не мог сообразить...

...Чего же я хочу от самого себя в современной русской интернетлитературе.

...Что-то я в своём повествовании никак не доберусь до своего любимого дивана...

Так вот, запив всё это цветочным чаем и разложивши все свои члены на одре ночлега своего, я не то, чтобы полуспал, но ведь не плакал, нет, а смотрел одним глазом, так как второй уже закрылся, в телевизионную "Оркестровую яму". И услыхал, в который уж раз в своей жизни, что, как будто бы, самые первые баховеды просто таки выхватывали партитуры гения у ближайшего родственника Иоганна Себастьяна, в то время как тот норовил завернуть селедку в творения Великого Органиста. Всё это совместилось в моей непутёвой башке с эпизодом из по-вествования "Моя жизнь" Марка Шагала, где он, как Вы помните, нарисовал яркую и запоминающуюся картинку об основном занятии своего отца - торговца этой самой селёдкой. И всё это совместилось, нет, не в сон, какой такой может быть сон после творений Гоголя нашего бессмертного, а так, литературное видение. Мне тут же явилась огромная, советская еще, шага-ловская бочка с селёдкой. А в придачу к ней - столик, весы с подпиленными гирьками, а к весам, как положено, продавщицу в телогрейке - и, самое главное, то, что я не видел уже десять лет, с тех пор, как уехал из Харькова - ОЧЕРЕДЬ. Жаждущих купить эту самую селёдку, даже пополам с водой, которую ушлая продавщица обязательно подливала в целлофановый пакетик. А потом пакетики вдруг закончились, и эту самую селедку любой желающий брал куда мог, некоторые прямо в руки, да так и несли её торжественно домой.

...И тут, рядом с очередью возник сам собой давний мой знакомый, такой же, как я - непризнанный автор, но не литератор, нет, а наоборот, композитор. И этот самый композитор предлагал всем и каждому, листы из своей нотной тетрадки, мол - сынуля самого Баха заворачивал селёдку в фуги отца, так, будьте добры, заверните, наконец, и в мои бардовские три аккорда, глядишь, лет через сто и я. Прославлюсь... И так он хотел, так хотел. Аж, подпрыгивал...

...А мне совсем расхотелось стоять в этой длинной, предлинной и к тому же постсоветской очереди. Хоть и селёдки тоже жутко хотелось.

Малосольной...

Но... Я как представил себе, что и в мои рукописи, которые не горят, станут заворачивать такое...

Пришлось очнуться... И идти в круглосуточный супер! Он же маркет... Как это зачем? За селёдочкой, конечно... А Вы что подумали?!